Решение № 2-973/2018 2-973/2018 ~ М-550/2018 М-550/2018 от 23 мая 2018 г. по делу № 2-973/2018

Дело № 2-973/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 мая 2018 года г. Тверь

Заволжский районный суд г. Твери в составе

председательствующего судьи Рапицкой Н.Б.,

при секретаре Тарашкевич В.И.,

с участием представителя ответчика ФКУ «СИЗО-1», представителя ответчика ФСИН России,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнении наказаний по Тверской области», Федеральной службе исполнении наказаний России, Управлению Федерального казначейства по Тверской области о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Минфину России, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тверской области, ФСИН России, УФК по Тверской области о взыскании компенсации морального вреда в размере 47000 рублей. В обоснование требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тверской области, где были нарушены требования статьи 3 Конвенции, а именно: необеспечение нормой жилой площади на одного человека, согласно требованию ФЗ №103 от 15.07.1995 года, на основании статьи 23 ФЗ: заключенным создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарной и пожарной безопасности, им предоставляется индивидуальное спальное место, норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере 4 м2. Однако, в СИЗО-1 в период содержания истца администрация нарушала нормы жилой площади на 1 человека, отсутствие надлежащей вентиляции и освещенности камер, условий приватности при пользовании туалетом, санитарно-гигиенических условий. Таким образом, в камере л/32, где содержался, одновременно находилось до 27 человек на 15 коек, был вынужден спать посменно с 2 лицами. Все койки в камере были в 2-3 яруса, при такой переполненности приходилось спать поочередно, по 4-6 часов в сутки, в 2-3 смены, остальные лица сидели на сумках и ждали своей очереди, а некоторые в числе которых я на полу, так как месте не было, для того, чтобы хотя бы сидеть. Освещение было 1-2 лампочки (Ильича) в 35-40 ВТ на 15-18 м2, освещение круглосуточно в камере было очень тусклым, дневного освещения не было. Окна постоянно были занавешены вещами и заложены продуктами питания. Камеры находились в антисанитарном состоянии – стены покрывались плесенью, в камерах были мыши, клопы, тараканы, однако администрация на устные обращения никаких мер не предпринимала. Санузел не был оборудован сливным баком и огражден. Приходилось, есть стоя, так как стол не был оборудован, высота не соответствовала норме. Предметы первой необходимости и гигиены не выдавались. Камеры были без санитарной обработки. Зимой в камере было холодно, а летом жарко. Возможность посещения бани была 2 раза в месяц. Содержание в таких условиях было ужасным. За период содержания в таких условиях истец был лишен индивидуального спального места, нормальных спальных принадлежностей. Истец неоднократно испытывал пониженное настроение, уменьшение настроения радости, отсутствовало проявление интереса на постановку собственной защиты в зале суда. Истец просит взыскать с ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тверской области денежную сумму в размере 47 000 рублей.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФСИН России, Министерство финансов РФ.

В судебном заседании истец ФИО1., отбывающий наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-29 УФСИН России по Архангельской области, участия не принял. О месте и времени рассмотрения дела был извещен надлежащим образом и заблаговременно, о чем свидетельствует расписка.

Представитель ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тверской области по доверенности ФИО2 предъявленный иск не признала, просила в удовлетворении заявленных требований отказать. Указала, что действительно в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился в СИЗО-1 с ДД.ММ.ГГГГ. В период содержания в СИЗО-1 ФИО1 содержался в камерных помещениях №. В период нахождения истца в учреждении жалоб на условия содержания в адрес администрации учреждения не поступало. В настоящий момент ответчик не имеет возможности предоставить все необходимые сведения в отношении условий содержания в СИЗО-1 в связи с тем, что документы уничтожены в связи с истечением срока их ранения. Обращаясь за защитой своих прав спустя 20 лет, истец сознательно понес риск утраты доказательств в виде документации. Истцом также не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для удовлетворения его требований.

Представитель ответчика ФСИН России по доверенности ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований, ссылаясь на недоказанность физических и нравственных страданий. Дополнительно указала для компенсации морального вреда необходимо наличие состава ответственного за его причинения, то есть наличие у потерпевшего физических или нравственных страданий, неправомерное действие или бездействие причинителя вреда, умаляющее принадлежащие потерпевшему нематериальные блага или создающие угрозу такого умаления, наличие причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом, вина причинителя вреда. Отсутствие хотя бы одного из указных условий является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда. Истом заявлено, что моральный вред, который просит компенсировать истец, был причинен ему в результат незаконных действий должностных лиц, не обеспечивших его содержание в соответствии с принципами гуманизма, уважения человеческого достоинства нормами международного права и Российского законодательства. Однако, доказательств физических или нравственных страданий не представлено.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации (в лице УФК по Тверской области), уведомленный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. В представленных суду ранее возражениях представитель ответчика - Министерства финансов Российской Федерации исковые требования не признал, ссылаясь на то, что в материалах гражданского дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт причинения истцу нравственных страданий, просил в удовлетворении заявленных требований о компенсации морального вреда отказать.

На основании ст. 167 ГПК РФ с учетом права истца на рассмотрение дела в разумные сроки, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц.

Выслушав лиц, принявших участие в рассмотрении дела, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Конституция Российской Федерации устанавливает, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3), права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55, часть 3).

Применительно к лицам, совершившим преступления, ограничения прав и свобод устанавливаются федеральным законом в виде, прежде всего, наказания (статья 43 УК РФ), при исполнении которого им гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно статье 15 Федерального закона № 103-ФЗ от 15 июля 1995 г. "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ от 15 июля 1995 г.) в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В силу статьи 4 Федерального закона № 103-ФЗ от 15 июля 1995 г., содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, и не должно сопровождаться действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Конституция Российской Федерации, провозглашая права и свободы человека высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (ст.2), гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (ст.53).

Данная конституционная норма в сфере властно-административных правоотношений реализуется путем закрепления в Гражданском кодексе Российской Федерации обязанности возместить ущерб, причиненный государственными органами, а также их должностными лицами.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Исходя из положений статьи 1071 ГК РФ, при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу, ответственность за который установлена статьями 1069 и 1070 ГК РФ, надлежащим ответчиком является Министерство финансов Российской Федерации, если вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации.

На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В статье 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации морального вреда гражданину определяются по правилам главы 59 и статьи 151 ГК РФ.

Согласно разъяснений, содержащихся в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20.12.1994 года (ред. от 06.02.2007 года) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В силу ст. 15 указанного закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Статья 45 Конституции РФ закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми, не запрещенными законом способами (часть 2).

К таким способам защиты гражданских прав относится компенсация морального вреда (статья 12 ГК РФ).

В соответствии со ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Указанное положение Конституции Российской Федерации конкретизируется в статье 1069 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Недоказанность одного из названных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении исковых требований.

Из содержания указанных норм гражданского законодательства следует, что ответственность государства за действия государственного органа, должностных лиц этого органа наступает при наличии следующих условий: факта причинения гражданину морального вреда, неправомерности действия (бездействия) органа, его должностных лиц и причиненным моральным вредом.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При рассмотрении возникшего спора действует общее правило распределения обязанностей по доказыванию - каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ), то есть бремя доказывания наличия морального вреда ложится на истца, а ответчики должны доказать отсутствие вины в причинении морального вреда, правомерность своих действий или бездействия.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.

В практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским судом по правам человека к бесчеловечному обращению относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие нравственные страдания.

В соответствии по ст. 3 «Конвенции о защите прав человека и основных свобод» никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Кроме того, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в изоляторах временного содержания, в том числе требования к этим помещениям, регламентированы Федеральным законом от 15.07.1995 г. № 103.

Согласно ст. 15 Федерального закона от 15.07.1995 г. № 103 в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно ст. 7 Федерального закона от 15.07.1995 г. № 103, местом содержания под стражей являются изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел.

В силу ст. 4 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

На основании ст. 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин). Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными (принятыми на первом Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями в г. Женеве 30.08.1955) предусмотрено, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, кубатуру этих помещений, их минимальную площадь, освещение, отопление и вентиляцию.

Как следует из материалов дела, в том числе искового заявления и справки ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тверской области, ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тверской области в период с ДД.ММ.ГГГГ. Судом установлено, что ФИО1 в период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тверской области содержался в камерных помещениях №.

Доказательств не соответствия камерных помещений предъявляемым законом требованиям материалы дела не содержат и стороной истца не представлены.

Согласно справке ст. инспектора ОКБИиХО К.В. ФИО4 предоставить данные об условиях содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тверской области за период содержания под стражей в ДД.ММ.ГГГГ не предоставляется возможным по причине отсутствия архивных записей.

Обращаясь за защитой своих прав спустя более 20 лет, ФИО1 сознательно понес риск утраты доказательств, которые уничтожены в связи с истечением срока хранения.

Доводы истца, что плохие условия содержания в ФКУ СИЗО -1 УФСИН России причинили физические и нравственные страдания доказательствами не подтверждены. Напротив, все его доводы опровергнуты установленными юридически значимыми обстоятельствами по делу и исследованными в судебном заседании доказательствами.

Принимая решение по делу, суд также учитывает, что санитарное состояние учреждений, в том числе и следственных изоляторов УИС по Тверской области контролируется санитарно-эпидемиологическими службами; а также прокурором за соблюдением законов в исправительных учреждениях.

В распоряжении суда отсутствуют сведения о поступлении жалоб со стороны истца на действия работников учреждения, а также условия его содержания в период его содержания в Учреждении, в адрес администрации либо в адрес контролирующих органов.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что условия содержания истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России нельзя рассматривать как нарушение его прав.

Доводы об ухудшении состояния здоровья в результате ненадлежащего по мнению истца (постоянное нарушение сна, недосыпание, снижение аппетита) содержания в СИЗО-1 не нашло своего подтверждения и основано только на пояснениях истца. Каких–либо медицинских документов истцом не представлено, в СИЗО-1 отсутствуют, в связи с передачей медицинских документов истца по месту отбытия наказания.

По смыслу положений ч. 1 ст. 56, ч. 1 ст. 57 ГПК РФ доказательства в подтверждение тех обстоятельств, на которые сторона ссылается как на основания своих требований и возражений, представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в их собирании и истребовании. Указанное означает, что применительно к настоящему делу суд не вправе собирать и истребовать доказательства по своей инициативе, он может оказать содействие в этом, если будет заявлено соответствующее ходатайство со стороны лиц, участвующих в деле.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходит из того, что истец не представил доказательств, подтверждающих обстоятельства, изложенные им в исковом заявлении. Суд приходит к данным выводам на основании анализа всей совокупности представленных и исследованных по правилам ст. 67 ГПК РФ доказательств по делу.

Истцом при подаче иска представлено заявление об оказании помощи и истребованию у ответчика ряда документов по условиям содержания ФИО1 в СИЗО-1 за период содержания ФИО1 в СИЗО в 2007 году. Однако, в исковом заявлении в качестве обоснования причинения морального вреда в период содержания в учреждении указано на нарушение его прав в период времени его содержания в 1997 году. В определении о подготовке дела к слушанию от 14 марта 2018 года истцу предложено уточнить периоды, в которые нарушались его права. Однако, данное предложение суда оставлено истцом без внимания.

В силу статьи 39 ГПК РФ основание и предмет иска определяет истец. В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

При таком положении основания для удовлетворения иска ФИО1 к Минфину России, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тверской области, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда в размере 47 000 рублей отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнении наказаний по Тверской области», Федеральной службе исполнении наказаний России, Управлению Федерального казначейства по Тверской области о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Заволжский районный суд г. Твери в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.Б.Рапицкая

Решение в окончательной форме принято 29 мая 2018 года.

Судья Н.Б.Рапицкая