Апелляционное определение № 33-5016/2025 от 2 декабря 2025 г.

Судья Стригунова Г.Г. УИД 39RS0008-01-2025-000270-71

дело №2-366/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е



№ 33-5016/2025
03 декабря 2025 года
г. Калининград
Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего судьи

Мариной С.В.

судей

ФИО1, ФИО2

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика ФИО4 на решение Гусевского городского суда Калининградской области от 26 августа 2025 года по иску ФИО5 к ФИО4 о защите чести, достоинства, взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Мариной С.В., объяснения представителя ФИО4 и её представителя ФИО6, поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения ФИО5 и её представителя ФИО12, полагавших решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО5 обратилась в суд с иском к ФИО4 о защите чести, достоинства, взыскании компенсации морального вреда, указав в обоснование заявленных требований, что с октября 2023 года между истцом и ответчиком на почве возникшего конфликта сложились неприязненные отношения.

ДД.ММ.ГГГГ около 16 часов 00 минут, а также ДД.ММ.ГГГГ около 20 часов 00 минут ответчик ФИО4, находясь во дворе <адрес> «В» по <адрес>, в ходе словесного конфликта в неприличной и противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме, допустила в адрес ФИО5 оскорбительные высказывания, которые опорочили честь и достоинство истца, причинили ей нравственные страдания.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец просила признать сказанные ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в адрес ФИО5 выражения порочащими честь и достоинство последней, взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3 000 рублей.

Разрешив заявленные требования, Гусевский городской суд Калининградской области 26 августа 2025 года постановил решение, которым исковые требования ФИО5 удовлетворены частично. С ФИО4, в пользу ФИО5 взыскана компенсация морального вреда в размере 50 000 рублей, судебные расходы в размере 750 рублей. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО4 просит вынесенное по делу судебное постановление отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

Полагая, что судом допущены нарушения норм материального и процессуального права, а имеющие для дела обстоятельства не подтверждены относимыми, допустимыми, достоверными доказательствами, приводит доводы о том, что показания свидетелей ФИО9, ФИО10 и ФИО7 не могут быть приняты судом в качестве таковых, поскольку были даны вышеперечисленными лицами со слов и по просьбе истца, будучи введенными ею в заблуждение относительно фактических обстоятельств произошедшего.

Обращает внимание на то, что вывод суда о психологическом стрессе истца в период октября-ноября 2024 года не соответствует установленным обстоятельствам дела, опровергается показаниями свидетеля ФИО10, который пояснил, что в данный период времени истец за психологической помощью не обращалась, успокоительные препараты не принимала.

Указывает на то, что не имела намерений разговаривать с ФИО5, унижать её честь и достоинство, причинять ей моральный вред, что подтверждается постановлением прокурора <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ответчика.

От ФИО5 поступили письменные возражения на апелляционную жалобу, в которых истец, полагая решение суда законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с требованиями статьи 327.1 ГПК РФ – исходя из доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия находит решение суда подлежащим оставлению без изменения.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4, находясь во дворе <адрес>В по <адрес> в <адрес>, в ходе словесного конфликта с ФИО5 высказала в адрес последней оскорбительные слова и высказывания, выраженные в неприличной и противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме.

Вопреки утверждениям ФИО4 о том, что безосновательно воспринятые истцом, как обращенные к ней, высказывания ответчика относились к неизвестной собаке женского рода, накануне оставившей биологические следы своего пребывания в подъезде жилого дома и рядом с ним, установленные судом по настоящему делу обстоятельства помимо объяснений истца, которые в силу положений статьи 55 ГПК РФ, также относятся к числу доказательств по делу, в достаточной степени подтверждены и иными представленными истцом согласующимися между собой доказательствами, в том числе показаниями свидетелей ФИО8, ФИО7 и ФИО10, из которых однозначно следует, что приведенные истцом в иске оскорбительные слова и выражения, ФИО4 были высказаны именно в адрес истца и касались непосредственно ФИО5

Так, свидетель ФИО9 показала, что явилась очевидцем произошедшего между истцом и ответчиком ДД.ММ.ГГГГ конфликта. Слышала, как ФИО4 высказывала оскорбительные слова в адрес ФИО5, разговаривая с последней с использованием нецензурной лексики. Слова были высказаны именно в адрес ФИО5 Указала также на то, что ФИО4 систематически конфликтует с истцом.

Свидетель ФИО10, являющийся супругом истца, пояснил, что между ФИО4 и ФИО5 сложились личные неприязненные отношения. В период произошедшего ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком конфликта он находился рядом и слышал, как ФИО4 высказывала в адрес ФИО5 оскорбительные слова и выражения. Систематические конфликты с ФИО4, инициатором которых является последняя, нервируют ФИО5, она испытывает психологический стресс, стала принимать успокоительные препараты.

В связи с произошедшим конфликтом, истец обращалась в органы полиции с заявлением в отношении таких действий ФИО4

Судом также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком произошел очередной конфликт, в ходе которого ответчик ФИО4 вновь высказывала в адрес истца ФИО5 оскорбительные слова и выражения.

Обстоятельства произошедшего конфликта подробно были пояснены суду свидетелем ФИО7, который подтвердил, что вместе со своей супругой находился возле подъезда дома, когда из него вышла ФИО4 и начала высказывать оскорбления в адрес подходившей к подъезду ФИО5

Объяснения, аналогичные показаниям свидетеля ФИО7, были даны сотруднику полиции в ходе проведения доследственной проверки по заявлению ФИО5 о принятии мер в отношении ФИО4 и свидетелем ФИО11

При этом и из объяснений истца, и показаний свидетелей однозначно следует, что оскорбительные слова и выражения ФИО4 высказывала именно в адрес ФИО5

Доводы апелляционной жалобы о необоснованном принятии судом в качестве доказательств по делу показаний свидетелей ФИО9 и ФИО7 не могут быть признаны состоятельными. Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей не имеется. Так, данные лица не являются сторонами настоящего спора и возникших между истцом и ответчиком правоотношений, соответственно не имеют личной юридической заинтересованности в исходе дела. При этом свидетели, в том числе ФИО9 и ФИО7 были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по статье 307 УК РФ. Каких-либо доказательств, свидетельствующих об их личной заинтересованности в благоприятном для одной из сторон (в частности для ФИО5) исходе дела, материалы дела также не содержат. Кроме того, показания свидетелей ФИО9, ФИО7 согласуются с их письменными пояснения, данными в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении, а также с объяснениями истца и иными имеющимися в деле доказательствами, подробно описанными в решении суда.

Отсутствуют и основания ставить под сомнение достоверность показаний свидетеля ФИО10, также предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по статье 307 УК РФ, которые в полной мере согласуются с иными имеющимися в деле доказательствами.

При этом из материалов дела следует, что в рамках проведения проверки по обращению ФИО5 была назначена лингвистическая судебная экспертиза. Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, в высказанных 17 и ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 в адрес ФИО5 словах и выражениях содержатся лингвистические признаки значения унизительной оценки лица, в отношении которого они были использованы.

Ссылки в апелляционной жалобе на то обстоятельство, что определением Гусевского городского прокурора от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 5.61 КоАП РФ (оскорбление) в отношении ФИО4 ввиду отсутствия состава административного правонарушения, также о необоснованности выводов суда не свидетельствуют.

Само по себе отсутствие в действиях лица состава административного правонарушения, не исключает возможности привлечения его к гражданско-правовой ответственности, при наличии к тому оснований, предусмотренных гражданским законодательством.

Таким образом, правильно оценив представленные сторонами по делу доказательства, верно установив юридически значимые для дела обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ответчиком ФИО4 в адрес ФИО5 были высказаны оскорбления, то есть слова и выражения, унижающие честь и достоинство истца, выраженные в неприличной и иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме, в связи с чем правомерно возложил на ответчика ФИО4 обязанность денежной компенсации причиненного истцу ФИО5 морального вреда. При этом суд правильно исходил из того, что высказанные ответчиком в адрес истца слова и выражения, являясь словами, порочащими и унижающими честь и достоинство, не нуждаются в их дополнительном признании таковыми.

Оснований не согласиться с такими выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется, поскольку они основаны на нормах материального права, которые подлежат применению к возникшим правоотношениям, подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости, допустимости и достоверности, вытекают из установленных судом фактов.

Согласно части 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством и ничто не может быть основанием для его умаления. В случае нарушения каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени (часть 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 ГК РФ).

Абзац 10 статьи 12 ГК РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 6 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 1, 51, 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (в том числе жизнь, здоровье, достоинство личности, честь и доброе имя, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения) либо нарушающими имущественные права гражданина. Установив, что истцом заявлено требование о компенсации морального вреда, причиненного распространением оценочных суждений, мнений, убеждений, суд может удовлетворить его, если суждения, мнения, убеждения ответчика были высказаны в оскорбительной форме, унижающей честь и достоинство истца. При определении размера подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации гражданина судам следует принимать во внимание, в частности, содержание порочащих сведений и их тяжесть в общественном сознании, способ и длительность распространения недостоверных сведений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения о лице, которому причинен вред, то, насколько его достоинство, социальное положение или деловая репутация при этом были затронуты, нравственные и физические страдания истца, другие отрицательные для него последствия, личность истца, его общественное положение, занимаемую должность, индивидуальные особенности (например, состояние здоровья).

Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.

Доводы апелляционной жалобы о недоказанности истцом факта перенесения психологического стресса, нравственных страданий судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку факт действительного высказывания ответчиком в адрес истца оспариваемых ею выражений и их оскорбительный, направленный на унижение человеческого достоинства характер установлен судом и подтвержден имеющимися в деле доказательствами. При этом употребление ответчиком оскорбительных слов и нецензурных выражений, что само по себе является неприличной и непозволительной формой общения в обществе, противоречащих нормам морали и общепринятым правилам поведения, с учетом конкретных обстоятельств дела, обусловило их восприятие истцом в качестве действий, направленных на унижение ее личного достоинства, что, безусловно, влечет применение такой меры гражданской правовой ответственности, как компенсация причиненного морального вреда.

При этом, определяя размер подлежащий взысканию с ответчика в пользу ФИО5 денежной компенсации морального вреда в сумме 50 000 рублей, суд первой инстанции в должной степени оценил и принял во внимание конкретные обстоятельства дела, степень, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, безусловно, усугубившихся тем обстоятельством, что унижающие её честь и достоинство высказывания были сделаны ответчиком в присутствии иных лиц, а также принял во внимание индивидуальные особенности ФИО5, требования разумности и справедливости.

Помимо этого, судом апелляционной инстанции дополнительно было проверено материальное положение ФИО4, и установлено, что ответчику на праве собственности принадлежит значительное количество объектов недвижимого имущества, включая: земельный участок для производства сельскохозяйственной продукции в <адрес> (1/5 доля в праве), земельный участок для индивидуального строительства в <адрес> (1/5 доля в праве), земельный участок под гаражом в <адрес>, жилой дом в <адрес> (доля в праве 2/15), нежилое здание (гараж) в <адрес>, также на её имя открыто значительное количество счетов в различных кредитных организациях.

Таким образом, сведения об имущественном положении ответчика, безусловно позволяющем произвести выплату истцу денежной компенсации морального вреда в установленном судом размере, подтверждают обоснованность выводов суда первой инстанции и в указанной части.

Таким образом, приведенные в апелляционной жалобе доводы выводов суда не опровергают, а сводятся лишь к несогласию с ними и субъективной оценке установленных обстоятельств, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на его обоснованность и законность, поэтому не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения суда.

Все обстоятельства, имеющие значение для разрешения заявленного истцом спора, судом при рассмотрении дела исследованы, им дана правильная оценка в решении суда, нормы материального права применены судом правильно, нарушений норм процессуального права, которые могли бы повлечь отмену решения, судом допущено не было.

Таким образом, предусмотренных статьей 330 ГПК РФ оснований для отмены законного и обоснованного решения суда или его изменения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Гусевского городского суда Калининградской области от 26 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 11 декабря 2025 года.