Решение № 2-761/2017 2-761/2017~М-696/2017 М-696/2017 от 19 декабря 2017 г. по делу № 2-761/2017

Дело № 2 – 761/17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Калтан 20 декабря 2017 года

Калтанский районный суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Ванюшина Е.В.,

с участием помощника прокурора г. Осинники Демченко С.В.,

при секретаре Ереминой В.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Кемеровской области о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации,

третьи лица: СУ СК РФ по Кемеровской области, СО по г.Осинники СУ СК РФ по Кемеровской области, ФИО3, прокуратура Кемеровской области, прокурор г.Осинники,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации, в размере 5 000 000 рублей за счет средств казны Российской Федерации.

Требования мотивированы тем, что постановлением старшего следователя СО по городу Осинники СУ СК РФ по Кемеровской области ФИО3 от ХХ было прекращено уголовное дело №, возбужденное ХХг. в отношении нее по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ. За ней было признано право на реабилитацию.

В соответствии со ст. 8 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН ХХ, установлено, что каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случае нарушения его основных прав, предоставленных ему конституцией или законом.

В соответствии со ст. 53 Конституции РФ, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Уголовным преследованием ей причинен моральный вред, который выразился в следующем:

в ходе производства по уголовному делу у нее отбиралось обязательство о явке и надлежащем поведении, что ограничивало ее свободу передвижения.

В связи с незаконным уголовным преследованием она испытывала чувство стыда перед родственниками, соседями, знакомыми, коллегами по работе. Работая в статусе руководителя (на протяжении 23 лет) она всегда следовала нормам морали и нравственности, более того, она всегда призывала к этому всех сотрудников. Незаконное уголовное преследование запятнало ее деловую репутацию, опорочило ее честь и достоинство. Её многолетний труд обесценен. Учитывая ее возраст, у нее не осталось времени на восстановление незаконно подорванной деловой репутации.

Постоянное напряжение, ожидание скорейшего завершения безосновательного уголовного преследования и искреннее непонимание причин бездействия со стороны следственных органов, сказалось на состоянии ее здоровья. В июле 2017 года ей пришлось обратиться за помощью к неврологу пройти курс лечения.

Она потеряла веру в правоохранительные органы, когда судебным решением бездействия следственных органов были признаны законными.

В период предварительного расследования она дважды обращалась с ходатайством о прекращении уголовного преследования за отсутствием в ее действиях события преступления, но в удовлетворении ее ходатайств было отказано. Я также обращалась в суд в порядке требований ст. 125 УПК РФ, где указывала, что следствие практически никакие следственные действия не поводило, ей пришлось самой обращаться с ходатайствами к следователю о проведении следственных действий, она прилагала протоколы опроса свидетелей, которые подтверждали ее невиновность.

Все это вызывало у нее чувство безысходности, страха, беспомощности в борьбе за справедливость.

Она потеряла работу, испытывает материальные трудности, лишена возможности продолжать активную общественную жизнь.

Согласно ст.ст. 1069, 1070 ГК РФ ответственность за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, их должностными лицами, а также вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, подлежит возмещению за счет казны РФ, казны субъекта РФ или муниципального образования.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, от ее имени выступает Министерство финансов РФ

В силу ст. 151 ГК РФ гражданин вправе требовать компенсации морального вред в случае нарушения его личных неимущественных прав. Под моральным вредом понимаются физические и нравственные страдания гражданина.

Ст. 1100 ГК РФ устанавливает, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя следователя, прокурора и суда.

Согласно ч. 2 ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый в отношении которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1,2,5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4-6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; 4) осужденный-в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; 5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Она оценивает причиненный ей моральный вред в 5 000 000 рублей (Пять миллионов рублей).

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель адвокат Морозова Л.И. исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержали, просили требования удовлетворить.

Истец ФИО1 дополнительно пояснила, что в г.Калтан она проживает 34 года. Из них 23 года она работала руководителем организации. (13 лет директором школы, 10 лет - начальником Управления образования). И все эти годы она учила и призывала сотрудников все делать по закону, быть честными и порядочными, поскольку к себе предъявляла такие же требования. За 23 года она заработала себе репутацию человека принципиального, порядочного. Огромное количество жителей знают ее - непосредственно или опосредованно: в_Управлении образования и подведомственных учреждениях работает более 600 человек, в школах и детских садах - более 4,5 тысяч обучающихся и воспитанников, с родителями которых она работала, был период в ее жизни, когда она работала в депутатском корпусе города и с большим процентом избирателей своего округа была знакома лично. Являясь руководителем самой большой бюджетной организации города, она конечно была публичным человеком. Постоянно участвовала в организации и проведении городских мероприятий, выступала на телевидении. За время работы она была награждена Почетными грамотами и благодарственными письмами администрации Кемеровской области, медалью "За веру и добро", ей присвоено звание "Почетный работник общего образования".

Приход следователя в марте 2017 года и ознакомление с постановлением о возбуждении уголовного дела повергло ее в шок. Она предполагала, что прежде чем возбуждать уголовное преследование, и прокурор и следователь должны были точно знать, что есть основания его возбуждения, в ее случае увидеть эти приказы, побеседовать с ней. Ничего этого не было.

Информация о возбуждении в отношении нее уголовного дела распространилась по городу очень быстро. Она пребывала в состоянии постоянного стресса. Чувство стыда было настолько велико, что она максимально ограничила посещение общественных мест, даже перестала обедать в местах общественного питания. Она ограничила свои деловые поездки в департамент образования и науки администрации Кемеровской области, поскольку и там стало известно о возбуждении дела, а ведь она 10 лет безупречно работала и пользовалась авторитетом среди коллег - начальников других территорий, среди сотрудников департамента.

Она с трудом сообщила о своих проблемах своим взрослым детям и родственникам. Она замкнулась, ограничила общение с ними, постоянное внутренне напряжение выливалась во внешнее раздражение и, как следствие, ссоры с близкими ей людьми.

Возбужденное в марте уголовное дело ежемесячно продлевалось не особо пополняясь новыми материалами. А ведь необходимо было лишь главное действие: увидеть приказы Управления и убедиться в отсутствии тех, на основании которых было возбуждено уголовное дело, запросить документы у ревизионной комиссии (О.), которая утверждает, что видела их, но при этом не прикладывает копий и даже не обозначает их реквизиты.

Но расследование продвигалось очень медленно, были периоды, когда в течение месяца не было совершено ни одного следственного действия. Чтобы ускорить процесс ее адвокат производила опрос свидетелей, материалы направляли следователю.

В июне она была вынуждена обратиться в суд по вопросу затягивания уголовного преследования. Суд и присутствовавший прокурор (тот, кто должен следить чтобы не нарушались права обеих сторон) не приняли во внимание ее доводы.

Воспитанная в уважении к правоохранительным и судебным органам, она испытала чувство глубокого разочарования, безысходности и в итоге потеряла доверие к данным структурам.

Уголовное дело, основной задачей которого согласно обвинению, было выявить наличие или отсутствие приказов - продолжалось. Постоянное напряжение, ожидание скорейшего завершения безосновательного уголовного преследования и искреннее непонимание причин бездействия со стороны следственных органов, сказалось на состоянии ее здоровья. В июле 2017 года ей пришлось обратиться за помощью к неврологу и пройти курс медикаментозного лечения.

Подавленность и безысходность, страх по поводу возможных последствий незаконного преследования, не оставляли ее. Слезы, бессонные ночи усугубляли её состояние.

Разочарование в правосудии позволило допускать возможность обвинения и осуждения. А у нее дочь, зять, сноха и ее родители работают в органах внутренних дел. Знание того, что возможная судимость может негативно отразиться на их работе, и, как следствие, жизни, породило в ней мысли о суициде. Нет человека - нет проблем.

Работодатель по своей инициативе расторг с ней трудовой договор и возбужденное уголовное преследование негласно было тому основанием.

Спустя 7 месяцев дело закрыто за отсутствием состава преступления. И сегодня у нее нет работы, нет веры в людей из-за откровенной клеветы, нет веры в правоохранительные органы. Её деловая и личностная репутация, которую она честно зарабатывала на протяжении всей трудовой жизни, запятнана.

Её жизнь, её вера в порядочность, справедливость, честное выполнение своих обязанностей на всех уровнях, рухнули. Что было - все обесценилось.

Впереди - пустота, никакой перспективы. Начинать с нуля поздно. Работать с людьми нет желания, потому что нет веры (вдруг в очередной раз оболгут, а истинное положение дел никому не интересно).

Почему размер морального вреда - 5 миллионов? Задайте вопрос себе -сколько стоит Ваша репутация, Ваши честь и достоинство? не удивлюсь, если сумма окажется значительно выше. По большому счету цена этого - время, прожитая жизнь. Но принять решение повторить ее суд, к сожалению не может.

Представитель истца ФИО1 – адвокат Морозова Л.И. в суде пояснила, что она понимает и положение ФИО4 и представителя прокуратуры. Но когда 5000 рублей, это не сопоставимо с тем, как органы поступили с ФИО4. Прокурор ссылается на факты, нет подписки, нем меры пресечения. Она обращалась в прокуратуру г.Осинники о незаконной доследственной проверке. Основанием послужил отчет ревизионной комиссии, что ФИО4 издавала приказы, премировала себя. Никто не изымал приказы. Их не было. Следователь даже мысли не допускал, что их нет. Приказы никто не изымал. В бухгалтерии говорили, что таких приказов не было. Заработная плата ФИО4 намного меньше, чем должно быть. Поводом для возбуждения уголовного дела было отношение главы города к Марине Викторовне. Дело было возбуждено, но то, что дело продлевалось, они узнавали с боем, через суд. Дело лежало месяцами, без проведения следственных действий. Было разочарование, они поступали непорядочно. По их ходатайству были допрошены свидетели, которые подтвердили, что не было приказов, не было необоснованных премирований. Жить в стрессе эти 7 месяцев, это страшно. Истец человек публичный. Кто ей сочувствовал, кто злорадствовал. Дело прекратили по - тихому. Считает, что стрессовая ситуация не может оцениваться в 5 000 рублей. Как сказала ФИО4, каждый должен поставить себя на ее место. Истец и не думала, что проработав столько лет, на нее возбудят уголовное дело. Услышав сегодня, что она думала о суициде, у ужаснулась. Прокурор сказал, что увольнение не связано с уголовным делом, это не доказано. Глава города приезжал к ФИО5 и узнавал как уволить ФИО4. В итоге ФИО4 осталась без работы. Считает, что тот моральный вред не сможет восполнить ее моральные страдания. 5 000 рублей не соответствуют тому давлению, унижению. ФИО6 Викторовна подала в следственный комитет заявление о возбуждении уголовного дела на того, кто ее оклеветал.

Просит взыскать с Министерства финансов РФ в пользу ФИО1 5 000 000 рублей, а так же судебные расходы в размере 20 000 рублей.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Кемеровской области ФИО7 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела уведомлена надлежащим образом, просила дело рассмотреть в ее отсутствие. Предоставила в суд письменные возражения относительно искового заявления ФИО1, согласно которого просила отказать в удовлетворении исковых требований в силу их необоснованности в виду следующего.

Истицей не доказан факт причинения ей морального вреда и не обоснован размер компенсации морального вреда.

В силу ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом РФ (ст. ст. 133 - 139, ст. ст. 397, 399 УПК РФ).

Исходя из содержания данных требований закона, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляете независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания виде ареста или исправительных работ.

С учетом требований статьи 56 ГПК РФ, в соответствии с которой сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, на истца, заявляющего требование о компенсации морального вред возлагается обязанность по доказыванию следующих фактов:

1) действительно ли были совершены ответчиком действия, причинившие истцу нравственные или физические страдания, в чем выражались данные действия и когда были совершены;

2) какие личные неимущественные права истца нарушены этими действиями, и на какие нематериальные блага они посягают;

3) в чем выразились нравственные или физические страдания истца;

4) наличие причинно-следственной связи между причинением вреда и наступившими физическими или нравственными страданиями;

5) размер компенсации.

В обоснование своих требований истица указывает, что:

• «в ходе производства по уголовному делу у меня отбиралось обязательство о явке и надлежащем поведении, что ограничивало мою свободу передвижения».

Из смысла ст. 112 УПК РФ следует, что обязательство о явке состоит в письменном обязательстве лица своевременно являться по вызову дознавателя, следователя и суда сообщении о перемене места жительства. Обязательство о явке не является мерой пресечения, а лишь мерой процессуального принуждения. Утверждение истицы, о том, что обязательство о явке ограничивало ее свободу передвижения, считают не соответствующим действительности. Кроме того, по данному факту истицей не представлено доказательств.

• «В связи с незаконным уголовным преследованием я испытывала чувство стыда перед родственниками, соседями, знакомыми, коллегами по работе».

Истицей не представлено доказательств о том, что сведения о рассмотрении в отношении нее уголовного дела стали известны родственникам, соседям, знакомым, коллегам по работе.

«Незаконное уголовное преследование запятнало мою деловую репутацию, опорочило мою честь и достоинство».

Считают, что высказывание истицы является лишь ее мнением, внутренним убеждением. Истицей не представлено доказательств того, что ее деловая репутация была запятнана, а честь и достоинство опорочены в результате действий именно сотрудников следственного отдела.

• «Постоянное напряжение, ожидание скорейшего завершения безосновательного уголовного преследования и искреннее непонимание причин бездействия со стороны следственных органов, сказалось на состоянии моего здоровья. В июле 2017 года мне пришлось обратиться за помощью к неврологу и пройти курс лечения».

Предоставление истицей копии больничного листа из учреждения здравоохранения может констатировать заболевание, однако не может свидетельствовать об установлении причинно - следственной связи между фактом возбуждения уголовного дела и состоянием здоровья. По их мнению отсутствует причинно-следственная связь между уголовным преследованием и заболеванием истицы.

Доказательствами по делу в силу ст. 55 ГПК РФ являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела (ст. 59 ГПК РФ). Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГПК РФ).

Таким образом, доводы истицы, изложенные в исковом заявлении, не подтверждены доказательствами, отвечающими принципу допустимости и относимости доказательств.

В части определения размера компенсации морального вреда.

В статьях 151, 1101 ГК РФ законодатель установил критерии, которые должны учитываться при определении размера компенсации морального вреда. Эти же критерии указаны и в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». По делам данной категории такими критериями являются:

• степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред;

• характер физических и нравственных страданий, который должен оцениваться с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего;

• иные заслуживающие внимания обстоятельства;

• требования разумности и справедливости.

Как разъяснено пунктом 8 вышеупомянутого Постановления… суд оценивая степень нравственных или физических страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Полагают, заслуживают внимания и положения гражданского законодательства о том, что при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать требования разумности и справедливости. Компенсация морального вреда не должна служить источником обогащения.

Сумму, заявленную истицей к взысканию, считают чрезмерно завышенной, не оправданной и не отвечающей требованиям разумности и справедливости.

Третьи лица СУ СК РФ по Кемеровской области, СО по г.Осинники СУ СК РФ по Кемеровской области, ФИО3, прокурор г.Осинники в судебное заседание не явились, своих представителей не направили, судом о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежаще.

Представитель прокуратуры Кемеровской области помощник прокурора г.Осинники Демченко С.В. в судебном заседании полагал, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению. Действительно возбуждалось дело в отношении лица, не по факту. Было обязательство о явке. ФИО4 не ограничивали в передвижении, этот довод не обоснован. Довод о том, что она потеряла работу, из-за возбуждения уголовного дела, не подтвержден. Нет сведений, что принимались меры по отстранению ее от работы. Больничные листы не подтверждают, что заболевание возникло из-за возбуждения уголовного дела. Считает, что заявленные требования чрезмерно завышены. На основании изложено, считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению в размере 5 000 рублей.

Суд, заслушав участников процесса, свидетелей, исследовав письменные материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства по делу в их совокупности, приходит к следующему.

На основании ст.53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате незаконного привлечения его к уголовной ответственности, а также в иных случаях, предусмотренных законом.

Судом установлено, что постановлением от ХХ следователь по особо важным делам СО по г.Осинники СУ СК РФ по Кемеровской области К. возбудил уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.286 УК РФ, в отношении ФИО1 (л.д. 5).

Постановлениями от ХХ, от ХХ, от ХХ, от ХХ, от ХХ следователями СО по г.Осинники СУ СК РФ по Кемеровской области были продлены сроки предварительного следствия до 7 месяцев, то есть до 17 октября 2017 года (л.д. 12-18).

Согласно представленных ходатайств подозреваемая ФИО1 ходатайствовала перед следователем о производстве ряда следственных действий (л.д. 20-21) и о прекращении уголовного дела и признании за ней права на реабилитацию (л.д. 22).

Согласно постановления о прекращении уголовного дела от ХХ (в материалах дела постановление от 17.09.2017г., согласно представленной телефонограмме дату вынесения постановления необходимо считать ХХ) уголовное дело, возбужденное ХХ следственным отделом по г.Осинники СУ СК РФ по Кемеровской области в отношении ФИО2, ХХ г.р., по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.286 УК РФ, прекращено. Признано за ФИО1 право на реабилитацию (л.д. 6-11).

Согласно листка нетрудоспособности ФИО1 проходила лечение у невролога и была освобождена от работы на период с 17.07.2017г. по 31.07.2017г. (л.д. 23).

Так же ФИО1 представлены квитанции об оплате за обращение за медицинской помощью (л.д. 52-57).

Свидетель ФИО8 в судебном заседании показала, что истец ее мама. О том, что в отношении мамы возбуждено уголовное дело, она узнала в марте 2017г. Мама ей позвонила и сказала, что к ней на работу пришли сотрудники полиции. В это время мама была в отпуске, пришла на работу поработать. Сказала, что сотрудник полиции принес постановление о возбуждении уголовного дела, вручил повестку на допрос. Мама была в растерянности, были слезы, полное непонимание. В постановлении было указано, что мама совершила преступление, что та издавала на себя приказы, похитила денежные средства. Мама всю жизнь жила правильно, честно, а тут такое.

Истец человек жизнерадостный, работу та очень любила. К людям относилась со всей душой. Реализовывала себя как руководитель, была счастлива.

После получения постановления, мама вышла из отпуска, работала до июля 20107г.

У мамы изменилась одежда. Все разговоры сводились к этому уголовному делу. Постоянные слезы, чувствовалось напряжение. Все поменялось. Мама стала думать, что все косо на нее смотрят. Изменила прическу, стала по-другому одеваться. Если раньше это были яркие, элегантные вещи, то после вручения постановления, одежда стала серая, стала носить только джинсы. Злые языки судачили. Это привело к нервному срыву. В июле 2017г. маму уволили по инициативе работодателя. Это было для мамы ударом. Это привело к больнице.

Все про это знали, все родственники знали. Брат знал, его жена, родители жены. Жена брата узнала не от них. Известная фамилия, известная личность, все судачили, обсуждали.

Уголовное дело было прекращено через 7 месяцев. Со слов мамы, она знает, что та жаловалась на действия следователя.

Они все работают в органах. Это все могло негативно сказаться на них, на внуках. Наличие у мамы судимости, могло отразиться на всей семье. Маме было очень тяжело. Мама до сих пор боится, что это дело может возобновиться. Мама постоянно в нервном напряжении.

В итоге мама осталась без работы, с опороченной репутацией, которая не восстановлена.

Свидетель К.Е.В.. в судебном заседании показала, что ФИО4, знает давно, на протяжении почти 19 лет. Сначала они общались как начальник и подчиненный, потому между ними сложились дружеские отношения, которые они поддерживают до сих пор.

О возбуждении уголовного дела она узнала не от ФИО4, а на работе. Слышала она не от одного человека. Попыталась узнать, правда ли это. Она спросила у ФИО4, та подтвердила.

ФИО4 изменилась в общении. Перестала посещать общественные места, перестала приходить к ней на работу.

Подавленное состояние было всегда. Летом та болела, на фоне стресса, обращалась к врачу. За все время, их общения она не помнит, что бы та без повода обращалась к врачу. Та ситуация повлияла на это, было состояние неизвестности. Она работает в школе искусств, слышала об этом от коллег. Она начала прислушиваться к разговорам. Начала слышать обсуждения. Люди выражались не уважительно, не корректно. Говорили, что просто так этого бы не случилось. Раз завели уголовное дело, значит виновата.

Исходя из данных обстоятельств и вышеприведенных норм права, суд приходит к выводу, что ФИО1 имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, которое длилось на протяжении 7 месяцев, что подтверждено выше указанными материалами, и которая в денежном выражении подлежит взысканию с Министерства Финансов РФ за счет казны РФ.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд приходит к выводу, что истцу действительно причинены нравственные страдания в связи с незаконным уголовным преследованием: возбуждением уголовного дела в отношении ФИО1, статуса подозреваемой, избрании меры принуждения в виде обязательства о явке. Суд считает, что указанные обстоятельства сами по себе являются основанием для взыскания компенсации морального вреда, при этом, суд учитывает, что в случае нарушения нематериальных благ незаконными действиями причинение морального вреда предполагается, а доказыванию подлежит лишь размер денежной компенсации.

В соответствии с ч.2 ст. 151 ГК РФ и ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 17 от 29.11.2011 г. «О практике применения судами норм главы 18 уголовно-процессуального кодекса российской федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Суд при определении размера денежной компенсации морального вреда ФИО1 учитывает степень и характер физических и нравственных страданий, связанными с индивидуальными особенностями истца, при этом, считает, что нравственные страдания ФИО1 выразились в её переживаниях в связи с незаконным уголовным преследованием, она самостоятельно искала доказательства своей невиновности. Степень и характер нравственных страданий истца также подтверждается показаниями свидетелей С.М.А., которая является дочерью истца, и свидетеля К.Е.В.

Довод истца о том, что ей были причинены нравственные страдания в связи с тем, что в ходе производства по уголовному делу у нее отбиралось обязательство о явке и надлежащем поведении, что ограничивало ее свободу передвижения, суд считает несостоятельным в связи с тем, что согласно ст. 112 УПК РФ следует, что обязательство о явке состоит в письменном обязательстве лица своевременно являться по вызову дознавателя, следователя и суда сообщении о перемене места жительства.

Обязательство о явке не является мерой пресечения, а лишь мерой процессуального принуждения.

Таким образом, утверждение истицы, о том, что обязательство о явке ограничивало ее свободу передвижения, суд считает не соответствующим действительности. Кроме того, по данному факту истицей не представлено доказательств в порядке ст.56 ГПК РФ.

Суд считает несостоятельными доводы истца о том, что в связи с незаконным уголовным преследованием она испытывала чувство стыда перед родственниками, соседями, знакомыми, коллегами по работе. Незаконное уголовное преследование запятнало ее деловую репутацию, опорочило ее честь и достоинство, в связи с чем она потеряла работу, испытывает материальные трудности, лишена возможности продолжать активную общественную жизнь.

Суд считает, что указанные высказывания истицы является лишь ее мнением, внутренним убеждением. Истицей не представлено доказательств того, что ее деловая репутация была запятнана, а честь и достоинство опорочены в результате действий именно сотрудников следственного отдела.

Истцом в порядке ст.56 ГПК РФ не представлены какие-либо доказательства, подтверждающие фак того что трудовые отношения с работодателем были расторгнуты в связи с возбуждением уголовного дела и проведением расследования. К тому же, согласно доводов истца, действия следователя по жалобе ФИО1 в порядке их обжалования по ст.125 УПК РФ судом были признаны законными.

Суд считает так же несостоятельным довод истца о том, что постоянное напряжение, ожидание скорейшего завершения безосновательного уголовного преследования и искреннее непонимание причин бездействия со стороны следственных органов, сказалось на состоянии ее здоровья. В июле 2017 года ей пришлось обратиться за помощью к неврологу и пройти курс лечения.

Предоставление истицей копии больничного листа из учреждения здравоохранения и квитанций об оплате за обращение за медицинской помощью может констатировать заболевание, однако не может свидетельствовать об установлении причинно-следственной связи между фактом возбуждения уголовного дела и состоянием здоровья. Истцом не представлено доказательств о наличии причинно-следственной связи между уголовным преследованием и заболеванием истца.

При определении характера и степени нравственных страданий истца суд так же учитывает и то обстоятельство, что действия следственных органов в ходе предварительного расследования незаконными не признавались.

Факт причинения истцу нравственных страданий в связи с уголовным преследованием нашел подтверждение в судебном заседании и не вызывает у суда сомнений, следовательно, независимо от вины органа предварительного следствия истец имеет право на компенсацию морального вреда в денежном выражении.

На основании изложенного, суд считает, что требования истца ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Кемеровской области о компенсации морального вреда следует удовлетворить.

Учитывая длительность уголовного преследования, характер и степень причиненных нравственных страданий, индивидуальные особенности истца и фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 7 000 рублей за счет казны Российской Федерации.

Суд не находит оснований для взыскания с ответчика в пользу истца в большем размере, в связи с чем в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда в размере 4 993 000 рублей следует отказать.

Истец просит взыскать с ответчика судебные расходы за услуги представителя на общую сумму в размере 20 000 рублей.

В соответствии со ст. 100 ч.1 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

С учетом конкретных обстоятельств дела, его сложности, объема проведенной представителем работы, разумности и справедливости, длительности судебного разбирательства, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя 8 000 рублей (за составление иска и участия в судебных заседаниях).

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Кемеровской области о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации, удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 7 000 рублей (семь тысяч рублей).

В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда в размере 4 993 000 рублей отказать.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 судебные расходы за участие представителя в размере 8 000 рублей

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение суда изготовлено 25 декабря 2017 года.

Судья (подпись)

Верно судья

Судья Е.В. Ванюшин