Апелляционное определение № 02-2011/2025 33-13182/2026 от 22 апреля 2026 г. по делу № 02-2011/2025

Судья фио

УИД 77RS0027-02-2023-003571-60

Гражданское дело 1 инстанция № 02-2011/2025

Гражданское дело 2 инстанция № 33-13182/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23 апреля 2026 года адрес

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи фио,

судей фио, фио,

при ведении протокола помощником судьи фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи фио

гражданское дело по апелляционным жалобам истца фио, третьего лица - Прокуратуры адрес на решение Тверского районного суда адрес от 02 сентября 2025 года, которым постановлено:

Исковые требования фио к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании денежных средств, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу фио утраченный заработок за период содержания под стражей, отбывания наказания в виде лишения свободы в размере сумма, в удовлетворении остальной части требований, отказать.

УСТАНОВИЛА:

фио обратился в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к Министерству финансов РФ о взыскании денежных средств.

В обоснование заявленных требований истец указал, что приговором Красноглинского районного суда адрес от 10 июня 2020 года он был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, с назначением наказания в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы. Впоследствии определением судебной коллегии по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 14 января 2022 года приговор изменен, действия истца переквалифицированы на ч. 1 ст. 330 УК РФ, уголовное преследование прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть в связи с истечением сроков давности.

Полагая, что поскольку санкция ч. 1 ст. 330 УК РФ не предусматривает наказания в виде лишения свободы на срок свыше трех лет, избранная в отношении него мера пресечения в виде заключения под стражу и последующее лишение свободы являлись незаконными, фио просил взыскать с Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации: утраченный заработок за период незаконного содержания под стражей с учетом индексации в размере сумма, а также расходы на оплату юридических услуг по уголовному делу в размере сумма

Судом первой инстанции постановлено указанное решение, не согласившись с которым, истец фио подал апелляционную жалобу, в которой просит изменить судебный акт в части отказа во взыскании расходов на юридические услуги и принять новое решение об удовлетворении иска в полном объеме. В обоснование жалобы истец указывает, что право на возмещение вреда в порядке главы 18 УПК РФ возникает у любого лица, незаконно подвергнутого мерам процессуального принуждения, независимо от формального статуса реабилитированного. По мнению заявителя жалобы, законодательство не содержит различий в основаниях возмещения утраченного заработка и расходов на защитника, и те, и другие подлежат взысканию в порядке ст. 135 УПК РФ. Также полагает, что вред, причиненный незаконным заключением под стражу, возмещается независимо от вины должностных лиц в силу ст. 1070 ГК РФ, и суд необоснованно применил общие положения о возмещении убытков (ст. 15, 1069 ГК РФ), требующие доказывания вины.

Прокурор адрес в апелляционной жалобе просит решение суда отменить в части удовлетворения требований о взыскании утраченного заработка и принять новое решение об отказе в иске в полном объеме. Прокурор приводит доводы о том, что суд, правильно установив отсутствие у истца права на реабилитацию в смысле ст. 133 УПК РФ, необоснованно взыскал утраченный заработок, поскольку данный вид выплат является мерой реабилитации и не может быть взыскан вне рамок главы 18 УПК РФ.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец фио и представитель ответчика Министерства финансов РФ не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. С учетом положений ст. 167, 327 ГПК РФ судебная коллегия определила рассмотреть дело в их отсутствие.

Явившийся в судебное заседание прокурор фио поддержал доводы апелляционной жалобы прокурора адрес, просил решение суда отменить в части взыскания утраченного заработка и принять новое решение об отказе в иске в полном объеме. Против удовлетворения апелляционной жалобы истца возражал.

Изучив материалы дела, заслушав прокурора, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что 25 июля 2018 года фио был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Постановлением Советского районного суда адрес от 27 июля 2018 года в отношении фио избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Срок содержания под стражей неоднократно продлевался в установленном законом порядке.

02 августа и 14 ноября 2018 года фио предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Приговором Красноглинского районного суда адрес от 10 июня 2020 года фио признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 14 января 2022 года вышеуказанный приговор изменен, совершенное фио преступное деяние переквалифицировано с ч. 4 ст. 159 УК РФ на ч. 1 ст. 330 УК РФ, уголовное преследование в отношении фио прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Также судом установлено, что на момент применения меры пресечения и вынесения приговора санкция ч. 1 ст. 330 УК РФ не предусматривала наказания в виде лишения свободы на срок свыше трех лет. Согласно положениям ч. 1 ст. 108 УПК РФ, в редакции, действовавшей на тот же период, заключение под стражу в качестве меры пресечения по общему правилу применяется в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет. Исключительные обстоятельства, предусмотренные ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, которые могли бы позволить избрать данную меру пресечения по ч. 1 ст. 330 УК РФ, судом не установлены и из материалов дела не усматриваются.

В части, касающейся трудовой деятельности, судом установлено, что на момент задержания фио не был официально трудоустроен. Доказательств наличия у него постоянного места работы и размера получаемого дохода в материалы дела не представлено. При расчете утраченного заработка истец исходил из минимального размера оплаты труда, установленного в адрес - месте его проживания, и просил взыскать сумму с учетом индексации в порядке ст. 208 ГПК РФ.

Судом также установлено, что истцом в рамках уголовного дела были понесены расходы на оплату услуг защитников на общую сумму сумма

Разрешая спор и частично удовлетворяя заявленные требования, суд установив юридически значимые по делу обстоятельства, руководствуясь положениями ч. 4 ст. 11, п. 34 ст. 5, ст. 133 УПК РФ, а также разъяснениями, содержащиеся в п.п. 2, 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к правильному и мотивированному выводу о том, что прекращение уголовного преследования в связи с истечением сроков давности (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ) не порождает у фио права на реабилитацию в полном объеме по смыслу ч. 2 ст. 133 УПК РФ.

Суд обоснованно руководствовался специальным разъяснением, содержащимся в абзаце втором пункта 4 указанного Постановления Пленума, согласно которому, если осужденному при переквалификации содеянного на статью, по которой мера пресечения в виде заключения под стражу применяться не могла, был причинен вред, вопросы, связанные с его возмещением, разрешаются в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ.

Исходя из установленного факта незаконного применения к фио меры пресечения в виде заключения под стражу, суд признал за истцом право на возмещение вреда, причиненного лишением возможности трудиться.

При определении размера утраченного заработка суд руководствовался правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в определение от 21 апреля 2005 г. № 242-О, и применил во взаимосвязи положения ст.ст. 15, 16, 1069, 1070, а также п. 4 ст. 1086 ГК РФ. Исходя из того, что на момент задержания фио официально трудоустроен не был, суд пришел к выводу, что расчет утраченного заработка должен производиться исходя из минимального размера оплаты труда в регионе проживания истца - в адрес, величина которого превышает прожиточный минимум и в наибольшей степени обеспечивает принцип полного возмещения вреда. Представленный истцом расчет на сумму сумма был проверен судом, признан арифметически верным и положен в основу решения. В данной части требования удовлетворены.

Разрешая требование фио о взыскании расходов на оплату юридических услуг по уголовному делу в размере сумма и отказывая в его удовлетворении, суд исходил из того, что возмещение такого рода расходов является составной частью института реабилитации и производится исключительно в пользу лиц, которые в соответствии с ч. 2 ст. 133 УПК РФ признаны имеющими право на реабилитацию в полном объеме. Поскольку фио к числу таких лиц не относится, а его право имеет специальный характер и ограничивается возмещением вреда, непосредственно причиненного незаконным лишением свободы, оснований для удовлетворения требования о взыскании сумм, выплаченных адвокатам, суд не усмотрел. Совокупности условий для взыскания данных сумм в качестве убытков в порядке ст. 15 ГК РФ судом также не установлено.

Выводы суда первой инстанции судебная коллегия находит правильными, сделанными на основании верно установленных юридически значимых обстоятельств и правильном применении норм материального права.

Доводы апелляционной жалобы прокурора об отсутствии у суда первой инстанции оснований для взыскания утраченного заработка ввиду того, что данный вид выплат является исключительно мерой реабилитации, право на которую у истца не возникло, подлежат отклонению как основанные на ошибочном толковании норм материального права.

Действительно, фио не является лицом, имеющим право на реабилитацию в полном объеме. Однако его правовой статус определен пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № сумма лица, чьи действия переквалифицированы на статью, по которой мера пресечения в виде заключения под стражу применяться не могла. Прямым следствием данной правовой позиции является признание за таким лицом права требовать возмещения вреда, причиненного именно этой конкретной мерой процессуального принуждения. Вред, выразившийся в лишении истца свободы и, как следствие, законного источника средств к существованию, носит реальный характер и подлежит возмещению в силу прямого указания ч. 1 ст. 1070 ГК РФ независимо от вины должностных лиц. Таким образом, суд первой инстанции обоснованно разграничил полное право на реабилитацию, которое у истца отсутствует, и частичное право на возмещение конкретного вреда, причиненного незаконным лишением свободы, которое подлежит судебной защите.

Также не могут быть приняты во внимание доводы апелляционной жалобы фио о необходимости взыскания расходов на оплату юридических услуг по уголовному делу. Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что данные расходы не являются убытками в гражданско-правовом смысле, а представляют собой процессуальные издержки, возмещение которых производится в рамках института реабилитации и только при наличии у лица права на таковую в смысле ч. 2 ст. 133 УПК РФ (п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17). Законодательство проводит четкое различие между возмещением имущественного вреда, причиненного незаконным лишением свободы, и компенсацией иных затрат, сопутствовавших законному в своей основе уголовному преследованию. Расходы на защитника по уголовному делу, которое не было прекращено по реабилитирующему основанию, не подлежат возложению на государство.

Доводы истца о неверном применении ст. 1069 ГК РФ сами по себе не могут служить основанием для изменения решения суда, поскольку итоговый вывод суда о применении к расчетам величины МРОТ адрес основан на принципе наиболее полного возмещения вреда и не ухудшает положение истца по сравнению с применением прожиточного минимума. Каких-либо иных доказательств, свидетельствующих о необходимости расчета утраченного заработка в большем размере, истцом не представлено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции правильно и полно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку, верно применил нормы материального и процессуального права.

По существу, доводы апелляционных жалоб сводятся к переоценке правильных выводов суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали изложенные в нем выводы.

Решение суда является законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения по доводам апелляционных жалоб не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Тверского районного суда адрес от 02 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 02.07.2026 г.

Председательствующий

Судьи