Решение № 2-479/2023 2-479/2023~М-398/2023 М-398/2023 от 12 июля 2023 г. по делу № 2-479/2023

УИД 86RS0014-01-2023-000589-14


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

12 июля 2023 года город Урай

Урайский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе:

председательствующего судьи Орловой Г. К.,

при секретаре Колосовской Н. С.,

с участием:

прокурора – помощника прокурора г. Урай Пилюгиной Н. С.,

истца ФИО1 и её представителя адвоката Доинина Э. В., действующего на основании ордера № от 15.06.2023 и удостоверения № от 09.12.2002 год,

представителей ответчика – председателя ФИО2, адвоката Латынцевой А. Р., действующей на основании ордера № от 22 июня 2023 года и удостоверения № от 09.12.2002 года, Ивановой Е. И., действующей на основании устного заявления, занесенного в протокол судебного заседания в порядке части 6 ст. 53 ГПК РФ,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела № 2-479/2023 по иску ФИО1 к Урайской городской местной организации Ханты-Мансийской окружной организации Общероссийской общественной организации «Всероссийское общество инвалидов» о восстановлении на работе, о признании незаконными и отмене распоряжений о наложении дисциплинарных взысканий, о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, материальной помощи к отпуску, незаконно удержанных денежных средств, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

истец ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанными исковыми требованиями, мотивируя их тем, что она состояла с 4 октября 2012 года в трудовых отношениях в Урайской городской местной организации Ханты-Мансийской окружной организации Общероссийской общественной организации «Всероссийское общество инвалидов» (далее также ответчик, УГМО ВОИ) в должности главного бухгалтера. На основании распоряжения председателя от 20 апреля 2013 года №/к она была уволена за неоднократное неисполнение трудовых обязанностей по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТУ РФ. Основанием послужили распоряжения №/ от 24 марта 2023 года «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора», №/п от 27.03.2022 года «О применении дисциплинарного взыскания в виде замечания», №/п от 28.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора».

Истец считает свое увольнение незаконным, поскольку оно носит предвзятый характер, тогда как она исполняла свои обязанности добросовестно. С июня 2022 года у неё возник конфликт с председателем УГМО ВОИ, стали поступать требования о написании заявления на увольнение, от чего она отказывалась.

31 ноября 2022 год было издано распоряжение уведомление №/п об исключении должности главного бухгалтера с 01.01.2023, то есть изменение существенных условий трудового договора, в связи с чем истец обращалась в Государственную инспекцию труда ХМАО-Югры. 09.01.2023 инспектором было вынесено предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований. После чего стали в адрес истца поступать требования о немедленном увольнении по собственному желанию, а в случае отказа её уволят по дискредитирующему основанию. В связи с чем у истца стало ухудшаться здоровье и с 30.01.2023 она вынуждена была уйти на больничный.

20 апреля 2023 года выйдя на работу ей вручили приказ №/к от 20 апреля 2023 года, согласно которому она была уволена за неоднократное неисполнение трудовых обязанностей п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, основанием послужили вышеперечисленные приказы. С увольнением и с приказами она не согласна, поскольку был нарушен порядок применения дисциплинарных взысканий, у неё не отбирались письменные объяснения. Во время издания приказов она была нетрудоспособна с 30.01.2023 по 20.04.2023. Все распоряжения вручены ей после выхода на работу 20.04.2023 с листка нетрудоспособности.

Истец полагает, что подобные действия работодателя могут свидетельствовать о намеренных действиях работодателя по её увольнению и злоупотребление правом со стороны работодателя как более сильной стороны в трудовом правоотношении (л.д. 9-12 том 1).

Истец ФИО1 также дополнила исковые требования (л.д. 211 том 2, л.д. 187-192 том 3), указав о том, что ей установлен пятидневная рабочая неделя. В январе 2023 года по производственному календарю 17 рабочих дней, из которых она отработала 15 рабочих дней. Получила аванс за январь 2023 года по заработной плате 30 000 рублей, а заработную плату в размере 3776,53 рубля, в чем не согласна. Бухгалтер Н.А.М. пояснила устно, что согласно штатному расписанию с 01.01.2023 ей как главному бухгалтеру установлен оклад 20 000 рублей против прежнего 33533,35 рубля, установленного штатным расписанием организации с 01.06.2022 года. Никакого дополнительного соглашения об установлении ей такого оклада не было. Вследствие этого, оказавшись на больничном, она не смогла справляться со своим семейным бюджетом, приобрести себе медикаменты на лечение, назначенные лечащим врачом.

Также истец указывает, что выплата заработной платы осуществляется на средства заключенных договоров на создание рабочих мест для трудоустройства инвалидов. Как правило такие договоры заключаются на финансовый год. Под эти договоры составляются штатное расписание на текущий год. Все договоры на создание рабочих мест для трудоустройства инвалидов заключались в плановом порядке – из расчета утвержденного МРОТ на текущий год на количество планируемых созданных штатных единиц. Согласно договоров на создание рабочих мест, кроме для трудоустройства инвалидов, созданы две единицы для работы в аппарате управления: председатель организации и заместитель председателя. Ставка главного бухгалтера в договорах на организацию рабочих мест для трудоустройства инвалидов не предусмотрена, так как в должности принят не инвалид. Учитывая, что нагрузка и ответственность работников аппарата управления организации не сопоставима с нагрузкой рядовых штатных работников, заработная плата аппарата управления утверждалась отдельным постоянно действующим штатным расписанием с установлением определенных окладов выше МРОТ. Выплата заработной платы по ним осуществлялась за счет общей экономии по фонду оплаты труда, о чем имеются соответствующие распоряжения. В экономию по фонду оплаты труда включаются свободные, не занятые штатные вакансии, отпуска без содержания, если таковые имели место быть и экономии средств за счет нахождения работников на больничном.

За весь период работы истца в организации постоянно действующее расписание аппарата УГМО ВОИ на основании статьи 134 Трудового кодекса РФ пересматривалось на уровень индексации МРОТ (распоряжения в организации). Истец полагает, что поскольку в 2022 году заработная плата индексировалась два раза с 1 января 2022 года – 13890 рублей и с 1 июня 2022 года -15279 рублей. В связи с повышением МРОТ уровнем индексации считается процентное соотношении между минимальными размерами оплаты труда. В 2022 году эта разница была 10 %, а с 1 января 2023 года в связи с увеличением МРОТ до 16 242 рублей – 6,3027%, в связи с чем, истец полагает, что её проиндексированный оклад с 1 января 2023 года должен был составлять 35646,86 рубля, поскольку условия оплаты труда, установленные трудовым договором не могут быть ухудшены. В связи с изложенным истец считает, что за январь 2023 года с учетом районного коэффициента и северной надбавки ей не была выплачена заработная плата 30 373,32 рубля.

Также истец считает, что в связи с аналогичными нарушениями ей неправильно произведен расчет компенсации за неиспользованный отпуск.

При согласии с количеством дней отпуска для расчета компенсации за неиспользованный отпуск истец считает, что размер компенсации должен составлять170 649,57 рубля, а по данным УГМО ВОИ 84607,37 рубля. недоплаченная сумма компенсации составляет 86 042,20 рубля.

Каждый год ей выплачивали материальную помощью к отпуску в размере двух окладов.

Истец ФИО1 просила признать незаконным и отменить распоряжения №/ от 24 марта 2023 года «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора», №/п от 27.03.2022 года «О применении дисциплинарного взыскания в виде замечания», №/п от 28.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора»; признать незаконным её увольнение за неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации на основании распоряжения №/к от 20 апреля 2023 года; восстановить ей на работе в УГМО ВОИ в должности главного бухгалтера; взыскать с УГМО ВОИ в её пользу моральный вред в размере 100 000 рублей; денежные средства в размере 1 000 рублей, удержанные на основании распоряжения 25/п от 24 марта; взыскать невыплаченную заработную плату за январь 2023 года в размере 30 373,32 рубля, недоплаченную компенсацию за неиспользованный отпуск – 86 042,20 рубля, материальную помощь к отпуску два оклада – 71293,72 рубля, заработную плату за время вынужденного прогула в размере 299 137,29 рубля (л.д. 9-12 том 1, л.д. 187-192 том 3)

От ответчика Урайской городской местной организации Ханты-Мансийской окружной организации Общероссийской общественной организации «Всероссийское общество инвалидов» поступило письменное возражение на иск (л.д. 1-2 том 2), согласно которому ответчик иск ФИО1 не признает в полном объеме, указывая о том, что дисциплинарные взыскания были применены по результатам акта служебного расследования от 23.03.2023 и 27.03.2023 за 2022 год. Главный бухгалтер ФИО1 ненадлежащим образом исполняла свои обязанности, ею нарушался порядок бухгалтерского учета относительно представления отчетности, имело место нарушение кассовой дисциплины, нарушение расчетов с подотчетными лицами, несвоевременное отражение фактов хозяйственных операций в регистрах бухгалтерского учета, в связи с чем проверить достоверность бухгалтерских данных нет возможности.

Результаты служебного расследования, решения о приостановлении операций по счета налогоплательщика, требований об уплате налога, сбора, страховых взносов, пени, штрафа, судебный приказ о предъявлении УГМО ВОИ штрафов свидетельствуют о неоднократном неисполнении истцом своих должностных обязанностей. Организация является некоммерческой организацией, доходы состоят из членских взносов, целевых взносов, уплата штрафов является значительным ущербом. На предложение уволиться по соглашению сторон истец отказалась.

Ответчик, не отрицая издание оспариваемых распоряжений, считает, что для наложения дисциплинарных взысканий в виде замечаний и выговора при нахождение работника на больничном запрета нет. Дать письменное объяснение главный бухгалтер ФИО1 отказалась. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания (л.д. 126-128 том 2).

Ответчик УГМО ВОИ просил отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований, признать увольнение за неоднократное неисполнение трудовых обязанностей п. 5 я. 1 ст. 81 ТК РФ главного бухгалтера ФИО1 законным.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требований поддержала в полном объеме по доводам искового заявления, настаивала на их удовлетворении. Суду дополнила, что 20 апреля 2023 года выйдя на работу после закрытия листка нетрудоспособности её ознакомили с оспариваемыми приказами, а затем предложили дать объяснения. О проведении проверки не знала. Десять тысяч рублей удержали незаконно. Ей не создавались условия работодателем для надлежащего и спокойного выполнения трудовых обязанностей в связи с большой нагрузкой. При этом она правильно и своевременно выполняла свою работу не считаясь с личным временем. Также на вопрос суда пояснила о том, что после ознакомления её 1 ноября 2022 года с изменения в структуре аппарат, а именно по введению должности старшего бухгалтера и бухгалтера и изменения её должности «главный бухгалтер» на должность «старший бухгалтер» она обращалась в инспекцию труда, было внесено предостережение. С исковыми требованиями относительно снижения ей оклада до 20 000 рублей, изменений условий труда не обращалась, в настоящее время обращаться не намерена, поскольку у неё есть ещё время для обращения в суд.

Просила иск удовлетворить полностью в соответствии с её расчетами заработной платы.

Представитель истца адвокат Донин Э. В. поддержал исковые требований, просил их удовлетворить.

Представители ответчика ФИО2, адвокат Латынцева А. Р., Иванова Е. И. в судебном заседании иск ФИО1 не признали, поддержали доводы письменных возражений, просили в удовлетворении иска отказать, дополнили, что расчет компенсации за неиспользованный отпуск производился исходя из количества дней отпусков, которые истец использовала. Материальная помощь к отпуску выплачивается лишь при фактическом предоставлении отпуска. С доводами истца о том, что ей мешали работать, о том, что у неё была высокая нагрузка не согласились, поскольку с ФИО1 заключались также гражданско-правовые договоры в рамках её же деятельности, которые она исполняла одновременно трудовыми обязанностями. Просили в удовлетворении иска отказать.

Выслушав истца, его представителя и представителей ответчика, заключение прокурора Пилюгиной Н. С., полагавшей удовлетворить иск ФИО1 о взыскании денежных средств частично, восстановив её на работе, исследовав материал дела, оценив в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации объяснения сторон и представленные ими доказательства, суд приходи к следующему:

Истец ФИО1 состояла в трудовых отношениях с Урайской городской местной организацией Ханты-Мансийской окружной организации Общероссийской общественной организации «Всероссийское общество инвалидов» с 4 октября 2012 года в должности главного бухгалтера, что следует из распоряжения о приеме работника на работу №/к от 4 октября 2012 года (л.д. 56 том 1), трудового договора от 4 октября 2012 года и дополнительных соглашений к нему (л.д. 57-60, 61,62 том 1).

На основании распоряжения №/п от 24 марта 2023 главному бухгалтеру ФИО1 за неисполнение должностных обязанностей объявлен выговор и удержано из заработной платы сумма ущерба, принесенного организации в сумме 10 000 рублей. Как следует из распоряжения основаниями для применения дисциплинарного взыскания и удержания послужили судебный приказ № А75-4379/2023 от 16 марта 2023 года Арбитражного суда ХМАО-Югры, за несвоевременное предоставление формы СЗВ-М (исходная) за август 2022 года в установленный срок, что повлекло за собой взыскание финансовой санкции (л.д. 82 том 1). С распоряжением ФИО1 не согласилась, о чем указала собственноручно при ознакомлении 20.04.2023.

Ответчиком 20 апреля 2023 года в 11:00 часов был составлен акт № об отказе ФИО1 дать письменные объяснение по поводу несвоевременной предоставления в Пенсионный фонд РФ формы СЗВ-М (исходная) за август 2022 года, зафиксированного в Акте о проведении служебного расследования от 23.03.2023 (л.д. 83 том 1).

На основании распоряжения №/п от 27 марта 2023 года главному бухгалтеру ФИО1 за несвоевременное отражение хозяйственных операций в регистре бухгалтерского учета объявлено замечание. Как следует из распоряжения основаниями для применения дисциплинарного взыскания послужили нарушения ст. 10 Федерального закона РФ от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», а также служебная записка бухгалтера ФИО3 от 24.03.2023 (л.д. 86 том 1). С распоряжением ФИО1 ознакомлена 20.04.2023.

Ответчиком 20 апреля 2023 года в 10:30 часов был составлен акт № об отказе ФИО1 дать письменные объяснение по факту нарушения сроков сдачи отчетности в налоговую инспекцию Налоговой декларации по УСН за 2022 года и Бухгалтреской отчетности за 2022, зафиксированных служебной записке от 24 марта 2023 бухгалтера Н.А.М. (л.д. 87 том 1).

На основании распоряжения №/п от 28 марта 2023 года главному бухгалтеру ФИО1 за неисполнение должностных обязанностей объявлен выговор. Как следует из распоряжения основаниями для применения дисциплинарного взыскания послужили письма председателя ХМАО ВОИ ФИО4 от 17 марта 2023 исх. № и акт о проведении служебного расследования от 27 марта 2023 года (л.д. 89 том 1). С распоряжением ФИО1 ознакомлена 20.04.2023, не согласилась.

Ответчиком 20 апреля 2023 года в 10:00 часов был составлен акт № об отказе ФИО1 дать письменные объяснение по факту нарушения сроков ведения финансово-хозяйственной деятельности и нарушениях своих должностных обязанностей, зафиксированных в акте о проведении служебного расследования от 27.03.2023 (л.д. 90 том 1).

На основании распоряжения №/к от 20 апреля 2023 года ФИО1 была уволена за неоднократное неисполнение трудовых обязанностей пункта 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. основаниями для увольнения послужили распоряжение №/п от 24.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора», распоряжение №/п от 27.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде замечания», распоряжение №/п от 28.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора».

ФИО1 не согласившись с применением к ней дисциплинарных взысканий, обратилась в суд с настоящим иском.

Разрешая исковые требования истца суд учитывает, что частью второй статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда.

В соответствии с частью второй статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Согласно положениям статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

Пунктом 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Частью пятой статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (части первая - шестая данной статьи).

Если в течение года со дня применения дисциплинарного взыскания работник не будет подвергнут новому дисциплинарному взысканию, то он считается не имеющим дисциплинарного взыскания (часть первая статьи 194 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 33 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено. Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнения по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

По делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: 1) совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора; 2) работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертой статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для применения дисциплинарного взыскания. При этом следует иметь в виду, что: а) месячный срок для наложения дисциплинарного взыскания необходимо исчислять со дня обнаружения проступка; б) днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий; в) в месячный срок для применения дисциплинарного взыскания не засчитывается время болезни работника, пребывания его в отпуске, а также время, необходимое на соблюдение процедуры учета мнения представительного органа работников (часть третья статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.) (абзац первый пункта 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

По смыслу изложенных норм Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению работник может быть уволен на основании пункта 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации только при условии неоднократного нарушения работником трудовых обязанностей без уважительных причин. Нарушение трудовых обязанностей признается неоднократным, если, несмотря на дисциплинарное взыскание, которое не снято и не погашено, со стороны работника продолжается или вновь допускается виновное неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей. В этом случае к работнику возможно применение нового дисциплинарного взыскания, в том числе увольнения.

Для обеспечения объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для увольнения работника, и для предотвращения необоснованного применения к работнику дисциплинарного взыскания работодателю необходимо соблюсти установленный законом порядок применения к работнику дисциплинарного взыскания, в том числе затребовать у работника письменное объяснение. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. При проверке в суде законности увольнения работника по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, какие конкретно нарушения трудовых обязанностей были допущены по вине работника, явившиеся поводом к увольнению, с указанием дня обнаружения проступка, а также доказательства соблюдения порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности и того, что при наложении на работника дисциплинарного взыскания учитывались тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Между тем, как следует из объяснений сторон и представленных письменных доказательств, ответчиком не был соблюден порядок по применению всех оспариваемых истцом дисциплинарных взысканий.

Так, перед изданием распоряжений №/п от 24.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора», №/п от 27.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде замечания», №/п от 28.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора», №/к от 20.04.2023 об увольнении по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель- ответчик не затребовал как того требуют положения ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации письменное объяснение, предоставив время для дачи объяснений два рабочих дня.

Доказательств обратному ответчик суду не представил.

Из представленных табелей учета рабочего времени истца (л.д. 97-100 том 1) следует, что в период с 30 января по 19 апреля 2023 года была нетрудоспособна. На работу вышла 20 апреля 2023 года.

Объяснения ФИО1 было предложено дать 20 апреля 2023 года, то есть после изданных распоряжений №/п от 24.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора», №/п от 27.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде замечания», №/п от 28.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора», что следует из представленных ответчиком актов №,2,1 от 20.04.2023 года (л.д. 83, 87, 90 том 1).

Таким образом, с учетом того, что распоряжения №/п от 24.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора», №/п от 27.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде замечания», №/п от 28.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора» были изданы в период временной нетрудоспособности истца без затребования у работника объяснений перед их наложением, то есть ответчиком был нарушен порядок привлечения истца ФИО1 к дисциплинарным взысканиям, перечисленные дисциплинарные взыскания следует признать незаконными.

Доказательств о том, что ответчик затребовал у истца объяснения в письменном виде перед применением 20 апреля 2023 дисциплинарного взыскания в виде увольнения по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации с предоставлением для этого двух рабочих дней, суду также не представлено.

Кроме того, суд установил, что применение дисциплинарного взыскания в виде увольнения по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации на основании распоряжения №/к от 20.04.2023 (неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание) имело место быть в период временной нетрудоспособности истца. Так, согласно представленному ответчиком уведомления об изменении электронного листка нетрудоспособности (ЭЛН) с 20 апреля 2023 года ФИО1 освобождена от работы с 20.04.2023, к работе предписано приступить с 25.05.2023..

При таких обстоятельствах, в связи с наличием нарушения порядка привлечения истца ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговоров и замечаний по распоряжениям №/п от 24.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора», №/п от 27.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде замечания», №/п от 28.03.2023 «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора», а также в связи с несоблюдением порядка применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения, предусмотренного ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации и в связи с нетрудоспособностью работника ФИО1 20 апреля 2023 года у работодателя оснований для издания распоряжения от 20 апреля 2023 г. N 20/к об увольнении ФИО1 с должности главного бухгалтера за неоднократное неисполнение ею без уважительных причин трудовых обязанностей не имелось и поэтому увольнение истца нельзя признать правомерным и истец ФИО1 подлежит восстановлению на работе.

Кроме того, суд учел, что в оспариваемым распоряжениях не указаны конкретные виновные действия истца, не изложены обстоятельства вменяемого работнику дисциплинарного проступка в соответствии с изложенными конкретными пунктами должностного регламента, приказов, которые виновно нарушены ФИО1 при исполнении служебных обязанностей. Из текста распоряжений не представляется возможным установить, когда и при каких обстоятельствах совершен дисциплинарный проступок, время его выявления работодателем. При этом не содержится сведений о времени, месте совершения дисциплинарного проступка, конкретных событиях, в ходе которых истец допустил нарушение служебной дисциплины.

При этом суд принимает во внимание, что суд не вправе самостоятельно формулировать обстоятельства дисциплинарного проступка, поскольку выяснение обстоятельств проступка, а также степени вины работника при совершении проступка является гарантией от необоснованного привлечения работника к дисциплинарной ответственности. В силу ст. 192 ТК РФ обязанность достоверно установить все обстоятельства совершения проступка лежит на работодателе. Как следует из материалов дела, указанная обязанность работодателем не исполнена.

Учитывая, что распоряжение о применении дисциплинарного взыскания №/п от 24 марта 2023 года признается судом незаконным, оснований для удержания из заработной платы ФИО1 по данному распоряжению 10 000 рублей также является незаконным и удержанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Суд учитывает, что работодателем не был соблюден порядок взыскания ущерба, предусмотренный статьей 248 Трудового кодекса Российской Федерации. Так в ходе судебного разбирательства было установлено, что сдача формы СЗВ-М (исходная) за август 2022 года была предусмотрена сентябрем 2023 года, когда ФИО1 была в очередном отпуске, а затем временно нетрудоспособна, сто подтверждается распоряжениями о предоставлении отпуска №/к от 22.08.2023 и о переносе отпуска в связи с нетрудоспособностью №/к от 07.09.2022 (л.д. 172, 173 том 2). ФИО1 при этом отрицала свою обязанность по предоставлению данного отчета. Обратного ответчик суду не представил.

При этом суд отказывает в удовлетворении требований истца об отмене оспариваемых распоряжений, поскольку отмена локального нормативного акта является прерогативой работодателя.

В силу части второй статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Разрешая иск ФИО1 о взыскании заработка за все время вынужденного прогула суд учитывает разъяснения, изложенные в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", согласно которым средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ.

Поскольку Кодекс (статья 139) установил единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера, в таком же порядке следует определять средний заработок при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, вызванного задержкой выдачи уволенному работнику трудовой книжки (статья 234 ТК РФ), при вынужденном прогуле в связи с неправильной формулировкой причины увольнения (часть восьмая статьи 394 ТК РФ), при задержке исполнения решения суда о восстановлении на работе (статья 396 ТК РФ).

При этом необходимо иметь в виду, что особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного статьей 139 Кодекса, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть седьмая статьи 139 ТК РФ).

При взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

Суд принимает расчет среднедневного заработка, составленный ответчиком, поскольку он соответствует положениям ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и пункту 9 Порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 N 922 (ред. от 10.12.2016). Среднедневной заработок истца составляет 3 900,40 рубля.

Согласно статьям 106, 107 Трудового кодекса Российской Федерации выходные дни и нерабочие праздничные дни действующим трудовым законодательством отнесены ко времени отдыха, в течение которого работник свободен от исполнения трудовых обязанностей и которое он может использовать по своему усмотрению. При режиме пятидневной рабочей недели с двумя выходными днями включение в расчет выходных, а также нерабочих праздничных дней, при определении суммы оплаты времени вынужденного прогула не допускается.

С учетом вышеизложенных разъяснений вынужденный прогул истца составил в период с 21 апреля 2023 года по 12 июля 2023 года согласно производственному календарю на 2023 год при пятидневной рабочей неделе истца в соответствии с трудовым договором составил 55 рабочих дней. Таким образом, размер среднего заработка за время вынужденного прогула составляет 214 522 рубля (3900,40 рубля х 55 рабочих дней) за вычетом причитающихся налогов.

Разрешая исковые требования истца ФИО1 относительно взыскания с ответчика невыплаченной заработной платы за январь 2023 года в размере 30 373,32 рубля исходя из оклада главного бухгалтера в размере 35 646,86 рубля, суд учитывает, что на основании распоряжения №/п от 09.01.2023 в связи с производственной необходимостью работодателем УГМО ВОИ были внесены изменения в штатное расписание и с 1 января 2023 года введено в постоянно действующее штатное расписание единица бухгалтера с окладом 20 000 рублей, утверждено новое штатное расписание сроком с 01.01.2023 в количестве 4 единиц на сумму 187 000 рублей (л.д. 183 том 3).

Изданию распоряжения предшествовало решение правления УГМО ВОИ от 12.01.2023, которым было утверждено штатное расписание сотрудников аппарата с окладами, в том числе главного бухгалтера, что следует из выписки из протокола 1-23 заседания управления УГМО ВОИ от 12.01.2023 (л.д. 181 том 3). При этом по сравнению с ранее установленными окладами они были снижены и у председателя общества и у его заместителя (л.д. 171-179 том 3)

Согласно представленному штатному расписанию на 2022 года оклад главного бухгалтера составляет 20 000 рублей, северная надбавка – 10 000 рублей, районный коэффициент – 14 000 рублей, всего в месяц – 44 000 рубля (л.д. 184 том 3).

При этом судом установлено, что на основании распоряжения от 31 октября 2022 года ФИО1 1 ноября 2022 года была уведомлена об изменении организационных условий труда в УГМО ВОИ и введением должности бухгалтера (л.д. 49 том 1), чего сама в ходе судебного разбирательства не оспаривала.

В связи с изменением штатного расписания и своего оклада обращалась в инспекцию труда ХМАО-Югры, которая составила акт профилактического визита 17 января 2023 года (л.д. 53-55 том 1), однако, несмотря на неоднократные вопросы суда относительно оспаривания данных решений и распоряжений ответчика, суду пояснила о том, что при настоящем судебном разбирательстве она не намеренна их оспаривать.

ФИО1 было предложено подписать дополнительное соглашение с целью приведения трудовых договоров в соответствие (л.д. 185 том 3), но его неподписание истцом само по себе не отменяет полученное в четко регламентированном статьей 74 Трудового кодекса Российской Федерации порядке согласие ФИО1 согласие на продолжение работы в новых условиях труда.

Возражения истца о несогласии с новым штатным расписанием не могут быть приняты во внимание, поскольку в соответствии с требованиями части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает дело в пределах заявленных требований. Как следует из искового заявления и дополнений к нему оно не содержит в себе требование об оспаривании распоряжений и решения, штатного расписания, содержащих в себе сведения об изменении условий оплаты труда.

Доводы истца о том, что с 01.01.2023 года ей, напротив, должен быть увеличен оклад до 35 646,86 рубля в связи с повышением минимального размера оплаты труда (МРОТ), который был увеличен с 15 279 рублей до 16 242 рублей, то есть на 6,3027%, что является индексацией, судом не принимается.

Так, согласно положениям статьи 133 Трудового кодекса Российской Федерации минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения.

Минимальный размер оплаты труда, установленный федеральным законом, обеспечивается:

организациями, финансируемыми из федерального бюджета, - за счет средств федерального бюджета, внебюджетных средств, а также средств, полученных от предпринимательской и иной приносящей доход деятельности;

организациями, финансируемыми из бюджетов субъектов Российской Федерации, - за счет средств бюджетов субъектов Российской Федерации, внебюджетных средств, а также средств, полученных от предпринимательской и иной приносящей доход деятельности;

организациями, финансируемыми из местных бюджетов, - за счет средств местных бюджетов, внебюджетных средств, а также средств, полученных от предпринимательской и иной приносящей доход деятельности;

другими работодателями - за счет собственных средств.

Месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Как следует из представленных как истцом, так и ответчиком сведений о заработной плате истца, её заработная плата не была ниже минимального размера оплаты труда, то есть истец была обеспечена оплатой её труда выше минимального размера оплаты труда.

Доводы истца о том, что таким образом в организации индексировалась заработная плата и поэтому должно быть повышение её оклада с 1 января 2023 года пропорционально повышению минимального размера оплаты труда, удом также не принимается, поскольку согласно положениям ст. 134 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы включает индексацию заработной платы в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги. Государственные органы, органы местного самоуправления, государственные и муниципальные учреждения производят индексацию заработной платы в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, другие работодатели - в порядке, установленном коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Сведений и доказательств о том, что с 1 января 2023 года ответчиком издавались распоряжения об индексации заработной платы или о её повышении, суду не представлено. Напротив, как указано выше, было изменено штатное расписание со снижением оклада главному бухгалтеру, которое истцом не оспаривалось.

При таких обстоятельствах, исходя из расчета заработной платы истца за январь 2023 года с окладом 20000 рублей, выплаченного аванса за январь 2023 года в размере 25000 рублей и выплаченной заработной платы за январь 2023 года - 39 182,37 рубля, что следует из ведомостей о зачислении денежных средств (л.д. 9, 10-11 том 3) оснований для взыскания в пользу истца с ответчика невыплаченной заработной платы в размере 30 373,32 рубля не имеется.

Как и не имеется оснований для взыскания недоплаченной компенсации за неиспользованный отпуск в размере 86042,20 рубля по тем же правовым положениям, поскольку индексации работодателем не производилось.

Проверяя требования истца о том, что ей неправильно был рассчитан размер неиспользованного отпуска, повлиявшего на расчет компенсации при увольнении, суд установил из представленных суду трудового договора от 04.10.2012 (л.д. 58-60 том 1), дополнительных соглашений от 12.01.2015 и от 01.05.2018 (л.д. 61,62 том 1), что отпуск главному бухгалтеру ФИО1 был установлен ежегодный оплачиваемый продолжительностью 28 календарных дней, дополнительный отпуск за работу в районах Крайнего Севера (приравненных к ним местностях) продолжительностью 16 календарных дней, за работу в режиме ненормированного рабочего дня – 3 календарных дня, всего 47 календарных дней.

Согласно личной карточке работника (л.д. 128-130 том 3), графику отпусков за период за 2021 года (л.д. 131-133 том 3), за 2022 год (134-135 том 3), распоряжениям о предоставлении ФИО1 отпусков от 24 октября 2013 года, от 29 ноября 2013 года, от 16 мая 2014 года, от 2 июля 2014 года, от 2 марта 2015 года, от 12 мая 2015 года, от 10 августа 2015 года, от 1 марта 2016 года, от 29 апреля 2016 года, от 11 мая 2016 года, от 7 июня 2016 года, от 1 сентября 2016 года, от 9 марта 2017 года, от 12 мая 2017 года, от 31 августа 2017 года, от 15 марта 2018 года, от 30 мая 2018 года, от 25 августа 2018 года, от 13 мая 2019 года, от 21 мая 2019 года, от 30 августа 2019 года, от 16 октября 2019 года, от 3 марта 2020 года, от 28 мая 2020 года, от 27 августа 2020 года, от 21 мая 2021 года, от 13 сентября 2021 года, от 29 апреля 2022 года, от 22 августа 2022 года, от 7 сентября 2022 года (л.д. 141-173 том 3) неиспользованный отпуск истца за период работы с 04.10.2021 по 03.10.2022 года составил 14 календарных дней, за период с 04.10.2022 по 20 апреля 2023 года составил 18 календарных дней.

Таким образом, задолженности у ответчика перед ФИО1 по компенсации за неиспользованный отпуск не имеется.

Относительно разрешения иска ФИО1 в части взыскания материальной помощи к отпуску в размере двух окладов – 71 2393372 рубля, суд исходит из приведенных выше установленных обстоятельств относительно размера оклада главного бухгалтера с 01.01.2023 – 20000 рублей, а также из того, что в 2023 году до увольнения ФИО1 20 апреля 2023 года ей отпуск не предоставлялся. Ранее ФИО1 ежегодно выплачивалась материальная помощь к отпуску, что она подтверждает своими письменными объяснениями (л.д. 187-192 том 3)

В соответствии с пунктом 4.1 трудового договора от 04.10.2012 (л.д. 58-60 том 1) предусмотрена выплата материальная помощь к ежегодному отпуску. Исходя из буквального толкования такая помощь выплачивает лишь при предоставлении ежегодного отпуска. Данный вывод суда подтверждает представленное суду распоряжение №/п от 28.02.2022 (л.д. 5 том 3), согласно которому главному бухгалтеру ФИО1 предписывалось производить начисление материальной помощи к ежегодному основному оплачиваемому отпуску в размере двух окладов на занимаемую ставку работником, с которыми заключены трудовые договору с начала календарного года.

Истец же, заявляя о взыскании материальной помощи к отпуску, настаивает на её выплате в связи с увольнением и выплатой ей компенсации за неиспользованный отпуск, что противоречит условиями трудового договора и локальному нормативному акту - распоряжение №/п от 28.02.2022 (л.д. 5 том 3).

Следовательно, в удовлетворении иска ФИО1 о взыскании с ответчика материальной помощи к отпуску в размере 71298,72 рубля следует отказать.

Согласно ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В соответствии с абз.2 п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» суд в силу ст. ст.21 (абз.14, ч.1) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Удовлетворяя требование о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает, что наложение оспариваемых дисциплинарных взысканий на истца признано незаконным, она восстановлена на работе, в связи с чем, руководствуясь статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, установив нарушения трудовых прав истца, приняв во внимание характер нравственных страданий истца в связи с нарушением трудовых прав, указанных в ходе рассмотрения дела, объем нарушенных трудовых прав, их характер, длительность времени, в течение которого не были восстановлены нарушенные трудовые права, отношение ответчика к содеянному, индивидуальные особенности истца (его трудоспособный возраст, состояние здоровья), степень вины работодателя, принципы разумности и справедливости, а также факт того, что в день увольнения 20.04.2023 года она обратилась за медицинской помощью и ей был открыт листок нетрудоспособности, нетрудоспособной она была по 24.05.2023 года, о чем известно ответчику, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 30000 руб.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденных от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с ответчика в доход городского округа Урай подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6 045,22 рубля, из которых 5445.22 рубля по требованиям имущественного характера и 600 рублей по требованиям неимущественного характера.

Оснований для вынесения частного определения в отношении ответчика относительно нарушений сроков выплаты заработной платы не имеется, поскольку согласно представленным ведомостям на выплату аванса по заработной плате и на выплату заработной платы (л.д. 51 том 3) заработная плата в УГМО ВОИ выплачивалась два раза в месяц.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Урайской городской местной организации Ханты-Мансийской окружной организации Общероссийской общественной организации «Всероссийское общество инвалидов» о восстановлении на работе, о признании незаконными и отмене распоряжений о наложении дисциплинарных взысканий, о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, материальной помощи к отпуску, незаконно удержанных денежных средств, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконными распоряжения №/п от 24 марта 2023 года, №/п от 27.03.2023 года, №/п от 28.03.2023 о наложении в отношении ФИО1 дисциплинарных взысканий.

Признать незаконным распоряжение №/к от 20.04.2023 года об увольнении ФИО1 и восстановить её на работе в должности главного бухгалтера в Урайской городской местной организации Ханты-Мансийской окружной организации Общероссийской общественной организации «Всероссийское общество инвалидов».

Взыскать с Урайской городской местной организации Ханты-Мансийской окружной организации Общероссийской общественной организации «Всероссийское общество инвалидов» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула в период с 21 апреля 2023 года по 12 июля 2023 года в сумме 214 522 рубля (двести четырнадцать тысяч пятьсот двадцать два рубля) за вычетом причитающихся налогов, компенсацию морального вреда в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей и незаконно удержанные денежные средства в размере 10 000 рублей (десять тысяч рублей), всего двести пятьдесят четыре тысячи пятьсот двадцать два рубля.

Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Отказать в удовлетворении иска ФИО1 к Урайской городской местной организации Ханты-Мансийской окружной организации Общероссийской общественной организации «Всероссийское общество инвалидов» о взыскании невыплаченной заработной платы? невыплаченной компенсации за неиспользованный отпуск и материальной помощи к отпуску.

Взыскать с Урайской городской местной организации Ханты-Мансийской окружной организации Общероссийской общественной организации «Всероссийское общество инвалидов» в местный бюджет городского округа Урай государственную пошлину в размере 6 045,22 рубля.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционных жалоб, представления через Урайский городской суд.

Решение в окончательной форме составлено 24 июля 2023 года.

Председательствующий судья Орлова Г. К.