Апелляционное определение № 33-1990/2026 от 25 февраля 2026 г.

Судья Гордеев А.А. № 33-1990/2026

64RS0004-01-2025-003651-88

№ 2-2705/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 февраля 2026 года город Саратов

Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:

председательствующего Агарковой И.П.,

судей Кудряшовой Д.И., Московских Н.Г.,

при секретаре судебного заседания Павлове М.О.,

с участием прокурора Мараховской О.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Федеральному дорожному агентству Министерства транспорта Российской Федерации, межрегиональному территориальному управлению федерального агентства по управлению государственным имуществом в республике Татарстан и Ульяновской области об установлении степени вины в дорожно-транспортном происшествии, взыскании компенсации морального вреда по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Балаковского районного суда Саратовской области от 12 декабря 2025 года, которым в удовлетворении исковых требований отказано.

Заслушав доклад судьи Агарковой И.П., объяснения представителя ФИО1 - ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора, полагавшего, что решение суда является законным и обоснованным, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Федеральному дорожному агентству Министерства транспорта Российской Федерации, межрегиональному территориальному управлению федерального агентства по управлению государственным имуществом в <адрес> и <адрес> об установлении степени вины в дорожно-транспортном происшествии (далее - ДТП), взыскании компенсации морального вреда, просил суд установить степень вины ответчиков в размере 100 % в ДТП, имевшем место <дата> в 17 часов 50 минут на 28 км автодороги «Р241 Казань-Ульяновск» с участием транспортного средства марки «Мерседес-Бенц Ахоr 184», государственный регистрационный знак №, с полуприцепом марки «Кроне SD», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1, взыскать солидарно с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что <дата> в 17 часов 50 минут истец при исполнении трудовых обязанностей водителя закрытого акционерного общества «Камрти» (далее - ЗАО «Камрти») управлял технически исправным транспортным средством марки «Мерседес-Бенц Ахоr 184», государственный регистрационный знак №, с полуприцепом марки «Кроне SD», государственный регистрационный знак №, принадлежащими на праве собственности работодателю, и двигался по трассе федерального значения « Р241 Казань-Ульяновск» со скоростью около 60 км/ч. На 28 км указанной автодороги транспортное средство под управлением истца совершило наезд на яму, превышающую размеры 15 см по длине, 60 см по ширине и 5 см по глубине, которая располагалась на проезжей части, при этом предупреждающими знаками, разметкой, ограждениями, а также иными способами яма обозначена не была. В результате наезда на яму транспортное средство потеряло контроль и произошло ДТП, в результате которого истец получил телесные повреждения в виде компрессионного перелома L 3 позвонка 1 степени компрессии, ушиб левой стопы. Кроме того, истцу также причинен моральный вред, выражающийся в наличии физических и нравственных страданий, нарушении его функции жизнедеятельности. Ссылаясь на то, что ДТП произошло в результате несоответствия состояния проезжей части дороги предъявленным к ней требованиям, ответственность по возмещению вреда должна быть возложена на ответчиков, истец обратился в суд с иском.

Решением Балаковского районного суда <адрес> от <дата>, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано. На Управление Судебного департамента в <адрес> возложена обязанность произвести оплату судебной видеоавтотехнической экспертизы федеральному бюджетном учреждению Саратовская лаборатория судебных экспертиз Министерства юстиции Российской Федерации (далее - ФБУ Саратовская ЛСЭ Минюста России) в размере 34 008 рублей за счет перечисленных ФИО1 денежных средств по чекам по операции от <дата>, <дата>, а также возвратить ФИО1 сумму в размере 67 440 рублей, внесенную на счет, открытый Управлением Судебного департамента в <адрес> для проведения судебной видеоавтотехнической экспертизы ФБУ Саратовская ЛСЭ Минюста России по чекам по операции от <дата>, <дата>.

ФИО1 подал апелляционную жалобу на решение суда, в которой просит решение суда отменить. В обоснование доводов жалобы ее автор ссылается на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда, изложенных в решении, фактическим обстоятельствам дела, выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств. Автор жалобы полагает, что ответчики не представили достоверных и допустимых доказательств отсутствия вины в причинении вреда истцу.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в судебное заседание не явились, об уважительной причине неявки судебную коллегию не известили, об отложении судебного заседания не просили. При указанных обстоятельствах, учитывая положения части 3 статьи 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции согласно требованиям части 1 статьи 327.1 ГПК РФ, исходя из доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 ГК РФ).

В силу абзаца второго пункта 3 статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статьи 1064).

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от <дата> № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» одним из основных принципов обеспечения безопасности дорожного движения является приоритет ответственности государства за обеспечение безопасности дорожного движения над ответственностью граждан, участвующих в дорожном движении.

На основании статьи 17 Федерального закона от <дата> № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» содержание автомобильных дорог осуществляется в соответствии с требованиями технических регламентов в целях обеспечения сохранности автомобильных дорог, а также организации дорожного движения, в том числе посредством поддержания бесперебойного движения транспортных средств по автомобильным дорогам и безопасных условий такого движения.

Перечень и допустимые по условиям обеспечения безопасности движения предельные значения показателей эксплуатационного состояния автомобильных дорог, улиц и дорог городов и других населенных пунктов, а также требования к эксплуатационному состоянию технических средств организации дорожного движения установлены «ФИО12 50597-2017. Национальный стандарт Российской Федерации. Дороги автомобильные и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения. Методы контроля» (утвержден Приказом Росстандарта от <дата> №-ст).

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Как следует из разъяснений, содержащихся пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, <дата> ОРППБД и ЭТ по Казанской зоне ГСУ МВД по <адрес> вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью 5 статьи 264 УК РФ, и принятии его к производству, из которого следует, что <дата> примерно в 17 часов 50 минут на 29 км автомобильной дороги общего пользования федерального значения «Р-241 Казань-Буинск-Ульяновск», проходящей по территории <адрес> Республики Татарстан, произошло столкновение грузового тягача марки «Мерседес-Бенц Ахоr 1840», государственный регистрационный знак №, с полуприцепом марки «Кроне SD», государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО1 и автомобиля марки «LADA GFK110 LADA VESTA», государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО7 В результате ДТП водителю автомобиля марки «LADA GFK110 LADA VESTA» ФИО7 и его пассажиру ФИО8 причинены телесные повреждения, от которых они скончались на месте происшествия. Потерпевшим по данному уголовному делу признан сын погибших ФИО10

Из обвинительного заключения по уголовному делу по обвинению ФИО1 следует, что <дата> примерно в 17 часов 50 минут ФИО1, управляя технически исправным грузовым тягачом марки «Мерседес-Бенц Ахоr 1840», государственный регистрационный знак №, с полуприцепом марки «Кроне SD», государственный регистрационный знак №, в условиях неограниченной видимости, двигался по проезжей части 29 км автомобильной дороги общего пользования федерального значения «Р-241 Казань-Буинск-Ульяновск», проходящей по территории <адрес> Республики Татарстан, со стороны <адрес> в направлении <адрес>. В процессе движения, проявляя преступное легкомыслие, пользовался телефоном, не оборудованным техническим устройством, позволяющим вести переговоры без использования рук, чем грубо нарушил требования пункта 2.7. Правил дорожного движения Российской Федерации (далее - ПДД РФ). В пути следования в результате допущенного нарушения требований ПДД РФ водитель ФИО1 не обеспечил возможности постоянного контроля за движением транспортного средства, не справился с управлением автомобиля, не обеспечил безопасный боковой интервал до середины проезжей части, пересек горизонтальную дорожную разметку 1.1 Приложения 2 к ПДД РФ и допустил выезд на сторону проезжей части, предназначенную для встречного направления движения, чем нарушил требования пунктов 1.4., 9.1, 9.1(1)., 9.10. и 10.1. ПДД РФ. В результате совокупности допущенных нарушений требований ПДД РФ водитель ФИО1 на расстоянии около 400 м от дорожного знака 6.13 «Километровый знак» Приложения 1 к ПДД РФ - «28 км», расположенного у края проезжей части автомобильной дороги общего пользования федерального значения «Р-241 Казань-Буинск-Ульяновск», проходящей по территории <адрес> Республики Татарстан, совершил столкновение с двигавшимся во встречном направлении автомобилем марки «LADA GFK110 LADA VESTA», государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО7 Своими действиями водитель ФИО1 нарушил требования пунктов 1.3. и 1.5. ПДД РФ, обязывающие водителя знать и соблюдать относящиеся к нему требования ПДД РФ, а также действовать таким образом, чтобы не создавать опасность для движения и не причинять вреда. В результате ДТП водителю автомобиля марки «LADA GFK110 LADA VESTA», государственный регистрационный знак №, ФИО7 и пассажиру ФИО8 причинены телесные повреждения, от которых они скончались на месте происшествия. Приведенные в обвинительном заключении обстоятельства установлены, в том числе, и на основании заключений судебно - автотехнических экспертиз №, №, №, № от <дата>, № от <дата>.

Указанные обстоятельства подтверждаются: копиями протокола осмотра места ДТП от <дата>, схемой происшествия от <дата>, представленных Верхнеуслонским районным судом Республики Татарстан из материалов уголовного дела №.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции по ходатайству истца назначена комплексная судебная медицинская и видеоавтотехническая экспертиза, проведение которой поручено ФБУ Саратовская ЛСЭ Минюста России.

В соответствии с заключением эксперта № от <дата>, ответить на вопрос, где расположено место обнаружения водителем транспортного средства марки «Мерседес-Бенц Ахоr 184», государственный регистрационный знак № 164, с полуприцепом марки «Кроне SD», государственный регистрационный знак №, опасности в виде ямы на проезжей части не представляется возможным, поскольку это зависит от субъективных качеств водителя, оценка которых не входит в компетенцию эксперта-видеотехника. В момент столкновения левая передняя часть автомобиля марки «Мерседес-Бенц Ахоr 184» находилась на обочине, правая - на полосе, предназначенной для встречного движения. Правая часть легкового автомобиля (с которым произошло столкновение) в момент столкновения находится на обочине, левая часть - на полосе движения своего направления. Ответить на вопрос с какой скоростью двигалось транспортное средство марки «Мерседес-Бенц Ахоr 184», государственный регистрационный знак №, с полуприцепом марки «Кроне SD», государственный регистрационный знак № по представленной видеозаписи в файле «VID-20250804-WА0037.mр4» - не представляется возможным ввиду низкого качества записи (пересъемка «с рук», изображение в кадре нестабильное, движется в соответствии с движением рук оператора пересъемки, изображения движущихся объектов на воспроизводимой на экране монитора записи «смазаны», наблюдается «рябь», сдвоенность объектов, имеются повторы кадров), достоверно определить величину перемещения с целью последующей оценки равномерности интервалов перемещения движущихся объектов невозможно. На видеозаписи отсутствуют объекты либо реперы, размеры которых известны, или расстояния между которыми могут быть определены. В ходе визуального исследования видеозаписей в файлах «VID-20250804-WА0037.mр4», «VID-20250806-WА0001(3).mр4», «VID-20250806-WА0002(1).mр4», каких-либо предупреждающих знаков ограждений, дорожной разметки, обозначающих препятствие на дороге, выявлено не было. Ответить на вопрос имел ли водитель автомобиля марки «Мерседес-Бенц Ахоr 184» в данных дорожных условиях техническую возможность избежать ДТП <дата> и на вопрос о том, действия или бездействие кого из участников ДТП, лиц, ответственных за соответствие состояния дороги при ее содержании установленным правилам, стандартам, техническим нормам и другим нормативным документам, находятся в причинно-следственной связи с ДТП <дата> не представляется возможным.

Разрешая исковые требования, руководствуясь положениями статей 150, 151, 1064, 1079, 1099 ГК РФ, разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суд первой инстанции полагал, что истцом не предоставлено доказательств вины Федерального дорожного агентства Министерства транспорта Российской Федерации, межрегионального территориального управления федерального агентства по управлению государственным имуществом в <адрес> и <адрес> в произошедшем ДТП, в связи с чем пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции и его оценкой исследованных доказательств, поскольку они соответствуют обстоятельствам дела и нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

Доводы жалобы о том, что дорожное покрытие на участке дороги, где произошло ДТП, не соответствовало требованиям государственных стандартов, имелась выбоина, отсутствовали дорожные знаки, предупреждающие о наличии опасности на дороге, судебная коллегия полагает несостоятельным.

Так, согласно протоколу осмотра места происшествия от <дата> и схеме происшествия от <дата> проезжая часть в районе места ДТП прямая, вид покрытия - асфальт, профиль дороги горизонтальный, состояние покрытия - асфальтовое, покрытие сухое, на проезжей части нанесены линии разделения встречных потоков разметкой. Сведений о наличии на проезжей части недостатков в виде ямы данные документы не содержат.

Из материалов уголовного дела № по обвинению ФИО1, представленных в суд первой инстанции, не следует о наличии оснований для возложения на ответчиков обязанности по возмещению вреда истцу.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для отказа в удовлетворении исковых требований, признавая их соответствующими подлежащим применению нормам материального права, данную судом оценку доказательств отвечающей правилам статьи 67 ГПК РФ.

Приведенные истцом в апелляционной жалобе доводы правильности выводов суда не опровергают, не могут быть положены судом апелляционной инстанции в основу определения об изменении судебного постановления.

Достоверных и допустимых доказательств того, что именно наличие недостатков дорожного полотна на проезжей части непосредственно привело к ДТП, материалы дела не содержат. При этом из материалов дела следует, что ДТП произошло по вине истца, нарушившего предписания ПДД РФ.

Доводы апелляционной жалобы, основанные на несогласии с оценкой обстоятельств дела и доказательств, сами по себе не могут служить основанием для отмены постановленного судом решения.

При установленных обстоятельствах доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену решения, предусмотренных статьей 330 ГПК РФ, судом допущено не было.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Балаковского районного суда <адрес> от <дата> оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено <дата>.

Председательствующий

Судьи