Решение № 2-4125/2018 2-4125/2018~М-1369/2018 М-1369/2018 от 10 октября 2018 г. по делу № 2-4125/2018

РЕШЕНИЕИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 октября 2018 года г. Красноярск

Октябрьский районный суд города Красноярска

в составе:

председательствующего Кирсановой Т.Б.,

при секретаре Панченко Н.В.,

с участием:

пом.прокурора Октябрьского района

г. Красноярска Якимовой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Бойко А9 к ФИО1 А10 о взыскании компенсации морального вреда,-

УСТАНОВИЛ:

Бойко А11 обратилась в суд с иском к ФИО1 А12 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что 2 июня 2017 года в 10 часов 10 минут в районе Х произошло ДТП с участием автомобиля Hyundai IX 35, государственный регистрационный знак У, под управлением ответчика, которая допустила на нее наезд, в результате чего ей причинен вред здоровью средней тяжести. Постановлением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 11 декабря 2017 года производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО1 А13. прекращено на основании п. 2 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ. В результате причинения ей вреда здоровью она испытала физические и нравственные страдания, приобретала лекарственные средства, проходила курс лечения. Просит взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 9405, 65 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

В судебном заседании истец исковые требования о взыскании компенсации морального вреда с ФИО1 А14 поддержала, от требований в части взыскания материального ущерба отказалась.

Определением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 10 октября 2018 года отказ от требований о взыскании материального ущерба к ПАО «РЕСО-Гарантия» принят, производство по делу в этой части прекращено.

Ответчик ФИО1 А15 и ее представитель ФИО2 А16 действующий на основании ордера У от 14 мая 2018 года, исковые требования признали частично, указав, что взыскание морального вреда, учитывая, что вина в ДТП установлена истца, не может превышать 1000 рублей.

Помощник прокурора Октябрьского района г. Красноярска Якимова А.В. в судебном заседании полагала исковые требования подлежащими удовлетворению в размере 5000 рублей.

Выслушав стороны, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему:

По правилам ч.1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В силу ч. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с ч.1 и ч. 2 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме; размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя из позиции, изложенной в п.2 и п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ); при этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В судебном заседании установлено, что 2 июня 2017 года в 10 часов 10 минут ФИО1 А17, управляя автомобилем Hyundai IX 35, государственный регистрационный знак У, при движении в районе Х в Х со стороны Х на разрешающий сигнал светофора с левым поворотом на Х в сторону Х допустила наезд на пешехода Бойко А18., которая пересекала проезжую часть справа налево вне пешеходного по ходу движения автомобиля, в результате чего истец получила телесные повреждения в виде закрытого перелома костей таза, квалифицирующиеся как вред здоровью средней степени тяжести, что подтверждается пояснениями сторон в судебном заседании, справкой о ДТП от 2 июня 2017 года, схемой ДТП от 2 июня 2017 года, постановлением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 11 декабря 2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО1 А19., Решением Красноярского краевого суда г. Красноярска от 1 марта 2018 года по указанному делу об административном правонарушении, заключением эксперта У от 16 августа 2017 года, согласно которому у Бойко А20. при обращении за медицинской помощью в результате события 2 июня 2017 года имелись повреждения в виде закрытого перелома костей таза: ветвей обеих седалищных костей, левой лобковой кости, 1-3 крестцовых позвонков, указанные повреждения квалифицируются как вред здоровью средней тяжести.

В ходе рассмотрения настоящего спора установлено, что истец в результате полученных при ДТП проходила стационарное лечение с 12 июня 2017 года по 7 августа 2017 года, что подтверждается выпиской из медицинской карты амбулаторного, стационарного больного КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница № 7» от 17 мая 2018 года, справкой КГБУЗ КМКБСМП им. Н.С. Карповича от 2 июня 2017 года

Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что в судебном заседании установлен факт того, что истец в результате полученных в ДТП травм испытала физические и нравственные страдания и ей безусловно причинен моральный вред, в связи с чем считает, что требования о взыскании компенсации морального вреда законными и обосноваными.

Вместе с тем, разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд учитывает, что постановлением по делу об административном правонарушении У от 21 июля 2017 года Бойко А21 привлечена к административной ответственности по ч.1 ст. 12.29 КоАП РФ к административному штрафу, при этом установлено, что истец 2 июня 2017 года около 10 часов 10 минут на Х пересекала проезжую часть справа налево по ходу движения транспортных средств вне зоны действия регулируемого пешеходного перехода, чем нарушила п. 4.3 ПДД РФ.

Кроме того, постановлением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 11 декабря 2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО1 А22, Решением Красноярского краевого суда г. Красноярска от 1 марта 2018 года по указанному делу установлено, что на момент ДТП ФИО1 А23., двигаясь на вышеуказанном автомобиле, выполняла на разрешающий (зеленый) сигнал светофора левый поворот с Х, в то время как Бойко А24 пересекала проезжую часть Х справа налево относительно движения автомобиля, при этом на перекрестке для перехода Х имеется пешеходный переход, обозначенный знаками 5.19.1 и 5.19.2 Приложения № 1 к ПДД РФ; место наезда на пешехода находится на проезжей части Х вне пешеходного перехода, который расположен в непосредственной близости от места наезда и в пределах видимости; в этой связи в действиях водителя ФИО1 А25 не имеется состава правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ, обусловленного нарушением п. 13.1 ПДД РФ.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что вина водителя ФИО1 А26. в причинении вреда здоровью истца в результате ДТП 2 июня 2017 года не установлена, напротив, подтверждается факт грубого нарушения Бойко А27. Правил дорожного движения РФ, в результате чего произошло ДТП, в тоже время учитывая, что ответственность владельца источника повышенной опасности предусмотрена законом независимо от вины причинителя вреда, суд полагает сумму в размере 100000 рублей чрезмерно завышенной и считает необходимым взыскать с ответчика в счет возмещения морального вреда 15000 рублей.

Согласно ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию сумма государственной пошлины в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО1 А29 в пользу Бойко А28 компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей.

Взыскать с ФИО1 А30 в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Красноярска в течение 30 суток со дня принятия решения в окончательной форме.

Подписано председательствующим

Копия верна

Судья