Апелляционное определение № 33-2576/2026 от 16 февраля 2026 г.

УИД 63RS0015-01-2025-000235-78

Судья: Трошаева Т.В. Гр. дело № 33-2576/2026

(Номер дела в суде первой инстанции №2-241/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 февраля 2026 года г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда, в составе:

председательствующего – Черкуновой Л.В.,

судей – Соболевой Ж.В., Ретиной М.Н.,

при Секретаре Ягудиной Л.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ООО «Племенной завод «Дружба» на решение Кошкинского районного суда Самарской области от 17 сентября 2025 года,

заслушав доклад по делу судьи Самарского областного суда Соболевой Ж.В.,

УСТАНОВИЛА:

<адрес> обратился в суд в интересах ФИО1 с иском к ООО «Племенной завод «Дружба» о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве. В обоснование заявленных требований указал, что прокуратурой района рассмотрено обращение ФИО1 о нарушениях требований трудового законодательства в ООО «Племенной завод «Дружба» и обращении в суд в ее интересах к данной организации с иском о компенсации морального вреда, в том числе в связи с произошедшим с ней несчастным случаем на производстве, вследствие несоблюдения на предприятии законодательства об охране труда, повлекшего к получению ей вреда здоровью, отнесенного к категории «тяжкий вред». Установлено, что трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ №-ТД/2023/98 ФИО1 принята на работу в ООО «Племенной завод «Дружба» на должность оператора машинного доения. Согласно акту № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ причинами несчастного случая явились неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в недостатках при создании и обеспечении функционирования системы управления охраны труда в ООО «Племенной Завод «Дружба». В нарушение ст. 214 ТК РФ юридическое лицо ООО «Племенной завод «Дружба» не обеспечило безопасные условия труда, не выявило опасность и не оценило риск травмирования работника в результате агрессивного поведения животного, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников. В связи с допущенными нарушениями требований трудового законодательства ООО «Племенной завод «Дружба» привлечено к административной ответственности. При осуществлении своих должностных обязанностей ДД.ММ.ГГГГ на рабочем месте – в помещении 2 базы на МТФ «Елшанка», с ФИО1 произошел несчастный случай, в результате которого она получила повреждения. Согласно медицинскому заключению ГБУЗ СО «Кошкинская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ установлен диагноз: «Сочетанная травма головы. Напряженная гематома передней брюшной стенки с прорывом в брюшную полость. Гемоперетонеум. Постгеморрагическая анемия средней степени тяжести».

Ссылаясь на указанные обстоятельства, <адрес> просил взыскать с ООО «Племенной завод «Дружба» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного вследствие нарушенных требований трудового законодательства при привлечении ее к осуществлению трудовой деятельности в организации, а также в результате произошедшего с ней ДД.ММ.ГГГГ несчастного случая на производстве, в размере 700 000 рублей.

Судом первой инстанции постановлено решение:

«Исковые требования прокурора <адрес> в интересах ФИО1 – удовлетворить.

Взыскать с ООО «Племенной завод «Дружба» (ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт 3613 №, выдан ДД.ММ.ГГГГ Территориальным пунктом УФМС России по <адрес> в <адрес>, компенсацию морального вреда в размере 700 000 (семьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ООО «Племенной завод «Дружба» (ИНН <***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3 000 (три тысячи) рублей».

С решением суда не согласился ООО «Племенной завод «Дружба». В апелляционной жалобе ответчик указывает, что суд неверно учел тяжесть и характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, связанных с тем, что ФИО1 получила тяжкий вред здоровью в результате исполнения своих трудовых обязанностей. ФИО1 на момент вынесения решения не лишена способности к передвижению, не обездвижена, не признана утратившей профессиональной трудоспособности. Следовательно, имеет дальнейшую возможность для трудовой деятельности. ФИО1 по собственной инициативе обратилась с заявлением к работодателю и прекратила трудовые отношения с ДД.ММ.ГГГГ. Однако, указанные доводы, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, на которые ссылался ответчик, не были оценены и учтены судом. Средний размер компенсации морального вреда при причинении ущерба жизни и здоровью человека в гражданских спорах составляет 81 707 руб. Ответчик считает, заявленный Истцом размер морального вреда чрезмерно завышен, не отвечает требованиям разумности и справедливости. Также судом не учтено тяжелое материальное положение ответчика, размер материальной помощи, которую ответчик оказывал пострадавшей, степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Просят решение суда изменить, взыскав размер компенсации морального вреда в размере, не превышающем 80 000 руб.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика - ФИО4 доводы апелляционной жалобы поддержала, просила удовлетворить.

Помощник прокурора ФИО5 против доводов апелляционной жалоб возражала, просила оставить решение суда без изменения.

Иные лица, участвующие в деле в суд апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом, доказательств уважительности причин неявки не представили, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявили.

Судебная коллегия в соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Проверив материала дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, проверив в соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального законодательства, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда, считая его законным и обоснованным.

Согласно части 2 статьи 7 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в части 2 статьи 37 Конституции Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (часть 1 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (часть 1 статьи 216 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Пункт 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разъясняет, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (абзац первый пункта 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

По смыслу приведенных нормативных положений законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Племенной завод «Дружба» и ФИО1 был заключен трудовой договор №-ТД/2023/98, которым ФИО1 принята на работу в структурное подразделение животноводство ООО «Племенной завод «Дружба» на должность оператора машинного доения.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в период работы в ООО «Племенной завод «Дружба» при исполнении трудовых обязанностей получила производственную травму, что подтверждается актом № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГг.

Из акта о несчастном случае на производстве N 2 от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 05 час. 00 мин. ФИО1 пришла на рабочее место, переоделась и, получив задание от бригадира МТФ «Елшанка» ФИО6, приступила к работе. Процесс утреннего доения шел как обычно, она осуществляла доение около 70-ти коров, осталось примерно 10-15 коров. Время было примерно восьмой час утра. Она подготовила очередную партию коров (4-ре головы) к доению, присоединила доильный аппарат к одной из коров, взяла 2-ой доильный аппарат, подошла ко второй корове. До присоединения аппарата для доения обратила внимание, что у второй коровы большое, опухлое вымя – переполненное молоком. ФИО1 сдоила у второй коровы первоструйку, протерла бумажной салфеткой вымя и присоединила аппарат к корове, подключив подачу вакуума. Корова вела себя обычно, ждала сдаивания, не дергалась. После включения подачи вакуума, ФИО1 подошла ближе к корове и стала аккуратно двумя руками гладить ей вымя, помогая корове начать выдаиваться. Крова в этот момент неожиданно дернула задней правой ногой, ударив ФИО1 в живот. Она от удара упала к соседней корове, прикрыв лицо руками. После чего ФИО1 еще получила удар в грудь и по ноге от этой коровы. ФИО1 стала кричать от боли и к ней подбежали бригадир ФИО6 и доярки ФИО11, ФИО12 ФИО1 самостоятельно идти не могла. Бригадир ФИО6 и ФИО12 довели ее до раздевалки, помогли снять одежду и оказали первую медицинскую помощь. Через 30 минут приехала бригада скорой медицинской помощи, фельдшер бригады осмотрел ФИО1 и госпитализировал ее в ГБУЗ <адрес> «Кошкинская центральная районная больница» с предварительным диагнозом перелом ребра.

Согласно медицинского заключения о характере и степени тяжести повреждений здоровья, полученных работником по форме 315/у выданного ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ СО «Кошкинская ЦРБ» ФИО1 установлен диагноз: Сочетанная травма. ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга. Ушиб грудной клетки. Тупая травма головы. Напряженная гематома передней брюшной стенки с прорывом в брюшную полость. Гемоперетонеум. Постгеморрагическая анемия средней степени тяжести.

Согласно схеме определения степени тяжести повреждений здоровья, при несчастных случаях на производстве, указанное повреждение относится к категории – Тяжелой.

Согласно выписке из медицинской карты № стационарного больного ФИО1 поступила в хирургическое отделение круглосуточного стационара ГБУЗ СО «Кошкинская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ в тяжелом состоянии с диагнозом: тупая травма живота. Напряженная гематома передней брюшной стенки с прорывом в брюшную полость. Гемоперитонеум. Анемия. Жалобы: на боли в грудной клетке, ноющие боли в животе. Травма на производстве, со слов, ударила корова. Доставлена бригадой СМП. ДД.ММ.ГГГГ проведено оперативное лечение – лапаротомия. Ревизия брюшной полости. Гемостаз. Дренирование брюшной полости. На фоне проведенного лечения выписана ДД.ММ.ГГГГ с улучшением, состояние удовлетворительное, осложнений не было, рана заживает первичным натяжением. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на амбулаторном лечении.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости присуждения истцу ФИО1 денежной компенсации морального вреда в размере 700 000 руб., полагая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности. Заявленная истцом к взысканию сумма компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст. 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой — не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

При разрешении искового требования ФИО1 о компенсации морального вреда, суд учел наличие вины работодателя, который не обеспечил работнику безопасные условия труда, в том числе ввиду неудовлетворительной организации работодателем производства работ, выразившаяся в недостатках создания и обеспечения функционирования системы управления охраной труда, в результате чего произошел несчастный случай на производстве, отсутствие вины работника.

Судебная коллегия в полной мере соглашается с указанными выводами суда, поскольку они основаны на материалах дела, исследованных доказательствах, их надлежащей оценке и сделаны в соответствии с нормами права, подлежащими применению к спорным правоотношениям.

Вины ФИО7 при исполнении ею трудовых обязанностей установлено не было. В силу части 1 статьи 1068 ГК РФ, именно ответчик является лицом, ответственным за вред, причиненный ФИО7, поскольку вред причинен при исполнении последней трудовых обязанностей, работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Из части 1 статьи 21, части 2 статьи 22, части 1 статьи 210, части 1 и абзаца второго части 2 статьи 214, части 1 статьи 216, части 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается моральный вред. Моральный вред работнику, получившему профессиональное заболевание, возмещает работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Судом учтено, что после получения производственной травмы, ФИО1 испытала сильнейшую боль, перенесла операцию на брюшной полости, в общей сложности более трех недель находилась на стационарном и амбулаторном лечении. После несчастного случая состояние ее здоровья ухудшилось, чувствует себя плохо, а именно появилось давление, от пережитого испуга сохраняется тряска рук, головные боли. Истец до получения данной травмы уже являлась инвалидом третьей группы по слуху, использовала слуховой аппарат. В настоящее время после перенесенной травмы истец не может продолжать работать, поскольку в связи постоянными головными болями, появившимися после случившегося, не может носить слуховой аппарат, голова начинает болеть еще больше. Также появились периодические боли в животе, приходится принимать обезболивающие таблетки.

Судом установлено, что истец получил травму на производстве ввиду неудовлетворительной организации производства работ, юридическое лицо не выявило опасность и не оценило риск травмирования работника в результате агрессивного поведения животного. Вины в произошедшем несчастном случае либо грубой неосторожности со стороны пострадавшей ФИО1 комиссия, проводившая расследование, не усмотрела.

При определении размера компенсации морального вреда судом учтены все заслуживающие внимание обстоятельства, влияющие на степень физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности истца, тяжесть и последствия полученного истцом вреда здоровью, степень вины ответчика, не обеспечившего работнику безопасные условия труда.

Приведенное правовое регулирование судом первой инстанции при рассмотрении заявленных исковых требований применено правильно.

Доводы апелляционной жалобы о том, что сумма компенсации морального вреда ООО «Племенной завод «Дружба» завышена, не могут быть приняты во внимание, поскольку определенный судом размер компенсации морального вреда с учетом конкретных обстоятельств дела соответствует требованиям разумности и справедливости, объему и характеру причиненных физических и нравственных страданий и снижению не подлежит.

Судебная коллегия учитывает, что причинение вреда здоровью истца произошло исключительно по вине ответчика, не обеспечившего при работе безопасных условий.

Ссылки в апелляционной жалобе на судебную практику не могут быть приняты во внимание, поскольку представленные судебные акты приняты по иным спором в отношении иных сторон, в связи с чем не имеют статуса преюдиции и не являются обязательными в силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при разрешении настоящего спора.

Отклоняя довод жалобы о тяжелом финансовом положении, судебная коллегия исходит из того, что к нарушению трудовых прав истца привела вина работодателя, а не объективные экономические факторы, не входящие в зону контроля ответчика. Документального подтверждения наличия тяжелого финансового положения не представлено, ООО «Племенной завод «Дружба» является действующей организацией, в стадии банкротства не находится, доказательств отсутствия денежных средств достаточных для возмещения морального вреда потерпевшему не представило, а равно и доказательств о наличии финансовых трудностей юридического лица в настоящее время в материалах дела не имеется, в связи с чем, у судебной коллегии отсутствуют основания для снижения размера компенсации по доводам жалобы в этой части.

Кроме того, отсутствие у ответчика достаточных средств для возмещения морального вреда потерпевшему в настоящее время, не означает невозможность его возмещения в последующем, а равно само по себе и не уменьшает степень нравственных страданий, причиненных ФИО1 и не может являться причиной для ущемления её прав при определении размера компенсации морального вреда.

Суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда первой инстанции не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального и процессуального права судом первой инстанции применены верно. При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о законности постановленного судом решения, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены или изменения решения суда по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Кошкинского районного суда Самарской области от 17 сентября 2025 года, оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «Племенной завод «Дружба» - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г.Самара) через суд первой инстанции в течение трех месяцев.

Мотивированное апелляционное определение составлено 04 марта 2026 г.

Председательствующий: Черкунова Л.В.

Судьи: Соболева Ж.В.

Ретина М.Н.