Решение № 2-591/2018 2-591/2018~М-383/2018 М-383/2018 от 28 ноября 2018 г. по делу № 2-591/2018

Решение

Именем Российской Федерации

г. Хилок 29 ноября 2018 год

Хилокский районный суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Клейнос С.А.,

при секретаре судебного заседания Кожиной Ю.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к начальнику ОМВД России по Хилокскому району ФИО2, ОМВД Росси по Хилокскому району, Министерству финансов Российской Федерации, МВД России, УМВД России по Забайкальскому краю, УФСИН России по Забайкальскому краю, ФКУЗ МСЧ-75 ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, в обоснование указал, в отношении него нарушались права по содержанию в ИВС ОМВД России по Хилокскому району врио начальника ОМВД России по Хилокскому району <В>. Его доводы и факты подтверждаются проведенными проверками прокуратурой Забайкальского края и прокуратурой Хилокского района, так 11.12.2017 г. установлено нарушение законодательства, 28.12.2017 г. установлено нарушение его прав на содержание в ИВС свыше установленного срока (10 суток), содержался 18 дней. Выявлено нарушение его прав прокуратурой Забайкальского края от 03.10.2017 г., вторичное нарушение вывод из камеры 02.11.2017 г. на 30 минут без оснований, 25.07.2017 г. он был помещен в следственный кабинет по указанию <В> вывели из камеры в период с 17.40 часов до 21.35 часов, держали 4 часа, без ужина, не давали курить, не давали воды, не выводили в туалет. Имея множество заболеваний, содержаться в клетке следственного кабинета, без объяснений, ему было невыносимо. Указал у него правосторонний туберкулез легких, без табачного дыма у него начинается кашель, чахоточный процесс, он состоит на учете и лечении у психиатра с диагнозом: расстройство личности, совершал самопорезы на шее и предплечье, успокоиться без необходимых психотропных препаратов по назначению врача психиатра СИЗО-1, на руки на время этапировании на ИВС препарат не дают, в г.Хилок психиатра не было, он обращался, у него поднялось давление, т.к. он болеет гипертонической болезнью. Его психологическое и психическое состояние было невыносимым, над ним издевались, по указанию <В> ему приносили одеяло и подушку, сказав, что он будет ночевать в клетке, где нет спального места. К нему никто не приходил, что могло привести к нервному срыву и членовредительству. Через 4 часа сотрудники ИВС перевели его в камеру № 4 так как после 10 часов все обвиняемые должны находиться в камерах по спальным местам. 15.03.2017 г. <В> применял к нему физическую силу, ударив два раза, и на протяжении всего следствия оказывал на него давление, чтобы он сознался в совершении преступления. В материалах уголовного дела имеются его жалобы и обращения к суду о давлении <В> Его не вернули в камеру № 2 где он содержался до вывода в следственную комнату, поместили в камеру № 4, объясняя, что он обвиняется по особо тяжкой статье и должен содержаться один, тогда как в камере № 2 на тот период сокамерниками были все обвиняемые по ч. ст.111 УК РФ, он осужден не был, а режим содержания определяет суд. <В> объяснял, что в камере № 2 он имел доступ к телефонной связи, но другие обвиняемые были оставлены в камере № 2. Камерного досмотра проведено не было, об изъятии телефона в материалах уголовного дела ничего нет, имеется ответ начальника СИЗО-1 о том, что он не может совершать телефонные звонки, так как круглосуточно находится под видеонаблюдением и погасителями электроволн в камере. 24.07.2017 г. ему была передана передача от родственника, которого продержали в отделении весь день. 24.07.2017 г. у его дочери был день памяти, она погибла в ДТП. 25.07.2017 г. над ним просто издевались, причинив нравственные страдания, умаление человеческого достоинства. Обосновывая вышеизложенным, просил суд: признать ответчиком начальника ОМВД России по Хилокскому району ФИО2 и взыскать за моральный вред и нравственные страдания справедливую компенсацию 200000 рублей.

Истец - ФИО1, участвующий в судебном заседании с использованием систем ВКС, исковые требования поддержал по доводам, изложенным в иске, в ходатайствах о дополнении к нему.

Представитель соответчика – ОМВД России по Хилокскому району, ФИО3 действующая на основании доверенности, исковые требования не признала.

Ответчик – ФИО2, соответчики – МВД России, УМВД России по Забайкальскому краю, Министерство финансов РФ в лице территориального органа – УФК по Забайкальскому краю, УФСИН России по Забайкальскому краю, ФКУ СИЗО-1, ФКУЗ МСЧ-75 ФСИН России, будучи надлежаще и своевременно извещенными о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, представителей не направили. В материалах дела имеются ходатайства представителей: УМВД России по Забайкальскому краю - ФИО4, УФК по Забайкальскому краю – ФИО5, ФКУЗ МСЧ-75 ФСИН России – ФИО6, УФСИН России по Забайкальскому краю – ФИО7, о рассмотрении дела в отсутствие представителей.

Выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

ФИО1 содержался в ИВС ОМВД России по Хилокскому району: с 15.03.2017 г. по 23.03.2017 г., с 09.05.2017 г. по 17.05.2017 г., с 10.06.2017 г. по 16.06.2017 г., с 21.07.2017 г. по 04.08.2017 г., с 12.08.2017 г. по 22.08.2017 г., с 10.09.2017 г. по 14.09.2017 г., с 26.09.2017 г. по 02.10.2017 г., с 16.10.2017 г. по 03.11. 2017 г., с 06.11.2017 г. по 13.11.2017 г., с 06.12.2017 г. по 19.12.2017 г. Названные обстоятельства подтверждаются сведениями книги учета лиц, содержащихся в ИВС ( л.д.____).

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как предусмотрено п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из вышеизложенного, заявляя требования о компенсации морального вреда в связи с условиями содержания в ИВС ОМВД России по Хилокскому району не отвечающими требованиям, предъявляемым к условиям содержания подозреваемых и обвиняемых ФИО1 надлежало доказать как сам факт наличия нарушений условий содержания в ИВС в период его содержания в ИВС, нарушающих его личные неимущественные права, так и факт причинения ему физических и нравственных страданий в связи с этими нарушениями. Таких доказательств ФИО1 суду не представил.

Факт нахождения ФИО1 в ИВС ОМВД России по Хилокскому району в октябре: с.01.10.2017 г. по 02.10.2017 г., с 16.10.2017 г. по 31.10.2017 г., всего 18 суток, вместо предусмотренных ст.13 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" 10 суток в месяц, подтверждается сведениями книги учета лиц, содержащихся в ИВС, ответом прокуратуры от 11.05.2018 г. № 16-410-2017 (л.д.20-22). Вместе с тем, обстоятельств тому, какие ему были причинены нравственные и/или физические страдания, в чем это выражалось ФИО1 не привел, доказательств этому не представлял.

Согласно книге регистрации выводов, лиц, содержащихся в ИВС, ответов прокуратуры Хилокского района от 23.08.2017 г. № 728ж-2017, от 28.12.2017 г. № 728ж-2017/1282, ответа прокуратуры Забайкальского края от 03.102017 г. № 16-410-2017, постановления об отказе в удовлетворении жалобы от 11.12.2017 г. (л.д.9-10,11,16-17,18-19), 25.07.2017 г. ФИО1 в период с 17 час. 40 мин. до 21 час.35 мин. находился в следственной комнате, был выведен из камеры № 2, а затем помещен в камеру № 4, при этом основания для нахождения в следственной комнате не указаны, в камеру № 4 помещен в связи с поступившей информацией об осуществлении ФИО1 телефонных переговоров. Ужин ФИО1 выдан 25.07.2017 г. после помещения в камеру № 4. Обращаясь с жалобами ФИО1 на необеспечение его жизненно необходимых потребностей в питье, в отправлении естественных физиологических нужд в период нахождения в следственной комнате, не ссылался, в материалах дела отсутствуют сведения о данных обстоятельствах, курение к жизненно необходимым потребностям не относится. Следовательно, ФИО1 не доказал факт необеспечения его в период нахождения в следственной комнате 25.07.2017 г. его жизненно необходимых потребностей. Кроме того, неуказание причин вывода ФИО1 из камеры и помещение в следственную комнату не свидетельствует об отсутствии оснований для вывода из камеры и нахождения в следственной комнате. Согласно материалов дела выведен ФИО1 из камеры № 2 и помещен в следственную комнату, а в последующем в камеру № 4 в связи с поступившей информацией в ОМВД России по Хилокскому району о совершении ФИО1 телефонных переговоров. Поскольку несанкционированное пользование телефонами запрещено в условиях ИВС, на органах внутренних дел лежит обязанность по выявлению и пресечению противоправных действий, связанных с нарушением порядка содержания в ИВС, то имелись основания для вывода ФИО1 из камеры № 2. Доводы ФИО1 о том, что при этом не был проведен досмотр камеры № 2 не могут быть приняты судом, поскольку способы и методы, используемые при выявлении и пресечении противоправных действий не ограничиваются только досмотром камеры. Доводы о том, что имеется ответ начальника СИЗО-1 о том, что он не совершает телефонных переговоров в СИЗО-1 в связи с режимом наблюдения и подавления волн, не свидетельствуют о том, что ФИО1 не мог и не пользовался телефонной связью в условиях ИВС ОМВД России по Хилокскому району, поскольку СИЗО-1 и ИВС ОМВД России по Хилокскому району – это разные места содержания обвиняемых. Кроме того, как следует из материалов дела, перевод ФИО1 25.07.2017 г. из камеры №2 в камеру № 4 был обоснован, поскольку обвинялся ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ при особо опасном рецидиве, что соответствует требованиям п.19 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утв. Приказом МВД России от 22.11.2005 г. № 950 (далее Правила). Вопреки доводам ФИО1 суд не определяет условия нахождения подозреваемых и обвиняемых в изоляторах временного содержания, суд определяет вид исправительного учреждения для отбывания наказания, к которым ИВС не относятся.

Согласно журналу учета приема передач для лиц, содержащихся в ИВС, 24.07.2017 г. передача для ФИО1 не передавалась. Как следует из ответа прокуратуры Хилокского района от 23.08.2017 г. № 728ж-2017, передача не могла быть передана, поскольку общий вес передач за июль 2017 г. составил 30 кг., что соответствует п.63 Правил. При таких обстоятельствах, неполучение ФИО1 передачи 24.07.2017г. не влечет нарушения его прав. Действующее законодательство не предусматривает передачи обвиняемым в зависимости от их личных жизненных обстоятельств.

( л.д.11,____).

Судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о неоказании либо ненадлежащем оказании ФИО1 медицинской помощи, как при этапировании из СИЗО-1, так и в период нахождения в ИВС ОМВД России по Хилокскому району. Согласно ответу от 28.12.2017 г. № 728ж-2017/1282, жалоб от ФИО1 на ухудшение состояния здоровья, в том числе психического состояния не поступало. Доказательств, свидетельствующих о нуждаемости ФИО1 в наблюдении и лечении врачом-психиатром в ИВС, а равно как и в СИЗО-1, в материалах дела нет. Согласно информации ГУЗ «Хилокская ЦРБ» ФИО1 за медицинской помощью не обращался.

( л.д.18-19,____).

Доводы ФИО1 о том, что <В> 15.03.2017 г. к нему была применена физическая сила, нанес два удара, на протяжении следствия <В> оказывал на него давление, судом отклоняются. Как указывал ФИО1 в исковом заявлении, пояснял в судебном заседании о данных обстоятельствах он заявлял при рассмотрении уголовного дела по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ. Судом исследованы материалы названного уголовного дела, содержащего материалы проверок по обращениям ФИО1 об оказании на него давления заместителем начальника ОМВД России <В>. (т.4 л.д.121-153). Приговором Хилокского районного суда Забайкальского края от 18.12.2017 г., оставленного без изменения апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Забайкальского краевого суда от 26.03.2018 г., ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного с.4 ст.111 УК РФ. Указанные судебные акты не содержат сведений о применении к ФИО1 в ходе предварительного следствия недозволенных методов со стороны сотрудников правоохранительных органов, тогда как доводы ФИО1 были предметом исследования и оценки при рассмотрении уголовного дела. При таких обстоятельствах суд считает, что настоящий иск направлен на переоценку доказательств по рассмотренному уголовному делу, что является недопустимым.

При таком положении, за недоказанностью в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Кроме того, суд отмечает, начальник ОМВД России по Хилокскому району ФИО2 в силу ч.2 ст.1070, ст.1069 ГК РФ является ненадлежащим ответчиком по делу, тогда как истец настаивал на удовлетворении требований именно к указанному должностному лицу.

Поскольку ФИО1 отказано в удовлетворении исковых требований, он не освобожден от уплаты государственной пошлины, обстоятельств, свидетельствующих об основаниях для освобождения от уплаты государственной пошлины, не установлено, то на основании ст.103 ГПК РФ с ФИО1 в бюджет муниципального района «Хилокский район» надлежит взыскать государственную пошлину в размере 400,00 рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО1 в бюджет муниципального района «Хилокский район» государственную пошлину в размере 400,00 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Хилокский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято 18.12.2018 г.

Судья – подпись.

Верно.

Судья С.А.Клейнос