Решение № 2-1356/2020 2-1356/2020~М-848/2020 М-848/2020 от 8 октября 2020 г. по делу № 2-1356/2020

Дело № 2-1356/2020

44RS0002-01-2020-001338-84


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

9 октября 2020 года г. Кострома

Ленинский районный суд г. Костромы в составе судьи Королевой Ю.П.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, представителя третьих лиц ФИО4,

при секретаре Малышевой М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО КБ «Аксонбанк» в лице конкурсного управляющего - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ФИО5, ФИО6 о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи транспортных средств, признании права собственности на транспортные средства,

установил:

ФИО1 обратился в суд к ООО КБ «Аксонбанк» в лице конкурсного управляющего - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ФИО5 с вышеуказанным иском, который мотивирован тем, что dd/mm/yy он на личные денежные средства приобрел в ООО КБ «Аксонбанк» транспортные средства: <данные изъяты>. Поскольку в день заключения договора купли-продажи он забыл паспорт гражданина РФ дома в ..., а расстояние от дома до ... достаточно значительное, им было принято решение оформить тягач и прицеп на ФИО5, с которой у него сложились доверительные отношения. Ответчик в тот день поехала с ним, чтобы после заключения сделки посмотреть достопримечательности ..., иных целей она не преследовала. Расчет с продавцом при этом производил он (вносил денежные средства в кассу банка). Таким образом, фактически ФИО5 не намеревалась приобретать транспортные средства и тем более пользоваться и в дальнейшем ими распоряжаться. Более того, денежными средствами, необходимыми для приобретения транспортных средств, ФИО5 не располагала. Он же в свою очередь деньги ФИО5 не одалживал и не передавал в дар. После покупки транспортных средств он как фактический собственник сохранял контроль над ними, в его распоряжении также находились документы и договор купли-продажи, заключенный с ООО КБ «Аксонбанк». ФИО5, напротив, была безразлична дальнейшая судьба техники. В частности, она не располагала информацией о том, где и в каком состоянии находятся транспортные средства, не отреагировала на факт подачи объявления об их продаже, не интересовалась о судьбе транспортных средств, хранение и эксплуатацию которых осуществлял он. Расходы на содержание транспортных средств также нес он (страхование, заправка и техническое обслуживание автомобиля). Таким образом, заключенная между ФИО5 и ООО КБ «Аксонбанк» сделка является притворной, то есть ничтожной сделкой. В данном случае прикрываемая сделка выражала действительное волеизъявление ее сторон продавца (ООО КБ «Аксонбанк») и покупателя (ФИО1), по которой продавец передал транспортные средства покупателю ФИО1, а последний принял их и оплатил обусловленную сторонами договора цену, в дальнейшем осуществляя все права собственника, которые предусмотрены законом. Таким образом, истинным покупателем спорного имущества являлся ФИО1, ФИО5 же никогда фактически не владела и не пользовалась приобретенным истцом имуществом.

С учетом изложенного, истец просит суд признать договор купли-продажи транспортных средств от dd/mm/yy, заключенный между ООО КБ «Аксонбанк» и ФИО5, ничтожной сделкой в силу ее притворности, признать за ним право собственности на транспортные средства: <данные изъяты>

К участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО6, в качестве третьих лиц – ФИО7, ФИО8, ФИО9

В судебном заседании истец ФИО1 полностью поддержал заявленные исковые требования, пояснив, что они с ФИО5 на протяжении длительного времени проживали в гражданском браке, у них сложились доверительные отношения, совместного хозяйства не вели. В феврале 2017 года на сайте ООО КБ «Аксонбанк» он нашел информацию о реализации спорного имущества, созвонился с отделом продаж и договорился о встрече. Он приезжал где-то два раза, сначала осматривал данный автомобиль, но завести его на тот момент не было возможным, т.к. он простоял там определенный период время и ещё был зимний период времени, в связи с чем сели аккумуляторы. Впоследствии он уже приезжал с аккумуляторами, заводил машину, проверил ее исправность и только потом перечислялись денежные средства, и подписывался договор купли-продажи. Денежные средства на покупку транспортных средств были частично его, а частично он занимал деньги у своей матери, и ему отдал долг знакомый. ФИО5 даже в курсе не была, что он планировал покупать автомобиль, т.к. он неоднократно приобретал арестованную технику у Росимущества либо у каких-то других банков. Он занимается переработкой леса, поэтому транспортные средства ему нужны для перевозки доски. Договор купли-продажи был оформлен на ответчика, потому что на момент сделки, когда он уже созвонился с представителем банка, была определена дата, когда он должен приехать, и у он на тот момент не мог найти свой паспорт, и поэтому взял с собой ответчика. В банке за автомобили рассчитывался он, передав денежные средства ФИО5 Далее они проследовали на другую территорию банка, где была стоянка автомобилей, и ответчик даже там не присутствовала. Ему были переданы ключи, документы, они завели автомобиль и уехали. Впоследствии купленные транспортные средства использовались им, документы на них находились тоже у него. У ФИО5 даже нет права управления транспортными средствами, она не располагала необходимыми денежными средствами на покупку спорного имущества. Затем он решил продать технику, разместив об этом объявления, о чем ответчик знала. В конце декабря 2017 г. ФИО5 от него ушла, при этом транспортные средства оставались у его дома. Также ФИО1 указал, что поскольку он является директором предприятия, то старался на себя технику не оформлять, чтобы это не выглядело как повышенная доходность. Иные приобретаемые им транспортные средства также оформлялись на родственников ФИО5

Представитель истца по доверенности ФИО2 в судебном заседании полностью поддержала позицию своего доверителя, указав, что именно ФИО1 фактически являлся приобретателем транспортных средств, собирал денежные средства, и именно у него была финансовая возможность и были намерения на приобретение данных транспортных средств. Ни в одном из судов ответчик фактически не сказала, какую конкретную сумму на приобретение транспортных средств она внесла лично, т.е. она не запомнила, сколько из 2 млн. руб. внесенных за покупку транспортных средств составляла ее доля денежных средств. Кроме того, ФИО1 впоследствии предпринимал попытку перерегистрации транспортных средств на себя и об этом свидетельствуют договоры купли-продажи, заключенные между ним и ФИО5 dd/mm/yy О том, что эти договоры подписаны не ФИО5, на момент передачи ФИО1 этих договоров истцу об этом не было известно, это раскрылось уже позднее в Ростовском и Угличском судах по оспариванию данных сделок, т.е. на тот момент он предполагал, что он является законным собственником этих транспортных средств. И в дальнейшем он как собственник транспортных средств осуществлял их продажу третьим лицам. Полагает, что на протяжении всех этих лет действия истца, его позиция является последовательной и доказывает, что именно он являлся фактически собственником спорных транспортных средств, а не ФИО5

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, действует через представителя.

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, поддержав письменный отзыв, согласно которому истца никто не понуждал к совершению спорной сделки, он имел возможность при отсутствии с собой паспорта не совершать сделку на имя ответчика. Более того, истец фактически и юридически договор купли-продажи от dd/mm/yy не совершал, данный договор от имени покупателя подписан ответчиком, а не истцом. После совершения данной сделки истец не предпринял каких-либо юридических действий по переоформлению права собственности на указанные транспортные с ответчика на себя, доказательств уважительности причин по не совершению им данных действий не предоставлено. Доказательств владения транспортными средствами на праве долевой собственности истцом суду также не предоставлено. Истец и ответчик длительное время (около восьми лет) сожительствовали, в гражданском браке не состояли. При этом каждый имел свои личные сбережения. Решение о приобретении спорных транспортных средств принималось сообща на денежные средства как истца, так и ответчика, но в большем размере. Довод истца о том, что ответчик поехала с ним в день совершения сделки для обозрения достопримечательностей ..., является надуманным. На основании договора купли-продажи от dd/mm/yy ФИО5 являлась собственником транспортных средств, что подтверждается ПТС, свидетельством о регистрации транспортных средств, страховым полисом, налоговым уведомлением. Истцом поставлен вопрос о признании договора купли-продажи спорного имущества притворной сделкой, однако следствием данной сделки 15 ноября 2017 г. была в части сделка по договору купли-продажи транспортного средства «<данные изъяты> между истцом и ответчиком. По гражданскому делу №, рассмотренному <данные изъяты> было вынесено решение, которое вступило в законную силу dd/mm/yy По данному делу истец проходил как третье лицо, где он в ходе судебного разбирательства лично давал показания о совершении 15 ноября 2017 г. сделки по купле-продажи транспортного средства «<данные изъяты>» с ФИО5, заплатив ей 1 400 000 руб., а 2 июля 2018 г. он заключил вторую сделку по продаже данного транспортного средства <данные изъяты> получив от него 1 200 000 руб., и при этом ФИО1 по настоящему делу хочет признать сделку от 2 мая 2017 г. притворной. Также в решении <данные изъяты> суда ... установлено, что договор купли-продажи от dd/mm/yy ФИО5 не подписывала, подписи в нем от ее имени выполнены другим лицом. Данный судебный акт имеет преюдициальное значения по настоящему спору. Также представитель ответчика пояснил, что в <данные изъяты> ... по иску ФИО5 был оспорен договор купли-продажи полуприцепа <данные изъяты>» между ФИО1 и ФИО5 Оба договора о передаче истцу транспортных средств были сфальсифицированы ФИО1 с целью обогащения, по данным обстоятельствам ими поданы заявления в правоохранительные органы. У ФИО5 было намерение для приобретения транспортных средств с целью их ремонта, а потом использования для грузоперевозок путем привлечения наемных работников. По словам ФИО5, тягач куплен на совместные деньги, а прицеп куплен ею на свои денежные средства. В начале января 2018 г. ФИО5 ушла от ФИО1, соответственно, все документы оставались дома у истца, который ей угрожал. Затем ФИО5 вынуждена была сделать дубликат ПТС, объявить автомобиль в розыск. Также представителем ответчика заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с требованием об оспаривании сделки купли-продажи от 2 мая 2017 г.

Представитель ООО КБ «Аксонбанк» в лице конкурсного управляющего - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя конкурсного управляющего банка. Согласно письменной позиции данного ответчика исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению, поскольку положения п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются к сделке, заключенной между ООО КБ «Аксонбанк» и ФИО5, так как обе стороны сделки намеревались и выполнили все оговоренные в договоре условия: банк передал ФИО5 транспортное средство, а ФИО5 передала банку денежные средства за приобретенное транспортное средство. Цели прикрыть какую-либо другую сделку у сторон не имелось.

Ответчик ФИО6, являющийся в настоящее время собственником спорного тягача, в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Третьи лица ФИО7 и ФИО8 в судебное заседание также не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, действуют через представителя.

Представитель ФИО7 и ФИО8 по доверенности ФИО4 в судебном заседании пояснила, что ее доверители не присутствовали при оформлении спорной сделки, не знают взаимоотношений сторон, но из многочисленных судебных заседаний в ходе разбирательства в <данные изъяты>, сложилось определенное мнение. Когда у ФИО5 стали выясняться обстоятельства по сделке, то она не могла пояснить ничего. Она не могла пояснить, для чего это транспортное средство вообще может быть использовано, откуда ей стало известно о продаже данного транспортного средства, кто его реализовывал. Она говорила, что это был банк «Аксон», видимо она поняла это из разговора, но она не могла рассказать даже процедуру реализации заложенного имущества. Вступившим в законную силу решением <данные изъяты> ... от dd/mm/yy ФИО7 и ФИО8 были признаны добросовестными приобретателями спорного прицепа. Данный факт сложился из недобросовестного поведения по факту владения самой ФИО5, потому что после того, как она ушла от ФИО1, ее на протяжении длительного времени судьба транспортных средств не интересовала. Противоречивыми являются объяснения ФИО5 относительно денежных средств на покупку спорного имущества. ФИО7 увидел объявление о продаже прицепа в начале лета 2018 года, но прицеп был не в очень хорошем состоянии, а цена была достаточно высока. Какое-то время он ещё подыскивал себе технику, а потом увидел, что на данный прицеп объявление уже обновлено и он продается за меньшую цену. Он второй раз приехал к ФИО1, и это уже был конец июля - начало августа, и прицеп в то время по прежнему находился у дома ФИО1 Что первый, что второй раз полуприцеп показывал ему ФИО1 и вступал сам ФИО1 в переговоры о купле-продажи данного прицепа. ФИО1 четко пояснял техническое состояние полуприцепа, т.е. он владел информацией о данной вещи, каким образом она приобреталась, где приобреталась. Также ФИО1 доказано расходование своих денежных средств на приобретение спорного имущества. С учетом изложенного, ФИО4 полагала исковые требования ФИО1 обоснованными и подлежащими удовлетворению, за исключением требования о признании права собственности на прицеп, которое не подлежит удовлетворению, поскольку существует судебный акт, которым ее доверители признаны добросовестными приобретателями, дальнейшее оспаривание данных обстоятельств является невозможным.

Третье лицо ФИО9 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил письменные возражения на иск, в соответствии с которыми просит отказать в удовлетворении заявленных исковых требований, считая доводы истца о том, что он оформил транспортное средство на ответчика лишь потому, что забыл паспорт дома, несостоятельными. Все повествование истца сводится к его забывчивости и чрезмерной доверчивости. Однако, что мешало истцу по приезду домой составить договор купли-продажи и оформить транспортное средство на себя. Помешать могло только одно обстоятельство, а именно то, что ответчик был не мнимым как утверждает истец, а реальным собственником транспортного средства. Он (ФИО9) приобрел транспортное средство у его собственника, т.е. у ответчика. В момент приобретения данного транспортного средства оно находилось во владении ответчика, у нее имелись все документы и ключи от транспортного средства, которое не было обременено правами третьих лиц. Каких-либо препятствий для покупки и переоформления транспортного средства не имелось. Данные обстоятельства опровергают доводы истца, о том, что транспортное средство якобы было в его владении, и ответчик не имела к нему никакого отношения.

Выслушав участвующих в деле лиц, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

В силу абзаца первого п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Пунктом 1 ст. 8 ГК РФ предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

По смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По общему правилу, закрепленному в п. 1 ст. 223 ГК РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 223 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, в связи с чем относятся к движимому имуществу.

Следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя - момент передачи транспортного средства.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, dd/mm/yy между ООО КБ «Аксонбанк», именуемым продавец, и ФИО5, именуемой покупатель, был заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель принять и оплатить стоимость транспортных средств: <данные изъяты> (п. 1.1 договора).

Продавец передает автомобиль, указанный в п. 1.1 договора, по месту нахождения продавца (п. 1.2 договора).

В силу п. 2.2 договора продавец обязуется передать транспортное средство покупателю в течение семи рабочих дней со дня полной оплаты покупателем его стоимости.

В соответствии с п. 2.3 договора право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента передачи ему транспортного средства продавцом, о чем составляется соответствующий акт приема-передачи.

Согласно п. 3.1 договора стоимость транспортного средства определяется сторонами в дополнительном соглашении, являющемся неотъемлемой частью настоящего договора.

В подписанном сторонами дополнительном соглашении к договору купли-продажи от 2 мая 2017 г. установлена стоимость транспортного средства в размере 2 000 000 руб.

2 мая 2017 г. между ООО КБ «Аксонбанк» и ФИО5 подписан акт приема-передачи к договору купли-продажи от 2 мая 2017 г., в соответствии с которым продавец передал, а покупатель принял транспортные средства: <данные изъяты>, стороны взаимных претензий друг к другу не имеют.

16 мая 2017 г. указанные транспортные средства ФИО5 поставлены на учет в ГИБДД УМВД России по ..., что подтверждается учетными данными, предоставленными УМВД России по ... (л.д. 57 Т. 1).

Данные о ФИО5 как о собственнике транспортных средств были внесены в ПТС, ей выдано свидетельство о регистрации ТС.

В связи с приобретением транспортных средств ФИО5 были оформлены полисы ОСАГО на тягач: в страховой компании <данные изъяты>» полис ЕЕЕ № сроком действия с dd/mm/yy по dd/mm/yy, собственником и страхователем в полисе указана ФИО5, лица, допущенные к управлению, – ФИО1, <данные изъяты> в страховой компании <данные изъяты>» полис ХХХ №, сроком страхования с dd/mm/yy по dd/mm/yy, собственником и страхователем в полисе указана ФИО5, лицо, допущенное к управлению, – <данные изъяты>

Также из материалов дела видно, что на основании договора купли-продажи от dd/mm/yy ФИО5 продала ФИО9 тягач «<данные изъяты>», который в свою очередь по договору купли-продажи от dd/mm/yy продал его ФИО6 В настоящее время указанное транспортное средство зарегистрировано за последним.

В 2019 г. <данные изъяты> обратился в <данные изъяты> суд ... с иском к ФИО5 и ФИО6 о прекращении права собственности на транспортное средство и истребовании имущества из чужого незаконного владения, указав, что dd/mm/yy им у ФИО1 был приобретен автомобиль «<данные изъяты>», стоимостью 1 200 000 руб. Данный автомобиль ранее ФИО1 был приобретен на основании договора купли-продажи от dd/mm/yy у ФИО5 После заключения договора автомобиль был ему передан ФИО1 Собственником автомобиля с dd/mm/yy значится ФИО5 ФИО1 по неизвестным причинам транспортное средство на учет на свое имя не ставил. ФИО5 обратилась в полицию об объявлении транспортного средства в розыск, в связи с неправомерным завладением автомобилем ФИО1, в результате чего транспортное средство было передано ФИО5

Вступившим в законную силу решением <данные изъяты> районного суда ... от dd/mm/yy в удовлетворении исковых требований <данные изъяты> отказано.

В ходе рассмотрения указанного гражданского дела была проведена судебная почерковедческая эксперта, по заключению которой подписи от имени ФИО5 в договоре купли-продажи автомобиля от dd/mm/yy, заключенного между ФИО5 и ФИО1, выполнены не ФИО5, а другим лицом с подражанием.

Приняв во внимание указанное заключение, суд пришел к выводу о том, что договор купли-продажи между ФИО5 и ФИО1 заключен не был, поэтому ФИО1 не вправе был распоряжаться транспортным средством.

Из материалов дела также усматривается, что dd/mm/yy полуприцеп «<данные изъяты>» был продан ФИО1 ФИО7 При этом ФИО1 был представлен договор купли-продажи от dd/mm/yy, заключенный между ним и ФИО5

3 сентября 2018 г. указанный полуприцеп перерегистрирован с ФИО5 на ФИО7

В дальнейшем по договору купли-продажи от 13 ноября 2019 г. ФИО7 данный полуприцеп продал ФИО8

ФИО5 обратилась в <данные изъяты> районный суд ... с иском к ФИО1, ФИО7, ФИО8 о признании недействительными приведенных выше договоров купли-продажи полуприцепа, истребовании его из чужого незаконного владения, при этом ФИО7 и ФИО8 к ФИО5 был предъявлен встречный иск о признании их добросовестными приобретателями транспортного средства.

В рамках рассмотрения указанного дела была проведена судебная почерковедческая экспертиза, по заключению которой в договоре купли-продажи полуприцепа от 15 ноября 2017 г., заключенном между ФИО5 и ФИО1, изображения подписей и их расшифровка от имени ФИО5 выполнены не ФИО5, а другим лицом с подражанием ее подлинной подписи.

Оценив представленные в дело доказательства, в том числе указанное экспертное заключение, суд пришел к выводу о том, что ФИО5, будучи собственником транспортного средства, договор купли-продажи его ФИО1 от 15 ноября 2017 г. не пописывала и такую сделку не совершала, в связи с чем данный договор является недействительным.

Решением <данные изъяты> районного суда ... от dd/mm/yy, вступившим в законную силу, признан недействительным договор купли-продажи полуприцепа, заключенный dd/mm/yy между ФИО5 и ФИО1 С ФИО1 в пользу ФИО5 взыскана стоимость полуприцепа в размере 500 000 руб. ФИО7 и ФИО8 признаны добросовестными приобретателями полуприцепа. В остальной части иска ФИО5 отказано.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные приведенными выше судебными постановлениями, обязательны для суда при рассмотрении настоящего дела.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указал на то, что у ФИО5 не было намерения приобретать спорные транспортные средства, расходы по приобретению и дальнейшему содержанию спорного имущества нес именно он, просто оформив транспортные средства на ФИО5, поскольку на момент сделки не взял своего паспорта.

На основании анализа установленных фактических обстоятельств дела, норм действующего законодательства, суд полагает, что требования истца не подлежат удовлетворению.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 168 ГК РФ установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в п. 87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Следовательно, по основанию притворности недействительной сделки может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Реально исполненный договор не может являться мнимой или притворной сделкой.

Из установленных по делу обстоятельств следует, что как ФИО5, так и ООО КБ «Аксонбанк» имели намерение заключить договор купли-продажи транспортных средств от 2 мая 2017 г., во исполнение которого подписали сам договор, дополнительное соглашение к нему и акт приема-передачи имущества.

В материалы дела представлены платежные документы об оплате по договору купли-продажи от 2 мая 2017 г., в том числе, два приходных кассовых ордера от 19.04.2017 на сумму по 100 000 руб., приходный кассовый ордер от 29.04.2017 на сумму 1 202 000 руб.

Выдача банком приходных кассовых ордеров производится в случае внесения в кассу банка наличных денежных средств, что подтверждается печатями кассы на данных ордерах.

В указанных ордерах в качестве вносителя (покупателя) денежных средств указана ФИО5, в них имеется ее подпись.

Таким образом, установлено, что ФИО5 неоднократно приезжала в ... с целью покупки спорного имущества. В этой связи доводы истца о том, что в день сделки он забыл паспорт, поэтому транспортные средства были оформлены на ответчика, являются сомнительными.

В связи с установлением данного обстоятельства на вопросы суда ФИО1 указал на то, что у него на протяжении длительного времени не было паспорта. Тогда неубедительными становятся доводы истца о невозможности перенести сделку на иное время из-за отсутствия у него паспорта.

Платежное поручение от 24.04.2017 о перечислении <данные изъяты> на счет ООО КБ «Аксонбанк» денежных средств в размере 598 000 руб. суд не может признать в качестве надлежащего доказательства перечисления денежных средств по спорному договору купли-продажи, поскольку в назначении платежа указана оплата за ТС <данные изъяты>, ТС полуприцеп «<данные изъяты>» по договору от 19.04.2017, при том, что сам истец ФИО1 пояснил в судебном заседании, что он неоднократно для своей деятельности приобретал технику, в том числе и в банках Костромы.

Однако, даже если принять во внимание данный платежный документ, то в нем указан счет ФИО5

Все последующие действия ФИО5 после приобретения спорных транспортных средств (регистрация в органах ГИБДД, получение свидетельства о регистрации ТС, страхование ответственности, получение дубликата ПТС, объявление транспортного средства в розыск, продажа транспортного средства) свидетельствуют о том, что она относилась к данному имуществу как к своему собственному.

По мнению суда, ФИО1 в силу сложившихся доверительных отношений с ФИО5 вполне мог действовать от ее имени в отношениях с банком, в том числе интересоваться о техническом состоянии транспортных средств, их стоимости.

То обстоятельство, что транспортные средства и документы на них находились у ФИО1, первоначально было вызвано совместным проживанием сторон, а в последующем – их расставанием и невозможностью ФИО5 истребования у ФИО1 имущества и документов, что подтверждается ее заявлением в правоохранительные органы, а также приведенными выше судебными актами судов ..., в соответствии с которыми ФИО1 предпринял попытки произвести отчуждение спорного имущества без согласия ФИО5

Цель приобретения транспортных средств вопреки доводам стороны истца в рассматриваемом случае не является тем юридически значимым обстоятельством, с которым закон связывает возможность признания сделки притворной.

Несмотря на признание договоров купли-продажи транспортных средств от 15 ноября 2017 г. между ФИО5 и ФИО1 недействительными в судебном порядке, ФИО1 признавал их легитимность, как в ходе судебных разбирательств в судах ..., так и в ходе судебного разбирательства по настоящему делу, ссылаясь на незнание того, что их подписала не ФИО5

Однако, считая себя собственником транспортных средств и заплатив за них 2 000 000 руб., как указывает истец со ссылкой на заем денежных средств у своей матери, что она подтвердила в судебном заседании, а также на денежные средства, взятые у него в долг и возвращенные ему его знакомым ФИО10, представляется не логичным истцу заключать договоры купли-продажи спорного имущества, по которым ФИО1 как покупатель должен уплатить ФИО5 как продавцу денежные средства в общей сумме 1 900 000 руб.

При этом факт подписания ФИО1 договоров купли-продажи от 15 ноября 2017 г. свидетельствует о том, что на протяжении более 6 месяцев (с 02.05.2017 по 15.11.2017) его устраивало то обстоятельство, что собственником транспортных средств является ФИО5

По мнению суда между ФИО1 и ФИО5 имеется спор относительно денежных средств, затраченных на покупку спорного имущества, который находится за пределами настоящего спора и не касается интересов банка. Кроме того, преследование ФИО1 каких-либо личных целей при оформлении спорного имущества на ФИО5 никак не могло быть известно банку.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, считая их достаточными, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи от 2 мая 2017 г. притворной сделкой и, как следствие, для признания за истцом права собственности на спорные транспортные средства.

Также суд считает необходимым отметить, что по смыслу ст. 12 ГК РФ избранный истцом способ защиты должен приводить к восстановлению права, которое истец считает нарушенным, быть соразмерным ему.

В то же время в настоящее время право на полуприцеп на основании вступившего в законную силу судебного акта признано за ФИО8, а существующее право собственности на тягач у ФИО6 никем не оспорено.

Что касается доводов стороны ответчика о пропуске истцом строка исковой давности, то суд считает, что такой срок истцом не пропущен, поскольку обращение в суд с иском имело место 30 апреля 2020 г., что подтверждается почтовым штемпелем на конверте, то есть в пределах трехлетнего срока по отношению к оспариваемому договору купли-продажи от 2 мая 2017 г.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194, 198, 199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО КБ «Аксонбанк» в лице конкурсного управляющего - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ФИО5, ФИО6 о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи транспортных средств, признании права собственности на транспортные средства отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Костромской областной суд через Ленинский районный суд г. Костромы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья «подпись» Ю.П. Королева

Мотивированное решение суда изготовлено 16 октября 2020 года