Приговор № 2-7/2018 от 23 октября 2018 г. по делу № 2-7/2018

дело № 2-7/2018


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

г. Петропавловск-Камчатский 24 октября 2018 года

Камчатский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Слободчикова О.Ф.,

с участием государственных обвинителей Щербакова А.А. и Сабанской М.Ю.,

подсудимого ФИО8,

защитников – адвокатов Ленктиса В.В., предъявившего удостоверение № 182 и ордер НО коллегии адвокатов «Камчатка-Восток» № 01888 от 26 сентября 2018 года, ФИО9, предъявившей удостоверение № 223 и ордер НО коллегии адвокатов «Камчатка-Восток» № 03180 от 3 октября 2018 года,

при секретаре Дудник К.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО8, <данные изъяты>, судимого:

- 9 апреля 2018 года по приговору Тигильского районного суда Камчатского края (с учётом постановления Тигильского районного суда от 27 августа 2018 года) по ч.1 ст.161 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год 7 месяцев, содержащегося под стражей по настоящему уголовному делу с 11 июля 2018 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.«в» ч.2 ст.105 УК РФ,

установил:

ФИО8 совершил убийство малолетней ФИО

Преступление совершено им в с. Тигиль Тигильского района Камчатского края при следующих обстоятельствах.

В период с 2 часов 00 минут до 3 часов 00 минут 11 июля 2018 года ФИО8, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире <адрес>, из неприязни к малолетней ФИО, ДД.ММ.ГГГГ рождения, возникшей из-за того, что она разбудила его своим криком, решил ее убить. Реализуя умысел, направленный на убийство ФИО, ФИО8, осознавая то, что она находится в беспомощном состоянии, так как в силу возраста не способна оказать сопротивление, взял ФИО обеими руками за ноги и шею, поднял её над кроватью, на которой она лежала, и не менее двух раз с силой ударил её головой об изголовье кровати, причинив ей телесное повреждение в виде закрытой черепно-мозговой травмы, проявившейся переломом теменной кости слева, травматической эпидуральной гематомой в левой теменной области, травматическими кровоизлияниями в ткань мозга в теменной области слева, которое состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшей и квалифицируется как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, вследствие которой в период с 2 часов 00 минут до 3 часов 00 минут 11 июля 2018 года наступила смерть малолетней ФИО на месте происшествия.

Подсудимый ФИО8 вину в инкриминируемом ему преступлении не признал, пояснив, что малолетнюю ФИО он не убивал, в ходе предварительного следствия себя оговорил, затруднился пояснить причины самооговора. Вечером 11 июля 2018 года он ушел из дома, оставив ФИО дома одну, дверь квартиры на ключ не закрывал. Вернувшись утром домой, лег спать, а проснулся от того, что ФИО1 плакала и кричала, что их дочь умерла. Кто её убил, он не знает.

Несмотря на избранную подсудимым ФИО8 позицию, его виновность в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах подтверждается совокупностью собранных по уголовному делу и исследованных в судебном заседании доказательствах.

Так, допрошенный в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО8 пояснил, что с семьей – гражданской супругой ФИО1 и родившейся у них ДД.ММ.ГГГГ дочерью ФИО он проживал по адресу: <адрес>. Ключ от квартиры был у них с ФИО1 один на двоих. В течение дня 10 июля 2018 года он вместе с ФИО1, ФИО2 и ФИО3 распивал спиртное, дочь была с ними. Вечером он, ФИО1 и ФИО вернулись домой. ФИО1 уложила ФИО спать и около 23 часов ушла из дома. Вскоре к нему пришёл его друг ФИО4 и они стали вновь распивать спиртное. В это время его дочь спала на кровати в комнате. Около 23 часов 35 минут ФИО4 ушел из квартиры. Будучи сильно пьяным, он лёг рядом с дочерью на край кровати и уснул. Около 2 часов 00 минут 11 июля он проснулся от того, что ФИО сильно плакала. Тогда он дал ей воды, попытался покормить, поменял подгузник, но девочка продолжала кричать и сильно плакать. Его это раздражало. Он пытался ее успокоить. Поскольку непрекращающийся плач его сильно разозлил, он решил её убить, встал на колени на кровать, взяв дочь обеими руками за ягодицы и шею, приподнял ее примерно на 50 см над кроватью и с силой резко дважды, один раз за другим, ударил ее теменем о деревянное изголовье кровати. ФИО немного покричала в течение минуты и замолчала, перестала двигаться. Убийство дочери он совершил, поскольку она раздражала его своим плачем, мешала спать, хотел, чтобы она навсегда замолчала. После нанесённых ударов он положил ФИО на прежнее место. Примерно через 5 минут к нему пришёл ФИО4, который пригласил его к себе в гости. Закрыв дверь квартиры на ключ, он пошёл к ФИО4, где они продолжили пить пиво. В тот момент он рассказал ФИО4, что, когда тот ушел, поскольку ФИО разозлила его своим плачем, он убил дочь, ударив ее дважды головой об изголовье кровати. ФИО4 ему не поверил, они вернулись к нему домой. Включив свет в комнате, он показал ФИО4 труп девочки. ФИО4 ушёл, а он лег спать. Проснулся он около 6 часов утра от стука в дверь. Пришла ФИО1, они вместе прошли в комнату, и тогда он увидел, что тело девочки посинело. Дотронувшись до дочери, он сказал ФИО1: «Дочь синяя», имея в виду, что девочка мертва. ФИО1 схватила дочь, стала с ней разговаривать, кричать и плакать, не веря, что ФИО мертва. После этого он пошёл к соседке ФИО5, которую попросил вызвать скорую медицинскую помощь и полицию, пояснив, что его дочь умерла. Около 6 часов утра к нему ещё раз заходил ФИО4. О том, что именно он убил дочь, ФИО1 не рассказывал, побоявшись ответственности (т.1, л.д.76-82, 95-99, 134-138).

Данные показания ФИО8 подтвердил при проверке его показаний на месте, подробно, последовательно рассказав и показав, когда и при каких обстоятельствах, каким образом он совершил убийство своей малолетней дочери ФИО (т.1, л.д. 83-88).

В судебном заседании была просмотрена видеозапись указанного следственного действия с участием ФИО8, из которой следует, что ему были разъяснены все его права, в том числе не свидетельствовать против себя. ФИО8 в присутствии своего защитника, в доверительной обстановке подробно и последовательно, без всякого принуждения рассказывает об обстоятельствах совершения им убийства своей дочери. ФИО8 затруднился ответить на вопрос суда почему он дал признательные показания на следствии.

Свидетель ФИО1 в судебном заседании полностью подтвердила свои показания, данные в ходе предварительного следствия, пояснив, что с начала лета 2018 года она вместе со своим гражданским супругом ФИО8 и родившейся у них ДД.ММ.ГГГГ дочерью ФИО проживали по адресу: <адрес>. В течение дня 10 июля 2018 года она вместе с С., ФИО3 и ФИО2 распивали спиртное, дочь была с ними. Вечером семьей они вернулись домой. Она уложила дочь спать на кровать, и около 23 часов ушла из дома, оставив девочку с С.. Домой вернулась около 6 часов утра следующего дня. Дверь ей открыл ФИО8. Она поинтересовалась как чувствует себя дочь. Сергей подошёл к ФИО и сказал, что та умерла. Она бросилась к дочери и увидела, что лицо и руки девочки посинели. ФИО признаков жизни уже не подавала. О том, что именно ФИО8 убил их дочь она узнала от сотрудников полиции. Если она ненадолго оставляла ФИО с ФИО8, то тот вскоре начинал звонить и требовать, чтобы она быстрее вернулась, потому что его раздражало, что девочка плачет (т.1, л.д.187-193).

Из протокола очной ставки с ФИО1 следует, что ФИО8 подтвердил показания свидетеля об обстоятельствах, при которых ей стало известно о смерти дочери ФИО (т.1, л.д. 184-186).

Показаниями свидетеля ФИО4., данными в ходе предварительного следствия и подтвержденными им в судебном заседании, согласно которым 10 июля 2018 года около 23 часов он пришёл в гости к своему соседу ФИО8 квартире находились ФИО8 и дочь ФИО. На кухне они стали распивать спиртное. Девочка спала в комнате на кровати. Около 23 часов 40 минут он ушел. Примерно в 2-3 часа ночи 11 июля он вернулся к С. и пригласил того к себе в гости для того, чтобы продолжить распивать спиртное. Тарасенко согласился, закрыл дверь квартиры на ключ, и они направились к нему. Когда они пили пиво у него дома, то Тарасенко сказал: «Я свернул башку ФИО!», пояснив, что после того как он ушел, С. уснул на кровати рядом с дочерью, а проснулся примерно в 2 часа от плача девочки, что того сильно разозлило. Тогда С., взяв девочку обеими руками, дважды с силой головой ударил её об изголовье кровати, после чего девочка умерла, и тот оставил лежать её на кровати. Так как он ФИО8 не поверил, они вернулись к тому домой. С. открыл дверь и прошёл в комнату, включив свет, указал на девочку, которая лежала на кровати. ФИО была мертва, ее голова была посиневшая. После этого он ушёл к себе. Около 6 часов он вновь вернулся к ФИО8 и увидел в квартире ФИО1, которая держала на руках свою мертвую дочь, кричала и плакала (т.1, л.д. 177-180).

На очной ставке с ФИО4 подозреваемый ФИО8 полностью подтвердил показания свидетеля об обстоятельствах, при которых ФИО4 стало известно о совершённом им убийстве ФИО (т.1, л.д. 181-183).

Из показаний свидетеля ФИО2., данных им в ходе предварительного следствия, следует, что в течение дня 10 июля 2018 года он, ФИО3, ФИО8 и ФИО1 распивали спиртное. Малолетняя дочь ФИО8 и ФИО10 была с ними. Около 19 часов С. и ФИО1 вместе с дочерью направились к себе домой. О том, что к смерти ФИО причастен ФИО8 он узнал на следующий день от ФИО4, который рассказал, что около 2 часов 11 июля 2018 года ФИО8 проснулся от плача дочери, и разозлившись на неё, ударил девочку головой об изголовье кровати, отчего ФИО умерла (т.2, л.д. 1-4).

Данные в ходе предварительного следствия показания свидетелем ФИО3. аналогичны приведённым показаниям свидетеля ФИО2 (т.1, л.д. 246-249).

Согласно показаниям свидетеля ФИО5., данными ею в ходе предварительного следствия, в соседней с ней квартире проживали ФИО8, ФИО1 и их малолетняя дочь ФИО. Примерно в 22 часа 10 июля 2018 года к ней заходил ФИО8, говорил, что находится дома с дочерью, при этом она девочку слышала. Около 6 часов следующего дня она проснулась от стука в дверь. Открыв, она увидела на лестничной площадке ФИО8 и ФИО1, которая держала на руках дочь без признаков жизни. Они сообщили ей, что их дочь мертва и попросили вызвать скорую медицинскую помощь и полицию, что она и сделала. Она прошла в квартиру к ФИО8, где ФИО1 плакала и кричала ФИО8: «Это ты виноват! Ты её убил!» Позже от соседей узнала, что около 2 часов в ту ночь ФИО8 убил ФИО, потому что девочка мешала ему спать, он дважды ударил дочь головой об изголовье кровати, отчего та умерла (т.1, л.д. 214-217).

В ходе предварительного следствия свидетель ФИО6., которая является соседкой ФИО8, также как и ФИО5 пояснила, что об обстоятельствах убийства ФИО она узнала от соседей (т.1, л.д. 222-225).

Из показаний потерпевшего ФИО7 данных им в ходе предварительного расследования, следует, что от его дочери ФИО1 ему стало известно, что ФИО8 убил его малолетнюю внучку ФИО, дважды ударив девочку головой об изголовье кровати. ФИО8 неоднократно избивал его дочь ФИО1 (т.1, л.д. 164-168).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, смерть ФИОДД.ММ.ГГГГ рождения, наступила 11 июля 2018 года в период с 2 до 3 часов, спустя 1-2 минуты после нанесения ударов в результате закрытой черепно-мозговой травмы (перелома левой теменной кости, и как следствие эпидуральной гематомы, кровоизлияние в ткань мозга слева), проявившейся переломом теменной кости Г-образной формы слева размерами 5,0x6,0 см, травматической эпидуральной гематомой в левой теменной области размером 6,0x6,0x0,3 см, травматическими кровоизлияниями в ткань мозга в теменной области слева, которая состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти и квалифицирующаяся как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека. Перелом теменной кости слева, эпидуральная гематома, а также кровоизлияния в ткань мозга левой теменной области образовались в результате не менее, чем однократного удара головой о твёрдую поверхность, имеющую грань (т.2, л.д. 7-10).

Копией карты вызова скорой медицинской помощи, согласно которой прибывшая по вызову 11 июля 2018 года в 6 часов 34 минуты бригада констатировала смерть ФИО, ДД.ММ.ГГГГ рождения (т.1, л.д. 245).

Согласно копии свидетельства о рождении, ФИО родилась ДД.ММ.ГГГГ (т.2, л.д. 120).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 11 июля 2018 года, с участием ФИО8 в квартире <адрес>, ФИО8 подробно рассказал и показал каким образом и где он совершил убийство своей малолетней дочери ФИО ночью 11 июля 2018 года (т.1 л.д. 30-34).

Согласно протоколу осмотра места происшествия, зафиксирована общая обстановка в квартире <адрес>, осмотрен труп ФИО, лежащий в комнате на кровати, имеющей деревянное изголовье с острыми углами. На височной области головы трупа ребёнка имеются потемнения кожи фиолетового цвета (т. 1 л.д. 19-28).

Согласно протоколу выемки, у ФИО8 изъяты вязаная кофта, трико, футболка, в которых тот находился 11 июля 2018 года (т.2, л.д. 28-31, 32-36, т.2, л.д. 37).

Согласно акту медицинского освидетельствования, у ФИО8 в 8 часов 28 минут 11 июля 2018 года установлено состояние опьянения (т.1, л.д. 52).

Оценив в совокупности исследованные доказательства, суд приходит к выводу, что вина ФИО8 доказана полностью и квалифицирует его действия по факту убийства малолетней ФИО по п.«в» ч.2 ст.105 УК РФ - убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, малолетней.

Судом установлено, что Тарасенко совершено убийство четырехмесячного ребенка и ему достоверно было известно о возрасте его дочери ФИО, родившейся лишь в марте 2018 года, в связи с этим указанная квалификация полностью нашла свое подтверждение в представленных суду доказательствах, а именно в показаниях самого ФИО8 в ходе предварительного следствия о мотивах и обстоятельствах совершения им убийства своей дочери, показаниях потерпевшего, свидетелей, в том числе свидетеля ФИО4, которому ФИО8 рассказал об убийстве дочери непосредственно сразу после его совершения и показал труп девочки, подтверждена выводами судебно-медицинской экспертизы трупа потерпевшей о механизме и способе совершения убийства, о наличии у потерпевшей черепно-мозговой травмы, от которой наступила её смерть, а также других доказательствах, исследованных в судебном заседании в их совокупности и логической последовательности.

При этом ФИО8 понимал преступный характер своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти и желал их.

О направленности умысла ФИО8 именно на убийство ФИО свидетельствует совокупность всех обстоятельств содеянного, способ совершения преступления, количество, характер и локализация телесных повреждений у ФИО, а также предшествующее преступлению и последующее поведение подсудимого. ФИО8, разозлившись, что дочь разбудила его своим криком, желая её смерти, осознавая её беспомощное состояние в силу возраста, дважды ударил девочку головой, то есть жизненно важным органом, об изголовье кровати, причинив ребёнку, опасную для жизни травму. Удары обладали достаточной силой и представляли реальную опасность для жизни малолетней потерпевшей в момент их нанесения, что осознавал и сам подсудимый, повлекли закрытую черепно-мозговую травму, приведшую к смерти ребёнка.

Мотивом совершения данного преступления послужила личная неприязнь, вызванная тем, что ребёнок разбудила Тарасенко своим криком, не давая ему спать.

Полученными доказательствами установлено, что ФИО8 оставался дома один с ребёнком. Даже, когда он в ту ночь выходил из квартиры, то закрывал дверь единственным имевшимся у их семьи ключом. Именно он сообщил сначала ФИО4 о совершённом им убийстве, а затем ФИО1 о смерти дочери. В ходе предварительного следствия ФИО8 не отрицал свою причастность к смерти малолетней. При таких обстоятельствах никто иной, кроме подсудимого, не мог причинить смерть потерпевшей, и оснований полагать, что гибель ребенка наступила в результате действий других лиц, как в судебном заседании заявил подсудимый, не имеется.

Суд расценивает изменение показаний ФИО8 в ходе судебного следствия как избранный подсудимым способ защиты от предъявленного обвинения, поскольку сообщенное им в суде полностью опровергается как его показаниями на следствии, так и показаниями свидетелей, в том числе ФИО4 и ФИО1, а также иными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Довод подсудимого о том, что при его допросе в качестве подозреваемого, обвиняемого, а также проверке показаний он себя оговорил, является необоснованным, поскольку, как следует из оспариваемых документов, указанные следственные действия проводились с участием защитника. Перед проведением следственных действий следователем ему разъяснены процессуальные права, по результатам допросов и проверки показаний составлены протоколы, в которых правильность изложенных в них сведений удостоверена подписями ФИО8 и его защитника, а также подписями понятых. Каких-либо замечаний или заявлений по поводу проведения следственных действий от участников не поступало, что отражено в протоколах. Указанные документы составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и оснований для признания их недопустимыми доказательствами у суда не имеется. Их достоверность в части убийства малолетней ФИО не вызывает сомнений у суда, поскольку согласуются объективно с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Таким образом, все исследованные доказательства по делу не вызывают у суда сомнений и, как добытые в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, признаются судом достоверными, относимыми и допустимыми.

Исследованием данных о личности подсудимого установлено следующее.

ФИО8 по месту жительства охарактеризован как ведущий аморальный образ жизни, злоупотребляющий спиртным, на беседы профилактического характера нереагирующий, требующий усиленного контроля со стороны органов внутренних дел, не работал и попыток трудоустроиться не предпринимал (т.2, л.д. 95, 97, 105). Свидетели ФИО1, ФИО4 пояснили, что ФИО8 мог находиться в состоянии опьянения почти каждый день и в этом состоянии становился агрессивным. Соседями ФИО5 и ФИО6 подсудимый охарактеризован как злоупотребляющий спиртным (т.1, л.д. 187-193, 177-180, 214-217, 222-225). Согласно сведениям ИЦ УМВД России по Камчатскому краю, копии приговора Тарасенко судим (т.2, л.д. 69-70, 85-88).

На основании заключения психолого-психиатрической экспертизы ФИО8 при совершении инкриминируемого ему деяния мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера по психическому состоянию не нуждается (т.2, л.д. 22-24).

Учитывая изложенное, принимая во внимание указанное заключение экспертов, поведение ФИО8 при совершении преступления и после него, в том числе и в ходе судебного разбирательства, психическое состояние подсудимого сомнений не вызывает и суд признаёт его вменяемым.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО8, суд признает в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие малолетнего ребенка у виновного.

В соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ суд признает обстоятельством, отягчающим наказание ФИО8, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Состояние такого опьянения подтверждается актом медицинского освидетельствования, кроме того, свидетели ФИО1, ФИО4, ФИО2, ФИО3 указали на употребление большого количества спиртного ФИО8 незадолго до совершения преступления, что самим подсудимым не отрицалось. При этом принимается во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение ФИО8 при совершении преступления, а также его личность, и суд приходит к выводу, что, исходя из установленных обстоятельств дела, именно состояние алкогольного опьянения обусловило поведение подсудимого, вызвало у него сильную агрессию к потерпевшей, что привело к совершению им убийства ребенка.

Решая вопрос о виде и размере наказания подсудимого, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённого им особо тяжкого преступления, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, данные, характеризующие личность ФИО8, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, мнение потерпевшего, просившего о смягчении наказания, а также все обстоятельства по делу, и приходит к выводу, что в целях восстановления социальной справедливости и достижения целей наказания ФИО8 должно быть назначено наказание в виде лишения свободы на определённый срок, с назначением дополнительного наказания в виде ограничения свободы и установлением ограничений, предусмотренных ч.1 ст.53 УК РФ.

Условное осуждение, назначенное ФИО8 по приговору от 9 апреля 2018 года, подлежит отмене в соответствии с требованиями ч.5 ст.74 УК РФ, поскольку в период испытательного срока им совершено умышленное особо тяжкое преступление. Окончательное наказание подлежит назначению ФИО8 по правилам ст. 70 УК РФ.

Суд не применяет при назначении наказания правила ч.1 ст.62 УК РФ, так как согласно ч.3 ст.62 УК РФ указанные положения не применяются к преступлениям, за которые предусмотрены пожизненное лишение свободы.

Исключительных обстоятельств, являющихся основаниями для применения к подсудимому положений ст.64 УК РФ, при решении вопроса о виде и размере наказания судом не установлено. Учитывая обстоятельства совершённого преступления и степень его общественной опасности, наличие обстоятельства, отягчающего наказание, суд полагает невозможным применение ч. 6 ст. 15 УК РФ.

В соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ наказание ФИО8 необходимо отбывать в исправительной колонии строгого режима.

С учётом положений п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО8 под стражей подлежит зачёту в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Для обеспечения исполнения приговора меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО8 надлежит оставить прежней – заключения под стражу.

Разрешая гражданский иск, суд исходит из его обоснованности и доказанности, а также требований ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ. Действиями виновного, непосредственно причинившего смерть внучке потерпевшего, ФИО7 нанесён моральный вред. Суд считает иск обоснованным и подлежащим удовлетворению в полном объёме.

Смертью ребенка ФИО7 находящемуся в пожилом возрасте, причинены нравственные страдания, которые выразились в душевных переживаниях в связи с утратой четырехмесячной внучки. Учитывая эти обстоятельства, степень вины ФИО8, его материальное положение, исходя из требований разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с подсудимого в пользу ФИО7, в сумме 400000 рублей.

Решая вопрос о вещественных доказательствах в соответствии со ст. 81 УПК РФ, суд полагает необходимым: штаны, 2 кофты, принадлежащие подсудимому и хранящиеся при уголовном деле, передать ФИО8; 2 бутылочки для кормления, 2 бутылки из-под водки, хранящиеся при уголовном деле, уничтожить как не представляющие ценности (т.2, л.д. 37).

Процессуальные издержки в виде оплаты юридической помощи, оказанной подсудимому в ходе предварительного следствия, адвокатами Рулевой на сумму 3408 рублей (т.2, л.д.225), ФИО11 – 3120 рублей (т.2, л.д. 226), ФИО9 – 8640 рублей (т.2, л.д. 237); в ходе судебного следствия Ленктисом на сумму 2880 рублей, а также ФИО9 – 8640 рублей, а всего на сумму 26688 рублей, подлежат взысканию с подсудимого, оснований для его освобождения от уплаты процессуальных издержек с учётом его трудоспособного возраста и имущественного положения не имеется.

Руководствуясь ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО8 виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«в» ч.2 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 15 (пятнадцать) лет и с ограничением свободы сроком на 1 (один) год.

Согласно ч.5 ст.74 УК РФ условное осуждение, назначенное по приговору Тигильского районного суда Камчатского края от 9 апреля 2018 года, отменить.

На основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по настоящему приговору, частично присоединить неотбытую часть наказания по приговору Тигильского районного суда Камчатского края от 9 апреля 2018 года в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы, и окончательно назначить ФИО8 наказание в виде лишения свободы сроком на 16 (шестнадцать) лет и с ограничением свободы сроком на 1 (один) год.

Установить ФИО8 ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 22 до 6 часов; не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждённым наказания; являться в указанный орган два раза в месяц для регистрации; не выезжать за пределы того муниципального образования, где ФИО8 будет проживать после отбывания лишения свободы.

Наказание в виде лишения свободы ФИО8 отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО8 исчислять с 24 октября 2018 года, зачесть время содержания под стражей с 11 июля 2018 года по день вступления приговора в законную силу в срок отбывания наказания.

Меру пресечения ФИО8 в виде заключения под стражу оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Взыскать с ФИО8 в доход федерального бюджета РФ процессуальные издержки в сумме 26 688 рублей, состоящие из сумм, выплаченных защитникам за оказание ему юридической помощи.

Гражданский иск ФИО7. удовлетворить.

Взыскать с ФИО8 в пользу ФИО7 в счёт компенсации морального вреда 400000 рублей.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: штаны, 2 кофты, принадлежащие подсудимому и хранящиеся при уголовном деле, передать ФИО8; 4 бутылки, хранящиеся при уголовном деле, уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации через Камчатский краевой суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осуждённым, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий О.Ф. Слободчиков