Приговор № 1-78/2020 от 22 октября 2020 г. по делу № 1-78/2020

Уголовное дело 1-78/2020

(11902460017000117/2020)


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

городской округ Подольск 23 октября 2020 года.

<...>

Климовский городской суд Московской области в составе:

председательствующего - судьи СИНИЦЫНА Б.Н.,

с участием государственного обвинителя – помощника Подольского городского прокурора Тарасовой М.С.(по поручению прокурора), подсудимого(гражданского ответчика) ФИО1, его защитника – адвоката Каулина И.Н., представившего удостоверение № 9987 и ордер № 00017097(по соглашению), потерпевшей(гражданского истца) Б.Л.А., при секретаре Кирилловой О.С., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, военнообязанного, имеющего среднее специальное образование, холостого, не имеющего несовершеннолетних детей и иных иждивенцев, не работающего, зарегистрированного по адресу: <адрес>, <адрес>, фактически проживавшего по адресу: <адрес>, ранее судимого ДД.ММ.ГГГГ <адрес> районным судом <адрес> по ст.111 ч.2 п.«з» УК РФ к 1 г. лишения свободы, освобожденного из мест лишения свободы ДД.ММ.ГГГГ по отбытии срока наказания(т.1 л.д.214-216,230-232,235),

содержащегося под стражей по настоящему делу с ДД.ММ.ГГГГ(т.1 л.д.5,23-24,33-34,42-44,49,58,149-151, т.3 л.д.222-224, т.4 л.д.11),

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.111 ч.4 УК РФ,-

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ, в период времени примерно с 18 час. до 19 час.15 мин., более точное время следствием не установлено, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в помещении квартиры по адресу: <адрес><адрес>, <адрес>, совместно с Е.Т.Н., в ходе ссоры с последней, возникшей на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, осознавая общественную опасность своих действий и наступление общественно-опасных последствий, желая причинения тяжких телесных повреждений потерпевшей, неосторожно относясь к наступлению ее смерти, приискал в помещении квартиры нож хозяйственно-бытового назначения и, используя его в качестве оружия, нанес им удар в область передней поверхности левого бедра Е.Т.Н., после чего, посчитав, что его преступных действий на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей достаточно, свои противоправные действия прекратил.

ДД.ММ.ГГГГ с полученными телесными повреждениями Е.Т.Н. обратилась в приемное отделение ГБУЗ МО «<...>» и, несмотря на оказанную медицинскую помощь, ДД.ММ.ГГГГ, в 22 час.55 мин., Е.Т.Н. была госпитализирована в реанимационное отделение ГБУЗ МО «<...>», где медицинское лечение последней не принесло успеха и ДД.ММ.ГГГГ в 04 час. Е.Т.Н. от полученных телесных повреждений скончалась в реанимационном отделении ГБУЗ МО «<...>».

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 В,Н. причинил Е.Т.Н. следующие телесные повреждения и изменения:

- <...>

<...>.

Колото-резаное ранение левого бедра с повреждением бедренной артерии создавало непосредственную угрозу жизни Е.Т.Н. и поэтому расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Смерть Е.Т.Н. наступила ДД.ММ.ГГГГ в 04 час. в реанимационном отделении ГБУЗ МО «<...>» от колото-резаного ранения левого бедра с повреждением бедренной артерии, которое осложнилось развитием флегмоны левого бедра и наступление смерти состоит в прямой причинно-следственной связи с преступными действиями ФИО1

В судебном заседании подсудимый ФИО1 заявил, что виновным себя в совершении данного преступления признает частично, и показал, что ДД.ММ.ГГГГ к нему домой приехала Е.Т.Н., с которой они распивали спиртные напитки. В ходе распития спиртных напитков на почве ревности у них возник конфликт, в ходе которого он взял с подоконника левой рукой нож и ударил Е.Т.Н. в левое бедро. Он увидел, что из раны пошла кровь, положил нож, взял на кухне бинты, пытаясь оказать ей первую помощь. Е.Т.Н. сразу же позвонила своей матери и попросила вызвать скорую помощь. Где-то через 10 минут приехали сотрудники полиции, которым он открыл дверь и обо всем рассказал, а следом приехала скорая помощь и Е.Т.Н. увезли в больницу. Он находился в квартире с сотрудниками полиции, показал им место, где лежал нож, который они изъяли. Потом его увезли в <адрес>, где ДД.ММ.ГГГГ его опросила участковый инспектор Л.Е.С. по факту произошедшего и его отпустили домой. Впоследствии вечером ДД.ММ.ГГГГ он узнал, что Е.Т.Н. скончалась в больнице. Он признает, что нанес Е.Т.Н. удар ножом в ногу, однако считает, что при этом артерию не повреждал, поскольку знает, как выглядит такое ранение, а на момент осмотра Е.Т.Н. ДД.ММ.ГГГГ никаких симптомов, угрожающих ее жизни не было, поскольку после осмотра врачами в травмвтологическом пункте ее отпустили домой. В связи с этим он полагает, что причиненная им потерпевшей Е.Т.Н. рана была не опасной для жизни и смерть Е.Т.Н. наступила не от его удара, а в результате халатности врачей.

Свои показания об обстоятельствах происшедшего подсудимый ФИО1 подтвердил также в ходе проверки его показаний на месте, показав и рассказав на месте происшествия об обстоятельствах причинения ранения Е.Т.Н.(т.1 л.д.159-170).

Несмотря на частичное отрицание подсудимым ФИО1 своей вины, его вина в совершении указанного преступления полностью подтверждается совокупностью имеющихся по делу доказательств.

Так, потерпевшая Б.Л.А.(мать погибшей Е.Т.Н.) в судебном заседании показала, что ДД.ММ.ГГГГ ее дочь Е.Т.Н. уехала к своему знакомому ФИО1 Примерно в 18 час.55 мин. дочь позвонила и сказала, чтобы она срочно вызвала ей скорую помощь, так как ФИО1 ударил ее ножом в левое бедро, и у нее течет кровь. Она вызвала скорую помощь для дочери, так как знала адрес ФИО1, а также вызвала полицию. Через какое-то время ей позвонила дочь и сообщила, что ее везут в <...>, и она тоже туда поехала. Когда она приехала в больницу, ее дочь находилась в травмпукте, ей уже обработали и зашили рану, назначили антибиотики, после чего они уехали домой. ДД.ММ.ГГГГ к ним домой пришла участковый инспектор и Е.Т.Н. написала заявление по поводу происшедшего. ДД.ММ.ГГГГ у Е.Т.Н. начала появляться синева на ноге, где была рана. В травмпункте также им сказали, что на следующий день дочери необходимо обратиться в поликлинику, но дочь сказала, что никуда не поедет, поскольку попьет антибиотики и все пройдет. Когда дочери становилось хуже, она предлагала отвезти ее к врачу, но дочь отказывалась. ДД.ММ.ГГГГ дочери нужно было ехать на экспертизу по ее заявлению в полиции. Когда они приехали на экспертизу, эксперт осмотрел ногу дочери и сказал, что им нужно обязательно ехать в больницу. Вечером этого дня Е.Т.Н. стало хуже, она вызвала скорую помощь, дочь доставили в <...>, в приемном отделении ее осмотрели врачи и дочь забрали в операционную, а она уехала домой. В четыре часа утра она позвонила в больницу, ей сказали, что дочери сделали операцию, потом она звонила еще раз и ей сообщили, что дочери делали вторую операцию, а ДД.ММ.ГГГГ в 07 час. ей позвонили из больницы и сообщили, что ее дочь Е.Т.Н. умерла.

Допрошенная в судебном заседании свидетель А.Н.А.(фельдшер СМП) показала, что ДД.ММ.ГГГГ, в 19 час. 02 мин., поступил вызов по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, куда они прибыли с бригадой, в которую также входила О.В.В. По прибытии на место в указанной квартире уже находились сотрудники полиции, неизвестный мужчина и Е.Т.Н., у которой было зафиксировано колото-резаное ранение на левой ноге в области бедра, ее джинсы были в крови. На предложения о госпитализации Е.Т.Н. сначала отказывалась, но впоследствии она была доставлена в травмпункт <адрес>. Со слов Е.Т.Н. ей стало известно, что во время совместно распития спиртных напитков знакомый Е.Т.Н., в квартиру которого она пришла, рассердился и нанес ей удар ножом в левое бедро.

Свидетель О.В.В.(фельдшер СМП), показания которой в соответствие с ч.№ ст№ УПК РФ, были оглашены в судебном заседании, будучи допрошена на предварительном следствии, дала показания, аналогичные показаниям свидетеля А.Н.А.(т.2 л.д.32-36).

Свидетель А.Р.Р.(врач травматолог-ортопед <...> ГКБ), показания которого в соответствие с ч.№ ст.№ УПК РФ, были оглашены в судебном заседании, будучи допрошен на предварительном следствии, показал, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на дежурстве в травмпунке <...> ГКБ. В 19 час.50 мин. в травмпункт поступила Е.Т.Н. с диагнозом: «Резаная рана левого бедра», который был поставлен сотрудниками СМП. При осмотре состояние Е.Т.Н. было удовлетворительное, им был вызван дежурный хирург С.Д.А. для проведения совместного осмотра и исключения вероятности повреждения сосудистого нервного пучка. При осмотре визуально левое бедро в объеме не увеличено, оттек гематомы возле левого бедра и левой голени не определяется, по боковой поверхности на границе верхней трети и средней трети левого бедра колото-резаная рана, артериального или венозного кровотечения из раны нет, пульсация на бедренной и подколенной артерии, стопы артерии сохранена. Им совместно с С.Д.А. был проведен туалет раны, выполнена первичная хирургическая обработка раны, ревизия раны, в процессе этого было установлено, что глубина рана составила около 7 см, которая слепо заканчивается в проекции четырехглавой мышце бедра. Были наложены асептические повязки, установлен окончательный диагноз: «Колото-резаная рана левого бедра», и Е.Т.Н. была направлена на амбулаторное лечение к хирургу с явкой на ДД.ММ.ГГГГ Со слов Е.Т.Н. стало известно, что рану она получила в ходе бытовой ссоры(т.2 л.д.170-174).

Свидетель С.Д.А.(врач-хирург <...> ГКБ), показания которого в соответствие с ч.№ ст.№ УПК РФ, были оглашены в судебном заседании, будучи допрошен на предварительном следствии, показал, что ДД.ММ.ГГГГ он находился в приемном отделении хирургического корпуса, когда его вызвали на консультацию в травмпункт, куда была доставлена Е.Т.Н. с колото-резаной раной. Е.Т.Н. осматривал врач А.Р.Р. При осмотре Е.Т.Н. было установлено, что по наружной поверхности на границе верхней средней левого бедра у нее имеется колото-резаная рана, нога в размерах не увеличена, кровотечения из раны(артериального, венозного) нет, пульсация и чувствительность сохранена на всех уровнях. Учитывая наличие колото-резаной раны, выполнена первичная хирургическая обработка раны, раневой канал слепо заканчивается в мышцах бедра. На момент осмотра данных о повреждении сосудисто-нервного пучка не выявлено, рана ушита, больной даны рекомендации явиться в поликлинику к хирургу по месту жительства (т.2 л.д.107-110).

Свидетель Ч.В.А., показания которого в соответствие с ч.№ ст.№ УПК РФ, были оглашены в судебном заседании, будучи допрошен на предварительном следствии, показал, что ДД.ММ.ГГГГ ближе к ночному времени ему позвонила мать Е.Т.Н. – Б.Л.А. и сообщила, что ФИО1 нанес Е.Т.Н. ножевое ранение, они находятся в <адрес> ГКБ, попросила их забрать и отвезти домой. Когда он приехал в больницу, Е.Т.Н. находилась в плохом состоянии, была бледная и истощенная, находилась в джинсах, левая штанина которых была обильно испачкана кровью. По пути домой Б.Л.А. подробно рассказала ему о произошедшем. ФИО1 может охарактеризовать, как человека, ведущего себя неадекватно в состоянии опьянения(т.1 л.д.141-144).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля В.П.Х. (сотрудник полиции) показал, что ДД.ММ.ГГГГ от дежурного поступило сообщение о том, что женщину знакомый ударил ножом в квартире. Когда он прибыл на место происшествия, в квартире находилась женщина, как оказалась Е.Т.Н., у которой текла кровь по ноге. Она сказала, что ФИО1, который также был в квартире, в ходе ссоры на бытовой почве ударил ее кухонным ножом в ногу. Затем прибыла бригада скорой помощи, потерпевшей оказали первую медицинскую помощь, после чего увезли в <...>. Когда Е.Т.Н. увезли, ФИО1 пояснил, что действительно в ходе конфликта ударил ее ножом, и указал на матрас, который лежал на полу, и сказал, что нож он спрятал под матрас. Были приглашены понятые и проведен осмотра места происшествия, в ходе которого данный нож был изъят, по данному факту составлен протокол, после чего наряд ППС доставил ФИО1 в <...> ОП для дальнейшего разбирательства. Все материалы были переданы оперативному дежурному, а все дальнейшие действия проводил участковый инспектор Л.Е.С. Как ему стало известно, после обращения в больницу Е.Т.Н. оказали медицинскую помощь и она уехала домой, а потом повторно обратилась в больницу, где скончалась.

Допрошенный в качестве свидетеля Д.А.Н. (сотрудник полиции), показания которого в соответствие с ч.№ ст.№ УПК РФ, были оглашены в судебном заседании, будучи допрошен на предварительном следствии, показал, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на дежурстве в составе экипажа ППС. Примерно в 19 час. 10 мин. из дежурной части ФИО2 поступило сообщение, что по адресу: <адрес>, <адрес><адрес>, женщине знакомый мужчина нанес ножевое ранение. Когда они прибыли по указанному адресу, в квартире находилась Е.Т.Н., которая держалась за левое бедро, которое достаточно сильно кровоточило от ножевого ранения. Следом за ними прибыл участковый В.П.Х. Когда Е.Т.Н. увезли сотрудники скорой медицинской помощи, ФИО1 указал на место, куда спрятал кухонный нож. С целью изъятия данного ножа в присутствии понятых был проведен осмотр места происшествия, а затем ФИО1 был доставлен в <адрес> ОП(т.1 л.д.131-134).

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Л.Е.С.(сотрудник полиции) показала, что ДД.ММ.ГГГГ она получила материалы по факту причинения ножевого ранения Е.Т.Н. Она поехала домой к Е.Т.Н., приняла у нее заявление, опросила ее, сделала копии паспорта Е.Т.Н. и медицинской справки из травмпункта. Е.Т.Н. пояснила, что она и с ФИО1 выпили, она захотела уйти, между ними завязался конфликт, он схватил нож и ударил ее в ногу, после этого ее родственники вызвали скорую помощь. Также она опрашивала ФИО1, который дал аналогичные пояснения. В ходе проверки Е.Т.Н. была назначена медицинская экспертиза по определению степени тяжести вреда здоровью потерпевшей, проведение которой было запланировано на ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ Е.Т.Н. позвонила и сообщила, что не может явиться на экспертизу, так как у нее сильно болит нога, и она не может самостоятельно передвигаться. В связи с этим была организована доставка Е.Т.Н. до экспертного учреждения, там ее осмотрел эксперт, который сказал, что ее срочно надо везти в больницу, так как у нее была температура и гематома на все бедро. Как потом ей рассказала мать Е.Т.Н., ДД.ММ.ГГГГ последнюю отвезли в больницу, где экстренно провели операцию, но впоследствии Е.Т.Н. умерла в больнице.

Свидетель Т.В.Ю.(врач СМП), показания которого в соответствие с ч.№ ст.№ УПК РФ, были оглашены в судебном заседании, будучи допрошен на предварительном следствии, показал, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на дежурстве и в 21 час. 20 мин. в составе бригады выехал по адресу: <адрес>, <адрес>. У находившейся в квартире Е.Т.Н. установлена флегмона левого бедра, так как при внешнем осмотре левое бедро увеличено в объеме и имелись гнойные выделения. Со слов последней данная рана была получена ДД.ММ.ГГГГ Е.Т.Н. была оказана медицинская помощь, после чего она была госпитализирована в больницу(т.2 л.д.181-183).

Допрошенный в судебном заседании свидетель О.С.С.(врач-хирург <...> ГКБ) показал, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на дежурстве. В вечернее время врач-хирург приемного отделения пригласила его для того, чтобы оценить состояние поступившей Е.Т.Н. Состояние последней было достаточно тяжелое, жаловалась на боль в левом бедре с явлениями распирания. Со слов Е.Т.Н., данную травму она получила ДД.ММ.ГГГГ При осмотре локального статуса нижняя левая конечность была прохладная на ощупь, левая стопа и левая голень с отсутствием пульсации на тыльной стороне и в подколенной ямке, что говорило о том, что предварительно у человека есть повреждения магистральных сосудов, конкретно артерии. На левой конечности от стопы до колена также отсутствовала пульсация, пульсация в бедренной артерии на уровне паховой складки определялась, но достаточно скудно, что предполагало, что ранение находится чуть ниже паховой складки, плюс по наружной поверхности левого бедра, на верхней трети располагался кожный шов с наложенными двумя швами. Е.Т.Н. была доставлена в операционную, где была выполнена ревизия раны, но все было пропитано кровью, что нарушает анатомию и затрудняет проведение оценки. В ходе ревизии раны было обнаружено слепое ранение левой поверхностной бедренной артерии, стенка артерии была ушита, пульсация непосредственно в подколенной ямке возобновилась, на стопе она была немного ослаблена. Также дополнительно были сделаны послабляющие разрезы нижней трети, чтобы разгерметизировать гематому, которая распространялась по всему левому бедру, после чего операция была закончена, было выполнено дренирование раневых каналов, и Е.Т.Н. была транспортирована в реанимацию. После этого утром он осмотрел Е.Т.Н. в отделении реанимации, при локальном статусе нога была теплая, пульсация на тыльной стороне была сохранена. Впоследствии участия в лечении Е.Т.Н. он не принимал, так как утром сдал дежурство, и пациенткой занимались уже другие врачи. Насколько ему известно впоследствии Е.Т.Н. сосудистым хирургом была проведена вторая операция, в связи с тем, что была повторная ишемия конечности и пропала пульсация, а ДД.ММ.ГГГГ Е.Т.Н. умерла в отделении реанимации.

Свидетель Х.А.А.(хирург <...> ГКБ), показания которого в соответствие с ч.№ ст.№ УПК РФ, были оглашены в судебном заседании, будучи допрошен на предварительном следствии, показал, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на рабочем месте. В 22 час. 55 мин. в приемное отделение поступила Е.Т.Н., у которой диагностировано колото-резаное ранение, в связи с чем больной была назначена первичная хирургическая обработка, ревизия раны. Ответственным хирургом был О.С.С., а он был его ассистентом и оказывал помощь при проведении операции. В ходе операции была проведена первичная хирургическая обработка, которая заключалась в иссечении краев раны и осмотре раневого канала, осмотре повреждений магистральных сосудов. В ходе осмотра был найден дефект бедренной артерии, который выражался в наличии сгустков крови в раневом канале и кровеносном сосуде, тем самым создавалось препятствие притоку крови в нижнюю конечность. В ходе операции данные сгустки крови были санированы, после чего они увидели наличие линейного дефекта артерии, образованного в результате колото-резаного ранения. Ими был ушит данный дефект артерии, после чего кровообращение в левой нижней конечности нормализовалось. О.С.С. осуществил проверку наличия пульсации в бедрено-подколенном сегменте и в передней поверхности голени, была проведена проверка на гемостаз, то есть наличие или отсутствие каких-либо кровотечений, никаких кровоподтеков не установлено, после чего ими произведены дренирование раны и послойное ее ушивание(т.2 л.д.156-159).

Свидетель Х.А.В.(анестезиолог <...> ГКБ), показания которого в соответствие с ч.№ ст.№ УПК РФ, были оглашены в судебном заседании, будучи допрошен на предварительном следствии, показал, что ДД.ММ.ГГГГ он занимался поддержанием жизненно-важных функций Е.Т.Н. при проведении врачом-хирургом О.С.С. ревизии раневого канала. По завершении данной операции Е.Т.Н. была доставлена им в отделение реанимации, но поскольку состояние ее здоровья продолжало оставаться тяжелым, он передал Е.Т.Н. под наблюдение дежурному реаниматологу Т.А.А. (т.2 л.д.71-74).

Свидетель Т.А.А.(анестезиолог <...> ГКБ), показания которой в соответствие с ч.№ ст№ УПК РФ, были оглашены в судебном заседании, будучи допрошена на предварительном следствии, показала, что ДД.ММ.ГГГГ в 03 час. 45 мин. в реанимационное отделение после проведенной операции поступила Е.Т.Н., которая находилась в медикаментозной седации(под наркозом), дыхание переведено на аппаратное ИВЛ. До 08 час. она наблюдала больную Е.Т.Н., которую в 06 час. отключили от ИВЛ, а в 06 час. 40 мин. произведена экстубация трахеи. К 06 час. Е.Т.Н. уже пришла в сознание, проснулась после наркоза. В ходе утреннего обхода проведен консилиум, на котором было принято решение о повторной операции больной Е.Т.Н. по причине отсутствия чувствительности и движения в левой нижней конечности(т.2 л.д.129-132).

Свидетель Б.В.Б.(врач сердечно-сосудистый <...> ГКБ), показания которого в соответствие с ч.№ ст.№ УПК РФ, были оглашены в судебном заседании, будучи допрошен на предварительном следствии, показал, что ДД.ММ.ГГГГ в 08 час. он приступил к работе. В 08 час.10 мин. на утренней конференции ему доложили о стационарной больной Е.Т.Н. с колото-резаным ранением левого бедра, с повреждением магистральных сосудов. После проведенной утренней конференции в 08 час.30 мин. он осмотрел Е.Т.Н., у нее отмечалось похолодание левой стопы и голени, отсутствие активного движения стопы и, учитывая клинику острой ишемии левой нижней конечности с угрозой ее потери, отсутствия контрактуры левого голеностопного сустава, было принято решения оперативного лечения. ДД.ММ.ГГГГ, в 09 час.10 мин., Е.Т.Н. была им прооперирована, в 5 сантиметрах дистальнее бифуркации общей бедренной артерии выявлено сквозное ранение поверхностно бедренной артерии, пульсация поверхностной бедренной артерии отсутствовала, выполнена резекция поврежденного участка поверхностной левой бедренной артерии, тромбэктомия, получен удовлетворительно ретроградный кровоток и хороший центральный кровоток, артерия ушита, после снятия зажимов отчетливая пульсация отводящих артерий. В послеоперационном периоде Е.Т.Н. была дважды осмотрена в 14 час. и 18 час., при осмотрах отмечалась отчетливая пульсация на задней и передней большеберцовых артериях, после чего Е.Т.Н. находилась под наблюдением дежурного реаниматолога и других врачей(т.2 л.д.46-49).

Свидетель П.С.С.(врач сердечно-сосудистый хирург <...> ГКБ), показания которой в соответствие с ч№ ст.№ УПК РФ, были оглашены в судебном заседании, будучи допрошена на предварительном следствии, показала, что ДД.ММ.ГГГГ, в первой половине дня, она была ассистентом во время проведения операции Б.В.Б., также присутствовали операционная сестра М.Г.А. и анестезиолог Б.Е.В. На операционном столе находилась Е.Т.Н., которая была накануне прооперирована дежурным хирургом. У Е.Т.Н. выявлено отсутствие пульсации, бледность, прохладность левой стопы, дефект кожной ткани, но не было контрактуры, что указывает на стадию ишемии левой нижней конечности. Была проведена ревизия сосудисто-нервного пучка, при этом выявлен сквозной дефект сосудистой стенки, выполнена резекция(иссечение) поврежденного участка артерии, тромбэктомия(удаление тромбомасс) из дистальных и проксимальных отделов поверхностной бедренной артерии, наложен сосудистый шов, после снятия зажимов - отчетливая пульсация поверхностной бедренной артерии на всем протяжении. Рана была обработана антисептиками, дренирована и ушита, после операции отчетливая пульсация левой нижней конечности на всех уровнях, было восстановлено кровообращение в левой конечности. После операции больная была переведена в отделение реанимации интенсивной терапии и впоследствии она ее больше не видела(т.2 л.д.58-61).

Свидетель Б.Е.В.(врач анестезиолог-реаниматолог <...> ГКБ), показания которой в соответствие с ч.№ ст.№ УПК РФ, были оглашены в судебном заседании, будучи допрошена на предварительном следствии, показала, что ДД.ММ.ГГГГ, в 08 час.50 мин., она оказала анестезиологическое обеспечение Е.Т.Н. по поводу экстренного оперативного вмешательства (ревизии послеоперационной раны), состояние пациентки было тяжелым. 08 час. 55 мин. Е.Т.Н. интубирована (эндотрахиальный наркоз), также был поставлен центральный подключичный катетер и ИВЛ(искусственная вентиляция легких), после чего в 09 час. 10 мин. хирургами Б.В.Б. и П.С.С. была начата операция(т.2 л.д.82-85).

Свидетель Г.М.А.(анестезиолог-реаниматолог <...> ГКБ), показания которого в соответствие с ч.1 ст.281 УПК РФ, были оглашены в судебном заседании, будучи допрошен на предварительном следствии, показал, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на суточном дежурстве и ему была передана больная Е.Т.Н. для проведения дальнейшего наблюдения. В ходе наблюдения Е.Т.Н. установлено, что последняя находится в тяжелом состоянии, каких-либо коррекцией лечения с его стороны не проводилось, также не имелось резких изменений в состоянии больной. ДД.ММ.ГГГГ в 03 час. 30 мин. состояния здоровья Е.Т.Н. ухудшилось, в 04 час. была констатирована ее смерть(т.2 л.д.96-99).

Помимо этого, вина подсудимого ФИО1 также подтверждается:

# протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей(т.1 л.д.62-64,65-66), из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия - <адрес><адрес> на полу обнаружены пятна бурого цвета, также обнаружен и изъят кухонный нож со следами бурого цвета. Изъятое осмотрено и приобщено к уголовному делу в качестве вещественных доказательств(т.3 л.д.178-180,181,);

# заявлением Е.Т.Н.(т.1 л.д.68), из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ, в 19 час., ФИО1 находясь по адресу: <адрес><адрес>, причинил ей телесные повреждения, используя нож в качестве орудия преступления;

# протоколом выемки с фототаблицей(т.1 л.д.114-118), из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ потерпевшая Б.Л.А. выдала джинсы Е.Т.Н., в которых последняя находилась в момент нанесения ей ножевого ранения ФИО1 Изъятое осмотрено и приобщено к уголовному делу в качестве вещественных доказательств(т.3 л.д.178-180,181);

# протоколом явки с повинной(т.1 л.д.145-146), из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ в следственный отдел по <адрес> ГСУ СК России по <адрес> обратился ФИО1, который сообщил, что ДД.ММ.ГГГГ, находясь совместно с Е.Т.Н. в квартире по адресу: <адрес><адрес>, на почве внезапно возникшего конфликта и их нахождения в состояние алкогольного опьянения, он нанес Е.Т.Н. один удар кухонным ножом в область левого бедра, причинив последней ножевое ранение, однако смерти Е.Т.Н. он не желал;

# протоколом получения образцов для сравнительного исследования(т.1 л.д.189,190), из которого следует, что у обвиняемого ФИО1 получены образцы слюны (буккального эпителия) на ватный зонд-тампон, который был осмотрен и приобщен к уголовному делу в качестве вещественных доказательств(т.3 л.д.178-180,181);

# протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей(т.1 л.д.196-204), из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра квартиры по адресу: <адрес><адрес>, участвующий в осмотре ФИО1 указал на спальную комнату и пояснил, что в ней сотрудниками был изъят нож, которым он нанес удар в область левого бедра Е.Т.Н.;

# протоколом выемки(т.2 л.д.2-7), из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Бюро СМЭ были изъяты биологические образцы трупа Е.Т.Н., которые были осмотрены и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств(т.3 л.д.178-180,181);

# заключением экспертизы вещественных доказательств(т.3 л.д.58-60), из которого следует, что нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, <адрес><адрес>, является ножом хозяйственно-бытового назначения и к категории холодного оружия не относится; общая длина ножа 258 мм, длина клинка 151 мм;

# заключением экспертизы вещественных доказательств(т.3 л.д.68-85), из которого следует, что на клинке указанного ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, <адрес><адрес>, обнаружена кровь человека, которая содержит ДНК женской половой принадлежности, которая могла произойти от Е.Т.Н. с расчетной(условной) вероятностью более 99,9%. Биологические следы на рукоятке ножа, содержат ДНК мужской половой принадлежности, которые могли произойти от ФИО1 с расчетной(условной) вероятностью более 99,9%;

# заключением экспертизы вещественных доказательств(т.3 л.д.94-96), из которого следует, что на левой поверхности джинсов потерпевшей Е.Т.Н. имеется одно сквозное колото-резаное повреждение, которое могло быть образовано как клинком ножа, изъятого ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, <адрес>, так и иным предметом, имеющим аналогичные конструктивные характеристики клинка;

# заключением экспертизы вещественных доказательств(т.3 л.д.104-107), из которого следует, что на джинсах Е.Т.Н. обнаружена кровь человека, которая могла произойти от Е.Т.Н.;

# заключением судебно-медицинской экспертизы трупа погибшей Е.Т.Н. о характере, тяжести, механизме образования причиненных ей телесных повреждений, времени и причине наступления смерти(т.3 л.д.4-21), из которого следует, что потерпевшей причинены следующие телесные повреждения:

- <...>;

- при судебно-гистологическом исследовании: гнойно-некротическое воспаление мягких тканей бедра с признаками нерезкой организации.

Операция ДД.ММ.ГГГГ первичная хирургическая обработка раны наружной поверхности верхней трети левого бедра.

Операция ДД.ММ.ГГГГ 02.20-3.35 ревизия раневого канала, ушивание ранения бедренной артерии, вскрытие и дренирование гематомы левого бедра.

Операция ДД.ММ.ГГГГ 09.10-10.25 ревизия раны левого бедра, резекция поврежденного участка поверхностной бедренной артерии, тромбэктомия, анастомоз поверхностной бедренной артерии по типу «конец в конец».

<...>

<...>

<...>

Смерть Е.Т.Н. наступила от колото-резаного ранения левого бедра с ранением крупных артериальных кровеносных сосудов, осложнившейся гнойно-некротическим воспалением мягких тканей, между причиненным тяжкого вреда здоровью и наступлением смерти Е.Т.Н. имеется прямая причинно-следственная связь.

<...> то есть от момента причинения ранения ДД.ММ.ГГГГ до госпитализации ДД.ММ.ГГГГ, потерпевшая могла передвигаться, совершать активные действия.

С точностью судить о взаимоположении потерпевшей и нападавшего в момент нанесения повреждения по имеющимся данным не представляется возможным, так как возможны различные варианты взаимного расположения нападавшего и потерпевшей в момент причинения колото-резаного ранения, за исключением положения лежа потерпевшей на левом боку.

Согласно записям в подлинной медицинской карте стационарного больного смерть Е.Т.Н. наступила ДД.ММ.ГГГГ в 04 часа;

# <...>

Колото-резаное ранение левого бедра было причинено Е.Т.Н. незадолго до обращения за медицинской помощью и могло быть причинено ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается:

- клинической картиной повреждения колото-резаного ранения: наличие кровотечения из раны ДД.ММ.ГГГГ (из карты вызова скорой медицинской помощи №);

- наличием наружных повреждений и их морфологическими особенностями: при осмотре ДД.ММ.ГГГГ врачами скорой медицинской помощи отмечено наличие раны, при проведении судебно-гистологического исследования были обнаружены изменения в зоне кровоизлияния в мягких тканях бедра, которые могут свидетельствовать о их давности более 3 суток;

- отсутствием признаков заживления кожной раны.

Ранение левого бедра является колото-резаным и причинено воздействием острого предмета (предметов) клинкового типа, травмирующая часть которого имела колюще-режущие свойства, о чем свидетельствуют: ровные края раны и ее острые углы (описанные врачом ДД.ММ.ГГГГ), раневой канал с повреждением мягких тканей по его ходу, преобладание глубины раны над ее длиной. Высказаться о максимальной ширине погрузившейся части клинка не представляется возможным, ввиду проведения хирургической обработки раны. Минимальная длина погрузившейся части клинка составила около 11,1 см, о чем свидетельствует установленная длина раневого канала.

Смерть Е.Т.Н. наступила от колото-резаного ранения левого бедра с повреждением бедренной артерии, которое осложнилось развитием флегмоны левого бедра.

Образование колото-резаного ранения левого бедра могло сопровождаться наружным кровотечением, но оно не было фонтанирующим.

Колото-резаное ранение левого бедра с повреждением бедренной артерии создавало непосредственную угрозу жизни Е.Т.Н. и поэтому расценивается как тяжкий вред, причиненный здоровью человека.

Между установленным тяжким вредом, причиненным здоровью человека, и наступлением смерти Е.Т.Н. имеется прямая причинно-следственная связь.

Суд находит необоснованными утверждения подсудимого ФИО1 о том, что, нанося удар ножом потерпевшей Е.Т.Н. в левое бедро, он не мог повредить артерию и длина раневого канала не могла быть 11,1 см, так как при поступлении Е.Т.Н. в травматологический пункт длина раневого канала была установлена 7 см.

Делая такой вывод, суд исходит из того, что заключением судебно-медицинской экспертизы трупа Е.Т.Н. с категоричностью установлено, что потерпевшей причинено одиночное колото-резаное ранение левого бедра, с повреждением латеральной широкой и прямой мышц левого бедра, с повреждением бедренной артерии и ее ветви (поверхностной бедренной артерии), суммарная глубина раневого канала составляет 11,1 см(2,2 см толщина кожи и подкожно-жировой клетчатки плюс 8,9 см толщина мягких тканей), при этом длина раны как 7 см, установленная в травмпункте ДД.ММ.ГГГГ, определена в результате допущенного дефекта диагностики, в ходе которой не проведена ревизия сосудистого пучка, из чего следует, что длина раневого канала в полном объеме определена не была, что также подтверждается медицинской карты стационарного больного № №, из которой усматривается, что в ходе операции по ревизии раневого канала, проведенной Е.Т.Н., установлено, что длина раневого канала превышает 7 см.

Также суд находит несостоятельными доводы стороны защиты о том, что смерть потерпевшей Е.Т.Н. наступила в результате ненадлежащего оказания ей медицинской помощи, так как врачами были допущены дефекты диагностики и лечения потерпевшей, поскольку данное утверждение является лишь безосновательным субъективным предположением стороны защиты, которое опровергается заключениями судебно-медицинских экспертиз, выводы которых ясны, полны и сомнений не вызывают и оснований не доверять которым у суда не имеется.

Так, согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы(т.3 л.д.128-172), при оказании медицинской помощи Е.Т.Н. ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ МО «<...> был допущен дефект диагностики: не было диагностировано повреждение артериального сосуда левого бедра, который повлек за собой дефект лечения: не было выполнено оперативное лечение поврежденного артериального сосуда. Объективной трудностью для диагностики послужила не специфическая клиническая картина повреждения крупного артериального сосуда - отсутствие кровотечения из раны на момент оказания медицинской помощи.

За время лечения Е.Т.Н. с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ МО «<...>» осложнение колото-резаного ранения - флегмона левого бедра, установлено не было, что является дефектом диагностики. Однако тактика оказания медицинской помощи была верной(назначены антибактериальные препараты, проводилась симптоматическая терапия, были выполнены послабляющие разрезы с фасциотомией и установкой дренажей) и поэтому данный дефект существенной роли в наступлении исхода не сыграл.

В ходе судебно-медицинской экспертизы для установления вреда, причиненного здоровью человека дефектами медицинской помощи, экспертная комиссия должна сначала установить наличие дефектов медицинской помощи, затем оценить подпадают ли установленные дефекты медицинской помощи под определение вреда, причиненного здоровью человека. Только в случае наличия дефектов медицинской помощи, которые выразились в нарушении анатомической целости и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия физических, химических, биологических и психогенных факторов внешней среды, то есть повлекли за собой новое состояние (заболевание) организма - они расцениваются как вред, причиненный здоровью человека.

При рассмотрении медицинской помощи Е.Т.Н. выявлены дефекты оказания медицинской помощи на различных этапах ее оказания. Все установленные дефекты оказания медицинской помощи относятся к категории так называемого бездействия (невыполнения или несвоевременного, неполного выполнения лечебных и диагностических манипуляций) и, соответственно, не подпадают под определение вреда, причиненного здоровью человека.

Таким образом, при оказании медицинской помощи вред здоровью Е.Т.Н. причинен не был.

При оказании медпомощи в ГБУЗ МО «<...>» были допущены дефекты диагностики и лечения ранения бедра с повреждением бедренной артерии. Допущенные дефекты оказания медицинской помощи сами по себе не являлись причиной возникновения гнойного осложнения(флегмоны), которое имелось уже при поступлении в стационар, а лишь могли способствовать его развитию вместе с другими факторами, не зависящими от оказываемой медицинской помощи: состоянием иммунитета пациентки, видом микроорганизма, вызвавшего гнойное осложнение, его агрессивность.

С учетом того, что микробиологическое исследование отделяемого из раны проведено не было и не известны вид и свойства микроорганизма, вызвавшего развитие флегмоны, а также индивидуальные особенности организма пациентки (состояние иммунной системы, чувствительность и устойчивость ее организма), гарантировать сохранения жизни Е.Т.Н. даже при правильном, своевременном, полном оказании медицинской помощи экспертная комиссия не может.

Судебно-медицинская экспертиза компетентна определять только медицинскую составляющую причинно-следственной связи. Прямая причинно-следственная связь устанавливается только в случаях, когда выявленная причина заболевания (состояния) закономерно влечет за собой какие-либо последствия для больного.

В данном случае, Е.Т.Н. было причинено колото-резаное ранение левого бедра не стерильным орудием, которое закономерно сопровождается загрязнением раны микроорганизмами и риском развития гнойных осложнений, в том числе флегмоны.

Таким образом, флегмона левого бедра, приведшая к смерти Е.Т.Н., является следствием (осложнением) имевшегося у пациентки до поступления в стационар колото-резаного ранения левого бедра. Поэтому, с медицинской точки зрения, между колото-резаным ранением левого бедра, осложнившегося флегмоной левого бедра, и наступлением смерти Е.Т.Н. имеется прямая причинно-следственная связь.

При рассмотрении правильности оказания медицинской помощи экспертизой выявляются дефекты оказания медицинской помощи. Это могут быть дефекты действия (неверное выполнение какого-то действия, в том числе повлекшие за собой нарушение анатомической целости и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия физических, химических, биологических и психогенных факторов внешней среды), а также дефекты бездействия (невыполнение какого-то диагностического или лечебного действия).

Прямая причинно-следственная связь с медицинской точки зрения устанавливается только между дефектами оказания медицинской помощи из категории действия и наступлением последствий(в том числе смерти) для пациента только в том случае, если действия врачей причинили пациенту какие-либо повреждения, т.е. если имели место причинение вреда здоровью проведенной медицинской помощью (например, при повреждении органа в связи с нарушением техники операции и т.п.).

Дефекты оказания медицинской помощи из категории бездействия врачей с медицинской точки зрения являются не причиной, а условием неблагоприятного или благоприятного исхода. В анализируемом случае, несмотря на диагностические и лечебные дефекты (из категории бездействия) в отношении повреждения сосудов нижних конечностей, необходимое лечение по поводу флегмоны левого бедра Е.Т.Н. получала и поэтому дефекты оказания медицинской помощи не оказали влияния на исход. Таким образом, выявленные дефекты оказания медицинской помощи Е.Т.Н. в ГБУЗ МО «<...>» в прямой причинно-следственной связи с наступлением ее смерти не находятся.

С учетом изложенного выше суд приходит к выводу, что при указанных обстоятельствах после причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей Е.Т.Н., опасного для жизни, последующее оказание медицинской помощи и ее качество не влияет на квалификацию действий подсудимого ФИО1, поскольку наступление смерти потерпевшей находится в прямой причинной связи именно с действиями ФИО1, причинившими тяжкий вред здоровью потерпевшей.

Таким образом, установленные в судебном заседании обстоятельства дела с объективностью свидетельствуют о том, подсудимый ФИО1 в ходе ссоры, из личной неприязни, преследуя цель причинения тяжкого вреда здоровью, умышленно нанес потерпевшей Е.Т.Н. удар ножом в область левого бедра, причинив колото-резанное ранение левого бедра с ранением крупных артериальных кровеносных сосудов, осложнившейся гнойно-некротическим воспалением мягких тканей, что и явилось причиной наступления смерти потерпевшей.

При этом суд не находит оснований полагать, что в момент нанесения потерпевшей тяжких телесных повреждений, повлекших впоследствии ее смерть, подсудимый ФИО1 мог находиться в состоянии аффекта, поскольку установленные в судебном заседании обстоятельства свидетельствуют о том, что данные повреждения потерпевшей Е.Т.Н. он причинил из личной неприязни, возникшей на почве обычной бытовой ссоры, будучи при этом в состоянии алкогольного опьянения.

Кроме того, заключением амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы установлено, что психологический анализ материалов уголовного дела, показаний свидетелей и целенаправленной беседы с ФИО1, позволяет сделать вывод об отсутствии у него физиологического аффекта в период времени инкриминируемого ему деяния. Об этом свидетельствует, прежде всего, отсутствие в этот период трехфазной динамики протекания эмоциональной реакции, характерной для этого состояния, с субъективной внезапностью ее наступления, отсутствием резких, взрывного характера психических процессов. Также не обнаружено и постаффективного состояния с явлениями астении, вялости, терминальным сном, фрагментарностью воспроизведения содеянного. Не определяется и нарушений восприятия, смысловой оценки ситуации, ФИО1 был ориентирован в окружающей обстановке, поддерживал адекватный речевой контакт с потерпевшим, сохранил основные воспоминания о ситуации правонарушения, своих действиях и поведении потерпевшей. Поведение его носило произвольный, целенаправленный характер, что позволяет констатировать отсутствие у ФИО1, в период времени инкриминируемого ему деяния физиологического аффекта. При этом необходимо отметить, что инкриминируемое деяние ФИО1 совершил в состоянии простого алкогольного опьянения, при котором протекание эмоциональной реакции качественно отличается от ее протекания при физиологическом аффекте(т.3 л.д.29-32).

Помимо этого, выводами амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы установлено, что личностные особенности ФИО1 характеризуются эмоционально-волевой неустойчивостью с раздражительностью, вспыльчивостью, агрессивностью, жестокостью, прямолинейностью, отсутствием гибкости в поведении, склонностью идти на поводу у своих желаний и побуждений, без учета требований действительности и интересов других людей, пренебрежением морально-этическими нормами и правилами поведения в обществе, внешнеобвиняющими тенденциями, желанием возложить вину за содеянное на других людей или стечение обстоятельств. Для него свойственны завышенная самооценка, эгоцентризм, сложности принятия критических замечаний и корригирующего воздействия, обидчивость, упрямство, убежденность в своей правоте со стеничным отстаиванием собственных представлений о действительности, своеволие, своенравие, независимость и самостоятельность жизненной позиции. В межличностном взаимодействии непринужден со стремлением к доминированию, с нетерпимостью к противодействию и давлению, сложностями дифференцировать поведение, а также с недоверчивостью, обособленностью, неготовностью к самораскрытию (т.3 л.д.29-32).

Суд считает, что именно в связи с указанными выше личностными особенностями, усугубленными состоянием алкогольного опьянения, в котором в момент совершения преступления находился подсудимый ФИО1, он из личных неприязненных отношений нанес потерпевшей Е.Т.Н. удар ножом, причинив колото-резанное ранение, повлекшее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которого потерпевшая впоследствии скончалась.

Таким образом, исследовав совокупность имеющихся по делу доказательств, суд находит полностью доказанной вину подсудимого ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшей, и квалифицирует его действия по ст.111 ч.4 УК РФ.

Квалифицируя действия подсудимого ФИО1 по ст.111 ч.4 УК РФ, суд исходит из того, что установленные судом обстоятельства происшедшего с объективностью свидетельствуют о том, что подсудимый предвидел причинение тяжких телесных повреждений потерпевшей Е.Т.Н. и действовал с умыслом на их причинение, о чем свидетельствует характер и последовательность его действий. При этом подсудимый ФИО1 осознавал, что при нанесении им со значительной силой удара ножом, имеющего длину клинка более 15 см, в область бедра Е.Т.Н. последней могут быть причинены телесные повреждения, несовместимые с жизнью, что в итоге и произошло, поскольку от полученного колото-резаного ранения левого бедра с повреждением бедренной артерии, которое осложнилось развитием флегмоны левого бедра, потерпевшая скончалась, что свидетельствует о неосторожной форме вины(в виде небрежности) подсудимого по отношению к смерти потерпевшей, поскольку он не предвидел, но должен был и мог предвидеть наступление его смерти в результате своих действий.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении данного преступления основаны на совокупности приведенных выше доказательств, которые собраны с соблюдением уголовно-процессуальных норм, не вызывают сомнений, и по делу не имеется оснований для признания их недопустимыми.

Согласно заключению проведенной по делу амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, подсудимый ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдает и не страдал таковыми в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию. Об этом свидетельствуют данные анамнеза, материалов уголовного дела об отсутствии у подэкспертного на протяжении жизни какой-либо психотической симптоматики, возникновения и динамики негативных расстройств, свойственных хроническому психическому расстройству. Как показал анализ материалов уголовного дела в совокупности с данными настоящего психолого-психиатрического освидетельствования, в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, у ФИО1 также не было признаков какого-либо временного психического расстройства, деятельность его носила последовательный, целенаправленный характер, не содержала признаков расстройств сознания и какой-либо психотической симптоматики, он поддерживал соответствующий ситуации речевой контакт, находился в состоянии простого алкогольного опьянения. Данные настоящего психолого-психиатрического освидетельствования также не выявили у ФИО1 какой-либо психотической симптоматики, аффективных нарушений, расстройств памяти и интеллекта, эмоционально-волевой сферы при достаточно критическом отношении к совершенному им общественно опасному деянию. Как не страдающий хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики, в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, ФИО1 мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Имеющиеся у ФИО1 индивидуально-психологические особенности не оказали существенного влияния на его сознание, контроль и руководство своими действиями, ФИО1 в инкриминируемой ситуации мог в полной мере понимать фактический характер и общественную опасность своих действий, и мог в полной мере руководить ими. В настоящее время ФИО1 по своему психическому состоянию также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, может понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, а также обладать способностью к самостоятельному осуществлению действий, направленных на реализацию вышеуказанных прав и обязанностей. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО1 не нуждается(т.3 л.д.29-32).

Оснований сомневаться в правильности выводов экспертов не имеется, поскольку экспертиза проведена специалистами, обладающими специальными познаниями, с соблюдением уголовно-процессуальных норм.

С учетом данного экспертного заключения, материалов дела, касающихся личности подсудимого ФИО1, который на учете у психиатра не состоит(т.1 л.д.212), а также обстоятельств инкриминируемого ему деяния, суд считает необходимым признать его вменяемым в отношении совершенного преступления.

При назначении наказания подсудимому ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, обстоятельства дела, данные о личности виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, предусмотренными п.«№» ч.№ ст.№ УК РФ и смягчающими наказание подсудимого, суд признает явку с повинной(т.1 л.д.145-146), а также активное способствование раскрытию и расследованию совершенного преступления, что выразилось в том, что после совершения преступления ФИО1 сообщил сотрудникам полиции о местонахождении ножа, которым было причинено ранение потерпевшей, и впоследствии добровольно принимал в проверке его показаний на месте происшествия, показав и рассказав об обстоятельствах совершенного преступления.

В соответствие с ч.№ ст.№ УК РФ, обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого ФИО1, суд считает частичное признание им своей вины и раскаяние в содеянном.

Обстоятельством, предусмотренным ст№ УК РФ и отягчающим наказание подсудимого, суд признает рецидив преступлений.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств его совершения и личности подсудимого ФИО1, суд в соответствие с ч.№ ст.№ УК РФ считает необходимым в качестве обстоятельства, отягчающего его наказание, признать совершение подсудимым преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку состояние опьянения, в которое подсудимый привел себя сам, обусловило возникновение умысла на нанесение потерпевшей удара ножом, оказало влияние на поведение подсудимого, снизило способность подсудимого к самоконтролю и прогнозированию своего поведения и привело к совершению преступления.

Также при назначении наказания суд учитывает, что подсудимый ФИО1 судим(т.1 л.д.214-216,230-232,235), на учете у нарколога и психиатра не состоит(т.1 л.д.212,213), по месту регистрации характеризуется удовлетворительно, допускает употребление алкоголя в быту, жалоб на его поведение не поступало (т.1 л.д.218), по последнему месту отбывания наказания в местах лишения свободы характеризовался отрицательно, не стремился к исправлению(т.1 л.д.236).

С учетом обстоятельств и особой тяжести совершенного преступления, данных о личности подсудимого, который ранее судим за аналогичное умышленное тяжкое преступление против жизни и здоровья, что свидетельствует о его склонности к совершению такого рода преступлений и нежелании твердо становиться на путь исправления, суд в целях исправления подсудимого ФИО1 и восстановления социальной справедливости, считает необходимым назначить ему наказание в виде лишения свободы, не усматривая оснований для применения ст№ УК РФ, а также ст.ст.№ УК РФ, при назначении срока которого суд учитывает указанные выше обстоятельства, смягчающие его наказание, его состояние здоровья и семейное положение.

Принимая во внимание, что подсудимый ФИО1 ранее судим за совершение умышленного тяжкого преступления к реальному лишению свободы и вновь совершил умышленное особо тяжкое преступление, в соответствии со ст.№ ч.№ п.«№» УК РФ, суд признает у него опасный рецидив преступлений и в связи с этим назначает ему наказание за совершенное преступление в виде лишения свободы по правилам ч№ ст.№ УК РФ, не усматривая оснований для применения ч.3 ст.68 УК РФ с учетом обстоятельств совершенного преступления, его тяжести, наличия в его действиях опасного рецидива и склонности к совершению преступлений.

Несмотря на то, что суд признал у подсудимого ФИО1 в качестве обстоятельств, смягчающих его наказание, явку с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию совершенного преступления, которые предусмотрены п.«№» ч.№ ст.№ УК РФ, суд назначает ему наказание в виде лишения свободы без учета правил, предусмотренных ч.№ ст.№ УК РФ, поскольку по делу имеются обстоятельства, отягчающие его наказание, - рецидив преступлений и совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, но указанные смягчающее его наказание обстоятельства, как указано выше, учитывается судом при назначении срока наказания в виде лишения свободы.

Обсуждая вопрос о дополнительной мере наказания - ограничении свободы, предусмотренном санкцией ст.111 ч.4 УК РФ, и учитывая, что подсудимый ФИО1, осуждается к реальному лишению свободы, суд полагает, что данного наказания будет достаточно для его исправления, поэтому считает возможным не назначать ему ограничение свободы в качестве дополнительного наказания.

В соответствии с п.«№» ч.№ ст.№ УК РФ, суд назначает подсудимому ФИО1 отбывание наказания в виде лишения свободы по настоящему приговору в исправительной колонии строгого режима.

Потерпевшей(гражданским истцом) Б.Л.А. по делу заявлен гражданский иск о компенсации морального вреда на сумму 3.000.000 руб., который она обосновывает тем, что смерть потерпевшей Е.Т.Н., которая являлась ее дочерью, повлекла нравственные страдания, связанные с потерей близкого человека, и вследствие смерти дочери на ее иждивении остался ее несовершеннолетний сын Е.Д.М.

Подсудимый(гражданский ответчик) ФИО1 возражает по поводу исковых требований потерпевшей о компенсации морального вреда в связи с тем, что полагает, что смерть Е.Т.Н. наступила не от его действий.

Обсудив исковые требования потерпевшей Б.Л.А. о компенсации морального вреда, суд считает необходимым указать следующее.

В судебном заседании судом установлено, что именно в результате умышленных преступных действий подсудимого ФИО1 погибла Е.Т.Н., в связи с чем потерпевшая Б.Л.А. потеряла дочь, что повлекло для нее нравственные и физические страдания, связанные со смертью близкого человека, поэтому следует признать обоснованными и законными ее требования о компенсации морального вреда.

В соответствие со ст.ст.№ и № ГК РФ, при определении размера компенсации потерпевшей морального вреда суд учитывает характер причиненных ей нравственных и физических страданий, конкретные обстоятельства дела, требования разумности и справедливости.

С учетом изложенного, а также материального положение подсудимого ФИО1, суд считает необходимым удовлетворить исковые требования потерпевшей Б.Л.А. частично и взыскать с подсудимого(гражданского ответчика) ФИО1 как непосредственного причинителя вреда в пользу потерпевшей(гражданского истца) Б.Л.А. 1.000.000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Других гражданских исков по делу не заявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.№ УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.111 ч.4 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 7(семь) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении осужденного ФИО1 в связи с осуждением к лишению свободы оставить в виде заключения под стражей до вступления приговора в законную силу.

Срок отбывания наказания осужденному ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу и зачесть ему в срок отбытия наказания время содержания под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета, произведенного в соответствии с п.«№» ч.№ ст.№ УК РФ, то есть один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Взыскать с подсудимого(гражданского ответчика) ФИО1 в пользу потерпевшей(гражданского истца) Б.Л.А. в счет компенсации морального вреда 1.000.000(один миллион) рублей.

Вещественные доказательства по делу: кухонный нож, джинсы Е.Т.Н., образец крови от трупа Е.Т.Н. и образец слюны (буккального эпителия) ФИО1, хранящиеся при уголовном деле(т.3 л.д.181), - уничтожить по вступлению приговора в законную силу.

Приговор может быть обжалован через Климовский городской суд в судебную коллегию по уголовным делам Московского областного суда в течение 10-ти суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, принесении апелляционного представления осужденный вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий