Решение № 2-230/2020 2-230/2020(2-2606/2019;)~М-3101/2019 2-2606/2019 М-3101/2019 от 26 января 2020 г. по делу № 2-230/2020

Дело №2-230/20


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

27 января 2020 года

Московский районный суд г.Казани в составе:

председательствующего судьи А.Р.Исаевой,

при секретаре Р.Р.Шигаповой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГУ - Управление Пенсионного фонда России в Московском районе г.Казани о признании права на досрочную трудовую пенсию по старости, возложении обязанности включить в специальный стаж периодов работы и назначить досрочную трудовую пенсию,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ГУ - Управление Пенсионного фонда России в Московском районе г.Казани о признании права на досрочную трудовую пенсию по старости, возложении обязанности включить в специальный стаж периодов работы и назначить досрочную трудовую пенсию, в обоснование указав, что 27 июля 2018 года обратилась к ответчику с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости с учетом специального стажа. Решением №873628-18 от 02.08.2018 года ей было отказано в связи с отсутствием достаточного специального трудового стажа. При этом устно было сказано, что право на пенсию наступает в марте 2019 года. Но в марте 2019 года сообщили, что в связи с увеличением пенсионного возраста право на досрочную пенсию наступает в сентябре 2019 года. 17 августа 2019 года истец вновь обратилась к ответчику с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости с учетом специального стажа, однако решением №950613-19 от 15.11.2019 года было отказано в связи с отсутствием достаточного специального стажа. В специальный трудовой стаж не были включены следующие периоды: с 01.12.1999 года по 24.07.2000 года (07 мес. 24 дн.) в должности врача судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы трупов (танатологического отдела) на 0,75 ставки <данные изъяты>; с 12.04.1999 года по 11.11.1999 года (07 мес. 00 дн.), с 25.07.2000 года по 21.01.2001 года (05 мес. 27 дн.) административный отпуск по уходу за ребенком в период работы врачом судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы трупов (танатологического отдела) <данные изъяты>»; 28.08.2014 года (1 дн.), 01.04.2016 года (1 д.) отпуск без сохранения заработной платы в период работы врачом судебно-медицинского эксперта <данные изъяты>; нахождения на курсах повышения квалификации с 17.12.2001 года по 20.12.2001 года (4 дн.), с 06.10.2002 года по 03.11.2002 года (28 дн.), с 12.02.2007 года по 13.03.2007 года (1 мес. 2 дн.), с 17.03.2008 года по 19.04.2008 года (1 мес. 3 дн.), с 05.09.2011 года по 17.09.2011 года (13 дн.), с 09.04.2012 года по 07.05.2012 года (29 дн.), с 03.09.2012 года по 15.09.2012 года (13 дн.), с 11.11.2013 года по 06.12.2013 года (26 дн.), с 01.12.2015 года по 26.12.2015 года (26 дн.) за время работы в должности врача судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы потерпевших, обвиняемых и других лиц, врача судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы трупов <данные изъяты>». Истец не согласна с данными решениями об отказе в назначении пенсии, полагает их незаконными и необоснованными, так как с 1996 года по настоящее время ФИО1 работает врачом судебно-медицинским экспертом в <данные изъяты>», являющегося основным и единственным местом работы, не менее чем на 1 ставку. Медицинский стаж истца не прерывался. 01 февраля 2016 года ей было присвоено звание «Ветеран труда». Истец считает, что основным критерием для включения в медицинский стаж с целью назначения досрочной трудовой пенсии оспариваемого периода работы истца является медицинская деятельность. Поскольку в период с 01.12.1999 года по 24.07.2000 года, когда истцу был выдан лист нетрудоспособности в связи с фактическим заболеванием по поводу туберкулеза легких, ФИО1 была переведена на 0,75 ставки должности врача судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы трупов, а все периоды прохождения курсов повышения квалификации были неотъемлемо связаны с осуществлением медицинской деятельности независимо от наименования, ведомственной подчиненности и формы собственности учреждения (организации) здравоохранения, истец считает, что указанные периоды подлежат включению в специальный трудовой стаж для назначения досрочной пенсии. Учитывая, что истец обратилась в УПФР в Московском районе г.Казани с заявлением о назначении досрочной пенсии 27 июля 2018 года, считает, что ответчик обязан с этого дня назначить ей досрочную страховую пенсию по старости в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме.

Представитель ответчика ГУ - Управление Пенсионного фонда России в Московском районе г.Казани в судебном заседании исковые требования не признала, против удовлетворения требований возражала.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд пришел к следующему.

В силу статьи 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту. Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

В силу статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к указанному Федеральному закону).

В соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 следующим лицам: лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи.

Согласно части 1 статьи 22 указанного Федерального закона, страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Согласно части 1.1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», страховая пенсия по старости лицам, имеющим право на ее получение независимо от возраста в соответствии с пунктами 19 - 21 части 1 настоящей статьи, назначается не ранее сроков, указанных в приложении 7 к настоящему Федеральному закону, а именно в 2019 году срок назначения страховой пенсии по старости установлен не ранее чем через 12 месяцев со дня возникновения права на страховую пенсию по старости.

Гражданам, которые указаны в части 1 статьи 8, пунктах 19 - 21 части 1 статьи 30, пункте 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» и которые в период с 1 января 2019 года по 31 декабря 2020 года достигнут возраста, дающего право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение) в соответствии с законодательством Российской Федерации, действовавшим до 1 января 2019 года, либо приобретут стаж на соответствующих видах работ, требуемый для досрочного назначения пенсии, страховая пенсия по старости может назначаться ранее достижения возраста либо наступления сроков, предусмотренных соответственно приложениями 6 и 7 к указанному Федеральному закону, но не более чем за шесть месяцев до достижения такого возраста либо наступления таких сроков (часть 3 статьи 10 Федерального закона от 3 октября 2018 года № 350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий»).

Частью 2 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ установлено, что списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 данной статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу этого федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающей право на досрочное назначение пенсии (часть 3 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ).

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу названного федерального закона, могут исчисляться с применением правил, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности) (часть 4 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ).

В целях реализации положений статей 30 и 31 указанного закона Правительством Российской Федерации принято постановление от 16 июля 2014 г. № 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочной пенсионное обеспечение».

В соответствии с подпунктом «н» пункта 1 указанного постановления при досрочном назначении страховой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, применяются:

список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № 781 «О списках работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», и об утверждении правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»;

список должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 г. № 1066 «Об утверждении Списка должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, и Правил исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения», - для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с 1 ноября 1999 г. по 31 декабря 2001 г. включительно.

Из материалов дела усматривается, что согласно трудовой книжки №, ФИО1 19.08.1996 года принята на должность врача-интерна <данные изъяты>, 12.08.1997 года переведена на должность суд.мед.эксперта танатологического отдела <данные изъяты>, 22.01.2001 года переведена на должность судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы потерпевших, обвиняемых и других лиц <данные изъяты>, 04.07.2003 года переведена на должность врача судебно-медицинского эксперта <данные изъяты>, 01.01.2005 года переведена на должность врача судебно-медицинского эксперта отдела судебно-медицинской экспертизы трупов, с 22.03.2011 года по настоящее время является врачом судебно-медицинским экспертом отдела судебно-медицинской экспертизы трупов <данные изъяты>» (л.д.91-95).

27 июля 2018 года истец обратилась в ГУ - Управление Пенсионного фонда в Московском районе г.Казани с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения.

Решением ответчика № 873628/18 от 02.08.2018 года истцу было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости ввиду отсутствия требуемого стажа 30 лет лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения. При этом указано, что истцом выработано 28 лет 2 месяца 14 дней, а при условии представления индивидуальных сведений с кодом «выслуга лет» за период с 01.01.2018 года по 26.07.2018 года продолжительность стажа лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения составит 29 лет 22 дня. В специальный стаж истца не засчитаны периоды:

с 01.12.1999 года по 24.07.2000 года (07 мес. 24 дн.) в должности врача судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы трупов (танатологического отдела) на 0,75 ставки <данные изъяты>»;

с 12.04.1999 года по 11.11.1999 года (07 мес. 00 дн.), с 25.07.2000 года по 21.01.2001 года (05 мес. 27 дн.) административный отпуск по уходу за ребенком в период работы врачом судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы трупов (танатологического отдела) <данные изъяты>»;

28.08.2014 года (1 дн.), 01.04.2016 года (1 д.) отпуск без сохранения заработной платы в период работы врачом судебно-медицинского эксперта <данные изъяты> (л.д.42-43).

17 августа 2019 года ФИО1 вновь обратилась в Управление Пенсионного фонда в Московском районе города Казани с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях».

При оценке пенсионных прав истца ответчиком признано наличие специального стажа истца продолжительностью 29 лет 10 месяцев 03 дня, при этом в специальный стаж не включены периоды работы:

с 01.12.1999 года по 24.07.2000 года (07 мес. 24 дн.) - в должности врача судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы трупов (танатологического отдела) на 0,75 ставки <данные изъяты>»;

с 12.04.1999 года по 11.11.1999 года (07 мес. 00 дн.), с 25.07.2000 года по 21.01.2001 года (05 мес. 27 дн.) - административный отпуск по уходу за ребенком в период работы врачом судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы трупов (танатологического отдела) <данные изъяты>;

28.08.2014 года (1 дн.), 01.04.2016 года (1 д.) - отпуск без сохранения заработной платы в период работы врачом судебно-медицинского эксперта <данные изъяты>;

с 17.12.2001 года по 20.12.2001 года (4 дн.), с 06.10.2002 года по 03.11.2002 года (28 дн.), с 12.02.2007 года по 13.03.2007 года (1 мес. 2 дн.), с 17.03.2008 года по 19.04.2008 года (1 мес. 3 дн.), с 05.09.2011 года по 17.09.2011 года (13 дн.), с 09.04.2012 года по 07.05.2012 года (29 дн.), с 03.09.2012 года по 15.09.2012 года (13 дн.), с 11.11.2013 года по 06.12.2013 года (26 дн.), с 01.12.2015 года по 26.12.2015 года (26 дн.) - курсы повышения квалификации за время работы в должности врача судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы потерпевших, обвиняемых и других лиц, врача судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы трупов <данные изъяты> (л.д.63-64).

Также указано, что ранее направленное отказное решение от 02.08.2018 года №873628/18 в части зачета курсов повышения квалификации считать недействительным.

Не согласившись с вышеуказанными решениями Управления Пенсионного фонда в Московском районе города Казани, ФИО1 обратилась в суд с настоящим исковым заявлением.

В соответствии со справкой №/к, выданной 11.04.2019 года <данные изъяты> ФИО1 за период работы находилась в отпуске по уходу за ребенком до 1,5 лет с 12 апреля 1999 года по 19 июля 2000 года, 12 ноября 1999 года вышла из отпуска по уходу за ребенком на 1,0 ставку должности врача судебно-медицинского эксперта, с 1 декабря 1999 года переведена на 0,75 ставки должности врача судебно-медицинского эксперта; в отпуске по уходу за ребенком до 3-х лет с 25 июля 2000 года по 19 января 2002 года, вышла из отпуска по уходу за ребенком на 1,0 ставку должности врача судебно-медицинского эксперта с 22 января 2001 года (л.д.96-98).

Таким образом, в периоды с 12.04.1999 года по 11.11.1999 года, с 25.07.2000 года по 21.01.2001 года истец находилась в отпуске по уходу за ребенком.

Согласно статье 256 Трудового кодекса Российской Федерации, отпуска по уходу за ребенком засчитываются в общий и непрерывный трудовой стаж, а также в стаж работы по специальности (за исключением случаев досрочного назначения страховой пенсии по старости).

Согласно пункту 21 разъяснения Минтруда Российской Федерации от 22.05.1996 года, утвержденного Постановлением Минтруда Российской Федерации от 22.05.1996 года № 29, в специальный трудовой стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии, включается период нахождения женщин в отпуске по уходу за ребенком до 06.10.1992 года.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 года № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», при разрешении споров, возникших в связи с включением женщинам в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периода нахождения их в отпуске по уходу за ребенком, судам следует исходить из того, что если указанный период имел место до 6 октября 1992 года (времени вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года N 3543-1 "О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации", с принятием которого период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не включается в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях), то он подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

Принимая во внимание, что периоды нахождения ФИО1 в отпуске по уходу за ребенком имели место после 6 октября 1992 года, действующим законодательством не предусмотрено включение в стаж работы, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости периода нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком, требование истца о включении периодов нахождения в административном отпуске по уходу за ребенком в период работы врачом судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы трупов (танатологического отдела) <данные изъяты>» с 12.04.1999 года по 11.11.1999 года, с 25.07.2000 года по 21.01.2001 года, удовлетворению не подлежат.

В соответствии с пунктом 4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № 781, периоды работы в должностях в учреждениях, указанных в списке, начиная с 01 ноября 1999 года, засчитываются в стаж работы при условии ее выполнения в режиме нормальной или сокращенной продолжительности рабочего времени, предусмотренной трудовым законодательством для соответствующих должностей.

Согласно вышеуказанной справке №38/к, ФИО1 с 01 декабря 1999 года переведена на 0,75 ставки должности врача судебно-медицинского эксперта, далее, с 25 июля 2000 года находилась в отпуске по уходу за ребенком до трех лет.

Из выписки из индивидуального лицевого счета застрахованного лица (для назначения страховой пенсии) ФИО1 так же следует, что в период с 01.12.1999 года по 24.07.2000 года она являлась врачом судебно-медицинским экспертом отдела экспертизы трупов <данные изъяты> на 0,75 ставки.

Кроме того, данные обстоятельства не оспаривались самой ФИО1 в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, в период с 01 декабря 1999 года по 25 июля 2000 года истец работала на условиях неполного рабочего времени на 0,75 ставки в должности врача судебно-медицинского эксперта <данные изъяты>».

Следовательно, ею не была выработана нормальная продолжительность рабочего времени в объеме полной ставки по должности врача судебно-медицинского эксперта.

Доказательств обратного истцом суду не представлено.

На основании изложенного суд приходит к выводу о правомерности невключения пенсионным органом указанного периода работы в трудовой стаж истца для назначения досрочной страховой пенсии.

Исходя из пункта 4, абзаца 2 пункта 5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года № 516, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

Таким образом, в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня.

Поскольку в течение предоставленного отпуска без сохранения заработной платы работник по своей инициативе, получив согласие работодателя, не выполняет трудовые функции по лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения, именно в связи с характером которых установлено специальное льготное пенсионное обеспечение, периоды нахождения в отпуске без сохранения заработной платы исключаются из подсчета специального трудового стажа, дающего право на досрочное назначение трудовой пенсии.

На основании изложенного периоды нахождения ФИО1 в отпуске без сохранения заработной платы в период работы врачом судебно-медицинского эксперта 28.08.2014 года и 01.04.2016 года не подлежат включению в специальный трудовой стаж истца, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии.

Согласно статье 187 Трудового кодекса Российской Федерации, при направлении работодателем работника на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование, на прохождение независимой оценки квалификации на соответствие положениям профессионального стандарта или квалификационным требованиям, установленным федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, с отрывом от работы за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы.

Пунктом 3 постановления Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 г. № 665 определено, что исчисление периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30 и 31 Федерального закона «О страховых пенсиях», осуществляется в том числе с применением Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 г. № 516 «Об утверждении Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Согласно абзацу 1 пункта 4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 г. № 516, в стаж работы, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено этими правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Исходя из приведенных норм следует, что периоды нахождения на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, за которую работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Таким образом, период нахождения на курсах повышения квалификации приравнивается к работе, во время исполнения которой работник направлялся на указанные курсы, следовательно, исчисление стажа в данный период времени следует производить в том же порядке, что и за соответствующую профессиональную деятельность.

Как следует из пункта 5 Положения о лицензировании медицинской деятельности, утвержденного постановлением Правительства РФ от 16.04.2012 года № 291 «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)» обязательным условием осуществления медицинской деятельности является повышение не реже 1 раза в 5 лет квалификации специалистов, выполняющих заявленные работы (услуги).

Поэтому для медицинского персонала повышение квалификации является обязательным условием выполнения работы, без которой продолжение медицинской деятельности запрещается.

Из изложенного следует, что периоды нахождения ФИО1 на курсах повышения квалификации с 17.12.2001 года по 20.12.2001 года, с 06.10.2002 года по 03.11.2002 года, с 12.02.2007 года по 13.03.2007 года, с 17.03.2008 года по 19.04.2008 года, с 05.09.2011 года по 17.09.2011 года, с 09.04.2012 года по 07.05.2012 года, с 03.09.2012 года по 15.09.2012 года, с 11.11.2013 года по 06.12.2013 года, с 01.12.2015 года по 26.12.2015 года за время работы в должности врача судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы потерпевших, обвиняемых и других лиц, врача судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы трупов <данные изъяты>» подлежат включению в специальный стаж для назначения досрочной страховой пенсии по старости.

Принимая во внимание, что с учетом включенных судом спорных периодов работы на момент повторного обращения в пенсионный орган с заявлением о досрочном назначении трудовой пенсии по старости ФИО1 более 30 лет осуществляла лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения, суд на основании вышеизложенного признает за ней право на досрочную страховую пенсию в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения на 17 августа 2019 года.

При этом суд находит несостоятельными доводы истца о том, что назначению подлежит досрочная трудовая пенсия по старости с учетом специального стажа с даты первого обращения в Управление Пенсионного фонда РФ в Московском районе - с 27 июля 2018 года, поскольку с учетом включенных в специальный стаж истца периодов ее нахождения на курсах повышения квалификации продолжительность периодов работы и (или) иной деятельности на 27 июля 2018 года составила менее 30 лет, в связи с чем, право на назначение истцу досрочной страховой пенсии в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения на указанную дату не возникло.

Исследовав собранные по делу доказательства в их совокупности, суд находит исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению частично.

Руководствуясь статьями 194, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

ФИО2 Наилевны удовлетворить частично.

Включить в специальный стаж для назначения ФИО1 досрочной страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения периоды прохождения курсов повышения квалификации: с 17.12.2001 года по 20.12.2001 года, с 06.10.2002 года по 03.11.2002 года, с 12.02.2007 года по 13.03.2007 года, с 17.03.2008 года по 19.04.2008 года, с 05.09.2011 года по 17.09.2011 года, с 09.04.2012 года по 07.05.2012 года, с 03.09.2012 года по 15.09.2012 года, с 11.11.2013 года по 06.12.2013 года, с 01.12.2015 года по 26.12.2015 года за время работы в должности врача судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы потерпевших, обвиняемых и других лиц, врача судебно-медицинского эксперта отдела экспертизы трупов <данные изъяты>».

Признать за ФИО1 право на досрочную страховую пенсию в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения на 17 августа 2019 года.

В удовлетворении остальных исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца через суд, постановивший его.

Судья Московского

районного суда г.Казани А.Р.Исаева