Апелляционное постановление № 22-1075/2019 от 19 декабря 2019 г. по делу № 1-2/2019

судья: Машуков А.М. дело №22-1075/2019


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Нальчик 20 декабря 2019 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Кабардино- Балкарской Республики в составе:

председательствующего – Сабанчиевой Х.М.,

с участием

прокуроров – ФИО1, ФИО2,

адвоката Анаева Б.Ж., ордер № № от 12 декабря 2019 года, в защиту интересов ФИО3,

осужденного ФИО3,

при секретарях судебного заседания – Козиевой М.Ш., Гятовой С.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Анаева Б.Ж., в интересах осужденного ФИО3 на приговор Терского районного суда КБР от 16 октября 2019 года, которым

ФИО3, <данные изъяты>

осужден по части 1 статьи 286 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы, по части 2 статьи 292 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы. В соответствии с частью 2 статьи 69 УК РФ по совокупности преступлений к 2 годам лишения свободы. На основании статьи 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком в 2 года, в течение которого ФИО3 должен своим поведением доказать свое исправление. На осужденного возложены обязанности: не менять место жительства без ведома Майского ФКУ УИИ УФСИН России по КБР, являться на регистрацию ежемесячно не менее 1 раза.

Мера пресечения в виде подписки о выезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Сабанчиевой Х.М., адвоката Анаева Б.Ж. и осужденного ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокуроров Камбчоковой З.З., ФИО2, просивших приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО3 признан судом виновным в совершении умышленных преступлений против государственной власти интересов государственной службы: в превышении должностных полномочий и служебном подлоге при обстоятельствах изложенных в приговоре, согласно которым он, являясь старшим оперуполномоченным ГЭБ и ПК ОМВД России по Терскому району КБР, получив материалы проверки и полимерный пакет, в котором содержалась одна изъятая с места происшествия пластиковая емкость объемом 5 литров с прозрачной жидкостью без маркировки, подменил ее на три аналогичные емкости, наполненные водой, без содержания спирта, опечатав той же бумажной биркой с оттиском «Для пакетов№6» ОМВД России по Терскому району. В продолжение своих действий предоставил ЭКЦ МВД по КБР указанные 3 емкости объемом 5 литров каждая с водой без содержания спирта и вынесенное им постановление от 15 июня 2017 года о назначении экспертизы с внесением в него заведомо ложных сведений о якобы изъятии продукции в количестве трех емкостей объемом по 5 литров.

Действия ФИО3 квалифицированы судом по части 1 статьи 286 УК РФ - совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов и общества и государства, а также по части 2 статьи 292 УК РФ - служебный подлог, то есть внесение должностным лицом, в официальные документы заведомо ложных сведений, если эти деяния совершены из иной личной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного частью первой статьи 292.1 настоящего Кодекса), повлекшее существенное нарушение прав и законных граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступления совершены при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО3 и в его интересах адвокат Анаев Б.Ж., просят приговор отменить как незаконный, необоснованный и оправдать ФИО3 за отсутствием в деянии состава преступления.

Считают, что суд не указал в приговоре показания ФИО3 в части того, что после его доклада начальнику отдела ФИО4 и после принятия решения о повторном осмотре, он позвонил куратору от ОСБ и попросил приехать участвовать при повторном осмотре.

Полагают, что изъятую в ходе осмотра места происшествия емкость, до передачи ФИО3 подменили другие лица, чтоб подставить его с целью шантажа, чтоб вернуть себе груз. Следствием не добыто доказательств, свидетельствующих о наличии у него корыстной заинтересованности, а также того, что он хотел оказать помощь ФИО5 в возврате груза. Суд также не указал показания ФИО3 в части того, что он не знаком с А.О.М., и не намеревался вернуть груз, а наоборот предпринимал все меры к объективному рассмотрению материала. Существенные доводы в показаниях ФИО3 не указаны и не опровергнуты в приговоре, в частности то, что было в прицепе он передал ФИО6 и ФИО7 по актам. Не ясно, почему изначально с момента осмотра места происшествия 14.06.2017 года собирается материал, изымается 1 емкость, на горловину которой надевается пакет, обвязывается ниткой, концы которой оклеиваются биркой с подписями понятых, а потом по истечении года следствие переводит, что емкость была опечатана в пакет и не горловину емкости опечатали, а емкость положили в пакет и опечатали горловину пакета.

Сотрудник УФСБ Б., участвовавший в осмотре места происшествия видел, как была упакована емкость, а также понятой Ш.М.З., эксперт Б.Э.А., дознаватель Х.М.М. показали, что опечатали горловину изъятой емкости, а не положили в пакет и опечатали пакет.

В ходе доследственной и служебной проверки, а также следствия до 15.11.2017 года все этот факт подтверждали, а потом следствие указывает, что изъятая емкость была упакована в полимерный пакет, который опечатали бумажной биркой.

Свидетель Ш.М.З. не давал показания о том, что впоследствии ему стало известно, что сотрудники УФСБ выявили факт превышения ФИО3 должностных полномочий.

Свидетель А.О.М. в суде однозначно подтвердил, что он не видел, как упаковывали, и сколько всего емкостей было изъято, однако в приговоре его показания изложены, что он однозначно видел, как упаковывали емкость в пакет.

Судом остались без внимания показания свидетеля Х.М.М. в части того, что ФИО3 его не просил подписать его объяснения и его показания при дополнительном допросе в ходе судебного заседания, где он показал, что он А.О.М. в отдел не доставлял. При его допросе был оглашен протокол осмотра места происшествия, где указано, что из указанных 8000 пластиковых однородных емкостей, одна пластиковая емкость изъята отдельно для проведения исследования и опечатана оттиском круглой печати «для пакетов № 6 ОМВД РФ по Терскому району. Из чего следует, что изъятая емкость опечатана, а не упакована в пакет.

Судом остались без внимания показания Б.Э.А., при его дополнительном допросе в части того, что в настоящее время не помнит, как опечатал изъятую емкость. На заданный защитой вопрос, что в деле имеется объяснение, данное им от 01.07.2017 года, оперуполномоченному ФСБ Б., показал, что Б. опрашивал по данным обстоятельствам, объяснение было написано с его слов, если стоит его подпись, значит он прочитал и расписался и замечаний не было. Он не говорил при даче объяснения Б. сведений, которые не соответствовали действительности и говорил, то что делал 14.06.2017 года кроме того в этот момент Б. сам стоял и видел, что он делает. Если в объяснении написано, что насколько помнит бутылка была накрыта прозрачным полимерным пакетом и перевязана, то это соответствует действительности.

Указывают, что в приговоре приведены показания ФИО8, которые по предъявленному обвинению не имеют значения.

Согласно показаниям свидетеля Г.Т.Б., приведенным в приговоре он видел, как эксперт, представившийся Б.Э.А., изъял одну пластмассовую бутылку, упаковал в пакет, после чего, все участвующие при этом лица, расписались на бирках, и бирки нитками прикрепили к горлышку изъятой бутылки и положили её в пакет.

Фактически суд признает факт, что емкость упаковали в пакет, не описывая каким способом, после чего было опечатано именно горлышко емкости с биркой и перевязано нитками и потом емкость положена в пакет.

Исходя из этого, суд положил в основу обвинения показания свидетеля, вчасти того, что была опечатана горловина изъятой емкости, а не горловинапакета, где находилась емкость - вещественное доказательство передано ФИО9 из дежурной части уже в пакете.

Считают, что таким образом суд признал подмену вещественного доказательства не ФИО3, а другим лицом.

В приговоре приведены показания свидетеля У.А.А., инспектора ДПС, который всего лишь подтвердил изъятие одной емкости. При этом он не видел, как упаковали емкость.

Так же судом в приговоре приведены аналогичные показания свидетеля инспектора ДПС К.А.М.., Ш.З.А., Т.Т.А., которые не имеют доказательственного значения, так как не доказывают обстоятельства подлежащие доказыванию и являются не относимыми доказательствами.

Приведенные в приговоре показания свидетеля Ш.А.В., дежурного ОМВД России по Терскому району Терского ОМВД, доказывают факт передачи ФИО3, одной емкости и при этом он не помнит, как была упакована емкость. А по оглашенным показаниям следует, что емкость была опечатана в пакет.

Судом при вынесении приговора не учтены показания Б. Е.В., в части того, что он подтвердил при дополнительном допросе тот факт, что он видел, что происходило 14.06.2017 года при изъятии емкости и тот факт, что он, получая объяснения от дознавателя Х.М.М. в ФСБ от 29.06.2017 года, где написано, что изъята была 1 емкость, которая Б.Э.А. была опечатана биркой с оттиском печати «Для пакетов №6 ОМВД по Терскому району » и заверена подписями участвовавших лиц; объяснение эксперта Б.Э.А. от 01.07.2017 года, где указано, что насколько он помнит, изъятая бутылка была им накрыта прозрачным полимерным пакетом и перевязана нитками белого цвета, концы которой были заклеены оттиском печати; объяснение понятого Ш.М.З. от 01.07.2017 года, согласно которым изъяли одну полимерную бутылку объемом 5 литров, горловина которой была накрыта прозрачным полиэтиленовым пакетом и перевязана нитками белого цвета, концы которой заклеены печатью ОВД с белой бумажной биркой, на которой они расписались.

Второй осмотр 26.06.2017 года и изъятие трех емкостей происходил по инициативе ОСБ МВД КБР. После изъятия второй партии для сравнительного исследования они Афашагова MX. до ЭКЦ МВД КБР не сопровождали.

Кроме того, ни сотрудники ФСБ, ни следователь не проводили мероприятия по установлению собственника груза М., хотя в деле имеются его анкетные данные и адрес места жительства.

Если Б. Б.В., показал суду, что со слов эксперта Б.А.М., ФИО5 просил его о замене объекта исследования, то из приведенных показаний свидетеля Ж.В.А., в приговоре, следует, что ФИО3, просил изменить только фототаблицу и постановление, но не заключение эксперта, как указывает свидетель Б. Б.В.

Судом не дана оценка тому, что свидетели Б., Ж.В.А., Д., по разному описывают, о чем просил эксперта ФИО3, и как ФИО3 объяснял, что в представленной емкости вода.

Также не дана оценка показаниям М.Б.А., который утверждает, что информация о подмене была от ФСБ, а сотрудник ФСБ Б. утверждает, что информация была от ОСБ МВД по КБР. В ходе судебного заседания так и не было установлено, откуда информация поступила, кому, и какого характера.

Считают, что показания свидетеля Х.А.а. в части того, что если бы сотрудники УФСБ и ОСБ не выявили допущенные ФИО5 нарушения по подмене 1 изъятой пятилитровой емкости на 3 аналогичные емкости, копии отказного материала в отношении А.О.М. не были бы направлены для его привлечения к административной ответственности, продукция не была бы конфискована, и она была бы возвращена по принадлежности, то есть, А.О.М. избежал бы административную ответственность, суд должен был признать недопустимыми, поскольку они основаны на его предложениях.

В приговоре приведены показания свидетеля Ж.Х.М., согласно которым в 2017 году он состоял в должности заместителя начальника отдела по охране общественного порядка МВД по КБР. Однако, он не давал показания, что занимает вышеуказанную должность с 2017 года, что следует и из протокола судебного заседания. В действительности он в 2017 году занимал должность начальника отдела МВД России по Терскому району начиная с 2011 года включительно до 2017 года.

Судом остались без внимания показания данного свидетеля в части того, что бывали факты задержания автомашин, в которых впоследствии оказывалась вода, как и в этом случае, заставляли сладкой водой или другой продукцией. Бывали случаи, когда были подозрения, что спиртосодержащая продукция, а выяснялось, что вода. ФИО3 может охарактеризовать с положительной стороны профессионал в своей работе, честный, грамотный. ФИО3, единолично не обладал полномочиями принять решение о возврате продукции. Инициатива повторного осмотра шла не от него, а от ФИО10, что первая экспертиза показала, что в емкости вода он не скрыл от него.

Считают, что в приговоре приведены иные доказательства, не доказывающие виновность ФИО3. Кроме того не раскрыто содержание этих доказательств, а суд лишь ограничился их произвольным перечислением.

При этом судом не дана оценка, что вещественные доказательства - 3 емкости, изъятые в ЭКЦ МВД КБР, не были переданы следствию, а были переданы кому-то и не установлено, как они оказались у следствия. Исходя из этого, защита просила в прениях исключить их из числа доказательств, однако судом не принято решение в этой части.

Судом указано, что заключением служебной проверки МВД КБР в отношении ФИО3 подтверждается подмена 1 изъятой емкости на 3 аналогичные. Однако, судом не учено, что данным заключением установлено, что изъятая 1 емкость, которая была упакована не в пакет, а опечатана горловина, тогда как обвинение предъявлено ФИО3, как будто он заменил оригинал вещественного доказательства.

Кроме того, суд из данного заключения берет за основу часть, оставляя без внимания положенные в основу служебного заключения пояснения понятого, эксперта ФИО11 и дознавателя ФИО12, которые подтвердили, что емкость опечатывалась наложением на горловину емкости пленки, обвязыванием горловины ниткой, концы которой были заклеены бумажной биркой с подписями понятых.

Согласно заключению комплексной криминалистической судебной экспертизы № от 04.01.2018 года на первичной бумажной бирке имеются три повреждения, которые вероятно являются следствием разрыва бумаги в процессе эксплуатации. Каких-либо признаков, свидетельствующих об изменении первичного вида, путем переклейки и привязки дополнительных нитей не обнаружено.

Данное заключение является вероятным и в большой степени подтверждает, невиновность ФИО3, а не предъявленное обвинение. Суд не дает оценку тому, как мог подменить вещественное доказательство ФИО3, если этому нет доказательств.

Согласно заключению физико-химической судебной экспертизы № от 07.03.2018 года представленные на исследование образцы жидкостей, изъятые 28.06.2017 года в ходе обследования помещения ЭКЦ МВД по КБР, находящиеся в 3 бесцветных прозрачных полимерных емкостях, вместимостью по 5,0л. не являются спиртосодержащими жидкостями. Заключение подтверждает факт соответствия воды санитарным требованиям, а не идентичность с водой в изъятой емкости 14.06.2017 года.

Согласно заключению почерковедческой судебной экспертизы № буквенно-цифровые записи, расположенные на отрезке бумаги белого цвета, прямоугольной формы (бирка), кроме краткой записи «Понятые: 1 2» выполнены Б.Э.А. Краткая запись «Понятые: 1 2», расположенная на отрезке бумаги белого цвета, прямоугольной формы (бирка) выполнены не Б.Э.А., не ФИО3, не Х.М.М., не Ш.З.Э., не Г.Т.Б., а другим лицом. Подпись, расположенная напротив записи: «Специалист» на отрезке бумаги белого цвета, прямоугольной формы (бирка) выполнена, вероятно Б.Э.А.. Подпись, расположенная напротив записи: «Понятые 1» на отрезке бумаги белого цвета, прямоугольной формы (бирка) выполнена Ш.З.Э.. Подпись, расположенная напротив записи: «Понятые 2» на отрезке бумаги белого цвета, прямоугольной формы (бирка) выполнена Г.Т.Б.. Подпись от имени ФИО3, расположенная в графе № на 82 листе книги учета заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях ОМВД России по <адрес> КБР инв. № выполнена ФИО3.

Указанное заключение подтверждает доводы защиты, что к вещественным доказательствам имело доступ неустановленное лицо.

Как видно из заключения эксперта слово «понятые» выполнено не Х.М.М., не Б.Э.А., не Г.Т.Б., не Ш.М.З., не ФИО5, а иным лицом, а кем не установлено. Кто мог дополнить слово «понятые», если

ФИО11 другим лицам на подпись не передавал, осталось не выясненным, и суд не придал этому значения.

Вместе с тем, суд при доказанности факта того, что оригинал вещественного доказательства был заменен до получения материала и вещественного доказательства ФИО3, оставил без внимания.

Доследственные и следственные действия в отношении ФИО3. вплоть до 08.11.2017 года велись о том, что изъятая 1 емкость объемом 5 литров при осмотре места происшествия 14.06.2017 года была опечатана наложением на горлышко емкости полиэтиленового пакета, который был обвязан ниткой на горлышке емкости, концы которой были оклеены бумажной биркой, с печатью ОМВД, с подписями понятых и эксперта ФИО11.

08.11.2017 года руководитель следственного органа А., направил на имя Министра ВД КБР письмо о проведении служебной проверки в отношении ФИО3, и указывает что изъятая емкость с прозрачной жидкостью, без маркировки и нанесения информации, упакованная в полимерный пакет.

Считают, что преступление предусмотренное частью 2 статьи 292 УК РФ

ФИО3, вменено излишне, поскольку совершенные им действия составляли объективную сторону состава преступления, предусмотренного статьей 286 УК РФ, и дополнительной квалификации не требуют, так как служебный подлог явился формой превышения должностными полномочиями.

Кроме того, в соответствии с диспозицией части 2 статьи 292 УК РФ обязательным признаком субъективной стороны служебного подлога является наличие у лица корыстной или иной личной заинтересованности.

Однако, судом не установлена в чем заключалось корыстная заинтересованность ФИО3

Обвинение не конкретизировано, стороной обвинения не представлены доказательства, какие последствия для общества и государства повлекли действия, конкретно, в чем они выражены и существенность этого вреда. Не привлечение одного лица к административной ответственности не может являться для государства и общества существенным.

ФИО3, рассмотрел материал от 14.06.2017 года вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела и это постановление не отменено. Прокурор Терского района Г. сам лично проверил отказной материал и вернул по минованию надобности.

Полагают, что в деянии ФИО9 отсутствуют составы преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 286 и части 2 статьи 292 УК РФ, и он подлежит оправданию на основании пункта 3 части 2 статьи 302 УПК РФ.

В возражении на апелляционную жалобу и.о. прокурора Терского района Хачемизов А.Ю., не согласившись с доводами, изложенными в жалобе, находя их не состоятельными просит приговор суда как соответствующий требованиям главы 39 УПК РФ, оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражение на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда, относительно установленной вины ФИО13 в превышении им должностных полномочий и служебном подлоге, то есть внесении должностным лицом, в официальные документы заведомо ложных сведений на основании совокупности собранных по делу и исследованных судом доказательств, сомнений не вызывают.

Факт изъятия в ходе задержания а/м «Фредлайнер « г/н № регион 15 с полуприцепом под управлением А.О.М. 14.06.2017 года в 18 час.40 мин из 8000 пластиковых бутылок, емкостью 5 литров каждая, одной, а не 3 емкостей бесспорно подтверждается протоколом осмотра места происшествия (т.2 л.д.66-71) показаниями лиц участвовавших в осмотре: дознавателя Х.М.М., понятого Г.Т.Б., водителя А.О.М., сотрудника УФСБ ФИО14, и других многочисленных свидетелей которым суд дал надлежащую оценку и уже не оспаривался в суде стороной защиты. В ходе проводимой служебной проверки ФИО5 утверждал, что при осмотре места происшествия было изъято 3 емкости по 5 литров каждая.

По утверждению защиты изъятую в ходе осмотра места происшествия одну емкость, до передачи ФИО3 подменили другие лица, чтобы подставить его с целью шантажа, для возврата себе груза. Одним из основных доводов защиты, свидетельствующих в пользу этой версии приводятся имеющиеся, по их мнению, противоречия в показаниях свидетелей в части того как была опечатана изъятая для исследования емкость: наложением на горлышко самой емкости полиэтиленового пакета, который был обвязан ниткой на горлышке, концы которой были оклеены бумажной биркой, с печатью ОМВД, с подписями понятых и эксперта Б.Э.А.; либо емкость была помещена в пакет и опечатали горловину пакета.

Однако из записей в Книге учета заявлений и сообщений о преступлениях, о происшествиях ОМВД России по Терскому району исследованных судом и приведенных в качестве одного из доказательств виновности ФИО3 следует, что 14.06.2017 г. зарегистрирован материал проверки №, в графе « перечень изъятых с места происшествия предметов и документов» указаны : автомашина марки «Фредлайнер» с г/н № регион 15 с полуприцепом, одна пятилитровая емкость для проведения исследования (т.2 л.д. 55-57), в графе подпись сотрудника, получившего заявление для исполнения запись : «материал получил ФИО3 подпись и дата 15.06.2017г. 15 час.00 мин.» При этом в тексте постановления о назначении экспертизы ФИО3 указано, что на исследование им представляются 3 пятилитровые емкости, упакованные в черный полимерный пакет и опечатанные биркой с оттиском «Для пакетов №6» ОМВД по Терскому району. Данное несоответствие ФИО3 объяснил тем, что до назначения экспертизы не читал протокол осмотра места происшествия. Доводы подсудимого ФИО5 в этой части, были опровергнуты в судебном заседании показаниями свидетеля Б.А.М. (начальника ЭКЦ МВД по КБР) о том, что ФИО5 приезжал в ЭКЦ и просил поменять ранее вынесенное им постановление о назначении экспертизы где было указано о предоставлении 3 емкостей на 1 емкость, аналогичными показаниями свидетеля Ж.В.А..

Судом первой инстанции дана надлежащая оценка этим утверждениям подсудимого. Суд нашел доводы подсудимого о том, что : вещественное доказательство он не подменял, документов, которые содержали бы ложные сведения, не составлял, получив материал и пакет с емкостями, которых на ощупь было три, не проверяя и не изучая материал и предполагая, что изъято 3 емкости вынес постановление о назначении экспертизы, указав объектом для исследования 3 емкости, что емкости были подменены до передачи ему с целью его шантажа, не соответствующими действительности как опровергающиеся исследованными судом и приведенными в приговоре доказательствами, показаниями допрошенных свидетелей и расценил их как способ защиты.

Давая оценку показаниям свидетелей, оглашая при наличии расхождений показания данные ими в ходе предварительного расследования, суд обосновывал какие из данных ими показаний он признает соответствующими действительности и почему.

Доводы апелляционной жалобы в части того, что судом не установлен собственник груза М., не точно установлен материалами дела источник информации о подмене изъятой емкости ФСБ либо ОСБ МВД по КБР, о не точном указании в приговоре показаний свидетеля Ж.Х.М. о периоде когда он занимал должность заместителя начальника отдела по охране общественного порядка МВД по КБР и о том что бывали факты задержания автомашин, в которых впоследствии оказывалась не спиртосодержащая продукция а вода, не влияют на правильность выводов суда о доказанности виновности ФИО5 в совершении инкриминируемых ему преступлений.

Как не влияет на законность постановленного судом приговора и наличие неотмененного постановления от 14.07.2017 г. об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении водителя А.О.М. по ст.171 УК РФ по п.2.ч.1 ст.24 УПК РФ ( отсутствие крупного размера).

Вопреки доводам защиты суд обосновал в приговоре совершение ФИО5 действий явно, выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства : « созданием помех и сбоев в работе ОМВД России по Терскому району, ЭКЦ МВД по КБР, УФСБ России по КБР и ОРЧ (СБ) МВД по КБР, а также в нарушением равенства всех перед законом, и как следствие подрывом в глазах граждан авторитета не только отдела МВД России по Терскому району, но и всей системы органов внутренних дел Российской Федерации, уполномоченной принимать установленные меры по привлечению к административной ответственности лиц, совершивших правонарушения и назначению им административного наказания, являющегося установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяющегося в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами».

Выводы суда первой инстанции, относительно критической оценки показаний подсудимого в суде о его невиновности, поскольку они опровергаются исследованными в суде и приведенными в приговоре доказательствами, которые получены с соблюдением требований ст. 73, 74 УПК РФ, сомнений не вызывают.

Отрицание подсудимым своей вины судом верно расценено как форма реализации им права на защиту.

Положенные в основу приговора доказательства получены с соблюдением закона. Правильность оценки доказательств судом сомнений не вызывает, поскольку доказательства оценены в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 73, 74, 88 УПК РФ.

Согласно п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 N 19 "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий" в тех случаях, когда должностное лицо, используя свои служебные полномочия, наряду с хищением чужого имущества, совершило другие незаконные действия, связанные со злоупотреблением должностными полномочиями из корыстной или иной личной заинтересованности, содеянное им надлежит квалифицировать по совокупности указанных преступлений.

Равным образом, исходя из положений статьи 17 УК РФ, должен решаться вопрос, связанный с правовой оценкой действий должностного лица, совершившего служебный подлог. В случаях, когда такое лицо в связи с исполнением своих служебных обязанностей внесло в официальные документы заведомо ложные сведения либо исправления, искажающие их действительное содержание, содеянное должно быть квалифицировано по статье 292 УК РФ. Если же им, наряду с совершением действий, влекущих уголовную ответственность по статье 285 (286) УК РФ, совершается служебный подлог, то содеянное подлежит квалификации по совокупности со статьей 292 УК РФ.

В ходе предварительного расследования действия ФИО5 были квалифицированы по части 1 статьи 286 УК РФ и части 2 статьи 292 УК РФ.

Суд, оценив в совокупности собранные по делу доказательства, пришел к обоснованному выводу о необходимости квалифицировать действия осужденного по части 1 статьи 286 УК РФ и части 2 статьи 292 УК РФ.

Принимая во внимание вышеизложенное, выводы суда, касающиеся юридической оценки действий ФИО5, нахожу правильными, подробно мотивированными в приговоре, с которыми нельзя не согласиться.

При назначении наказания судом учтены характер и степень общественной опасности преступлений, относящихся к категории средней тяжести, данные о личности подсудимого, который положительно характеризуется по месту работы и жительства, а также влияние назначенного наказание на исправление подсудимого.

Обстоятельством, смягчающими наказание подсудимого суд признал то обстоятельство, что он впервые привлекается к уголовной ответственности, имеет на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка.

Обстоятельств, отягчающих наказание судом не установлено.

Назначенное осужденному наказание является отвечающим целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.14, 389. 20, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия,

п о с т а н о в и л а:

приговор Терского районного суда КБР от 16 октября 2019 года в отношении ФИО3 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Анаева Б.Ж. без удовлетворения.

Председательствующий Х.М. Сабанчиева