Решение № 2-857/2017 2-857/2017~М-385/2017 М-385/2017 от 1 мая 2017 г. по делу № 2-857/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 мая 2017 года Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе председательствующего судьи Орловой Т.А.,

с участием представителя истца - адвоката Трофимовой О.А., действующей на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ,

ответчика ФИО1,

прокурора Ленинского района г.Н.Тагил ФИО2,

при секретаре судебного заседания Неонилиной Е.В.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело № 2-857/17 по исковому заявлению ФИО3 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вред,

УСТАНОВИЛ:

02 марта 2017 года ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указал, что 26 июля 2015 между домами №25 и №27 по ул.Каспийской в г.Н.Тагиле ФИО1, на почве личных неприязненных отношений, причинил ему вред здоровью. По факту причинения тяжкого вреда здоровья в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 111 УК РФ. Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы №346 от 06.12.2016 года, обнаруженные у ФИО3 повреждения, составляющие комплекс единой черепно-мозговой травмы, причинены в результате не менее 2-х ударов тупым твердым предметом (предметами) в область левого глаза и левую теменно-затылочную область, данные повреждения квалифицируются как причинившие средней тяжести вред здоровью человека. В судебном заседании по просьбе государственного обвинителя действия ФИО1 переквалифицированы на ч.1 ст.116 УК РФ. 27 января 2017 Ленинским районным судом г.Н.Тагила вынесено постановление о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, за отсутствием в деянии состава преступления, в связи с декриминализации деяния. Нанесением ФИО1 телесного повреждения в виде кровоподтека в области левого глаза повлекло причинение физических страданий, заключавшихся в чувстве боли. Помимо физических страданий ответчик причинил ему нравственные страдания, связанные с причинением ему телесных повреждений. Он длительное время находился на лечении, опасался за свою жизнь и здоровье. Его до сих пор мучают головные боли и он вынужден периодически проходить дорогостоящее обследование головного мозга.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил суд рассмотреть дело в его отсутствие.

В судебном заседании представитель истца - Трофимова О.А. исковые требования поддержала, доводы, изложенные в исковом заявлении подтвердила, просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования признал частично, так как считает, что действовал в рамках самооброны, согласен компенсировать затраты на лекарства в пределах 35 000 рублей.

Заслушав стороны, заключение прокурора полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению частично, иследовав письменные материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Статьей 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2).

В соответствии с ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов самостоятельно определив способы их судебной защиты, соответствующие ст. 12 ГК РФ.

Статьей 11 Гражданского кодекса РФ закреплена судебная защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Выбор способа защиты нарушенного права должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как указал Пленум Верховного Суда РФ в п. 10 Постановления от 31 октября 1995 года N 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия», при рассмотрении гражданских дел следует исходить из представленных истцом и ответчиком доказательств.

В статье 12 ГК РФ (абзац 10) в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривается возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с абзацем 2 пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, из смысла ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что для возникновения права на возмещение вреда, в суде должна быть установлена совокупность таких обстоятельств, как: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда; наличие причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправным поведением причинителя вреда. При отсутствии одного из факторов такая материально-правовая ответственность ответчика не наступает.

В соответствии с частью 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В соответствии с частью 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что ответчик ФИО1 был привлечен к уголовной ответственности по п.«з» ч.2 ст.111 УК РФ. Согласно обвинительному акту он обвинялся в причинении потерпевшему ФИО3 тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни.

На основании постановления Ленинского районного суда г.Н.Тагила от 15 августа 2016г. была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза специалистами отдела особо сложных (комиссионных) экспертиз ГБУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы №346 от 06.12.2016 года, обнаруженные у ФИО3 повреждения, составляющие комплекс единой черепно-мозговой травмы, причинены в результате не менее 2-х ударов тупым твердым предметом (предметами) в область левого глаза и левую теменно-затылочную область, данные повреждения квалифицируются как причинившие средней тяжести вред здоровью человека.

В судебном заседании по просьбе государственного обвинителя действия ФИО1 переквалифицированы на ч.1 ст.116 УК РФ.

27 января 2017 Ленинским районным судом г.Н.Тагила вынесено постановление о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, за отсутствием в деянии состава преступления, в связи с декриминализацией деяния.

В постановлении от 27 января 2017г. указано, что 26.07.2015 года около 04 часов, между домами №25 и №27 по улице Каспийская в городе Нижний Тагил Швецов, на почве личных неприязненных отношений, имея умысел на причинение физической боли, умышленно нанес ФИО3 один удар кулаком в область лица, чем причинил ему физическую боль, однако его действия не повлекли последствий, указанные ст.115 УК РФ.

Оценив представленные доказательства, учитывая обстоятельства дела и то, что истцу был нанесен один удар кулаком в область лица, причинивший истцу физическую боль, суд приходит к выводу о виновности ответчика в причинении истцу физических и нравственных страданий.

Доводы ответчика о невиновности, судом отклоняются в силу следующего. Несмотря на то, что решение о прекращении уголовного дела по такому не реабилитирующему основанию, как декриминализация деяния, по своему содержанию и правовым последствиям не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено ст. 49 Конституции Российской Федерации. При этом суд исходит из того, что решение о прекращении уголовного дела предполагает основанную на материалах расследования констатацию того, что лицо совершило деяние, содержащее все признаки состава преступления. Именно поэтому прекращение уголовного преследования вследствие декриминализации деяния не допускается, если обвиняемый против этого возражает, - в таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

Материалами дела установлено, что ответчик не возражал против прекращения уголовного преследования вследствие декриминализация деяния.

Из анализа статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при определении размера компенсации следует учитывать не любые фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, а только те из них, которые могут повлиять на определение размера компенсации и потому заслуживают внимания.

Степень и характер физических и нравственных страданий, как следует из названных норм, должны приниматься во взаимосвязи с рядом других обстоятельств. Так, законодатель предписывает учитывать степень страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшего. Таким образом, индивидуальные особенности истца по смыслу статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации - это подлежащие доказыванию обстоятельства, которые суд должен устанавливать предусмотренными процессуальным законодательством способами и принимать во внимание при оценке действительной глубины (степени) физических или нравственных страданий и определении соответствующего размера компенсации.

Статью 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации в части требований разумности и справедливости надлежит применять с учетом пункта 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства при определении прав и обязанностей сторон еще один принцип - добросовестности.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает характер и степень физических и нравственных страданий истца, обстоятельства причинения вреда; степень вины причинителя вреда и считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 35 000 рублей, полагая, что указанная сумма отвечает требованиям разумности и справедливости, отвечает цели, для достижения которой она установлена законом.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 12, 194-198 и 320 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО3, удовлетворить частично.

Взыскать с ответчика ФИО1 в пользу ФИО3 в качестве компенсации морального вреда 35 000 рублей.

Взыскать с ответчика ФИО1 государственную пошлину в размере 300 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба (представление) в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через суд, принявший решение, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

В окончательно форме решение изготовлено 05 мая 2017года.

Председательствующий – подпись.

Копия верна.

Председательствующий – Т.А.Орлова