Решение № 2-1183/2017 2-1183/2017~М-1141/2017 М-1141/2017 от 17 августа 2017 г. по делу № 2-1183/2017

Дело № г.


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<адрес> 18 августа 2017 года

Куйбышевский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Мартыновой Н.В.,

при секретаре судебного заседания ФИО3,

с участием заместителя прокурора <адрес> ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ОАО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» о компенсации морального вреда.

Требования истцом мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ медицинским заключением клиники НИИ КПГиПЗ ему установлен диагноз: «<данные изъяты> Заболевание профессиональное, установлено впервые. ДД.ММ.ГГГГ был составлен Акт о случае профессионального заболевания. Причиной профессионального заболевания послужило: воздействие на организм вредных производственных факторов. Наличие его вины в возникновении профессионального заболевания - 0%. С ДД.ММ.ГГГГ ФГУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по <адрес>», в связи с профессиональным заболеванием, ему впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 30% до ДД.ММ.ГГГГ. Согласно медицинской экспертизе связи заболевания с профессией и установлению тяжести вины предприятий, утвержденного ФГБУ «НИИ КПГЗП» СО РАМН, степень вины ответчика в развитии у него профзаболевания составляет: Шахта «Алардинская» - 21,1 %; Шахта им 60-летия Союза ССР – 27,0 %, в связи, с чем считает, что ответчик ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» обязан произвести выплату компенсации морального вреда за перечисленные предприятия, всего за 48,1 % вины в возникновении заболевания, поскольку ответчик является правопреемником указанных предприятий. Также просил учесть, что в связи с профзаболеванием ему причинены физические и нравственные страдания, поскольку с ухудшением здоровья вследствие профессионального заболевания он испытывает боли в локтевых суставах, периодическое онемение пальцев рук, болезненные тонические судороги в пальцах рук, повышенную чувствительность рук к холоду, слабость в руках, руки ограничены в движениях. Он столкнулся с тем, что больше не может выполнять обычную мужскую работу по хозяйству: не может поднимать тяжести, что-то перенести, придержать, его образ жизни изменился, в настоящее время ему недоступен активный образ жизни. Качество его жизни ухудшилось. Он находится на динамическом наблюдении и лечении в НИИ гигиены и профзаболеваний, проходил стационарное лечение, он проходит амбулаторное лечение по месту жительства, санитарно-курортное лечение. В связи с чем, моральный вред, причиненный профзаболеванием, оценивает в 300 000 руб., следовательно, с ответчика ОАО «ОУК «ЮКУ» подлежит взысканию сумма 300 000 руб. х 48,1% = 144 300 руб. Он уволился с Шахты им. 60-летия СССР в 1997 г., следовательно, выплата в соответствии с Соглашением на 2016-2019 г.г. для него неприемлема. В настоящее время заработок проходчика 5-го разряда составляет порядка 60 000 руб., следовательно, сумма выплат по соглашению составит 323 332,98 руб., из расчета 60 000 руб. х 20% х 30 – 36 667,02 руб. Таким образом, считает, что данная сумма компенсации морального вреда является разумной, способной компенсировать причиненный моральный вред. Просит суд взыскать с ответчика ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» компенсацию морального вреда в сумме 144 300 руб., расходы за проведение экспертизы в размере 3 900 руб., расходы по оплате услуг представителя в сумме 13 000 руб.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствии.

Представитель истца ФИО2 – ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала, дала пояснения аналогичные доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования не признала, полагала, что ОАО ОУК «Южкузбассуголь» не является правопреемником Шахты «Алардинская», Шахты им 60-летия Союза ССР. Полагает, что в силу ст. 58, 61, 63 ГК РФ на ответчика не может быть возложена ответственность за указанную шахту, поскольку он не может нести ответственность за ликвидированные предприятия, которые осуществляли самостоятельную хозяйственную деятельность. Размер представительских расходов считает чрезмерно завышенным. Просит отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объёме.

Заслушав участников процесса, свидетеля, изучив письменные материалы дела и представленные доказательства, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым Кодексом РФ, иными ФИО1 законами.

В соответствии со ст. 8 ФЗ РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» ФИО1 обязан возместить моральный вред, причиненный его работнику в случае профзаболевания.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием ФИО1, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на ФИО1.

В соответствии со ст. 22 ТК РФИО1 обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда…, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими ФИО1 законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 164 ТК РФ, под компенсациями понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими ФИО1 законами.

Согласно ст. 184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются ФИО1 законами.

В соответствии со ст. 5 ТК РФ коллективный договор, соглашение (в том числе ФИО1) и локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, входят в систему трудового законодательства.

Согласно ст. 45 ТК РФ соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и ФИО1 на ФИО1, межрегиональном, региональном, ФИО1 (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. ФИО1 (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). ФИО1 (межотраслевое) соглашение может заключаться на ФИО1, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства. Территориальное соглашение устанавливает общие условия труда, гарантии, компенсации и льготы работникам на территории соответствующего муниципального образования.

Т.о., в соответствии с нормами трудового законодательства, ФИО1 вправе в своих локальных нормативных актах предусмотреть дополнительные гарантии и компенсации по сравнению с законодательством (ст. 8, 164 ТК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 1 ФЗ РФ № 125-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», указанный ФИО1 закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с настоящим ФИО1 законом.

В соответствии со ст. 3 ФИО1 закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ № 183-ФЗ, от ДД.ММ.ГГГГ № 226-ФЗ), профессиональным заболеванием признаётся хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

В силу положений ст. ст. 227 – 231 ТК РФ, связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.

В судебном заседании установлено, что истец с сентября 1976 г. по апрель 2017 г. работал на различных должностях предприятий угольной промышленности, в том числе: Малиновские ДОЦ Новокузнецкого леспромхоза (с сентября 1976 г. по декабрь 1976 г.), Шахта «Алардинская» (с января 1977 г. по июнь 1985 г.), Алардинское ШСУ (с января 1986 г. по январь 1987 г.), Шахта им 60-летия Союза ССР (с января 1987 г. по октябрь 1997 г.), ОАО «Разрез Осинниковский» (с октября 1997 г. по сентябрь 2003 г.), Филиал ОАО «УК «Кузбассразрезуголь» ( с октября 2003 г. по февраль 2009 г.), «Осинниковский угольный разрез» (с октября 2003 г. по февраль 2009 г.), Филиал ОАО «УК «Кузбассразрезуголь» «Калтанский угольный разрез» (с февраля 2009 г. где работает по настоящее время) (л.д. 12-22).

Из акта «О случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 9) следует, что по результатам проведенного расследования было установлено, что заболевание, выявленное у истца – <данные изъяты> является профессиональным и возникло в результате выполнения погрузо-разгрузочных работ в профессии укладчика пиломатериалов (3 месяца), комплекса работ по подготовке горных выработок в подземных условиях в профессиях ГРП (6 лет 7 месяцев), проходчика подземного (10 лет 5 месяцев), управления и обслуживания кранов МКГ-25, ЗИЛ, МАЗ, КС-55722, КС-5363, КС-35714 в профессиях машиниста крана (крановщика), автокрановщика, водителя автомобиля, занятого управлением автомобильными кранами на ремонте горного оборудования в разрезе (19 лет 3 месяца). Непосредственной причиной заболевания послужило: физическое перенапряжение костно-мышечного аппарата локтевых суставов (усугубляющее действие оказывала общая и локальная вибрация). Лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов: множественная смена должностных лиц. Профессиональное заболевание установлено впервые. Вина работника в данном заболевании – 0%.

В результате указанного профессионального заболевания истца, экспертной комиссией Бюро МСЭ ФИО2 было установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 11).

Заключением врачебной экспертной комиссии Клиники ФГБНУ «Научно-исследовательского института комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний № от ДД.ММ.ГГГГ была установлена степень вины предприятий по проф. заболеванию истца:

-Малиновские ДОЦ Новокузнецкого леспромхоза -0,6%;

-Шахта «Алардинская» -21,1 %;

- Алардинское ШСУ – 2,5 %;

-Шахта им 60-летия Союза ССР – 27,0 %;

-ОАО «Разрез Осинниковский» - 14,8 %;

-Филиал ОАО «УК «Кузбассразрезуголь» «Осинниковский угольный разрез» - 13,4 %;

-Филиал ОАО «УК «Кузбассразрезуголь» «Калтанский угольный разрез» - 20,6 %. (л.д. 11).

В соответствии с приказом №-В от ДД.ММ.ГГГГ ФСС РФ в счет компенсации морального вреда за полученное профзаболевание, ФИО2 была назначена единовременная страховая выплата в сумме 36 667,02 руб. (л.д. 10 оборот).

Основанием для возникновения обязательства вследствие причинения вреда истцу явилось установление ему утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ Соответственно, подлежат применению действовавшие именно на данный период нормы ТК РФ, ГК РФ и локальных нормативных актов ответчика.

Нормами Соглашения по угледобывающему комплексу на 2016-2019 г. предусмотрена возможность выплаты единовременных компенсаций сверх сумм, установленных ФИО1 законом.

Так, пунктами 3, 3.1 Положения о порядке выплат и компенсаций Работникам, членам семьи Работника при исполнении им трудовых обязанностей – Приложение № к Соглашению на 2016-2019 г.г. в случае причинения ФИО1 вреда своему Работнику увечьем, профессиональным заболеванием, либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением им трудовых обязанностей у ФИО1, данный ФИО1 осуществляет единовременную компенсацию морального вреда, причиненного Работнику в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания в следующем порядке.

За каждый процент утраты (снижения) профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, ФИО1 осуществляет выплату в счет компенсации морального вреда в размере 20% среднемесячного заработка Работника за последний год работы у данного ФИО1, предшествующий моменту установления впервые Работнику размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда Социального страхования РФ).

Как следует из положений ст. 22, 212 ТК РФ обязанность обеспечения безопасных условий труда, нормальных санитарно-бытовых условий Работников в соответствии с нормами и правилами охраны труда, лежит ФИО1.

Как следует из акта о случае профзаболевания, выявленное у истца профзаболевание образовалось ввиду нарушения должностными лицами ФИО1 требований Санитарно-эпидемиологических правил и норм. Вины работника установлено не было.

В силу п. 6 Постановления Пленума ВС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании…» ФИО1 несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей в порядке, закрепленном главой 59 ГК РФ.

Доводы представителя ответчика о том, что он не может нести ответственность по возмещению вреда здоровью истца за такие предприятия как Шахта «Алардинская», Шахта им 60-летия Союза ССР, являются необоснованными исходя из следующего.

Из представленных суду доказательств, следует, что Шахта имени 60-летия Союза ССР (Шахта Алардинская), была неоднократно реорганизована, переименована в связи с изменением правовой формы, изменениями законодательства: преобразовано в АО, затем в ЗАО "Шахта «Аларда", затем в 1999 г. - в ОАО «Шахта «Аларда», которая была ликвидирована ДД.ММ.ГГГГ Данные обстоятельства подтверждаются трудовой книжкой истца (в которой указанные реорганизации отражены в соответствующих штампах), а также уставами указанных предприятий, исторической справкой, иными письменными доказательствами и не оспаривалось ответчиком.

В результате реорганизации ОАО «Шахта «Аларда» в форме выделения, ДД.ММ.ГГГГ были созданы два предприятия: ОАО «Шахта Аларда» и новое - ОАО «Шахта «Алардинская», что подтверждается Уставами ОАО «Шахта Аларда» и ОАО «Шахта «Алардинская», разделительным балансом на ДД.ММ.ГГГГ и передаточным актом к разделительному балансу на ДД.ММ.ГГГГ, утвержденным на внеочередном общем собрании акционеров ОАО «Шахта «Аларда» ДД.ММ.ГГГГ (протокол №).

Из разделительного баланса по реорганизационной процедуре разделения ОАО «Шахта Аларда», утвержденного ДД.ММ.ГГГГ и передаточного акта к нему от ДД.ММ.ГГГГ следует, что выделенному обществу - ОАО «Шахта «Алардинская» были переданы практически все активы на сумму 313900000 руб., в том числе: внеоборотные и оборотные активы на сумму 284259 тыс. руб. (основные средства на сумму 183499 тыс. руб., незавершенное строительство на сумму 84 870 тыс. руб., сырье, материалы и другие ценности на сумму 10121 тыс. руб.), а реорганизованному ОАО «Шахта «Аларда» переданы указанные активы на сумму 29577 тыс. руб., в том числе: основные средства на сумму 13286 тыс. руб., незавершенное строительство на сумму 15965 тыс. руб., сырье, материалы и другие ценности на сумму 6176 тыс. руб., добавочный капитал в сумме 21258 тыс. руб. Кредиторская задолженность передана выделенному ОАО «Шахта «Алардинская» на сумму 24043000 руб., убытки на сумму 29641тыс. руб. Реорганизованному же ОАО «Шахта «Аларда» переданы практически все пассивы, основная часть убытков в размере 169902 тыс. руб., и основная часть кредиторской задолженности на сумму 222939000 руб., текущая кредиторская задолженность по социальному страхованию и обеспечению также была передана ОАО «Шахта «Аларда» (раздел 6).

Согласно п. 1 ст. 1093 ГК РФ в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.

К правопреемнику могут быть предъявлены требования о возмещении вреда. Это означает, что гражданин может обратиться с данным требованием к правопреемнику и в том случае, когда увечье или иное повреждение здоровья имели место в период существования реорганизованного юридического лица (самого причинителя вреда), но к моменту предъявления требования оно уже прекратило свое существование.

Из представленных суду доказательств следует, что Шахта «Алардинская» была неоднократно реорганизована, переименована в связи с изменением правовой формы, изменениями законодательства: в 1982 г. в шахту «Им. 60-летия Союза ССР» ПО «Южкузбассуголь»; в АО «»Шахта «Аларда» в 1991 г.; в ЗАО «Шахта «Аларлда» в 1997 г.; в ОАО «Шахта «Аларда» в 1999 г., которая была ликвидирована ДД.ММ.ГГГГ Данные обстоятельства подтверждаются исторической справкой, уставом ОАО «Шахта «Аларда», решением исполкома Осинниковского горсовета от ДД.ММ.ГГГГ, уставами о регистрации АОЗТ шахта «Аларда».

В результате реорганизации ОАО «Шахта «Аларда» в форме выделения, ДД.ММ.ГГГГ были созданы два предприятия: ОАО «Шахта Аларда» и новое - ОАО «Шахта «Алардинская», что подтверждается Уставами ОАО «Шахта Аларда» и ОАО «Шахта «Алардинская», разделительным балансом на ДД.ММ.ГГГГ и передаточным актом к разделительному балансу на ДД.ММ.ГГГГ, утвержденным на внеочередном общем собрании акционеров ОАО «Шахта «Аларда» ДД.ММ.ГГГГ (протокол №), исторической справкой.

ОАО «Шахта «Аларда» ликвидировано ДД.ММ.ГГГГ на основании определения Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ

Пунктами 1 и 4 ст. 19 ФИО1 закона от ДД.ММ.ГГГГ № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" предусмотрено, что выделением общества признается создание одного или нескольких обществ с передачей им части прав и обязанностей реорганизуемого общества без прекращения последнего, при выделении из состава общества одного или нескольких обществ к каждому из них переходит часть прав и обязанностей реорганизованного в форме выделения общества в соответствии с разделительным балансом. Согласно п. 4 ст. 58 ГК РФ при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с разделительным балансом.

Согласно п. 1 ст. 59 ГК РФ передаточный акт и разделительный баланс должны содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая и обязательства, оспариваемые сторонами.

Согласно ст. 60 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент реорганизации ОАО «Шахта «Аларда») если разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица перед его кредиторами.

Пунктом 6 ст. 15 ФЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» установлена солидарная ответственность вновь созданных в процессе реорганизации юридических лиц по обязательствам последнего в случае невозможности определения правопреемника из разделительного баланса, а также в случае допущения нарушения принципа справедливого распределения активов.

Из разделительного баланса по реорганизационной процедуре разделения ОАО «Шахта Аларда», утвержденного ДД.ММ.ГГГГ и передаточного акта к нему от ДД.ММ.ГГГГ следует, что выделенному обществу - ОАО «Шахта «Алардинская» были переданы практически все активы на сумму 313900000 руб., в том числе: внеоборотные и оборотные активы на сумму 284259 тыс. руб. (основные средства на сумму 183499 тыс. руб., незавершенное строительство на сумму 84 870 тыс. руб., сырье, материалы и другие ценности на сумму 10121 тыс. руб.), а реорганизованному ОАО «Шахта «Аларда» переданы указанные активы на сумму 29577 тыс. руб., в том числе: основные средства на сумму 13286 тыс. руб., незавершенное строительство на сумму 15965 тыс. руб., сырье, материалы и другие ценности на сумму 6176 тыс. руб., добавочный капитал в сумме 21258 тыс. руб. Кредиторская задолженность передана выделенному ОАО «Шахта «Алардинская» на сумму 24043000 руб., убытки на сумму 29641тыс. руб. Реорганизованному же ОАО «Шахта «Аларда» переданы практически все пассивы, основная часть убытков в размере 169902 тыс. руб., и основная часть кредиторской задолженности на сумму 222939000 руб., текущая кредиторская задолженность по социальному страхованию и обеспечению также была передана ОАО «Шахта «Аларда» (раздел 6).

Учитывая изложенное, суд считает, что в ходе реорганизации ОАО «Шахта «Аларда» было допущено, безусловно, несправедливое распределение активов и пассивов между реорганизуемым ОАО «Шахта «Аларда» и выделившимся из него юридическим лицом ОАО «Шахта «Алардинская».

Кроме того, разделительный баланс на ДД.ММ.ГГГГ и передаточный акт не содержат положений о правопреемстве реорганизуемого ОАО «Шахта «Аларда» по обязательствам вследствие причинения вреда, которые могут произойти после реорганизации и даты, на момент составления передаточного акт и разделительного баланса.

Поскольку на период реорганизации ОАО «Шахта Аларда» профзаболевание у истца ФИО2 установлено не было, соответственно, обязательства перед ним как на момент реорганизации указанного предприятия, так и на момент создания и регистрации ОАО «Шахта Алардинская», а также на момент ликвидации ОАО «Шахта Аларда» (2002 г.) еще не возникли, поэтому, данные обязательства и не могли быть включены в разделительный баланс и соответственно, в передаточный акт.

Поскольку допущенное нарушение принципа справедливого распределения активов и разделительный баланс не дают возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Аларда» по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью истца, суд считает, что вновь образованное юридическое лицо ОАО «Шахта «Алардинская» должно нести солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица, - ОАО «Шахта «Аларда» перед его кредиторами, в данном случае, перед истцом.

С учетом изложенного, суд считает, что ответчик должен нести ответственность также в пределах заявленных истцом требований за 48,1% вины ФИО1 в образовании у истца профессионального заболевания, за Шахту «Алардинскую» - 21,1%, за Шахту им 60-летия Союза ССР - 27,0 %, поскольку ст. 60 ГК РФ установлены гарантии прав кредиторов юридического лица при его реорганизации, а в силу п. 1 ст. 57 ГК РФ и п. 2 ст. 15 ФЗ РФ «Об акционерных обществах» реорганизация юридического лица может быть произведена, в частности в форме слияния, выделения, преобразования.

Так, при организации юридических лиц путем выделения, вновь созданные юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица, если разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица.

Согласно п. 1.1 Устава ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» данное общество было образовано в результате реорганизации путем слияния ряда шахт, в том числе, Шахты «Алардинскую», Шахты им 60-летия Союза ССР. При этом, вновь созданное предприятие является правопреемником вошедших в него шахт по всем их правам и обязанностям.

В соответствии с п. 5 ст. 16 ФЗ РФ «Об акционерных обществах», поскольку при слиянии обществ все права и обязанности каждого из них переходят к вновь созданному обществу в соответствии с передаточным актом, ответчик ОАО «ОУК «ЮКУ» должно нести солидарную ответственность по обязательствам Шахты «Алардинскую», Шахты им 60-летия Союза ССР.

Т.о., законом предусмотрен переход всех прав и обязанностей реорганизованного юридического лица, а не их части. Поэтому обязанность по возмещению вреда, причиненного здоровью истца, в данном случае, несет ОАО «ОУК Южкузбассуголь» в порядке, предусмотренном п. 1 ст. 1093 ГК РФ, к которому истец обоснованно предъявил требования о возмещении вреда здоровью.

Учитывая изложенное, суд считает, что доводы представителя ответчика о том, что ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» не должно нести перед истцом ответственности по выплате единовременной компенсации за Шахту «Алардинскую», Шахту им 60-летия Союза ССР, ввиду отсутствия правопреемства, являются необоснованными.

Выплата единовременной компенсации в счет возмещения вреда здоровью гарантировалась работникам организаций (участников Соглашения и ФИО1, присоединившихся к Соглашению после его заключения или не представивших доказательств отказа от присоединения к Соглашению в соответствии с положениями ст. 48 ТК РФ), утратившим профессиональную трудоспособность вследствие производственной травмы или профессионального заболевания пунктом 3 Соглашения на 2016-2019 г. (на период установления истцу утраты профессиональной трудоспособности).

Исходя из общих оснований ответственности за причинение вреда, предусмотренных п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п. 6 абз. 2 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № разъяснено, что если противоправные действия (бездействия), причиняющие истцу нравственные и физические страдания, начались до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда и продолжаются после введения этого закона в действие, то моральный вред в указанном случае подлежит компенсации.

Изучив представленные доказательства, суд соглашается с позицией истца о том, что расчет единовременной компенсации исходя из средней заработной платы, согласно Архивной справке от ДД.ММ.ГГГГ Архивного управления администрации Осинниковского городского округа, из расчета: 22 783 650,00 руб. (сумма начисленного заработка) /102 (факт.) х 116 (план.) = 25 910 817,60 руб. / 7 месяцев = 3 701 550,00 руб. х 0,001 (деноминация 1997 г.) = 3 701,55 руб. - ежемесячный средний заработок х20% х30 – 36 667,02 (выплата ГУ КРОФСС) = -(минус) 14 457,75 руб., приведет к нарушению прав истца на единовременную компенсацию морального вреда в связи с установленным профзаболеванием.

Согласно п.5.4. ОТС по угольной промышленности на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, срок действия которого продлён до ДД.ММ.ГГГГ, в случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания ФИО1 в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью Работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, ФИО1 несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины ФИО1.

Положениями Соглашения на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ между Новокузнецкой территориальной организацией Росуглепрофа и управляющей организацией ООО «Распадская угольная компания» установлена обязанность ФИО1 возместить вред, причиненный работнику профессиональным заболеванием, в том числе, выплатить компенсацию морального вреда. При этом выплата указанной компенсации осуществляется исключительно в порядке и размере, установленном действующим на момент обращения Работника к ФИО1 соглашением по угольной промышленности и настоящим Соглашением, независимо от даты установления ему размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности впервые.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения ФИО1 безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены ФИО1 законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением ФИО1 законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством ФИО1 соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием ФИО1, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и ФИО1, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины ФИО1, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ).

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора, размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания, является утраченный средний заработок работника.

При разрешении данного спора, единовременная выплата в счет компенсации морального вреда истцу не может быть рассчитана по п.5.4. ОТС по угольной промышленности, поскольку размер компенсации, исходя из заработка истца, исчисленного за год до прекращения трудовых отношений с АО «Шахта «Аларда», получается минусовым, что приведёт к нарушению прав ФИО2

Поэтому суд считает, что размер компенсации морального вреда должен быть определён по нормам ГК РФ, при этом данный размер компенсации не может быть ниже размера компенсации морального вреда, исчисленного из среднемесячной заработной платы проходчика 4 разряда в угольной промышленности, с учётом всех обязательных выплат, действующих на территории <адрес>, по состоянию на август 2017 года.

Представленную истцом справку о средней заработной плате проходчика 4 разряда ООО «РУК» суд не принимает во внимание, поскольку ФИО2 требования предъявлены к ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», а не к ООО «РУК», не имеющей к ответчику никакого отношения.

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

При определении размера компенсации морального вреда суд полагает необходимым учесть степень вины нарушителей – 48,1% (Шахта «Алардинская» - 21,1%, Шахта им 60-летия Союза ССР – 27,0%), наличие одного профессионального заболевания, характер и степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшего, которому причинен вред, в результате воздействия вредных производственных факторов в процессе работы на предприятиях угольной отрасли, ограничение его в привычном образе жизни, требования разумности и справедливости.

Свидетель ФИО7, допрошенная в судебном заседании пояснила, истец является ее мужем. Всю жизнь он работал на предприятиях угольной промышленности вследствие чего у него было выявлено профессиональное заболевание <данные изъяты>

Указанное заболевание проявляться у истца болями в локтях, онемением пальцев рук,, судорогами в пальцах рук, слабостью в руках, в связи чем, он перестал выполнять обычную мужскую работу по хозяйству. Дважды в год он проходит стационарное лечение, и ежегодное санаторно-курортное лечение. Улучшения наступают ненадолго в связи, с чем он очень переживает, так как не может вести обычный активный образ жизни.

С учётом изложенного, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Указанную сумму суд считает необходимой и достаточной для компенсации причиненного ФИО2 морального вреда.

В соответствии со ст. 8 ч. 3 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ст. 15, 1064 ГК РФ, 184 ТК РФ с ответчика подлежит взысканию сумма оплаченная истцом за проведение экспертизы по определению связи профзаболевания с трудовой деятельностью, также в пределах заявленных истцом требований и в пропорциональном степени вины ответчика в образовании профзаболевании истца соответственно: 3900 руб. х 48,1% = 1 875,90 руб., поскольку указанные расходы истцом понесены и в силу разъяснений п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» могут быть признаны судебными издержками, поскольку связаны с собиранием доказательств до предъявления искового заявления и несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд, а собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Истец просит взыскать с ответчика расходы по оплате услуг представителя в сумме 13000 рублей, оплата данной суммы подтверждается квитанцией, договором. Однако с учетом сложности дела, объемом выполненной представителем работы (консультации, составления искового заявления, дополнений количества судебных заседаний), суд считает, что данная сумма должна быть снижена до 10000 рублей, исходя из принципа соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении №-О-О от ДД.ММ.ГГГГ и недопустимости необоснованного завышения размера оплаты указанных расходов, с целью соблюдения требований ст. 17 ч. 3 Конституции РФ, в соответствии с которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Данная сумма является разумной, соответствует выполненной представителем работе, затраченному для этого времени, категории дела, которое особой сложности не представляет и соразмерна удовлетворенным исковым требованиям.

Поскольку истец в соответствии со ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины, то в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ суд считает необходимым, взыскать с ответчика в счет местного бюджета расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

Иных требований заявлено не было.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ОАО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 100000 (сто тысяч) руб., расходы по экспертизе в сумме 1875 (одна тысяча восемьсот семьдесят пять) руб. 90 коп., расходы по оплате услуг представителя в сумме 10000 (десять тысяч) руб. и в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 (триста) руб.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме через Куйбышевский районный суд <адрес>.

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий: Н.В. Мартынова