Решение № 2-712/2017 2-712/2017~М-584/2017 М-584/2017 от 14 ноября 2017 г. по делу № 2-712/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 ноября 2017 года п. Чунский

Чунский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Качиной Г.М., при секретаре Танатиной И.В., с участием помощника прокурора Чунского района Ракуновой А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-712/2017 по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Чуналес» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Чуналес» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, указав, что в период с 4 сентября 2006 года по 10 ноября 2006 года он работал водителем лесовозной автомашины на вывозке леса в хлыстах с верхнего склада лесозаготовительного участка на предприятии ООО «Чуналес». С 10 ноября 2006 года был переведен в автотранспортный цех машинистом К-701, где работал до 7 июня 2010 года, откуда был уволен по п.5 ст.83 ТК РФ, в связи с признанием работника неспособным к трудовой деятельности. В 2008 году в период работы в ООО «Чуналес» была проведена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, из которой следует, что было обследовано его рабочее место, на основании извещения из МУЗ «Чунская ЦРБ». Из детального описания выполняемых технологических операций следует, что на машиниста грейдозера воздействует физическое и нервное напряжение, контакт с ГСМ, шум работы двигателя машины, общая и локальная вибрации, низкие температуры в холодный период года при выполнении работ на открытом воздухе, выхлопные газы. Согласно заключению о состоянии условий труда машиниста грейдозера К-701, 3.3 класс, вредный труд, условия которого могли способствовать развитию профессионального заболевания, как и условия труда водителя лесовоза 3.4 класс. 04.05.2009 года в НИИ медицины труда и экологии человека г.Ангарска ему было установлено профессиональное заболевание: вибрационная болезнь 1 степени от воздействия общей и локальной вибрации (нерезко выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия рук и ног), что подтверждается заключением № от 04.05.2009 года. По результатам вышеуказанного заключения ответчиком был составлен акт об установлении профессионального заболевания от 9 августа 2008 года, в соответствии с которым у него установлена утрата профессиональной трудоспособности на 40 %, которое подтвердило наличие профессионального заболевания, которое возникло при обстоятельствах и условиях многолетней работы трактористом в условиях воздействия неблагоприятных факторов - повышенных уровней локальной и общей вибрации, шума, физического и нервного напряжения, общего переохлаждения. Указанные факторы являются вредными производственными факторами, воздействовавшие на его организм в течение всей рабочей смены, что является несоответствием условий труда санитарно-гигиеническим нормам. Из медицинского заключения № от 22 апреля 2016 года следует, что ему был установлен основной диагноз: вибрационная болезнь 2 степени от воздействия общей и локальной вибрации (умеренно-выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия верхних конечностей с признаками компрессионной невропатии локтевых нервов в кубитальном канале с 2-х сторон; умеренно-выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия нижних конечностей) и назначено санаторно-курортное и медикаментозное лечение. При оформлении трудовых отношений с работодателем ООО «Чуналес» он, как работник, лишь выразил своё желание на осуществление определенной трудовой деятельности в качестве тракториста, при этом своего согласия на исполнение в условиях, не обеспечивающих исключение получения какого-либо вреда здоровью, в том числе получения профессионального заболевания, не выражал. С 7 июня 2010 года он не смог по состоянию здоровья более работать машинистом грейдозера К-701 на предприятии ООО «Чуналес» и вынужден был уволиться по состоянию здоровья в связи с установлением профессионального заболевания, в результате которого он является инвалидом третьей группы бессрочно, испытывает физические и нравственные страдания по данному поводу, вынужден ежегодно проходить необходимое лечение и тратить на своё лечение значительные материальные средства. Для оказания юридической помощи он вынужден был обратиться к юристу, которому заплатил за консультации и составление искового заявления денежную сумму в размере 5000 рублей. Просит взыскать с ООО «Чуналес» в его пользу компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в размере 400000 рублей, а также расходы на оказание юридической помощи в размере 5000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 настаивая на исковых требованиях по вышеуказанным основаниям, добавил, что, работая в ООО «Чуналес» зимой практически дома не находился, жил в лесу. Домой приезжал один раз в неделю, чтобы помыться. До этого работал в Баерском лесхозе 7 лет лесником, на грейдозере работал по совместительству, когда дороги надо было чистить, но каждый день дома был. В 2008 году обратился за медицинской помощью. Ему установили профессиональное заболевание, когда работал в ООО «Чуналес». Несмотря на заболевание, вынужден был продолжать работать, так как у него дети и внучка под опекой. Осознавал, что рискует здоровьем, но ему пообещали, что будет теплый гараж. Из-за болезни тяжело выполнять работу по дому, икры на ногах сводит судорогой, руки мерзнут, для колки дров нанимает людей, так как руки не держат топор. Пенсия у него 12000 рублей, выплаты, связанные с возмещением вреда 12000 рублей. Просит взыскать с ООО «Чуналес» в его пользу компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в размере 400000 рублей, а также расходы на оказание юридической помощи в размере 5000 рублей.

Представитель ООО «Чуналес» в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежаще, просили рассмотреть дело в их отсутствие, в возражениях указали, что в основании иска истец указывает на трудовые отношения с ответчиком в период времени с 4 сентября 2006 года до 10 ноября 2006 года, где работал водителем лесовозной автомашины и с 10 ноября 2006 года по 7 июня 2010 года, где работал в должности - машинистом К-701. Так как истец отработал в должности «Машинист грейдозера К-701» в общей сложности 8 лет 4 месяца при общем трудовом стаже 38 лет 6 месяцев, по состоянию на 28 мая 2008 года, то у него выявлено профессиональное заболевание, согласно акту о случае профессионального заболевания, в связи с чем ему установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 40%. Истец считает, что в результате многолетней работы (8 лет 4 месяца) трактористом в условиях неблагоприятных факторов - повышенный уровень локальной и общей вибрации, шума, физического и нервного напряжения, общего переохлаждения, - утрачена профессиональная трудоспособность лишь по вине ответчика. С указанными доводами истца согласиться не возможно, в силу отсутствия полной и достоверной обоснованности заявленных требований, где кроме того не учтена и степень вины самого ответчика. Так, согласно Приказу № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 переведён машинистом К-701 в автотранспортный цех, а уволен 07 июня 2010 года по состоянию здоровья, по Приказу № от ДД.ММ.ГГГГ В сложившейся ситуации юридически значимым обстоятельством является фактический стаж истца в должности машиниста грейдозера К-701 у ответчика, что составляет фактически 3 года 5 месяцев 27 дней (с 10.11.2006 г. по 07.05.2010 г.). Так как при трудоустройстве на работу в ООО «Чуналес» истец уже имел трудовой стаж, в том числе и значительный стаж по профессии «Машинист грейдозера К-701», в данных обстоятельствах при определении степени вины ответчика необходимо учесть и фактическую занятость истца в работе по профессии в спорный период, где необходимо исключить время отпусков, нахождение на больничном, простои (ремонт транспортного средства) и др. По их расчётам, согласно табелям учёта рабочего времени, за минусом времени нахождения в очередном оплачиваемом отпуске, нахождение на больничном, времени нахождения в клинике на обследовании по профзаболеванию и времени простоя или ремонта транспортного средства, истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ фактически отработал 2 года 8 месяцев 15 дней в должности машиниста грейдозера, а именно: 2006 год, то есть с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - все рабочие смены/часы выработаны; 2007 год, то есть с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - все рабочие смены/часы выработаны, кроме времени нахождения в очередном оплачиваемом отпуске 36 календарных дней, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, согласно Приказу №-лс от ДД.ММ.ГГГГ; 2008 год, то есть с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - все рабочие смены/часы выработаны, кроме времени 2 дней простоя/ремонта транспортного средства (1 и 5 ноября) и времени нахождения в очередном оплачиваемом отпуске 36 календарных дней, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, согласно Приказу №-лс от ДД.ММ.ГГГГ; 2009 год, то есть ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - 4 месяца рабочие смены/часы выработаны полостью (январь, март, октябрь, декабрь), время нахождения в очередном оплачиваемом отпуске 36 календарных дней, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, согласно Приказу №-лс от ДД.ММ.ГГГГ; простой/ремонт транспортного средства 28 рабочих дней (июль 27,28, 29, 30, 31 - 5 дней, август 10, 11, 12, 13, 14, 17, 18, 19, 20, 21-10 дней, ноябрь 10, 11, 12, 13, 17, 18, 19,20,23,24, 25 - 11 дней), нахождение на больничном 64 дня (Листок нетрудоспособности № от ДД.ММ.ГГГГ - 15 дней с 02 февраля по 16 февраля, Листок нетрудоспособности № от ДД.ММ.ГГГГ - 18 дней с 30 марта по 17 апреля, Листок нетрудоспособности № от ДД.ММ.ГГГГ - 15 дней с 23 июня по 07 июля, Листок нетрудоспособности № от ДД.ММ.ГГГГ - 16 дней с 07 по 22 сентября), нахождение на обследовании в клинике АФНИИ МТ и ЭЧ - 15 дней с 20 апреля по 04 мая, согласно Справке № от ДД.ММ.ГГГГ; 2010 год, то есть с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - 2 месяца рабочих смен/часы выработаны полостью (январь, февраль), время нахождения в очередном оплачиваемом отпуске 36 календарных дней, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, согласно Приказу №-лс от ДД.ММ.ГГГГ; простой/ремонт транспортного средства 0 рабочих дней, нахождение на больничном 10 дней (Листок нетрудоспособности № от ДД.ММ.ГГГГ - 10 дней с 09 февраля по 18 февраля, нахождение на обследовании в клинике АФВСНЦЭЧСОРАМН - 15 дней с 19 апреля по 03 мая, согласно Справке № от ДД.ММ.ГГГГ Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Между тем названная норма трудового законодательства не устанавливает ни размер компенсации морального вреда, причинённого работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, ни критерии его определения. Согласно разъяснению, содержащемуся абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причинённых работнику нравственных или физических страданий, степени вины работника, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». Считают, что в рамках рассматриваемого дела по заявленным требованиям подлежат учёту следующие обстоятельства: на момент выявления профессионального заболевания 04.05.2009 года истец имел стаж по спорной профессии за период работы в ООО «ЧУНАЛЕС» всего 2 года 2 месяца, что значительно отличается от общего стажа по профессии «Машинист грейдозера» из 8 лет 4 месяца. То есть, в данной ситуации, степень вины ответчика не является абсолютной, так как до трудоустройства к ответчику истец осуществлял трудовую деятельность в иных организациях, что составляет большую часть от общего стажа по профессии «Машинист грейдозера». С учётом вышеизложенного, считают, что не является разумным и справедливым заявленный размер компенсации морального вреда, так как стаж истца по спорной профессии, по которой выявлено профессиональное заболевание, выработан у ответчика незначительный от общего стажа. Также истец не приводит обоснованных доводов и расчётов заявленного размера компенсации. Считают, что разумная и справедливая компенсация морального вреда не может превышать 10 000 рублей. Что касается требований о взыскании судебных расходов, связанных с оплатой услуг адвоката, в размере 5000 рублей, то они являются завышенными и превышают разумные пределы. Разумность расходов представительских услуг можно провести по аналогии с законодательством Иркутской области в области обеспечения оказания юридической помощи, которым определяются категории услуг, размер и порядок возмещения расходов на оказание юридической помощи. В пункте 2 Постановления Правительства Иркутской области «Об обеспечении оказания юридической помощи адвокатами Иркутской области» установлен размер оплаты адвокатов, оказывающих бесплатную юридическую помощь в рамках государственной системы бесплатной юридической помощи в Иркутской области, осуществляется в следующих размерах: 400 рублей - правовое консультирование в устной форме; 600 рублей - правовое консультирование в письменной форме; 720 рублей - составление заявлений, жалоб, ходатайств и других документов правового характера; 825 рублей - за каждый день вне зависимости от длительности рабочего времени, в котором адвокат занят выполнением поручения по представлению интересов гражданина в государственных и муниципальных органах власти и организациях. При сопоставлении установленных размеров услуг в области бесплатной юридической помощи, нормативно действующих на территории Иркутской области, и размерами требований истца, явно не сопоставимы и неразумны, при том, что разрешение социальных вопросов, которые определены законодательством о бесплатной юридической помощи, не менее сложные и затратные по времени, а даже будут сложнее, чем разрешения спорных ситуаций о компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью. В сфере спорных правоотношений давно выработано единообразие правовых позиций и разрешаемые ситуации носят белее шаблонный формат, а значит, разрешение аналогичных споров, не могут считаться сложными, затратными по времени и пр. Просили в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

Выслушав объяснение истца ФИО1, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора Чунского района Ракуновой А.С., полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению частично, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.7ч.2 Конституции РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей.

В соответствии со ст.37 ч.3 Конституции РФ каждый гражданин имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами; обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (ст.21ч.1 ТК РФ ).

В соответствии со ст.219 ч.1 ТК РФ, каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

В соответствии со ст.22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Ст. 212 ТК РФ предусматривает среди прочих обязанностей работодателя по обеспечению безопасных условий и охраны труда, обязанность обеспечить соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

Согласно ст.3 Закона РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев и профессиональных заболеваний» под профессиональным заболеванием понимается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредных производственных факторов и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

В соответствии с п.30 Положения о порядке расследования профзаболевания, установленного Постановлением Правительства РФ № 967 от 15 декабря 2000 года, акт о случае профзаболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Согласно п.14 данного Положения заключительный диагноз хронического профессионального заболевания устанавливает Центр профпатологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов (в т. ч. возникшего спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами).

Согласно ст.8п.3 Федерального закона Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 работал в ООО «Чуналес» в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ водителем лесовозной автомашины на вывозке леса в хлыстах с верхнего склада, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ машинистом К-701, был уволен по ст. 83 п. 5 ТК РФ в связи с признанием работника неспособным к трудовой деятельности, в соответствии с медицинским заключением.

Согласно санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, шум превышает ПДУ на 16 дб.А, локальная вибрация превышает ПДУ на 3-6дб., общая вибрация превышает ПДУ на 26-28 дб., время воздействия вредных производственных факторов – до 80 % рабочего времени. /п.5/

Согласно п. 24 данной характеристики, по заключению о состоянии условий труда машиниста грейдозера К-701 3.3. класс, вредный труд. Условия труда могли способствовать развитию профессионального заболевания. Водителя лесовоза 3.4 класс. Условия труда могли способствовать развитию профессионального заболевания.

Согласно заключению № клиники НИИ медицины труда и экологии человека от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 было установлено профессиональное заболевание вибрационная болезнь 1 ст. от воздействия общей и локальной вибрации (нерезко выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия рук и ног. В профессии трудоспособен).

Согласно заключению № клиники НИИ медицины труда и экологии человека от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 было установлено профессиональное заболевание: вибрационная болезнь 2 степени от воздействия общей и локальной вибрации (умеренно выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия верхних конечностей с признаками компрессионной невропатии локтевых нервов в кубитальном канале с 2-х сторон; умеренно выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия нижних конечностей).

Из справки МСЭ-2012 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена третья группа инвалидности по профзаболеванию, бессрочно.

Из справки МСЭ-2009 № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что ФИО1 была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 40%, с 01.05.2017 года бессрочно.

Согласно справке инспектора отдела кадров ООО «Чуналес», от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 был принят в ООО «Чуналес» в Автотранспортный цех водителем лесовозной автомашины на вывозку леса (трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ, приказ №-лс от ДД.ММ.ГГГГ); переведен трактористом К-700 (временно) в АТЦ (приказ 827-лс от ДД.ММ.ГГГГ); ДД.ММ.ГГГГ переведен машинистом К-701 в АТЦ (приказ №-лс от ДД.ММ.ГГГГ); ДД.ММ.ГГГГ переведен машинистом К-701 на верхний склад ( приказ 213-лс от ДД.ММ.ГГГГ); уволен ДД.ММ.ГГГГ (приказ 100-лс от ДД.ММ.ГГГГ). Использованный отпуск: 1-й за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ 36 к/дней (приказ №-лс от ДД.ММ.ГГГГ); 2-й за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ 36 к/дней с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год (приказ №-лс от ДД.ММ.ГГГГ); 3-й за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ 36 к/дней с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ 76-лс от ДД.ММ.ГГГГ); 4-й за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год 36 к/дней с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ 43-лс от ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно листку нетрудоспособности серии №, выданного ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 находился на амбулаторном лечении у врача невролога с 02.02.2009 года по 12.02.2009 года.

Согласно листку нетрудоспособности серии №, выданного ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 находился на амбулаторном лечении у врача хирурга с 30.03.2009 года по 09.04.2009 года.

Согласно листку нетрудоспособности серии №, выданного ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 находился на амбулаторном лечении у врача невролога с 23.06.2009 года по 01.07.2009 года.

Согласно листку нетрудоспособности серии №, выданного ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 находился на амбулаторном лечении у врача невролога с 07.09.2009 года по 15.09.2009 года.

Согласно листку нетрудоспособности серии №, выданного ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 находился на амбулаторном лечении у врача невролога с 09 февраля 2010 г.

Согласно справке клиники НИИ медицины труда и экологии человека от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 находился в клинике на обследовании и лечении по поводу вибрационной болезни 1 ст. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Выписан с диагнозом вибрационная болезнь 1 ст.

Согласно справке клиники НИИ медицины труда и экологии человека от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 находился в клинике на обследовании и лечении по поводу вибрационной болезни 2 ст. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Выписан с диагнозом вибрационная болезнь 2 ст.

Свидетель Б. Ю.Н. пояснила, что ФИО1 ее муж. С 2008 года он стал плохо себя чувствовать, в связи с чем его направили на лечение. У него постоянно судороги ног и рук, руки и ноги постоянно холодные, плохо и мало спит. Постоянно приходится использовать согревающие пластыри. Физическую работу он практически не делает, так как не может, нанимают людей. Он очень болеет, всегда уставший. От этого он морально страдает. Переживает, что не может ей помочь, так как она тоже болеет. Старший сын умер, под опекой были две внучки, одна из которых еще учится. Больше детей нет, помощи не от кого ждать.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда, размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины ответчика с учётом требований разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 8 ФЗ № 125-ФЗ от 24.07.1998 года «Об обязательном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» устанавливает виды обеспечения по страхованию. В соответствии с указанной нормой, обеспечение по страхованию осуществляется: в виде пособия по временной нетрудоспособности; в виде страховых выплат: единовременной страховой выплаты и ежемесячных страховых выплат; в виде оплаты дополнительных расходов; в виде компенсации морального вреда.

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о доказанности вины работодателя в нарушении требований по организации работы во вредных условиях установлена, а поэтому считает, что имеются оснований для возложения на ответчика ООО «Чуналес» обязанности по компенсации, причиненного истцу ФИО1 морального вреда.

То, что работа проходила во вредных условиях труда при постоянном воздействии предельно допустимых уровней шума и вибрации также подтверждается санитарно гигиенической характеристикой условий труда от 28.05.2008 года, в соответствии с которой установлено, что шум превышает ПДУ на 16 дб.А, локальная вибрация превышает ПДУ на 3-6дб., общая вибрация превышает ПДУ на 26-28 дб., время воздействия вредных производственных факторов – до 80 % рабочего времени. /п.5/

Согласно п. 24 данной характеристики, по заключению о состоянии условий труда машиниста грейдозера К-701 3.3. класс, вредный труд. Условия труда могли способствовать развитию профессионального заболевания. Водителя лесовоза 3.4 класс. Условия труда могли способствовать развитию профессионального заболевания.

Таким образом, судом достоверно установлено, что выполняя работу по специальности, ФИО1 подвергался воздействию вредных производственных факторов: повышенного уровня локальной и общей вибрации, шума, описанных в санитарно-гигиенической характеристике относительно работы ФИО1 в указанной организации, которые явились причиной получения им профессионального заболевания, возникшего в результате конструктивных недостатков машин и оборудования, и утраты трудоспособности в 40%. Непосредственной причиной заболевания послужило: воздействие повышенного шума и локальной и общей вибрации.

Общий стаж работы в условиях воздействия вредных условий труда составляет 18 лет 8 месяцев, стаж работы машиниста грейдозера верхнего склада 8 лет 4 месяца, в том числе у ответчика 3 года 5 месяцев 27 дней.

При таких обстоятельствах суд приходит к достоверному выводу о том, что развитию профессионального заболевания способствовала работа истца в должности машиниста грейдозера, в том числе и в ООО «Чуналес». Оформление санитарно-гигиенической характеристики только по последнему месту работы не является нарушением требований закона. Расследование профессионального заболевания проведено в соответствии с Положением о расследовании и учете профзаболеваний.

В результате профессионального заболевания истцу причинены нравственные и физические страдания.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 испытывает постоянные сильные боли и слабость в руках, ногах, в области спины, физическую боль и неудобства в повседневной жизни из-за болей в спине и пояснице, головных болей и головокружения, а поэтому суд приходит к выводу о том, что требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

В силу ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий с учетом требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Такие же критерии содержатся и в разъяснениях, содержащихся в 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает степень и характер причинённых ФИО1 физических и нравственных страданий, а также степень вины ответчика, с учётом требований разумности и справедливости.

ФИО1 был причинен вред здоровью при исполнении трудовых обязанностей, он утратил 40 % профессиональной трудоспособности в связи с вибрационной болезнью, является инвалидом 3 группы, нуждается в лечении, снизилось качество его жизни, не может с учетом своего состояния здоровья найти подходящую работу.

С учетом изложенного, принимая во внимание продолжительность работы ФИО1 у ответчика во вредных условиях труда, специфику труда ФИО1 в должности машиниста грейдозера, степень утраты профессиональной трудоспособности, меры, предпринятые ответчиком для минимизации вредного воздействия условий труда, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что размер компенсации морального вреда может быть определен в 100000 рублей.

Само по себе получение истцом профессионального заболевания и длительный период работы в неблагоприятных условиях не дает безусловного права требовать компенсации в размере, заявленном истцом.

Истец, работая в неблагополучных условиях, не мог не понимать, что вредные факторы имеют место, и они воздействуют на его организм, влияют на состояние здоровья. Однако, располагая выбором отказаться от работы на таком предприятии, ФИО1 продолжал трудиться на предприятии. ФИО1 должен был осознавать, что подвергает себя определенному риску, что продолжительная работа при воздействии шума и вибрации может повлечь для него неблагоприятные последствия. Поэтому суд считает, что возлагать ответственность исключительно только на работодателя нет оснований.

Доводы ответчика о том, что ФИО1 имеет незначительный стаж работы на данном предприятии, незначительную занятость в данной профессии в спорный период, так как находился в отпусках, на больничном и т.д. суд учел при определении размера компенсации.

Подлежат взысканию и судебные расходы.

«Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела» Ст.88 ГПК РФ.

«К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате экспертам…, расходы на оплату услуг представителя, другие признанные судом необходимыми расходы» ст.94 ГПК РФ.

«Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы …» ст.98 ГПК РФ.

«Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах» ст.100 ГПК РФ.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст.17ч.3 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

ФИО1 понесены судебные расходы: 5000 рублей за оказание юридической помощи, которая состояла в составлении искового заявления, консультаций, что подтверждается договором об оказании юридических услуг от 01 сентября 2017 года.

Определяя размер взыскания расходов на оплату юридических услуг, суд учитывает требования о разумности.

Исходя из сложности дела, объема выполненной работы: консультация, составление искового заявления, суд считает, что в данном случае разумным пределом расходов по оплате услуг представителя будет 3000 рублей.

В соответствии со ст.103 ч. 1 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от которых истец освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от оплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Следовательно, с ответчика ООО «Чуналес» подлежит взысканию в доход государства государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой истец при подаче иска освобожден.

Руководствуясь ст. 194,198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Чуналес» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Чуналес» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы за оказание юридических услуг в сумме 5000 рублей.

Взыскать с ООО «Чуналес» госпошлину в доход государства в размере 300 рублей.

В остальной части исковых требований ФИО1, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Чунский районный суд в течение месяца.

Председательствующий