Постановление № 5-261/2018 от 25 октября 2018 г. по делу № 5-261/2018

дело №5-261/2018


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Орск 26 октября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2018 года

Мотивированное постановление изготовлено 26 октября 2018 года

Судья Советского районного суда г.Орска Оренбургской области Смирнова Н.В., при секретаре Резник Е.Е.,

с участием лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении ФИО1, защитника- адвоката Сирица Г.Э., потерпевшей Р.А.Ф., представителя Мирзаева Ю.И., потерпевшего Г.Ю.В., представителя ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, в отношении ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина ***, ***, ***, ***, ***, не привлекавшегося к административной ответственности, проживающего по адресу: <адрес>,

установил:

28 октября 2017 года в 23 час. 45 мин, ФИО1 управляя автомобилем марки «VOLKSWAGEN JETTA», с государственным регистрационным знаком №, двигался по автодороге <адрес>, в нарушение требований п.п. 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ (далее – ПДД РФ) на 271 км автодороги, при возникновении опасности для движения, в виде идущих навстречу движения пешеходов, которую водитель в состоянии обнаружить, не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства и допустил наезд на пешеходов. В результате ДТП пешеходу Р.А.Ф. причинен средней тяжести вред здоровью

В судебном заседании ФИО1 виновным себя в совершении административного правонарушения не признал, пояснил, что он двигался на автомобиле с допустимой скоростью, увидел пешеходов примерно в 15 м. Р.А.Ф. и Г.А.А. шли впереди, за ними - Г.Ю.В. Наезд произошел по вине пешеходов, т.к. они шли по середине проезжей части, навстречу транспортному потоку. Первый удар был Р.А.Ф., ее забросило на капот и лобовое стекло, затем скользящий удар правой боковой частью автомобиля Г.А.А. Каким образом произошел наезд на Г.Ю.В., не может пояснить.

Он не смог предотвратить наезд, т.к. шел дождь, было темное время суток, его ослепило освещение АЗС, видимость была около 30 м. Он не согласен со схемой места совершения административного правонарушения от 28 октября 2018 года, т.к. не указано место наезда, а также не согласен с протоколом осмотра места происшествия от 13 апреля 2018 года, поскольку осмотр проводился без соблюдения условий, максимально приближенных к тем, в которых произошло происшествие 28 октября 2017 года. При оставлении схемы места совершения административного правонарушения 28 октября 2017 года, место наезда было указано сотрудникам ГИБДД с его слов.

Защитник – адвокат Сирица Г.Э. просила признать недопустимыми доказательствами: схему места совершения административного правонарушения от 28 октября 2018 года, т.к. не указано место наезда; протокол осмотра места происшествия от 13 апреля 2018 года, поскольку эксперимент проводился с нарушением требований законодательства, а именно: без соблюдения условий, максимально приближенных к тем, в которых произошло происшествие 28 октября 2017 года, участвовал статист – знакомый Г.Ю.В.; автотехническую экспертизу З.В.А., т.к. не установлено место дорожно-транспортного происшествия.

Обращает внимание на нарушение пешеходами ПДД (шли по середине проезжей части автодороги).

Потерпевшая Р.А.Ф. пояснила, что она с Г.А.А. около 24.00 час. шли по левому краю автодороги <адрес>, навстречу транспортному потоку, за ними шел Г.Ю.В. Они прошли АЗС «***», и не доходя до обочины на них наехал автомобиль под управлением ФИО1 От удара ее подбросило на капот автомобиля, затем она ударилась о лобовое стекло. Последующих событий она не помнит, т.к. потеряла сознание. Действиями ФИО1 ей причинен средней тяжести вред здоровью.

Представитель потерпевшей – адвокат Мирзаев Ю.И. пояснил, что между действиями водителя ФИО1 и наступившими последствиями в виде причинение вреда здоровью Р.А.Ф. имеется причинно-следственная связь, которая установлена двумя заключениями, из которых следует, что ФИО1 имел техническую возможность предотвратить наезд на пешеходов. Обращает внимание, что два эксперта приходят к выводу о том, что водитель автомобиля «VOLKSWAGEN JETTA» располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода.

Свидетель М.Е.А. пояснила, что 28 октября 2017 года около 24.00 час. она ехала на переднем пассажирском сиденье в автомобиле «VOLKSWAGEN JETTA» под управлением ФИО1 Не доезжая до АЗС «***» на автодороге «<адрес>» она заметила первую группу пешеходов, которые шли по обочине справа. Вторая группа пешеходов: Р., С.А.А., Г., шли по середине проезжей части дороги, навстречу их транспортному средству. Поскольку было темное время суток, шел дождь, их ослепило освещение рекламной стойки АЗС, пешеходы появились неожиданно, поэтому произошел наезд. Место наезда было при повороте на территорию АЗС. Она присутствовала при составлении схемы места совершения административного правонарушения, где имелись осколки стекла и зеркала. При составлении протокола осмотра 13 апреля 2018 года время суток, а также погодные условия не соответствовали тем, которые были в момент ДТП.

Инспектор ДПС А.Н.Б. пояснил, что по сообщению дежурной части, 28 октября 2017 года он совместно с инспектором Б.Е.В. приехал на место дорожно-транспортного происшествия в районе АЗС «***», автодорога «<адрес>». Установили, что ФИО1, управляя автомобилем «VOLKSWAGEN JETTA», совершил наезд на троих пешеходов. Им был составлен протокол осмотра места административного правонарушения, где со слов водителя ФИО1 он указал видимость с места водителя с включенным светом фар 30м. Замеры и составление схемы места совершения административного правонарушения производилось в присутствии понятых, водителя ФИО1 Никаких замечаний при этом присутствующие не высказывали.

Инспектор ДПС Б.Е.В. пояснил, что прибыв на место дорожно-транспортного происшествия 28 октября 2017 года около 00 час. 50 мин., он производил замеры и составлял схему места совершения административного правонарушения в присутствии двух понятых и водителя ФИО1, который был взволнован, но вел себя адекватно, понимал происходящее и руководил своими действиями. Со слов водителя им определено место наезда на пешеходов. Не может объяснить, почему не указано на схеме место наезда. ФИО1 знакомился со схемой и протоколом места совершения административного правонарушения, никаких замечаний не высказывал.

Старший инспектор группы ИАЗ ГИБДД Е.А.С. пояснил, что 28 октября 2017 года он выезжал на место происшествия, опросил водителя ФИО1 и свидетелей. В ходе административного расследования по делу, он производил осмотр места происшествия 13 апреля 2018 года с участием водителя ФИО1, потерпевших, статистов и понятых, с целью установления общей видимости автодороги и конкретной видимости пешеходов. Осмотр производился в темное время суток, в условиях наиболее приближенных к тем, при которых произошло ДТП 28 октября 2017 года, с учетом пояснений ФИО1 и пешеходов. С помощью пожарного автомобиля воспроизведены погодные условия. Замечаний со стороны ФИО1, пешеходов и понятых не поступало.

В судебном заседании исследованы следующие письменные доказательства по делу, которые объективно подтверждают вину ФИО1:

- протокол об административном правонарушении № от 10.09.2018 г. (л.д.1);

- определение о возбуждении дела об административном правонарушении от 29.10.2017 г. (л.д.14);

- протокол осмотра места совершения административного правонарушения от 29.10.2017г., составленные в присутствии понятых, водителя ФИО1 и схема к нему (л.д.15-18, 19);

- объяснения участников дорожно-транспортного происшествия, а также его свидетелей ФИО1 (л.д.23); Р.А.Ф. (л.д. 24,27) Г.Ю.В.(л.д.25,28) С.А.А. (л.д.26,29); Я.Р.М. (л.д.22); М.Е.А. (л.д.30).

- протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.29 КоАП РФ в отношении С.А.А., Г.Ю.В., Р.А.Ф. (л.д.31-33).

- заключение судебно-медицинского эксперта № от 22 ноября 2017 года, согласно которому у Р.А.Ф., ДД.ММ.ГГГГ рождения имелись телесные повреждения: тупая травма головы, сопровождавшаяся: кровоподтёком в височно-заушной области справа, поверхностной ушибленной раной теменной области, переломом правого сосцевидного отростка, ушибом головного мозга левого полушария, снижением слуха справа; кровоподтёки бедер, левого коленного сустава, которые могли быть получены от действия тупых твердых предметов, возможно при дорожно-транспортном происшествии, в совокупности своей, повлекли за собой длительное расстройство здоровья, и по этому признаку расцениваются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью человека ( л.д.34-39);

- дополнительное заключение эксперта ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 26 февраля 2018 года, согласно которому у Р.А.Ф., ДД.ММ.ГГГГ рождения имелись телесные повреждения: тупая травма головы, сопровождавшаяся: кровоподтёком в височно-заушной области справа, поверхностной ушибленной раной теменной области, переломом правого сосцевидного отростка, ушибом головного мозга левого полушария, снижением слуха справа; кровоподтёки бедер, левого коленного сустава, закрытый перелом латерального мыщелка левой большеберцовой кости, которые могли быть получены от действия тупых твердых предметов, возможно при дорожно-транспортном происшествии, в совокупности своей, повлекли за собой длительное расстройство здоровья и по этому признаку расцениваются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью человека ( л.д.40-45);

- заключение эксперта ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 27 ноября 2017 года, согласно которому у С.А.А., ДД.ММ.ГГГГ рождения имелось телесное повреждение: ушибленная рана в области левой брови, которая получена от воздействия тупого твердого предмета или при ударе о таковой, но определить сопровождалась ли она черепно-мозговой травмой и оценить степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не представляется возможным, т.к. диагноз «ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга» устанавливается в результате обследования и динамического наблюдения врачами: нейрохирургом, невропатологом или неврологом, а выставленный по однократному осмотру, данный диагноз судебно-медицинской оценке не подлежит ( л.д. 47);

- заключением эксперта ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 27 ноября 2017 года, согласно которому у Г.Ю.В., 1986 ДД.ММ.ГГГГ рождения имелось телесное повреждение: ушибленная рана в лобной области, которая получена от воздействия тупого твердого предмета или при ударе о таковой, но определить сопровождалась ли она черепно-мозговой травмой и оценить степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не представляется возможным, т.к. диагноз «ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга» устанавливается в результате обследования и динамического наблюдения врачами: нейрохирургом, невропатологом или неврологом, а выставленный по однократному осмотру, данный диагноз судебно- медицинской оценке не подлежит. У Г.Ю.В. каких-либо других телесных повреждений в виде ран, ссадин, кровоподтеков, костно-травматических изменений, функциональных нарушений, в том числе и в поясничной области, в предоставленных медицинских документах, отмечено не было. Выставленный диагноз «Ушиб поясничной области» объективными медицинскими данными не подтвержден и поэтому судебно-медицинской оценке не подлежит (л.д.49-50);

- дополнительная схема места совершения административного правонарушения от 18.04.2018г. (л.д.60);

- протокол осмотра места происшествия от 13.04.2018 г. в присутствии участников дорожно-транспортного происшествия, понятых (л.д. 61-63);

- заключение эксперта З.В.А. № от 22.10.2018 г., согласно которому безопасная возможная скорость для водителя автомобиля «VOLKSWAGEN JETTA» при видимости 30,0 составляет не более 60,56 км/ч, при видимости 59,0 м – не более 88,25 км/ч;

Скорость движения автомобиля к моменту начала торможения определяется равной 58,8 км/ч.

Установить в ходе проведения исследования, в каком месте находилось место наезда на пешеходов автомобилем «VOLKSWAGEN JETTA» без расстановки опознавательных конусов и разметки проезжей части, а также совмещения не представляется возможным.

В сложившейся дорожной ситуации водитель автомобиля «VOLKSWAGEN JETTA», в случае принятия данных протокола осмотра места происшествия от 13.04.2018 г., располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода.

Кроме того, в судебном заседании исследована видеозапись видеорегистратора от 28 октября 2017 года, установленного в автомобиле ФИО1, на которой зафиксирован факт дорожно-транспортного происшествия с участием ФИО1 и пешеходов Р.А.Ф., Г.Ю.В., С.А.А. Согласно видеозаписи при движении автомобиля по проезжей части автодороге Оренбург- Орск, перед поворотом на автозаправочную станцию «Башнефть» произошел наезд на пешеходов, идущих по проезжей части дороги, навстречу транспортному средству.

Оценив совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, суд признает их относимыми, достоверными и допустимыми, а их совокупность, – достаточной для признания вины ФИО1 в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ.

Согласно ч.2 ст.12.24 КоАП РФ административным правонарушением является нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

Согласно п. 1.3 ПДД РФ участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В силу п. 1.5. ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (п. 10.1 ПДД ).

Из материалов дела установлено, что 28 октября 2017 года, в 23 час. 45 мин, ФИО1, управлял автомобилем марки «VOLKSWAGEN JETTA», с государственным регистрационным знаком №, двигался по автодороге <адрес>, в нарушение требований п.п. 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ (далее – ПДД РФ) на 271 км автодороги, при возникновении опасности для движения, в виде идущих на встречу движения пешеходов, не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства и допустил наезд на пешеходов, что повлекло причинение пешеходу Р.А.Ф. телесных повреждений, повлекших средней тяжести вреда ее здоровью.

Данные обстоятельства подтверждаются показаниями ФИО1, потерпевших Р.А.Ф., Г.Ю.В., свидетелей М.Е.А., Е.А.С., А.Н.Б., Б.Е.В., объяснениями С.А.А., Я.Р.М., которые согласуются между собой и объективно подтверждаются письменными доказательствами, а также видеозаписью. Факт причинения вреда здоровью потерпевшей Р.А.Ф. установлен заключением судебно-медицинской экспертизы и не оспаривался сторонами, как не оспаривался факт причинения телесных повреждений от действий водителя ФИО1 пешеходам Г.Ю.В. и С.А.А., в отношении которых выставленный диагноз медицинской оценке не подлежит.

Из показаний Р.А.Ф., Г.Ю.В. следует, что 28 октября 2017 года около 24.00 час. они возвращались домой со стороны <адрес> по проезжей части дороги. Они прошли территорию АЗС, и не доходя до обочины автодороги, неожиданно на них допустил наезд автомобиль под управлением ФИО1

Тот факт, что Г.Ю.В. по иному объясняет каким образом, они шли по дороге относительно друг друга, не ставит под сомнение их показания, а также виновность ФИО1 в инкриминируемом административном правонарушении, поскольку ФИО1 подтверждает показания Р.А.Ф., в частности, что он видел Р.А.Ф. и С.А.А., которые шли впереди, а за ними шел Г.Ю.В.

Из схемы схеме места совершения административного правонарушения от 28 октября 2017 года, следует, что проезжая часть автодороги со стороны <адрес> имеет две полосы, с нанесением разметки. Автомобиль «VOLKSWAGEN JETTA» под управлением ФИО1 двигался в указанном направлении по крайней левой полосе, с перестроением в крайнюю правую полосу проезжей части дороги. До дорожного знака 6.13 - «271 км» установлены следы торможения транспортного средства, до обочины – поворота на территорию АЗС.

В данной схеме действительно, в условных обозначениях под п.2 указано место удара, однако в масштабном изображении не указано место наезда транспортного средства на пешеходов. Однако вопреки доводам защиты, данное обстоятельство не является существенным нарушением законодательства, влекущем признание процессуального документа недопустимым доказательством, поскольку оно устранимо в ходе рассмотрения дела.

КоАП РФ не предусматривает определенных правил по составлению схемы административного правонарушения. Инспектор ДПС отражает те сведения, которые, по его мнению, могут иметь значение для правильного разрешения дела. Схема позволяет определить место и время ее составления, расположение транспортного средства после происшествия. Схема составлена с обозначением необходимых измерений и является приложением к протоколу осмотра места совершения административного правонарушения. И схема ДТП, и протокол осмотра составлены уполномоченным должностным лицом в присутствии понятых, водителя ФИО1, сведения о которых отражены в указанных процессуальных документах и подписаны ими.

При этом никаких возражений от ФИО1 и понятых в указанных процессуальных документах не имеются.

Кроме того, протокол осмотра места совершения административного правонарушения и схема ДТП от 28 октября 2017 года являются не единственными доказательствами по делу. Вина ФИО1 в инкриминируемом правонарушении подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Место наезда автомобиля под управления ФИО1 на пешеходов определено органами ГИБДД *** км автодороги <адрес>. Данное обстоятельство подтверждается видеозаписью с видеорегистратора транспортного средства ФИО1, показаниями участников дорожно-транспортного происшествия, сотрудниками ГИБДД, и не оспаривается ФИО1

Более того, в судебном заседании ФИО1 подтвердил, что место наезда на пешеходов было указано им.

Согласно показаниям Р.А.Ф., Г.Ю.А., объяснениям С.А.А. наезд автомобиля произошел, когда они прошли АЗС «Башнефть», но не дошли до обочины проезжей части дороги, которая начинается при повороте на территорию станции.

Из показаний ФИО1, свидетеля М.Е.А. следует, что они увидели пешеходов, когда проехали дорожные знаки, в том числе знак 6.13 ПДД, установленные на обочине.

Дорожный знак 6.13 "Километровый знак" обозначает расстояние (км) до начала или конца дороги.

Таким образом, место наезда автомобиля «VOLKSWAGEN JETTA» под управлением водителя ФИО1, с учетом совокупности всех доказательств, верно установлено органами предварительного административного расследования, - *** км автодороги <адрес>.

Доводы защитника Сирица Г.Э. о том, что заключение эксперта З.В.А. является не допустимым доказательством, поскольку основано на протоколе осмотра места происшествия от 13 апреля 2018 года, составленным с нарушением КоАП РФ, является не состоятельным, по следующим основаниям.

Кодекс об административных правонарушениях, Административный регламент исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения, утвержденный приказом МВД России от 23.08.2017 № 664, не содержит каких-либо императивных требований и специальных норм, которые предписывают проведение осмотра места происшествия с точным соблюдением обстоятельств дорожного происшествия, а именно: времени года и погодных условий.

Как следует из материалов дела, осмотр места происшествия 13 апреля 2018 года производился в темное время суток, в условиях искусственного освещения, с помощью пожарной автотехники дорожное покрытие было мокрое, а также лобовое стекло автомобиля ФИО1 Данные обстоятельства подтверждаются показаниями инспектора ГИБДД Е.А.С., Р.А.Ф., Г.Ю.А.

ФИО1 принимал участие в осмотре места происшествия 13 апреля 2018 года, с учетом его пояснений определялись исходные данные: место расположение транспортного средства после наезда на пешеходов, общая видимость дороги, ее элементов и конкретная видимость пешеходов. ФИО1 был ознакомлен с протоколом осмотра места происшествия, имел возможность воспользоваться своим правом сделать отметки в протоколе, в том числе о несоответствии погодных условий, а также заявлять ходатайства, однако данным правом не воспользовался.

Таким образом, полагаю, что осмотр места происшествия от 13 апреля 2018 года произведен должностным лицом ГИБДД с соблюдением наиболее приближенных погодных условий и времени года к дате совершения ДТП.

Учитывая вышеизложенное, протокол осмотра места происшествия от 13 апреля 2018 года, суд признает относимым и допустимым доказательством по делу, поскольку соответствует требования, предъявляемым ст. 28.1.1 КоАП РФ, а также пунктам 275-279 Административного регламента исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения, утвержденного приказом МВД России от 23.08.2017 № 664.

Оценивая показания ФИО1 о том, что он не видел пешеходов, поскольку его ослепил свет рекламной стойки АЗС, суд отмечает, что они опровергаются показаниями потерпевшего и осмотренной видеозаписью дорожно-транспортного происшествия, из которых следует, что на указанном участке дороги движение транспортных средств не было интенсивным, видимости и обзору ФИО1 в направлении его движения, ничего не мешало. Согласно заключению автотехнической экспертизы, он располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов путем выбора такого скоростного режима в данных погодных условиях, который мог позволить ему снизить скорость, при обнаружении опасности, вплоть до полной остановки транспортного средства.

Данную позицию ФИО1 суд относит к способу защиты.

Определением от 20 апреля 2018 года, в рамках административного расследования по делу, назначена автотехническая экспертиза, производство которой поручено экспертам ЭКО УМВД России по Оренбургской области. С данным определением ФИО1 был ознакомлен, выразил свое несогласие с назначением экспертизы, поскольку не согласен с исходными данными, указанными в протоколе осмотра места происшествия от 13 апреля 2018 года. При этом ходатайств о проведении дополнительного осмотра места происшествия, о постановке перед экспертом дополнительных вопросов, им не заявлялось.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству стороны защиты, с учетом пояснений эксперта С.Е.А., была назначена авто-техническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту З.В.А.

Согласно заключению эксперта безопасная возможная скорость для водителя автомобиля «VOLKSWAGEN JETTA» при видимости 30,0 составляет не более 60,56 км/ч, при видимости 59,0 м – не более 88,25 км/ч, т.е. установлена экспертом, как при видимости указанной ФИО1, так и установленной в ходе осмотра места происшествия 13 апреля 2018 года.

Скорость движения автомобиля к моменту начала торможения определяется экспертом равной 58,8 км/ч, не превышающей допустимую на данном участке дороги.

Несмотря на то, что экспертом не установлено в ходе проведения исследования место наезда на пешеходов автомобилем «VOLKSWAGEN JETTA», данное обстоятельство установлено совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. При этом ФИО1 не оспаривается, что наезд произошел на *** км автодороги <адрес>.

В сложившейся дорожной ситуации водитель автомобиля «VOLKSWAGEN JETTA», располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода.

Вопреки доводам защиты, оснований для признания заключения эксперта недопустимым доказательством не имеется. Экспертиза проведена специалистом, имеющим специальные познания в указанной области, предупрежденным об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Основания сомневаться в его квалификации отсутствуют. Эксперт при производстве экспертизы предупрежден об административной ответственности по статье 17.9 КоАП РФ, ему известны процессуальные права и обязанности, о чем свидетельствует подпись эксперта в заключении. При составлении заключения эксперт руководствовался литературой, которая указана в исследовательской части заключения. Эксперту представлены все материалы дела, видеозапись дорожно-транспортного происшествия. Выводы эксперта мотивированы. Каких-либо противоречий, нарушений действующего законодательства в выводах эксперта не установлено.

Таким образом, заключение эксперта З.В.А. расценивается как относимое и допустимое доказательство.

С учетом исследованных доказательств прихожу к выводу, что между действиями ФИО1, выразившимися в нарушении Правил дорожного движения РФ, и причинением средней тяжести вреда здоровью Р.А.Ф. имеется прямая причинно-следственная связь, что позволяет сделать вывод о законности и обоснованности составления протокола об административном правонарушении в отношении ФИО1

Доводы защиты о том, что по вине пешеходов произошло дорожно-транспортное происшествие, несостоятельны.

В материалах дела действительно имеются постановления, вынесенные в отношении Р.А.В., Г.Ю.В. и С.А.А., которыми они признаны виновными в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.29 КоАП РФ.

Вместе с тем, по смыслу ст. ст. 25.1, 26.1, 29.10 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении судья разрешает вопрос о наличии вины в совершении административного правонарушения исключительно в отношении лица, привлекаемого к ответственности, в связи с чем постановление или решение по делу об административном правонарушении не может содержать выводов о виновности иных лиц, производство по делу в отношении которых не осуществлялось, рассмотрение такого вопроса означал бы выход за рамки установленного ст.26.1 КоАП РФ предмета доказывания по делу об административном правонарушении.

При таких обстоятельствах, данный факт не является юридически значимым для установления фактических обстоятельств по делу, позволяющих прийти к выводу о наличии в действиях ФИО1 состава инкриминируемого правонарушения.

Действия ФИО1 следует квалифицировать по ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ - нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

Данная квалификация нашла свое подтверждение, исходя из обстоятельств совершенного административного правонарушения, доказательств, исследованных в судебном заседании.

В соответствии с ч. 2 ст. 4.1 КоАП РФ, при назначении административного наказания, судья учитывает характер совершенного административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность.

Законодатель, установив названные положения в КоАП РФ, тем самым предоставил возможность судье, органу, должностному лицу, рассматривающим дело об административном правонарушении, индивидуализировать наказание в каждом конкретном случае.

При назначении наказания ФИО1 в соответствии с ч. 2 ст. 4.1 КоАП РФ, суд учитывает характер совершенного ею административного правонарушения, личность виновной, её имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Обстоятельств отягчающих наказание судом не установлено. К смягчающим обстоятельствам, суд относит привлечение ФИО1 к административной ответственности впервые.

Решая вопрос о виде административного наказания, суд учитывает, что назначенное наказание должно соответствовать целям предупреждения совершения новых правонарушений, соразмерности и справедливости наказания, а также балансу публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства.

Учитывая характер и обстоятельства совершения административного правонарушения, объектом которого является безопасность дорожного движения, степень его общественной опасности, данные о личности лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, обстоятельства, смягчающие наказание, прихожу к выводу о назначении ФИО1 наказания в виде лишения права управления транспортным средством, полагая, что данный вид наказания будет являться соразмерным содеянному и позволит достигнуть целей наказания, указанных в ст. 3.1 КоАП РФ.

В материалах дела имеется заявление эксперта З.В.А., который на основании определения суда от 11 октября 2018 года поручено проведение авто-технической экспертизы. Согласно данному заявлению эксперт просит выплатить вознаграждение за проведение экспертизы в сумме 12 000 руб., исходя из расчета: 1,49 час ( раскадровка видео) 2694 руб.+ рабочее время эксперта 5,17 час. – 9 306 руб., исходя из расчета 1 час работы без учета НДС составляет 1800 руб.

В силу ч.4 ст. 24.7 КоАП РФ решение об издержках по делу об административном правонарушении отражается в постановлении о назначении административного наказания или в постановлении о прекращении производства по делу об административном правонарушении.

В соответствии с ч. 2 ст. 25.14 КоАП РФ труд специалиста, эксперта и переводчика оплачивается в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 4 марта 2003 г. № 140 утверждено Положение о возмещении расходов лиц в связи с их явкой по вызову в суд, орган, к должностному лицу, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, а также об оплате их труда (далее - постановление № 140).

Согласно п. 7 постановления № 140 специалисты, эксперты и переводчики получают денежное вознаграждение за работу, выполненную ими по поручению суда, органа, должностного лица (за исключением случаев, когда эта работа входит в круг их служебных обязанностей либо когда она выполняется ими в качестве служебного задания), по нормам оплаты, установленным Министерством труда и социального развития Российской Федерации.

До настоящего времени нормы оплаты труда экспертов не утверждены, что в свою очередь не служит основанием для отказа в возмещении стоимости выполненных работ по проведению экспертизы.

Согласно пункту 22 постановления Правительства Российской Федерации от 01.12.2012 № 1240 "О порядке и размере возмещения процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации и о признании утратившими силу некоторых актов Совета Министров РСФСР и Правительства Российской Федерации", выплата вознаграждения экспертам (экспертным учреждениям), специалистам за исполнение своих обязанностей по делам, за исключением случаев, когда эти обязанности исполнялись экспертами (экспертными учреждениями) и специалистами в порядке служебного задания, производится в размере представленного экспертом (экспертным учреждением) и специалистом финансово-экономического обоснования расчета затрат на проведение экспертизы (исследования) с учетом фактически выполненной экспертом (экспертным учреждением) и специалистом работы.

Экспертом ФИО3 представлен обоснованный расчет выплаты вознаграждения за проведенное исследование. При таких обстоятельствах, прихожу к выводу о разумности запрашиваемой суммы вознаграждения и удовлетворении заявления ФИО3 в полном объеме.

В соответствии с ч.2 ст. 25.14 КоАП РФ, п. 8 постановления Правительства Российской Федерации ороизвести за счет средств федерального бюджета.

Руководствуясь ст. 29.10 КоАП РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, и назначить наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год 8 месяцев.

Разъяснить ФИО1, что водительское удостоверение подлежит сдаче последним в отдел ГИБДД МУ МВД России «Орское» в течение трех рабочих дней со дня вступления в законную силу постановления.

Течение срока лишения специального права начинается со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания в виде лишения соответствующего специального права.

В случае уклонения лица, лишенного специального права, от сдачи соответствующего удостоверения (специального разрешения) или иных документов срок лишения права прерывается. Течение срока лишения специального права начинается со дня сдачи лицом либо изъятия у него соответствующего удостоверения (специального разрешения) или иных документов.

Выплатить вознаграждение эксперту З.В.А. – генеральному директору ООО «***», в сумме 12 000 рублей, за счет средств федерального бюджета, выделенных на эти цели управлению Судебного департамента в Оренбургской области на счет в ПАО Росбанк, счет карты № 5246140168557228, номер счета 40817810625120012394, банк получателя: Приволжский филиал ПАО Росбанк, БИК 042202747, Кор. Счет 30101810400000000747, ИНН <***>.

Юридический адрес ООО «***»: <адрес>.

Постановление может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Советский районный суд г.Орска в течение 10 суток со дня вручения или получения его копии.

Судья Н.В. Смирнова