Решение № 2-1101/2019 2-1101/2019~М-802/2019 М-802/2019 от 4 января 2019 г. по делу № 2-1101/2019

Дело № 2-1101/2019

55RS0005-01-2019-000981-26


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Первомайский районный суд г.Омска

в составе председательствующего Брижатюк И.А.

при секретаре Хоренко О.В.

с участием прокурора Карачинцевой О.Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Омске

25 апреля 2019 года

дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Запсибгазпром-Газификация» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с требованием к ООО «Запсибгазпром-Газификация» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование требований указал, что 01 августа 2018г. был принят на работу в ООО «Запсибгазпром-Газификация» на должность дорожного рабочего строительного участка по гражданскому строительству по договору сроком на 4 месяца с указанием в договоре: «на период корректировки проектной документации и выполнения строительно-монтажных работ по объекту «Аэродром на острове Земля Александры, архипелаг Земля Франца-Иосифа, н.п.Нагурское». Одним из условий оформления трудового договора со стороны работодателя являлось подписание работником заявления об увольнении по собственному желанию без указания даты.

10.11.2018г. заступил на работу в ночную смену, около 21-30 ч. По прибытии автомобиля с грузовой платформой, нагруженного мешками с сыпучими строительными материалами, приступил к его разгрузке. В связи с отсутствием на площадке крана, разгрузка проводилась экскаватором, мешки цеплялись за выступы ковша экскаватора, он находился на грузовой платформе автомобиля у заднего края и цеплял петли мешков за ковш экскаватора, бортов платформа автомобиля не имела. Попятившись назад от поднимаемого мешка он оступился и упал с высоты 1,5 м. на площадку, ударившись плечом, почувствовал сильную боль и не смог продолжать работу. Дойдя до строительного вагончика, почувствовал, что боль усиливается и имеется деформация плевой кости, о случившемся сообщил прорабу.

В вахтовом городке н.п.Нагурское был осмотрен медицинским работником, оказана первая медицинская помощь. Об обстоятельствах произошедшего был опрошен инспектором по охране труда и начальником строительного участка. Утром ему было предложено не оформлять несчастный случай как связанный с производством, пообещали оплатить больничный и не увольнять на период лечения и восстановления.

Через три дня он был направлен в г.Мурманск в стационарное медицинское учреждение для продолжения лечения. 17.10.2018г. прибыл в г.Мурманск, из-за травмы руки не мог переносить свои вещи, оставив сумки в камере хранения вокзала, обратился в травмпункт, где ему было выдано направление на стационарное лечение.

Хотел обратиться на госпитализацию по месту жительства в г.Омске, но в связи с утратой барсетки с паспортом, не смог оформить билеты, в течение недели занимался оформлением временных документов.

24.10.2018г. был госпитализирован в медсанчасть, где ему был подтвержден диагноз: вывих акромиального конца левой ключицы третьей степени, в процессе лечения 29.10.2018г. ему была проведена хирургическая операция: открытое вправление акромиального конца левой ключицы, металлофиксация акромиального конца, получал обезболивающие, седативные препараты, симптоматическую терапию. Период нетрудоспособности составил три месяца, в декабре получил трудовую книжку с отметкой о расторжении трудового договора 15.11.2018г. по инициативе работника, хотя никаких заявлений после получения травмы работодателю не направлял.

Ему пришлось претерпевать болезненные в физическом и психологическом плане процедуры и хирургическое вмешательство, в дальнейшем необходимо проведение операции по удалению металлоконструкции. Из-за невозможности оказания квалифицированной медицинской помощи на месте, ему пришлось длительное время ожидать отправления в медицинское учреждение и провести три дня в пути. Все это время не мог пользоваться левой рукой, и вынужден был испытывать трудности в передвижениях, был лишен поддержки родных и близких, не получал помощи со стороны работодателя, кроме того были нарушены его трудовые права.

С учетом изложенного, просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 260000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно суду пояснил, что 10.10.2018г. работал в ночную смену, при разгрузке автомобиля получил травму ключицы, разгружал грузовой автомобиль экскаватором, ответственного за разгрузку лица не было, инструктаж с ним не проводился. В его должностные обязанности не входила разгрузка транспортных средств, но поскольку работал с материалами, необходимыми для производства дорожных работ, и поступила команда от старшего на объекте разгружать автомобиль, он приступил к работе. Он накидывал на ковш экскаватора лямки, который совершал черпательные движения, снимал мешки с автомобиля и ставил их на землю, при работе экскаватора отходил на безопасное расстояние. Когда оставалось 2 последних мешка, не успел отойти: экскаватор начал поднимать мешки, вперед не мог пойти, сделал шаг назад и упал, при этом знал, что стоял на краю. Упал на левое плечо. Сначала не понял, что получил травму, пошел в помещение оператора. Почувствовал сильную боль в районе левой ключицы, расстегнул бушлат, завел руку под бушлат и обнаружил, что ключичная кость выпирает. Понял, что получил травму и работать не сможет, о травме сразу сообщил прорабу. Последний прислал автомобиль, и его увезли в санчасть - медпункт вахтового городка организации, где он был осмотрен доктором. 14.10.2018г. убыл на материк, трое суток шли по морю, в это время состояние руки и место перелома, медицинские сотрудники не осматривали. По прибытии в г.Мурманск сходил в травмопункт и получил направление в стационар. 24.10.2018г. лег в стационар г.Мурманска, где проходил лечение, 29.10.2018г. сделали операцию. В дальнейшем выписался и прилетел в г.Омск. Сразу не мог лечь в стационар, поскольку когда доставлял сумки на вокзал по прибытию в г.Мурманск, у него украли документы с паспортом, и он был вынужден в период с 17.10.2018г. по 24.10.2018г. обратиться в отделение полиции и получить временное удостоверение личности. В связи с чем в течение 8 дней находился без медицинской помощи. Инженер по охране труда записывал его объяснения и попросил не оформлять документы как несчастный случай, сказал пока лечиться, он сначала согласился, поскольку доказательств того, что это был несчастный случай, у него не было, затем решил перестраховаться, подумал, что останется без больничного и рассказал врачам в больнице г.Мурманска как все было. 18.12.2018г. направил больничные листы работодателю, не мог работать, лечился, в ноябре ходил в гипсе, занимался разработкой руки, находился на иждивении. В момент трудоустройства действительно писал заявление об увольнении без даты, узнал, что был уволен по собственному желанию. Исключает получение травмы иным способом, получил травму только так как рассказал ранее. Заявленная сумма компенсации морального вреда связана с болями, которые испытывал, лечением, в настоящее время испытывает боль в руке, если долго стоит, лечь на левую сторону не может.

Представитель истца П.Д.В., действующий на основании доверенности, в ходе судебного заседания пояснил, что размер компенсации морального вреда определяется судом. По условиям договора, работа осуществлялась вахтовым методом, следовательно, работник постоянно находился на территории работодателя, в частности в междусменный период, даже если не верить истцу, что он во время смены получил травму, то это все равно произошло на территории работодателя. Со стороны ответчика не было надлежащего расследования несчастного случая, чтобы установить, где произошел несчастный случай и исключить травмирование работников в будущем, независимо от места получения травмы, полученная истцом травма - это травма на производстве, нарушение со стороны работодателя имеется.

Представитель ответчика ООО «Запсибгазпром-Газификация» К.Н.П., действующая на основании доверенности в ходе судебного заседания, заявленные исковые требования не признала, поддержала представленные возражения на исковое заявление. Суду пояснила, что 11.10.2018г. истец обратился к начальнику участка, мастеру с объяснительной, в которой указал, что 10.10.2018г. вечером он шел из столовой, не успел сгруппироваться, упал, после чего почувствовал боль в плече. В произошедшем вину признает, служебное расследование просит не проводить. В подтверждение своих слов истец представил объяснение из воинской части. Там где проводятся работы нет медика, есть только человек, который может зафиксировать факт травмирования, но на этой же территории есть войсковая часть, в которой имеется медик. В справке войсковой части указано, что ФИО1 обратился с жалобой: травма со слов бытовая - падение с высоты своего роста. Диагноз – ушиб левого плечевого сустава. Иммобилизация повязкой, рекомендован холод, необходима консультация врача травматолога. Ответчик, имея факт падения и объяснение ФИО1, не имея врача на территории, не мог диагностировать произошедшее как несчастный случай на производстве. Поскольку на территории вахтового городка не было медика, ближайшим сухогрузом через 2 дня истца направили в г.Мурманск, оплатили проезд до г.Мурманска, оплачивали питание и проживание в каюте. Других видов транспорта нет. Корабль шел 3 дня до г.Мурманска: с 15.10.2018г. по 17.10.2018г. Со слов истца, он прибыл в г.Мурманск 17.10.2018г., чтобы уведомить работодателя о том нужно ли проведение расследования. С этого момента истец пропал. До направления трудовой книжки с приказом об увольнении, ответчик ничего не знал об истце. До 24.12.2018г. истец не отвечал на телефонные звонки, затем получили 2 больничных листа, открытых Мурманской больницей, в больничных листах код заболевания – производственная травма, почему так диагностировано, что происходило в этот период, им неизвестно. В переписку истец не вступал. 15.11.2018г. истец был уволен, ему была выслана трудовая книжка, которая получена истцом 15.12.2018г. Чем занимался истец в период с 17.10.2018г. по 24.12.2018г. им неизвестно. Какими-то документами его пребывание и прохождение диагностики не подтверждается. Считает, что истец недобросовестно относился к необходимости лечения, являлся не вовремя к врачу, выпивал. Прямой взаимосвязи между действиями ответчика и возникшим вредом нет. Согласно ст.229.1 ТК РФ несчастный случай в результате, которого нетрудоспособность наступила, расследуется в течение 1 месяца с момента поступления заявления от пострадавшего. По заявлению истца полученная им травма была бытовой травмой, требует ли данная ситуация расследования они не знали. Ответчик не препятствует проведению на территории объекта расследования несчастного случая, если он действительно произошел и подтверждается соответствующими документами. Истца направили в больницу для установления того, действительно ли имеет место производственная травма.

Выслушав стороны, заключение прокурора полагавшего, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 41 Конституции РФ, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

В судебном заседании установлено, что с 01.08.2018г. по 15.11.2018г. истец работал в ООО «Запсибгазпром-Газификация» в должности дорожного рабочего строительного участка по гражданскому строительству, что усматривается из копии трудовой книжки (л.д.12), трудового договора и приказа о приеме на работу. При этом из договора видно, что работник принят временно сроком на 4 месяца, на период корректировки проектной документации и выполнение строительно-монтажных работ по объекту «Аэродром на острове Земли Александры, архипелаг Земля Франца-Иосифа – н.п.Нагурское с 1 августа 2018 г. (л.д.6-7), заявления истца о принятии на работу.

Представленными медицинскими документами – медицинской карты стационарного больного ГОБУЗ ОМСЧ «Севрыба», медицинской карты амбулаторного больного БУЗОО Омской области «Городская поликлиника № 1», выпиской из медицинской карты стационарного больного № подтверждается, что 10.10.2018г. ФИО1 была получена травма в виде вывиха акромиального конца левой ключицы 3 ст.

При этом истец доставлен в стационар 24.10.2018 г. скорой медицинской помощью из общественного места, что им не отрицалось в ходе судебного заседания.

Из стационара истец выписан 2.11.2018 г.

По поводу полученной травмы с 24.10.20018г. по 06.11.2018г., 07.11.2018г. по 14.12.2018г., 15.12.2018г. по 23.01.2019г., с 24.01.2019г. по 31.01.2019г. истец находился на больничном листе.

О каждом несчастном случае на производстве работник обязан немедленно сообщить своему непосредственному или вышестоящему руководителю. Это установлено абз. 5 ст. 214 ТК РФ, п. 4 Положения о расследовании несчастных случаев.

Статьей 212 ТК РФ предусмотрено, что работодатель обязан обеспечить расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В соответствии со ст. 227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно ст. 229 ТК РФ для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по контролю и надзору в установленной сфере деятельности.

Согласно ст.297 ТК РФ вахтовый метод - особая форма осуществления трудового процесса вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания. Вахтовый метод применяется при значительном удалении места работы от места постоянного проживания работников или места нахождения работодателя в целях сокращения сроков строительства, ремонта или реконструкции объектов производственного, социального и иного назначения в необжитых, отдаленных районах или районах с особыми природными условиями, а также в целях осуществления иной производственной деятельности. Работники, привлекаемые к работам вахтовым методом, в период нахождения на объекте производства работ проживают в специально создаваемых работодателем вахтовых поселках, представляющих собой комплекс зданий и сооружений, предназначенных для обеспечения жизнедеятельности указанных работников во время выполнения ими работ и междусменного отдыха, либо в приспособленных для этих целей и оплачиваемых за счет работодателя общежитиях, иных жилых помещениях.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из предоставленных справок от начальника медицинского пункта в/ч 01196 усматривается, что пациент ФИО1 обратился за медицинской помощью 10.10.2018г., травма со слов бытовая, падение с высоты своего роста в день обращения, был поставлен диагноз: ушиб левого плечевого сустава. Поскольку в штате медицинского пункта отсутствуют врач-травматолог и врач рентгенолог, оказание специализированной медицинской помощи и описание рентгеновских снимков невозможно.

11.10.2018г. истцом на имя начальника участка была написана объяснительная согласно которой 10.10.2018г. ФИО1 по дороге из столовой в блок поскользнулся и, не успев сгруппироваться, упал на левое плечо. В произошедшем вину осознает, претензий к ООО «Запсибгазпром-Газификация» не имеет, служебную проверку просит не проводить.

В служебной записке начальника участка ФИО2 указано, в связи с полученной объяснительной, поскольку ФИО1 за время работы на объекте не зарекомендовал себя как добросовестный работник и с целью исключить симуляцию травмы с его стороны, посчитал необходимым направить его ближайщим теплоходом на обследование в травмпункт г.Мурманска для определения степени тяжести полученного повреждения и решения вопроса о необходимости проведения или не проведения служебного расследования по факту данного повреждения.

11.10.2018г. ФИО1 было написано заявление с просьбой уволить по собственному желанию с 15.11.2018г., о чем 14.11.1018г. был издан приказ о расторжении трудового договора.

Истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 260000 рублей в связи с нарушением работодателем его трудовых прав и его длительной нетрудоспособности.

Оценивая правомерность заявленных требований, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований в виду следующего.

Согласно ст. 352 ТК РФ каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, в том числе судебной защитой.

Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд отмечает, что согласно п.п. 1, 2 ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В обоснование заявленных исковых требований ФИО1 и его представитель ссылаются на то обстоятельство, что ответчиком не было проведено надлежащее расследование несчастного случая. Из представленных в материалы дела документов усматривается, что несчастного случая на производстве не было, хотя травма истцом получена в период трудоустройства и вахты, но не в момент выполнения должностных обязанностей, в связи, с чем расследование несчастного случая не проводилось.

Из показаний представителя ответчика следует, что работодателю было неизвестно, что происходило с истцом после того как он прибыл в г.Мурманск для прохождения обследования, на телефонные звонки он не отвечал, в переписку не вступал. Истцом не представлено доказательств того, что травма произошла во время выполнения им должностных обязанностей. Довод истца о несчастном случае на производстве опровергается справками начальника медицинского пункта в/ч 01196, объяснением самого ФИО1, служебной запиской начальника участка.

К ссылке истца на то обстоятельство, что он 8 дней находился без медицинской помощи, потерял время в связи с восстановлением документов, не может указывать на вину ответчика, поскольку работодателем были приняты меры по оказанию первой помощи, кроме того за счет работодателя истец был отправлен в г.Мурманск, где получил квалифицированную помощь специалистов, была проведена операция и он был выписан из больницы в удовлетворительном состоянии, было рекомендовано наблюдение у травматолога по месту жительства. К месту жительства истец следовал самостоятельно, что происходило в дороге, работодателю было неизвестно.

Кроме того, судом установлено и не отрицалось истцом, что после прибытия в г.Мурманск при необходимости лечения в стационаре, истец не обращался туда длительное время, неоднократно переносил тяжелые сумки со своими вещами. По прибытии в г.Омск не являлся в установленные дни на прием к врачу (первично вместо 7.11.2018 г. явился только 16.11.2018г., при этом в сильном алкогольном опьянении), что усматривается из карты.

Довод истца о том, что произошло нарушение его трудовых прав в связи с увольнением, суд считает несостоятельным, поскольку у работодателя имелось заявление ФИО1 об увольнении по собственному желанию с 15.11.2018г., приказ об увольнении истцом оспорен не был. Кроме того как пояснил ответчик в ходе судебного заседания листки нетрудоспособности ответчику были направлены только в декабре 2018г., что не было оспорено истцом.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание все обстоятельства по делу, в том числе характер телесных повреждений истца, степень физических и нравственных страданий в связи с причинением вреда здоровью, поведение работодателя, обстоятельства получения травмы, то обстоятельство, что травма была получена в момент нахождения на территории работодателя, вахтовый метод работы истца, разумность и справедливость, также учитывает иные обстоятельства дела, в частности действия самого ФИО1

Принимая во внимание все обстоятельства дела, степень физических и нравственных страданий истца, а также требования разумности и справедливости, иск о компенсации морального вреда подлежит частичному удовлетворению в сумме 25000 рублей.

В силу ст. 103 ГПК РФ неоплаченная истцом при подаче иска государственная пошлина в размере 300 руб. подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Запсибгазпром-Газификация» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 25000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Запсибгазпром-Газификация» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи жалобы в Первомайский районный суд г.Омска.

Мотивированное решение составлено 30.04.2019г.