Решение № 12-3/2024 от 25 февраля 2024 г. по делу № 12-3/2024

Дело № 12-3/2024

Судья Москалева М.В.


Р Е Ш Е Н И Е

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

26 февраля 2024 г. с. Дивеево

18 час. 45 мин.

Судья Дивеевского районного суда Нижегородской области Садчикова Е. В.,

С участием должностного лица, составившего протокол по делу об административном правонарушении- инспектора ДПС ГИБДД МО МВД России «Дивеевский» ФИО6,

лица, привлеченного к административной ответственности ФИО1,

специалиста ОГИБДД МО МВД России «Дивеевский» ФИО8,

при секретаре судебного заседания Синицыной Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Дивеевского районного суда <адрес>) дело № по жалобе лица, привлеченного к административной ответственности ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка Дивеевского судебного района <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении к административной ответственности ФИО1 по ч. 1 ст. 12.8 Кодекса об административных правонарушениях РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением мирового судьи судебного участка Дивеевского судебного района <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ к административному штрафу в размере 30.000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

Не согласившись с данным постановлением, ФИО1 обратился с жалобой, в которой просит отменить его с прекращением производства по делу, ссылаясь на незаконность и необоснованность постановления. В своей жалобе ФИО1 отрицает факт управления им ДД.ММ.ГГГГ транспортным средством в состоянии опьянения. Считает, что сотрудниками ГИБДД не представлено тому легитимных доказательств, а представленным им самим доказательствам мировым судьей не дана соответствующая правовая оценка.

Указал, что согласно протоколу ДД.ММ.ГГГГ около 15 час. 25 мин. он управлял принадлежащим ему мотокультиватором марки «DON-FILD», модель «DF1100A(E)», оборудованным тележкой-прицепом с местом для водителя и двигался по обочине дороги общего пользования- по 63 км. автодороги Выездное-Дивеево-<адрес>, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Был задержан сотрудниками полиции, отстранен от управления мотоблоком и направлен на освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, которое прошел с положительным результатом на алкоголь, с которым не согласился и был направлен на медицинское освидетельствование в больницу, где также было зафиксировано его состояние опьянения. Указал, что управление им, ФИО1 мотокультиватором в состоянии опьянения не образует состава административного правонарушения, поскольку мотокультиватор не подпадает под понятие транспортного средства в его понимании примечания к ст. 12.1 КоАП РФ поскольку, хотя мотокультиватор и имеет мощность двигателя свыше 50 см/куб, но не может по техническим характеристикам развивать скорость свыше 50 км/час и не подлежит государственной регистрации как самоходная машина и не требует для использования наличия водительского удостоверения. Таким образом, при рассмотрении дела мировым судьей вина ФИО1 в совершении административного правонарушения по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ не была установлена, что должно послужить основанием к отмене состоявшегося постановления и прекращению производства по делу за отсутствием состава правонарушения. Указал, что мировой судья не установил тип агрегата, которым управлял ФИО1, не указал его марку, модель и технические характеристики, что существенно влияет на доказанность состава правонарушения.

Инспектор ДПС ГИБДД МО МВД России «Дивеевский» ФИО6 при рассмотрении дела поддержал доводы, указанные в протоколе об административном правонарушении. Пояснил, что он присутствовал после выявления факта нарушения со стороны заявителя, когда тот, управляя мотоблоком с прикрепленной к нему тележкой, находясь на специально оборудованном месте водителя с пассажиром, двигался по дороге общего пользования, будучи в состоянии алкогольного опьянения и был задержан другим автопатрулем ДПС. Считал, что заявитель представлял собой опасность для дорожного движения. ФИО1 был отстранен от управления мотоблоком, направлен на освидетельствование алкотектором, затем на медицинское освидетельствование в больницу, его состояние алкогольного опьянения было зафиксировано. Оформлением процессуальных документов занимался свидетель, которому задержанный был передан инспектором ФИО7 после оформления протокола отстранения от управления. Он оценил мотоблок с учетом его фактических характеристик как механическое транспортное средство, оборудованное 4 колесами, местом сидения водителя и пассажира, местом для перевозки груза (на котором перевозились мешки с цементом) и которое с учетом его мощности приводилось в движение силой дизельного двигателя. Документов на указанный агрегат ФИО1 не предоставил. Тогда инспектор сделал фотографии транспортного средства, единственным обозначением на котором было обозначение двигателя, как самостоятельного агрегата следующим образом: «Дизельный двигатель 178F» 6,0 мощностью л/с.

Полагал постановление мирового судьи вынесенным законно и обоснованно и отмене не подлежащим.

Изучив доводы лица, в отношении которого вынесено постановление, позицию должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, исследовав показания допрошенного в качестве специалиста в суде второй инстанции главного государственного инспектора ОГИБДД МО МВД России «Дивеевский», исследовав материалы дела, проверив полномочия лица, составившего протокол об административном правонарушении, судья приходит к следующему.

Пункт 2.3.2 Правил дорожного движения РФ (утв. Постановлением Совета Министров Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ с последующими изменениями и дополнениями) содержит указание на обязанность водителя проходить по требованию сотрудников полиции медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а п. 2.7 ПДД запрещает управление транспортным средством в состоянии опьянения.

В силу ч. 1 ст. 12.8 Кодекса об административных правонарушениях РФ управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно-наказуемого деяния,- влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Обсудив доводы жалобы, судья находит, что фактически доводы жалобы направлены на переоценку доказательств, оцененных мировым судьей в своей совокупности. По своей сути спор ФИО1 заявлен относительно того, что собранные процессуальные доказательства не подтверждают факт управления им транспортным средством, в силу чего наличие дополнительного признака «в состоянии опьянения» не может служить основанием для его привлечения к административной ответственности. Названные доводы судья второй инстанции детально проверил в порядке ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ.

Так, спор фактически заявлен только в отношении того факта, является ли агрегат, которым управлял ФИО1 и на котором он передвигался с использованием тяги двигателя внутреннего сгорания в 6 кВт- транспортным средством в его понимании п. 1.2 ПДД РФ, чтобы являться составо-образующим элементом ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Судьей первой инстанции установлены следующие, юридически значимые обстоятельства:

- ФИО1 управлял агрегатом без номерных знаков на дороге общего пользования, которой являлась автодорога на 63 км. Вознесенское-Дивеево-<адрес>, в дневное время. Учитывая, что согласно п. 1.2 ПДД РФ, дорога включает в себя одну или несколько проезжих частей, а также трамвайные пути, тротуары, обочины и разделительные полосы при их наличии, то обочина является частью дороги и фактически движение осуществлялось по дороге.;

- указанный агрегат согласно фотографии, на которой ФИО1 опознал свой мотоблок, представляет собой двигатель с ротарами вращения, с установленными на одной оси двумя колесами, ручками управления, сцепкой, присоединенной к тележке, также оборудованной двумя колесами и установленным сидением для водителя, позволяющий перевозить людей и грузы;

- указанный агрегат имеет технические характеристики: наименование- дизельный двигатель, марка двигателя Лифан 178F, максимальная мощность двигателя 5,4 кВт, объем двигателя 296 см/куб, разработан и предназначен для установки на мототехнику различного уровня (снегоходы, вездеходы, лодочные моторы, другие модели малой сельхозтехники). Других обозначений указанное транспортное средство не имеет;

- ФИО1 имеет водительское удостоверение сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ;

- у ФИО1 в установленном законом порядке зафиксировано состояние опьянения алкоголем в концентрации 0,443 мг/л этанола в выдыхаемом воздухе;

- согласно изученной видеозаписи процессуальных действий, совершавшихся в отношении и с участием ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками ДПС, тот после разъяснения ему прав по ст. 51 Конституции РФ под видеозапись подтвердил факт управления им, заявителем мотоблоком, но не признавал мотоблок относящимся к механическим транспортным средствам.

Согласно ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», участником дорожного движения является лицо, принимающее непосредственное участие в процессе дорожного движения в качестве водителя транспортного средства, пешехода, пассажира транспортного средства, а дорогой признается обустроенная или приспособленная и используемая для движения транспортных средств полоса земли либо поверхность искусственного сооружения и включающая в себя одну или несколько проезжих частей, а также трамвайные пути, тротуары, обочины и разделительные полосы при их наличии.

Ч. 1 ст. 20 Федерального закона № 196-ФЗ установлены обязанности в целях осуществления безопасности дорожного движения для лиц, осуществляющих на территории Российской Федерации деятельность, связанную с эксплуатацией транспортных средств.

Под транспортным средством, по смыслу приведенного закона, понимается устройство, предназначенное для перевозки по дорогам людей, грузов или оборудования, установленного на нем (абзац девятый статьи 2). Данный термин охватывает любые виды транспортных средств, предназначенных для перевозки людей, грузов и оборудования по дорогам, причем как механические, так и немеханические транспортные средства.

В силу абз. 17 п. 1.2 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, механическое транспортное средство - это транспортное средство, приводимое в движение двигателем. Термин распространяется также на любые тракторы и самоходные машины.

Как следует из материалов дела, ФИО1, управляя механическим транспортным средством – мотоблоком (или мотокультиватором), оборудованным дизельным двигателем марки Лифан 178F с прикрепленным к нему дополнительным оборудованием (устройством) одноостной тележкой с местом водителя, двигался по дороге общего пользования, стал участником дорожного движения и обязан был соблюдать Правила дорожного движения РФ, регулирующие правоотношения, возникающие в процессе дорожного движения.

Судья второй инстанции детально изучил пояснения специалиста и приходит к следующему.

Специалист- главный государственный инспектор- начальник ОГИБДД ФИО8 показал, что не согласен с узким трактованием понятия транспортное средство как оно указано в п. 1.2 ПДД через призму примечания к ст. 12.1 КоАП РФ и п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ №. Считает, что принадлежащий ФИО1 мотоблок, с учетом конкретно его технических характеристик и установленного на нем дополнительного оборудования является механическим транспортным средством, о чем он указал в справке, им составленной (л.д. 16), поскольку остный арсенал двигателя нарощен передними колесами и еще двумя колесами тележки, оборудовано сидячее место для водителя, что позволяет перевозить людей и грузы, кроме этого, ФИО1 был задержан при управлении указанным транспортным средством, перемещаемым посредством тяги дизельного двигателя внутреннего сгорания на дороге общего пользования, перевозя пассажира и груз, а не в условиях, где мотоблок (мотокультиватор) предназначен к эксплуатации, например, при выполнении сельхозработ в полях. Именно использование мотоблока в качестве средства перемещения людей и груза послужило основанием для задержания ФИО1 в условиях автодороги, то есть, были приняты во внимание цель, назначение и способ использования мотоблока как механического транспортного средства.

Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 283-ФЗ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» гласит в п. 7 ст. 4, что транспортное средство – это наземное самоходное устройство категорий «L», «M», «N» на колесном ходу с мощностью двигателя (двигателей) более 4 киловатт или с максимальной конструктивной скоростью более 50 километров в час, предназначенное для перевозки людей, грузов или оборудования, установленного на нем, а также прицеп (полуприцеп).

При этом п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» указывает, что под транспортными средствами в главе 12 КоАП РФ понимаются:

- подлежащие государственной регистрации автомототранспортные средства с рабочим объемом двигателя внутреннего сгорания более 50 кубических сантиметров и максимальной конструктивной скоростью более 50 километров в час,

- подлежащие государственной регистрации автомототранспортные средства с максимальной мощностью электродвигателя более 4 киловатт и максимальной конструктивной скоростью более 50 километров в час,

- подлежащие государственной регистрации прицепы к указанным автомототранспортным средствам,

- трактора, самоходные дорожно-строительные и иные самоходные машины,

- транспортные средства, на управление которыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о безопасности дорожного движения предоставляется специальное право (например, мопед).

При этом понятие транспортного средства, закрепленное в примечании к ст. 12.1 КоАП РФ, расширительному толкованию не подлежит. Вместе с тем в предусмотренных отдельными статьями главы 12 КоАП РФ случаях устанавливается административная ответственность в отношении лиц, управляющих иными средствами передвижения (в частности, велосипедами, гужевыми повозками), при нарушении такими лицами ПДД РФ (например, ч.ч. 2 и 3 ст. 12.29 КоАП РФ).

При рассмотрении дел об административных правонарушениях в области дорожного движения необходимо учитывать, что управление транспортным средством представляет собой целенаправленное воздействие на него лица, в результате которого транспортное средство перемещается в пространстве (вне зависимости от запуска двигателя). Действия лица, приравненного к пешеходу (пункт 1.2 ПДД РФ), например, ведущего мопед, мотоцикл, не могут расцениваться в качестве управления транспортным средством.

Исходя из содержания примечания к статье 12.1 КоАП РФ для целей ее применения управление трактором, самоходной дорожно-строительной, иной самоходной машиной и не подлежащими государственной регистрации транспортными средствами, на управление которыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о безопасности дорожного движения предоставляется специальное право, не образует объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного данной нормой.

Административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 статьи 12.1 КоАП РФ, выражается в управлении транспортным средством, в отношении которого не выполнена предусмотренная законом обязанность по его регистрации (постановке на государственный учет) или по внесению изменений в регистрационные данные транспортного средства в случаях, установленных законом, в том числе, когда транспортное средство было снято с регистрационного учета, и при этом не реализована обязанность по его регистрации в установленный законом срок, либо регистрация транспортного средства прекращена (аннулирована).

Таким образом, в применении указанной нормы и нормоположений п. 2 Постановления Пленума ВС РФ № имеется устойчивая взаимосвязь, тогда как в рассматриваемом деле вопрос касается правильного определения иного объекта правонарушения. П. 2 Постановления Пленума ВС РФ №, вопреки утверждению заявителя, не содержит запрета в квалификации как транспортного средства (механического транспортного средства) иного механизма, приводимого в движение работой двигателя внутреннего сгорания либо электродвигателя только по основанию наличия права либо запрета в его постановке на учет в Гостехнадзоре, о чем прямо указано в п. 2 Постановления и приведено в тексте настоящего решения, вследствие чего вопрос о признании мотоблока (самоходной машины с двигателем <данные изъяты>) ФИО1 механическим транспортным средством в его конкретной технической сборке и конфигурации решается судьей на основании следующего.

Совестным приказом Минтруда России №н, Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении перечня вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные медицинские осмотры при поступлении на работу и периодические медицинские осмотры» (Зарегистрировано в Минюсте России ДД.ММ.ГГГГ N 62278) указано о его распространении на (п. 18) на управление наземными транспортными средствами:

П. 18.1. категории «A», «B», «BE», тракторы и другие самоходные машины, мини-трактора, мотоблоки, автопогрузчики, электрокары, регулировщики и т.п., автомобили всех категорий с ручным управлением для инвалидов, мотоколяски для инвалидов.

Понятие мотоблоку дается как универсальное мобильное энергетическое средство на базе одноостного шасси, разновидность малогабаритного трактора, целью и назначением которого является выполнение сельскохозяйственных работ, когда оператор машины шагает вслед за ней, удерживая агрегат за ручки управления или сидит на прикрепленном орудии. Различаются колесные мотоблоки и мотокультиваторы (мотоорудия). Движение вперед у обоих осуществляется за счет тяглового усилия, создаваемого колесной или гусеничной ходовой частью. Таким образом, разделение агрегата на колесный мотоблок и мотокультиватор осуществляется по способу технического использования, то есть мотокультиватор, нарощенный колесной базой приобретает признаки мотоблока, о чем утвердительно показал суду при рассмотрении дела специалист ФИО8, вследствие чего название агрегата, которым управлял ФИО1- мотоблоком в тексте протокола и затем постановлении мирового судьи является правильным использованием технического термина.

В постановлении Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Правил учета дорожно-транспортных происшествий, об изменении и признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации» прямо указано, что (п. 1) настоящие Правила устанавливают единый порядок учета дорожно-транспортных происшествий на всей территории Российской Федерации.

П. 2. Понятия, используемые в настоящих Правилах, означают следующее:

«автомобильная дорога»- объект транспортной инфраструктуры, предназначенный для движения транспортных средств и включающий в себя земельные участки в границах полосы отвода автомобильной дороги и расположенные на них или под ними конструктивные элементы (дорожное полотно, дорожное покрытие и подобные элементы) и дорожные сооружения, являющиеся ее технологической частью, - защитные дорожные сооружения, искусственные дорожные сооружения, производственные объекты и элементы обустройства автомобильных дорог. К автомобильным дорогам приравнивается улично-дорожная сеть городов и населенных пунктов;

«транспортное средство» - устройство, предназначенное для перевозки по дорогам людей, грузов или оборудования, установленного на нем (устройство на колесном ходу категории L, M, N, O, велосипед с двигателем, мотонарты, трамвай, троллейбус, трактор, самоходная машина, мотоблок, а также гужевой транспорт, за исключением вьючных и верховых животных);

Термины и определения «дорожно-транспортное происшествие» и «дорога» для целей настоящих Правил применяются согласно статье 2 Федерального закона «О безопасности дорожного движения».

Как указано в Определении Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-ЭС20-19079 по делу № А50-21620/2018, руководствуясь положениями Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, Основными правилами интерпретации ТН ВЭД, утвержденными Решением Совета Евразийской экономической комиссии от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении единой Товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности Таможенного союза и Единого таможенного тарифа Таможенного союза», с учетом позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства», суды исходили из того, что классификационным критерием для отнесения спорных товаров (мотоблоков) к тракторам является возможность буксировать или толкать иное транспортное средство, различные устройства. Установив, что товар (мотоблок) имеет шкив отбора мощности (используемый для присоединения активных навесных орудий), переднее и заднее сцепные устройства и возможность установки транспортных колес на ведущую ось, может осуществлять функции толкания/буксировки, что свидетельствует о возможности выполнения товаром функций, характерных для мотоблока, принимая во внимание, что отсутствие колес и навесного оборудования в комплекте поставки не свидетельствует об отсутствии универсальности и многофункциональности изделия, суды признали верной классификацию, произведенную таможенным органом.

Изученные технические характеристики мотоблока ФИО1 позволили мировому судье прийти к верному выводу, что с применением дополнительного оборудования, увеличившего колесную базу до 4 колес на двух осях, с учетом мощности двигателя, которая позволила буксировать тележку с сидящем на ней человеком- водителем и грузом, указанный мотоблок стал обладать всеми признаками, присущими механическому транспортному средству.

Аналогичная позиция нашла свое отражение в:

Постановлении Первого кассационного суда общей юрисдикции от 06.06.2022 № 16-4280/2022,

Постановлении Первого кассационного суда общей юрисдикции от 09.03.2022 № 16-1192/2022

Постановлении Первого кассационного суда общей юрисдикции от 04.02.2022 № 16-537/2022

Определении Первого кассационного суда общей юрисдикции от 16.09.2020 № 88-19952/2020,

Постановлении Первого кассационного суда общей юрисдикции от 13.02.2020 № 16-430/2020,

Постановлении Второго кассационного суда общей юрисдикции от 30.12.2021 № 16-9427/2021,

Постановлении Второго кассационного суда общей юрисдикции от 15.04.2022 № 16-2801/2022,

Постановлении Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 15.04.2022 № 16-796/2022,

Определении Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 21.03.2022 № 88-4782/2022,

Постановлении Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 27.06.2022 № 16-1470/2022 и

Постановлении Верховного Суда РФ от 09.01.2024 № 2-АД23-5-К3

по аналогичным и сходным делам, связанным с дорожно-транспортными происшествиями.

Заявитель считает, что по смыслу законодательства об административных правонарушениях в его совокупности с нормами ПДД к транспортным средствам отнесены только такие источники передвижения, на управление которыми законом предусмотрено получение специального права либо которые подлежат регистрации в названном качестве, что является неверным.

Правительство Российской Федерации на основании и во исполнение Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, указов, распоряжений и поручений Президента Российской Федерации издает постановления и распоряжения, а также обеспечивает их исполнение. Акты Правительства Российской Федерации, имеющие нормативный характер, издаются в форме постановлений Правительства Российской Федерации (ст. 5 Федерального конституционного закона от 6 ноября 2020 г. № 4-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации»).

Формирование и проведение на территории Российской Федерации единой государственной политики в области обеспечения безопасности дорожного движения, установление правовых основ обеспечения безопасности дорожного движения и единой системы технических регламентов, правил, документов по стандартизации, принимаемых в соответствии с законодательством Российской Федерации о стандартизации, технических норм и других нормативных документов по вопросам обеспечения безопасности дорожного движения, согласно статье 6 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», находятся в ведении Российской Федерации.

Единый порядок дорожного движения на территории Российской Федерации, в соответствии с ч. 2 ст. 9 Федерального закона от 29 декабря 2017 г. № 443-ФЗ «Об организации дорожного движения в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» устанавливается правилами дорожного движения, утверждаемыми Правительством Российской Федерации. Следовательно, указанные Правила изданы в пределах полномочий Правительства Российской Федерации.

Пункт 1.2 Правил определяет основные понятия и термины, которые используются в данном нормативном правовом акте.

Абзац восемнадцатый п. 1.2 Правил корреспондирует пункту «о» статьи 1 Конвенции о дорожном движении (заключена в г. Вене 8 ноября 1968 г.), согласно которому термин «механическое транспортное средство» означает любое самоходное дорожное транспортное средство, за исключением велосипедов с подвесным двигателем, на территории Договаривающихся Сторон, которые не приравнивают их к мотоциклам, и за исключением рельсовых транспортных средств.

Определяя правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения на территории Российской Федерации, Федеральный закон «О безопасности дорожного движения» относит к участнику дорожного движения лицо, принимающее непосредственное участие в процессе дорожного движения в качестве водителя транспортного средства, пешехода, пассажира транспортного средства (абзац шестой статьи 2).

Нормативного правового акта, имеющего большую юридическую силу, который бы по-иному определял понятия «механическое транспортное средство» не имеется.

Понятие транспортного средства, приведенное в абз. 58 п. 1.2 Правил, соответствует абзацу девятому статьи 2 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», определяющему транспортное средство как устройство, предназначенное для перевозки по дорогам людей, грузов или оборудования, установленного на нем.

Термин «транспортное средство» употребляется также в иных законодательных актах, отражающих технические характеристики, присущие транспортным средствам. Так, определяя правовую и организационные основы, цели государственной регистрации транспортных средств, Федеральный закон от 3 августа 2018 г. № 283-ФЗ «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в ст. 4 определяет транспортное средство как наземное самоходное устройство категорий «L», «M», «N» на колесном ходу с мощностью двигателя (двигателей) более 4 киловатт или с максимальной конструктивной скоростью более 50 километров в час, предназначенное для перевозки людей, грузов или оборудования, установленного на нем, а также прицеп (полуприцеп), о чем указано выше в настоящем решении. Аналогичное определение транспортного средства дано в техническом регламенте Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств», принятом решением Комиссии Таможенного союза от 9 декабря 2011 г. № 877.

Федеральный закон «О безопасности дорожного движения» в ст. 25 предусматривает основные положения, касающиеся допуска к управлению транспортными средствами. Согласно п. 1 этой статьи в Российской Федерации устанавливаются категории и входящие в них подкатегории транспортных средств, на управление которыми предоставляется специальное право. Ст. 26 данного Федерального закона определяет условия получения права на управление транспортными средствами и в п. 1 предусматривает, что к сдаче экзаменов допускаются лица, достигшие установленного возраста, имеющие медицинское заключение об отсутствии противопоказаний к управлению транспортными средствами, прошедшие соответствующее профессиональное обучение. При этом, данные нормы Федерального закона «О безопасности дорожного движения» не определяют понятия, приведенные в абзацах 18, 40 и 58 пункта 1.2 Правил дорожного движения.

При этом, ни Федеральный закон «О безопасности дорожного движения», ни Федеральный закон «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», ни Уголовный кодекс Российской Федерации, ни Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не содержат исчерпывающего перечня транспортных средств, участвующих в дорожном движении.

Конструктивные и технические особенности ряда средств для передвижения предопределяют высокую степень опасности причинения вреда жизни и здоровью граждан и должны оцениваться в каждом конкретном случае с учетом конструктивных особенностей транспортного средства.

Имеются технические средства передвижения различных конструктивных особенностей, приводимые в движение мотором небольшой мощности, развивающие малые скорости, имеющие определенные производителем максимальные нагрузки массы тела пользователя, указанные в инструкции по эксплуатации, используемые в т.ч. для бытовых нужд. Согласно инструкции по эксплуатации мотокультиватора, представленной заявителем в суд второй инстанции, он в неусовершенствованном варианте предназначен изготовителем исключительно для садово-огородных работ на приусадебных участках и конструктивно не предназначен для использования на дорогах общего пользования, тогда как в доукомплектованном варианте его тягловой силы достаточно для перемещения по дорогам общего пользования в качестве механического транспортного средства для перевозки людей и грузов, что не отрицалось самим ФИО1, который был задержан за указанным мероприятием.

Аналогичная позиция содержится в решении от 30 марта 2022 г. № АКПИ22-66, которым Верховный Суд РФ отказал в удовлетворении искового заявления Ч. о признании частично недействующими абзацев восемнадцатого, сорокового и пятьдесят восьмого пункта 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090.

К аналогичным выводам пришел Верховный Суд при рассмотрении по аналогичным обстоятельствам дела в отношении самодельного трактора- мотоблока, о чем указал в своем Постановлении от 17 мая 2021 г. № 82-АД21-3-К7.

В своем постановлении Верховный Суд РФ от 09.01.2024 № 2-АД23-5-К3 прямо высказался, что с учетом конкретных технических характеристик используемый мотоблок с прицепом, приспособленный для перевозки груза, приводимый в движение с помощью установленного на мотоблоке двигателя внутреннего сгорания водителем, находившимся на самодельном оборудованном посадочном месте, верно признан самоходной машиной и относится к транспортным средствам.

Оценив представленные доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, судья апелляционной инстанции соглашается с позицией мирового судьи, установившего вину ФИО1, как водителя, управлявшего механическим транспортным средством и прошедшего освидетельствование на состояние алкогольного опьянения в установленном порядке, с положительным результатов 0,443 мг/л. Одной из основных обязанностей водителя, участвующего в дорожном движении и занимающегося деятельностью, связанной с источником повышенной опасности, является по п. 1.3 ПДД РФ знать и соблюдать относящиеся к нему положения и требования ПДД РФ.

Суд проверил доводы заявителя, что мировой судья не установил фактические характеристики агрегата, которым ФИО1 управлял, не установил его марку и модель, что однако, действительности не соответствует. ИДПС ФИО6 подробно объяснил, в связи с чем он в тексте протокола по делу об административном правонарушении дал наименование использованному при совершении правонарушения транспортному средству- «мотоблок», обоснованность использования указанного понятия подтвердил специалист ФИО8 При этом, наименование модели мотокультиватора не имеет правого значения для настоящего дела, поскольку устройство было существенно модернизировано и в том виде, в котором было задержано ДД.ММ.ГГГГ, не является мотокультиватором по спецификации, приведенной в инструкции по эксплуатации изделия. Мировой судья верно описал указанную самоходную машину с двигателем внутреннего сгорания как мотоблок с дизельным двигателем «LIFAN 178F», что соответствует фактическим характеристикам механического транспортного средства.

Порядок отстранения от управления транспортным средством, направления на освидетельствование, на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и оформления их результатов нарушен не был.

Обобщая вышеизложенное, не имеется оснований для признания доказательств, собранных по делу недопустимыми, вследствие чего является законным и обоснованным составление протокола по делу об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ в отношении ФИО1

Судья соглашается с выводом мирового судьи, что фиксация таких внешних клинических признаков, присущих алкогольному опьянению- как запах спиртного из полости рта, а также резкое изменение окраски кожных покровов лица и поведение, не соответствующее обстановке являются достаточным основанием для направления лица на освидетельствование при помощи технического средства анализа паров выдыхаемого воздуха, с результатами которого ФИО1 не согласился, вследствие чего был направлен на медицинское освидетельствование, по результатам которого у него было установлено состояние опьянения.

Судья критически относится к позиции заявителя, утверждавшего, что он не совершал правонарушения, т.к. был уверен, что управление мотоблоком не является управлением транспортным средством, что опровергается его подписями о согласии в протоколе об отстранении от управления транспортным средством и в протоколе по делу об административном правонарушении.

Факт управления ФИО1 механическим транспортным средством- усовершенствованным мотоблоком достоверно установлен, указанные обстоятельства сомнений у суда не вызывают. Не установлено причин для оговора ФИО1 сотрудниками полиции, ранее названные лица знакомы между собой не были, неприязни между ними не установлено.

Нарушений п. 6, 7 и 47.1 Приказа МВД России от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Порядка осуществления надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения» допущено не было, регистратор патрульного автомобиля является средством фиксации аудио и визуальных изображений окружающей действительности. Процессуальные действия без участия понятых проводятся с обязательным применением видеозаписи, осуществляемой цифровой аппаратурой (в том числе носимыми видеорегистраторами, видеокамерами, фотоаппаратами с функцией видеозаписи).

Никаких убедительных доказательств, соответствующих принципу относимости и допустимости в подтверждение версии ФИО1 суду первой и второй инстанции представлено не было. Несогласие лица с тем, что отсутствовало событие или состав правонарушения не влияет на доказанность его вины. Его доводы не могут поставить под сомнение обоснованность зафиксированного сотрудниками ДПС нарушения ПДД со стороны водителя ФИО1 и доказательства не могут быть признаны недопустимыми только по формальному основанию.

Судья отмечает, что административное производство, регламентированное нормами КоАП РФ является письменным судопроизводством. Освидетельствование на состояние опьянения является одной из мер обеспечения доказательств по делу об административном правонарушении, его целью является установление и документальное закрепление данных о состоянии лица, управляющего транспортным средством. Данные меры служат для того, чтобы подтвердить или опровергнуть подозрения должностного лица ГИБДД о нахождении водителя в состоянии опьянения. Как усматривается из материалов, изученных мировым судьей и судьей, пересматривающим дело во второй инстанции, в их совокупности, фундаментальных процессуальных нарушений к оформлению и составлению представленные протоколы не имеют, каждый из них представлен на рассмотрение судьи в оригинале, неоговоренных правок или подчисток по тексту не содержит, заполнен в полном объеме, подписан уполномоченным должностным лицом полиции, заявителем. Судья учитывает, что протокольная форма составления материалов имеет своей целью процессуальное закрепление существа произведенных действий, по которым можно проверить правильность их совершения. ФИО1 никаких замечаний по тексту протоколов не сделал, относящихся к делу возражений по ходу совершения процессуальных действий на видеозаписи не отображено.

Все сомнения в причастности ФИО1 к совершению правонарушения были правомерно мировым судьей оценены и отвергнуты. Оснований к переоценке доказательств или иным выводам у суда второй инстанции нет.

Так, вывод о виновности ФИО1 в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ мировым судьей сделан на основе данных:

- протокола об административном правонарушении,

- протокола об отстранении от управления водителя ФИО1 по основанию фиксации у него клинических признаков, характерных для опьянения этиловым спиртом;

- протокола о направлении на освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, чека на результат забора пробы воздуха в 0,490 мг/л;

- протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения по основанию несогласия с результатами освидетельствования;

- акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому врач, прошедший соответствующую профессиональную подготовку дал мотивированное суждение, установив у ФИО1 состояние опьянения в 0,468 мг/л при первом исследовании проб выдыхаемого воздуха и 0,443 мг/л- при втором;

- протокола о задержании транспортного средства;

- справки об отсутствии судимости и административных правонарушениях ФИО1, который не имеет судимостей либо правонарушений, указывающих на признаки уголовно-наказуемого деяния в его действиях.

Данные доказательства были оценены мировым судьей с учетом доводов заявителя, озвученных при разбирательстве дела по первой инстанции. К таким же выводам приходит и судья, пересматривающий дело по жалобе ФИО1

Действия водителя ФИО1 верно квалифицированы мировым судьей по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, т.к. установленное событие образует состав правонарушения, указанный настоящей статьей.

Срок давности привлечения лица к административной ответственности в соответствии с ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ не пропущен. К числу малозначительных данное правонарушение не относится.

При принятии решения мировой судья использовал те же доказательства, что были изучены при пересмотре дела, обстоятельства конкретного дела, характер совершенного правонарушения, в т.ч. документы, характеризующие личность ФИО1, обстоятельства равно смягчающие и отягчающее его ответственность и наказание справедливо определено в пределах минимальной санкции статьи в виде штрафа и назначения дополнительного наказания в виде 1 года и 6 месяцев лишения права управления транспортными средствами.

Суд учел характеризующие данные о личности ФИО1, приложенные им к жалобе, но повлиять на размер наказания эти сведения не могут, т.к. наказание ему назначено по минимальной санкции основного и дополнительного наказания и соразмерному смягчению не подлежит. Указанные обстоятельства не могут явиться основаниями к освобождению его от административной ответственности.

На основании изложенного, судья считает, что доводы жалобы своего подтверждения при рассмотрении дела не нашли, в связи с чем в удовлетворении жалобы надлежит отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст. 30.7 Кодекса об административных правонарушениях РФ, судья

Р Е Ш И Л :

Постановление мирового судьи судебного участка Дивеевского судебного района <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении к административной ответственности ФИО1 по ч. 1 ст. 12.8 Кодекса об административных правонарушениях РФ, оставить без изменения, а жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно после его вынесения, но может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в соответствии со ст. 30.12 и ч. 2 ст. 30.13 КоАП РФ.

Судья Е.В. Садчикова