Решение № 2-511/2020 2-511/2020~М-418/2020 М-418/2020 от 13 октября 2020 г. по делу № 2-511/2020

УИД: 45RS0024-01-2020-000596-52

Дело № 2-511/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Щучанский районный суд Курганской области в составе

председательствующего судьи Симонова Ю.М.

при секретаре Пановой А.С.,

с участием помощника прокурора Щучанского района Полетаева Д.Е.,

истца ФИО1, истца ФИО2, действующего в своих интересах и интересах истца ФИО1 по доверенности, представителя истцов по ордеру адвоката Курганской областной коллегии адвокатов Гуменюк О.В.,

представителя ответчика ООО Национальная Водная Компания «Ниагара» по доверенности ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании 14 октября 2020 года в городе Щучье Курганской области гражданское дело по иску ФИО4, ФИО1, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах ФИО1, к обществу с ограниченной ответственностью «Национальная водная компания «Ниагара» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4, ФИО1, ФИО2, действующий в своих интересах и в интересах ФИО1, обратились в Щучанский районный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Национальная водная компания «Ниагара» о взыскании компенсации морального вреда, каждому в размере по <данные изъяты> руб.

В обоснование заявленных требований указывали, что их сын и брат ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком, работал в ООО Национальная водная компания «Ниагара» в качестве оператора паллетайзера. Трудовые отношения были оформлены трудовым договором. В период трудовых отношений ДД.ММ.ГГГГ в 3 часа 45 минут в результате несчастного случая, он погиб. По результатам расследования несчастного случая, оформленного актом о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что несчастный случай со смертельным исходом произошел на территории организации ответчика, в рабочее время, с работником, участвующим в деятельности работодателя, при исполнении им своих трудовых обязанностей, обусловленных трудовым договором. Согласно акта о несчастном случае в гибели ФИО1 причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в ненадлежащем контроле со стороны ответственных должностных лиц за выполнением работ повышенной опасности. В результате противоправных действий ответчика родственникам погибшего ФИО1 его родителям и его родным братьям причинены колоссальные нравственные страдания. Понесенная утрата никогда не будет восстановлена. Гибель родного человека накладывает тяжелую психотравмирующую ситуацию, связанную с невозможностью продолжать привычный образ жизни. Постоянная мысль об утрате родного человека причиняет им физическую нравственную боль. Родители погибшего глубоко переживают гибель сына, т.к. не смогут больше видеть родного человека, общаться с ним и лишены навсегда возможности иметь внуков и радости общения с ними. Между истцами и умершим ФИО1 имелись тесные семейные связи, в результате преждевременной и неожиданной смерти близкого человека им причинены значительные нравственные страдания. Таким образом, в результате виновных действий ответчика, повлекших смерть ФИО1, нарушено принадлежащее истцам неимущественное благо (семейные связи) и причинены нравственные страдания в связи со смертью близкого человека. При определении размера компенсации морального вреда необходимо принять во внимание конкретные обстоятельства дела, характер причиненных истцам нравственных страданий в связи со смертью ФИО1, степень вины ответчика в несчастном случае, степень родства истцов и погибшего. Сложившиеся тесные семейные связи между истцами и погибшим, а также то обстоятельство, что смерть последнего является трагической и наступила исключительно по вине ответчика, не обеспечение которого соблюдения Правил внутреннего трудового распорядка и техники безопасности привело к трагическим последствиям, которые являются необратимыми. Неожиданная смерть близкого человека, обусловленная не естественными причинами, а причинением тяжкого вреда его здоровью, является для истцов тяжелой невосполнимой утратой. В результате смерти ФИО1, нарушено принадлежавшее истцам нематериальное благо, разрушены родственные и семейные отношения с погибшим. Денежная сумма, которая подлежит возмещению истцам в счет компенсации морального вреда, составляет, по мнению истцов, по <данные изъяты> руб. в пользу каждого истца.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства была извещена надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении дела без ее участия, исковые требования поддерживала.

Истцы ФИО2, действующий в своих интересах и в интересах ФИО1, ФИО1, их представитель адвокат Гуменюк О.В. в судебном заседании на исковых требованиях настаивали, дали пояснения согласно изложенным в иске доводам.

Представитель ответчика ООО «Национальная водная компания «Ниагара» по доверенности ФИО3 в судебном заседании иск признавал частично, полагал необходимым, с учетом обстоятельства трагической смерти ФИО1, исходя из принципов разумности и справедливости, основываясь на существующей судебной практики по данной категории дел, снизить заявленный к возмещению размер компенсации морального вреда, определив его следующим образом: родителям погибшего по <данные изъяты> руб. каждому, братьям погибшего по <данные изъяты> каждому. Просил учесть также то, что истцы не находились на иждивении у погибшего ФИО1, который фактически проживал в <адрес> в отдельной квартире, он не был женат, детей не имел.

Заслушав пояснения явившихся сторон, заключение прокурора Полетаева Д.Е., полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исходя из принципов разумности и справедливости, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации государством охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрена обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель должен создавать достойные условия труда и возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» на основании положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ и статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 на основании трудового договора № № от ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с обществом с ограниченной ответственностью «Национальная водная компания «Ниагара» (далее по тексту - ООО «НВК «Ниагара»), с учетом дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ работал в должности оператора паллетайзера.

Согласно приложению 2 к трудовому договору ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прошел первичный инструктаж, ознакомлен с должностной инструкцией, с картой специальной оценки труда, инструкцией по охране труда №, которую получил на руки.

ДД.ММ.ГГГГ в 3 часа 45 минут произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО1 погиб, что подтверждается актом № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно акту № о несчастном случае на производстве оператор паллетайзера ФИО1 заступил во II технологическую рабочую смену ДД.ММ.ГГГГ, продолжительность которой установлена с 20 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ по 8 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ, оператор паллетайзера ФИО1 выполнял свои трудовые обязанности, в которые входил контроль процесса формирования слоев продукции на паллет и далее процесс обмотки сформированных слоев на паллете стретч-пленкой. В случае выявления отклонений работы паллетайзера во время цикла паллетизации оборудование должно быть остановлено (в том числе) в аварийном режиме оператором паллетайзера. При остановке в аварийном режиме информация об этом сообщается технику по наладке оборудования и (или) начальнику смены. Самостоятельно проводить ремонт оборудования (при остановке в аварийном режиме) оператором паллетайзера запрещено. В момент произошедшего несчастного случая производился розлив напитка «Сливочный пломбир». В 3 час. 40 мин. водитель погрузчика ФИО7 забрал собранный паллет с готовой продукцией с роликового конвейера паллетайзера и повез его на склад. В 3 час. 45 мин. при подъезде к паллетайзеру за следующим собранным паллетом, обратил внимание на то, что последний отсутствует. ФИО7 вышел из погрузчика и направился к рабочему месту оператора паллетайзера. чтобы узнать причину отсутствия паллета. Подойдя к паллетайзеру. он увидел, что дверь металлического ограждения была открыта и в рабочей зоне паллетайзера он обнаружил оператора паллетайзера ФИО1, который был неподвижен, его шея была сжата подвижной кареткой перемещения слоя и кареткой картоноукладчика, неподвижно стоящей на момент травмы (устройства для захвата разделителей слоев и размещения картонных разделителей между слоями продукции в процессе паллетизации). ФИО7 позвал на помощь другого водителя погрузчика ФИО8, они попытались освободить ФИО1 от захвата оборудования, после чего позвали на помощь других членов бригады. ФИО7 побежал на КПП охраны, чтобы они вызвали скорую медицинскую помощь. Совместными действиями техников по наладке оборудования ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 оборудование было остановлено, после чего пострадавший был освобожден от захвата оборудования.

Прибывшими на место происшествия работниками скорой медицинской помощи, после предпринятых реанимационных действий, была констатирована смерть ФИО1

Согласно пункту 9 указанного акта причинами несчастного случая послужили: неудовлетворительная организация производства работ (код 08), выразившаяся в ненадлежащем контроле со стороны ответственных должностных лиц за выполнением работ повышенной опасности; не установлении с целью организации процедуры управления профессиональными рисками в Положении о системе управления охраной труда ООО НВК «Ниагара» в соответствии с п. 33 Типового положения, порядка реализации мероприятий по управлению профессиональными рисками; нарушение технологического процесса (код 05), выразившееся в том, что несчастный случай с работником произошел в условиях неочевидности, данные расследования (объективно свидетельствующие о нахождении пострадавшего в опасной зоне работы оборудования), обстоятельства его обнаружения, наличие открученного язычкового привода предохранительного выключателя блокировочного типа от двери комиссией рассматриваются как свидетельствующие о нарушении работником требований утвержденных инструкции по охране труда ООО «НВК «Ниагара», п. 1.4, 2.4, 2.5, 3.3 «Инструкции № по охране труда для оператора»; несовершенство технологического процесса (код 02), выразившееся в том, что остановка производства работ на паллетайзере, при условии вхождения производственного оборудования в единый цикл производства продукции, не останавливает процесс производства продукции в целом, что ведет к скапливанию готовой продукции.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны: начальник участка ФИО13, который не обеспечил технически правильную эксплуатацию оборудования, организацию безопасных и здоровых условий труда, чем нарушил положение в соответствие с п. 3.5 «Должностной инструкции начальника участка», а также не проконтролировал соблюдение работниками цеха установленных в подразделении требований охраны труда на рабочих местах, чем нарушил положения п. 3.14 «Должностной инструкции начальника участка» в части обеспечения контроля за соблюдением в организации безопасных условий труда на каждом рабочем месте, в соответствии с требованиями нормативно-правовых актов по охраны труда, промышленной и пожарной безопасности, а также п. 3.17 в части контроля за соблюдением работниками подразделения производственной и трудовой дисциплины, выполнение ими должностных и производственных инструкций, правил и норм по охране труда, производственной санитарии, промышленной и пожарной безопасности, также ФИО13, как совмещающий обязанности начальника цеха на момент происшествия несчастного случая, не обеспечил технически правильную эксплуатацию оборудования, организацию безопасных и здоровых условий труда, чем нарушил положение в соответствие с п. 3.6 «Должностной инструкции начальника цеха», а также не проконтролировал соблюдение работниками цеха установленных в подразделении требований охраны труда на рабочих местах, чем нарушил положения в соответствии с п. 3.18 «Должностной инструкции начальника цеха» в части обеспечения контроля за соблюдением в организации безопасных условий труда на каждом рабочем месте, в соответствии с требованиями нормативно-правовых актов по охраны труда, промышленной и пожарной безопасности, а также п. 3.21 в части контроля за соблюдением работниками подразделения производственной и трудовой дисциплины, выполнение ими должностных и производственных инструкций, правил и норм по охране труда, производственной санитарии, промышленной и пожарной безопасности; начальник смены ФИО14, который не организовал должный контроль за безопасными условиями труда на рабочих местах, чем нарушил требования п. 3.17 «Должностной инструкции начальника смены» в части обеспечения контроля за соблюдением в организации безопасных условий труда на каждом рабочем месте, в соответствии с требованиями нормативно-правовых актов по охраны труда и пожарной безопасности, а также п. 3.20 в части контроля за соблюдением работниками подразделения производственной и трудовой дисциплины, выполнение ими должностных и производственных инструкций, правил и норм по охране труда и пожарной безопасности; оператор паллетайзера ФИО1, который осуществлял работы в опасной зоне работающего оборудования при открученном язычковом приводе предохранительного выключателя блокировочного типа от двери, нарушив при этом положения п. п. 1.16, 1.17, 1.18 «Инструкции № по охране труда для работников всех профессий ООО «НВК «Ниагара», п. п. 1.4, 2.4, 2.5, 3.3 «Инструкции № по охране труда для оператора паллетайзера цеха розлива», требований рабочей инструкции «Оператора паллетайзера» РИ/ОП №.

Факт грубой неосторожности в действиях пострадавшего работника ФИО1 комиссией не установлен (пункт 10).

Ознакомившись с актом № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве члены комиссии представители работодателя главный инженер ООО «НВК «Ниагара» ФИО15, специалист по охране труда ООО «НВК «Ниагара» ФИО16, оператор линии розлива ООО «НВК «Ниагара» ФИО17 выразили особое мнение, в котором указали о том, что считают, что ФИО1 проявил грубую неосторожность, осуществляя работу в опасной зоне работающего оборудования при отключенном язычковом приводе предохранительного выключателя блокировочного типа от двери.

Согласно акту судебно-медицинского исследования № смерть ФИО1 наступила от механической асфиксии, развившейся в результате сдавления органов головы и шеи тупым твердым предметом (предметами), осложнившаяся острой дыхательной недостаточностью тяжелой степени. Между сдавлением органов головы и шеи и механической асфиксией, повлекшей смерть потерпевшего, усматривается причинная связь. Механическая асфиксия, развившаяся в результате сдавления органов головы и шеи тупым твердым предметом (предметами), с развитием острой дыхательной недостаточности тяжелой степени, повлекшая смерть потерпевшего, причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (и. 6.2.10 Медицинских критериев, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года №194и, Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года №522).

При судебно-химическом исследовании в крови от трупа ФИО1 этиловый спирт не обнаружен, не обнаружено также каких-либо сильнодействующих лекарственных и наркотических веществ.

Постановлением следователя следственного отдела по Ленинскому району города Челябинска СУ СК России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела по факту получения ДД.ММ.ГГГГ производственной травмы ФИО1 на производстве ООО «НВК «Ниагара».

В силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; применение средств индивидуальной и коллективной защиты работников; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о существующем риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Отсутствие вины работодателя в причинении вреда жизни работника ФИО1 не могут быть признаны обоснованными, поскольку согласно акту № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ причинами несчастного случая послужили неудовлетворительная организация производства работ; нарушение технологического процесса; несовершенство технологического процесса. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны: начальник участка ФИО13, который не обеспечил технически правильную эксплуатацию оборудования, организацию безопасных и здоровых условий труда, также ФИО13, как совмещающий обязанности начальника цеха на момент происшествия несчастного случая, не обеспечил технически правильную эксплуатацию оборудования, организацию безопасных и здоровых условий труда, не проконтролировал соблюдение работниками цеха установленных в подразделении требований охраны труда на рабочих местах; начальник смены ФИО14, который не организовал должный контроль за безопасными условиями труда на рабочих местах; погибший оператор паллетайзера ФИО1

Доказательств, подтверждающих принятие ответчиком всех необходимых мер для предотвращения травматизма работников, ответчиком представлено не было. Работодателем не представлено доказательств исполнения обязанности по обеспечению безопасных условий труда, связанных с охраной труда работника. ООО «НВК «Ниагара» допустило неудовлетворительную организацию производства работ; нарушение технологического процесса; несовершенство технологического процесса при производстве работ, что повлекло наступление несчастного случая со смертельным исходом.

Согласно пункту 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

В пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что вопрос о том, является ли допущенная неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

В силу части 8 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации степень вины застрахованного устанавливается в процентах только, если грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью.

Из акта о несчастном случае на производстве следует, что в действиях ФИО1 грубой неосторожности не установлено.

При рассмотрении дела судом также не было установлено грубой неосторожности погибшего, содействовавшей возникновению вреда, как не было установлено и умысла на причинение вреда своей жизни и здоровью.

Родителям погибшего из фонда социального страхования выплачена страховая сумма в размере <данные изъяты> руб. в связи со смертью застрахованного лица. ООО «НВК «Ниагара» оплатило расходы на погребение погибшего, поминальный обед, перевоз тела к месту захоронения, расходы, связанные с проведением судебно-медицинских экспертиз, всего на сумму <данные изъяты> руб., что подтверждается документально и истцами не оспаривается.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как следует из материалов дела, погибший ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлся сыном ФИО2, ФИО4, братом ФИО1, ФИО1

При определении размера компенсации родителям погибшего суд учитывает степень и характер физических и нравственных страданий, обусловленных потерей сына, сильным эмоциональным стрессом в связи с данными обстоятельствами, возраст истцов.

При определении размера компенсации братьям погибшего суд также учитывает степень и характер физических и нравственных страданий, обусловленных потерей брата, которая невосполнима.

На основании изложенного, принимая во внимание обстоятельства гибели ФИО1, причины, вызвавшие несчастный случай, суд считает необходимым взыскать в счет компенсации морального вреда с ООО «НВК «Ниагара» в пользу ФИО2 в сумме <данные изъяты> руб., в пользу ФИО4 – <данные изъяты> руб., в пользу ФИО1 – <данные изъяты> руб., в пользу ФИО1 – <данные изъяты> руб.

Согласно статье 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, подлежит взысканию с ответчика в доход муниципального образования Щучанского района Курганской области в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО4, ФИО1, ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Национальная водная компания «Ниагара» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Национальная водная компания «Ниагара» в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО4 <данные изъяты> руб., в пользу ФИО2 <данные изъяты> руб., в пользу ФИО1 <данные изъяты> руб., в пользу ФИО1 <данные изъяты> руб.

В остальной части требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Национальная водная компания «Ниагара» в бюджет муниципального образования Щучанского района Курганской области государственную пошлину в размере 300 (Триста) руб.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Щучанский районный суд Курганской области.

Мотивированное решение составлено 16 октября 2020 года.

Судья Ю.М. Симонов