Решение № 2-А109/17 от 24 мая 2017 г. по делу № 2-А109/17

№2-а109/17


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 мая 2017 года с.Красное

Становлянский районный суд Липецкой области в составе:

председательствующего Шумилиной Л.М.

при секретаре Жуковой Н.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ГУ – ЛИПЕЦКОЕ РЕГИОНАЛЬНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ ФОНДА СОЦИАЛЬНОГО СТРАХОВАНИЯ Российской Федерации к ГУЗ «КРАСНИНСКАЯ РАЙОННАЯ БОЛЬНИЦА» и ФИО1 об оспаривании акта о несчастном случае на производстве,

У С Т А Н О В И Л :

истец ГУ –Липецкое региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации (далее по тексту – отделение ФСС) обратилось в суд с иском к ГУЗ «Краснинская районная больница» и ФИО1 о оспаривании акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ и признании несчастного случая, произошедшего с врачом-неврологом ГУЗ «Краснинская районная больница» ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ не страховым случаем для целей обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, мотивируя свои требования тем, что падение, в результате которого ФИО1 получила травму, произошло хоть и на территории работодателя, но не в связи с непосредственным исполнением трудовых обязанностей или осуществлением действий в интересах работодателя и во время обеденного перерыва, который в силу прямого указания закона не включается в рабочее время.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО2 иск поддержала и пояснила, что по поступившим в отделение ФСС из ГУЗ «Краснинская районная больница» документам, в том числе по акту формы Н-1, было установлено, что несчастный случай с врачом-неврологом ГУЗ «Краснинская районная больница» ФИО1 произошел ДД.ММ.ГГГГ в 13 час 10 мин, когда она во время приема больного покинула своё рабочее место, вышла из здания больницы и направилась к личному автомобилю, чтобы забрать забытый в нём мобильный телефон; пройдя несколько метров, она поскользнулась на льду и упала, получив травму в виде закрытого перелома шейки большого бугорка правого плеча, закрытого внутрисуставного перелома дельтального эпифиза правой плечевой кости со смещением, относящиеся применительно к Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве_ к категории легкого исхода. В связи с тем, что по объяснениям самой ФИО1 в тот день её обеденный перерыв начался с опозданием - в 12 час 15 мин, во время этого перерыва, который по правилам внутреннего трудового распорядка должен составлять один час, она занималась личными делами (уезжала на личной машине домой) и не осуществляла каких-либо действий по поручению или в интересах работодателя, указанное в акте время - 13 час 10 мин – фактически включается в перерыв на обед и не является рабочим временем, что свидетельствует об отсутствии связи данного несчастного случая с производством и исключает возможность его квалификации как страхового для целей обязательного социального страхования.

ДД.ММ.ГГГГ комиссия отделения ФСС провела экспертизу страхового случая и вынесла заключение о квалификации повреждения здоровья вследствие несчастного случая, произошедшего с ФИО1, как нестрахового.

При этом, представитель истца ФИО2 не оспорила того, что ФИО1 относится к лицам, участвующим в производственной деятельности ГУЗ «Краснинская районная больница», и является застрахованным от несчастных случаев на производстве.

Представитель ответчика – ГУЗ «Краснинская районная больница» в судебное заседание не явился.

Руководитель учреждения ФИО3 в письменном заявлении просит рассмотреть дело в его отсутствие, указав на несогласие с иском.

В прошлом судебном заседании представитель ответчика по доверенности ФИО4 иск не признала и пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ врач-невролог ФИО1 в 13 час 10 мин, возвращаясь с обеденного перерыва и следуя в свой рабочий кабинет в здании больницы, поскользнулась на недостаточно посыпанной песком дорожке и в 3-4 метрах от порога упала, получив в результате падения сложный перелом правой руки; так как всё произошло в рабочее время, непосредственно на территории Краснинской районной больницы и при следовании работника на своё рабочее место, несчастный случай был квалифицирован и расследован работодателем как связанный с производством; расследование было проведено в порядке, установленном ст.ст.229.2, 230 Трудового кодекса Российской Федерации, и по его результатам был оформлен акт о несчастном случае на производстве, в котором были изложены обстоятельства и причины несчастного случая.

Однако обстоятельства происшествия в акте были указаны неточно. Согласно акту, ФИО1 в 13 час 10 мин вышла из здания больницы, чтобы забрать забытый в автомашине свой сотовый телефон, поскользнулась и упала, получив травму правой руки, хотя в своих письменных объяснениях пострадавшая указывала на то, что возвращалась с обеденного перерыва и шла в здание больницы. Данное обстоятельство по существу подтверждали и все другие материалы проверки, однако, при составлении акта специалист по охране труда ФИО5, не имевшая опыта оформления подобных документов, несколько исказила фактические обстоятельства. Все другие лица, проводившие расследование, при подписании акта не придали этому несоответствию должного значения, так как связь несчастного случая с производством казалась очевидной.

Возражая против доводов отделения ФСС о том, что несчастный случай с врачом ФИО1 произошел в нерабочее время и не в связи с трудовыми отношениями, указала на следующее. Во-первых, согласно трудовому договору, перерыв на обед для ФИО1 установлен с 12 до 13 час, в тот день график её работы руководителем не изменялся и перерыв на обед официально не переносился, поэтому время несчастного случая ( 13 час 10 мин) являлось рабочим. Во-вторых, в момент получения травмы ФИО1 следовала на рабочее место перед началом работы после перерыва на обед, что, по мнению представителя ответчика, предусмотрено абзацем 1 части 3 ст.227 Трудового кодекса Российской Федерации самостоятельным основанием для квалификации произошедшего события как несчастный случай на производстве. В-третьих, в рабочем кабинете врача-невролога не имеется стационарного телефона, поэтому возвращение ФИО1 за забытым в автомашине личным мобильным телефоном, который она как и другие сотрудники больницы вынуждена использовать в служебных целях, связано с трудовыми отношениями и не может рассматриваться как неправомерное поведение или действие в сугубо личных интересах.

Ответчица ФИО1 в судебном заседании иск не признала и пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ из-за приема большого количества пациентов вынуждена была уйти на обеденный перерыв с опозданием на 15 мин; в 12 час 15 мин она уехала домой на личной автомашине и около 13 час 10 мин возвратилась на территорию больницы, припарковала машину и направилась к входной двери; отойдя от машины несколько метров, поняла, что забыла в машине сотовый телефон, вернулась, взяла телефон и не доходя 3-4 метров до порога поскользнулась и упала; при падении сразу же почувствовала сильную боль, закричала, к ней на помощь подбежал находящийся поблизости врач-терапевт ФИО6, затем подошли другие сотрудники больницы; её положили на носилки, доставили в рентген-кабинет и после осмотра хирургом ФИО7, зафиксировав правую руку прямо поверх надетого белого халата, отправили в Липецкую областную больницу.

Утверждает, что в тот момент возвращалась с обеденного перерыва; на 13 час 20 мин у неё был записан следующий пациент, и ей надо было успеть раздеться и приготовиться к приему; отойдя от машины несколько метров, вспомнила, что забыла сотовый телефон, который нужен ей не только для личных, но и служебных звонков, не раздумывая вернулась за ним, и уже с телефоном в руках, находясь в трех-четырех метрах от порога, поскользнулась и упала.

Пояснила, что именно такие объяснения она давала при расследовании несчастного случая, и откуда появилась версия о том, что она якобы возвращалась за телефоном уже из здания больницы, ей неизвестно. Допускает, что кто-то мог неправильно интерпретировать её слова.

По поводу продолжительности перерыва на обед в тот день пояснила, что этот вопрос с руководителем она не согласовывала, официально время перерыва ей не переносилось, но считает, что её возвращение на работу в 13 час 10 мин (с задержкой на 10 мин) было вызвано уважительной причиной, не являлось дисциплинарным проступком и не должно служить поводом для лишения её права на соответствующее компенсационное обеспечение.

Изучив материалы дела, заслушав объяснения сторон, суд не находит правовых и фактических оснований для удовлетворения иска.

В силу ст.5 Федерального закона от 24.07.1998 N125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат, в частности, физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем.

Статьей 3 Федерального закона от 24.07.1998 N125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" определено: страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию; несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях, как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии со ст.227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с гл. 36 данного кодекса подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах (ч.1); к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя, относятся работники, исполняющие свои обязанности по трудовому договору (ч.2); расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, - повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем (его представителем), либо на личном транспортном средстве в случае использования личного транспортного средства в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) или по соглашению сторон трудового договора;

при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком;

при следовании на транспортном средстве в качестве сменщика во время междусменного отдыха (водитель-сменщик на транспортном средстве, проводник или механик рефрижераторной секции в поезде, член бригады почтового вагона и другие);

при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха, а также при нахождении на судне (воздушном, морском, речном) в свободное от вахты и судовых работ время;

при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая (ч.3).

Согласно ст.229.2 ТК РФ расследуются в установленном порядке и по решению комиссии в зависимости от конкретных обстоятельств могут квалифицироваться как несчастные случаи, не связанные с производством: смерть вследствие общего заболевания или самоубийства, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом; смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества; несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние (ч.6);. несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч.7).

На основании подпункта "б" пункта 3 Положения "Об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях", утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 24.10.2002г. N73, расследованию и квалификации как несчастные случаи, связанные с производством, подлежат травмы, полученные работниками на территории организации, других объектах и площадях, закрепленных за организацией, либо в ином месте работы в течение рабочего времени (включая установленные перерывы, в том числе во время следования на рабочее место (с рабочего места).

Из объяснений сторон и материалов гражданского дела установлено, что ФИО1 является работником ГУЗ «Краснинская районная больница» и занимает должность врача-невролога; между нею и работодателем заключен трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д.24-32).

Следовательно, ответчица ФИО1 относится к лицам, участвующим в производственной деятельности ГУЗ «Краснинская районная больница» и, следовательно, подлежащим обязательному социальному страхованию.

ДД.ММ.ГГГГ около 13 час 10 мин, находясь на территории ГУЗ Краснинская районная больница», ФИО1 в нескольких метрах от входа в здание больницы, где располагается её рабочее место, поскользнулась на обледеневшей дорожке и упала. В результате падения ею были получены телесные повреждения : закрытый перелом шейки большого бугорка правого плеча; закрытый внутрисуставный перелом дельтального эпифиза правой плечевой кости со смещением (л.д.11).

Работодателем была организована комиссия, которая квалифицировала данный несчастный случай как произошедший на производстве, был составлен акт по форме Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д.8-10).

Документы на получение пособия по временной нетрудоспособности и других компенсационных выплат были направлены работодателем в отделение ФСС в порядке, установленном законодательством.

В связи с тем, что несчастный случай с ФИО1 произошел на территории работодателя, непосредственно перед входом в здание больницы, где находится рабочий кабинет ответчицы, и в то время, когда она направлялась к своему рабочему месту с целью своевременного начала работы после обеденного перерыва, это событие относится к перечню несчастных случаев, предусмотренных ч.3 ст.227 Трудового кодекса Российской Федерации.

Доводы представителя истца о том, что травма ФИО1 получена во время перерыва на обед, который не включается в рабочее время, при изложенных обстоятельствах не имеет правового значения и не является основанием для квалификации несчастного случая как не связанного с производством.

Во-первых, в соответствии с абз.2 ч.3 ст.227 Трудового кодекса Российской Федерации и п.п. «б» п.3 Положения "Об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях", утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 24.10.2002г. N73, расследованию и квалификации как несчастные случаи, связанные с производством, подлежат травмы, полученные работником не только при непосредственном исполнении трудовых обязанностей или работ по заданию работодателя на рабочем месте, но и на территории работодателя в течение рабочего времени (включая установленные перерывы), в том числе во время следования на рабочее место (с рабочего места), а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства, одежды и т.п. перед началом и после окончания работы. Высказанное в этой связи представителем истца суждение о том, что, если работник в момент несчастного случая находился хотя и на территории работодателя, но во время перерыва, не включаемого в рабочее время, и не в связи с исполнением трудовых обязанностей или поручением работодателя, несчастный случай нельзя рассматривать как связанный с производством, является ошибочным.

То обстоятельство, что несчастный случай с ФИО1 произошел именно в тот момент, когда она после обеденного перерыва возвращалась на рабочее место с целью начала работы и подготовки к приему пациентов, подтверждается объяснениями самой ФИО1, представителя ГУЗ «Краснинская районная больница» ФИО4 и показаниями свидетеля ФИО6, который пояснил, что работает в этой же больнице врачом-терапевтом и ДД.ММ.ГГГГ около 13 час находился на пороге больницы, ожидая возвращения с обеда ФИО1, с которой ему необходимо было согласовать служебный вопрос; он видел, как автомобиль ФИО1 заехал на территорию, а потом услышал её крик о помощи; подбежав к ней, понял, что она упала и получила серьезную травму; после того, как пострадавшую на носилках занесли в больницу, он поднял с земли её сумку и телефон и передал их супругу ФИО1.

Свидетель ФИО7 в судебном заседании пояснила, что она не была очевидцем произошедших событий и об обстоятельствах несчастного случая ей стало известно со слов коллег по работе; когда ФИО1 сказала о том, что возвращалась за телефоном, она, свидетель, подумала, что та возвращалась уже из здания больницы, и поэтому в письменных объяснениях на имя главного врача именно так изложила обстоятельства дела; однако, как выяснилось позднее, ФИО1 не заходила в больницу и возвращалась за телефоном, находясь на улице.

Таким образом, свидетель объяснила имеющиеся в её пояснениях противоречия и по существу подтвердила объяснения ФИО1

Следовательно, факт получения пострадавшей ФИО1 травмы на территории работодателя и в то время, когда она направлялась к своему рабочему месту с целью своевременного начала работы, установлен, и это является достаточным и безусловным основанием для квалификации произошедшего события как несчастного случая, связанного с производством.

Во-вторых, время перерыва на обед для ФИО1, согласно п.5.1 трудового договора, установлено с 12 до 13 часов. ДД.ММ.ГГГГ указанный перерыв официально работодателем не переносился, поэтому время получения травмы – 13 час 10 мин- находится в хронологических рамках рабочего времени, что также свидетельствует о правильной квалификации работодателем произошедшего события.

То обстоятельство, что ФИО1 в тот день не согласовала с руководителем перенос времени перерыва на обед и возвращалась с перерыва с опозданием от указанного в трудовом договоре времени на 10 минут, по данному иску правового значения не имеет.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что несчастный случай, произошедший с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ на территории ГУЗ «Краснинская районная больница», связан с производством, является страховым случаем для целей обязательного социального страхования и обоснованно расследован работодателем в порядке гл. 36 Трудового кодекса Российской Федерации.

Оспариваемый истцом акт о несчастном случае на производстве составлен при наличии правовых и фактических оснований. По форме и содержанию этот документ соответствует требованиям, предусмотренным ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации.

Допущенная в содержании акта неточность относительно того, откуда ответчица ФИО1 возвращалась за забытым в автомобиле мобильным телефоном, с учетом изложенных выше фактических обстоятельств, установленных судом, не может служить основанием для признания акта недействительным.

Обстоятельств, при наличии которых в силу ч.6 ст.229.2 Трудового кодекса Российской Федерации несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством, по делу не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.3,5 Федерального закона от 24.07.1998 N125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", ст.ст.227, 229.2, 230 Трудового кодекса Российской Федерации, ст.198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении иска ГУ – ЛИПЕЦКОЕ РЕГИОНАЛЬНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ ФОНДА СОЦИАЛЬНОГО СТРАХОВАНИЯ Российской Федерации к ГУЗ «КРАСНИНСКАЯ РАЙОННАЯ БОЛЬНИЦА» и ФИО1 об оспаривании акта о несчастном случае на производстве о т к а з а т ь.

Решение может быть обжаловано в Липецкий областной суд через Становлянский районный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья Л.М.Шумилина

Мотивированное решение изготовлено 30.05.2017 года