Решение № 2-1482/2018 2-1482/2018~М-973/2018 М-973/2018 от 19 июня 2018 г. по делу № 2-1482/2018

№


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 июня 2018 г. судья Дзержинского городского суда Нижегородской области Бочарова Е.П., при секретаре Микиной М.Г.,

с участием представителя истца и ответчика по встречному иску ФИО1,

представителя ответчика и истца по встречному иску АО «НАСКО» ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к АО «НАСКО» о выплате страхового возмещения,по встречному иску АО «НАСКО» к ФИО3 о признании недействительным договора страхования,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился с указанным иском, мотивируя свои требования тем, что между ним и ответчиком был заключен договор страхования заемщика кредита от несчастных случаев и болезней № от 15.05.2017г. со сроком действия с 15.05.2017г. по 14.05.2017г. В период действия договора страхования произошел страховой случай. ФИО3 была присвоена <данные изъяты>, о чем свидетельствует справка серии № от 02.11.2017г., выданная №. Согласно договора № от 15.05.2017года страхования заемщика кредита от несчастных случаев и болезней: установление застрахованному <данные изъяты> вследствие несчастного случая или болезни, происшедшего/впервые диагностированной в период страхования, либо болезни, диагностированной до заключения договора страхования, указанной Страхователем (Застрахованным) в заявлении Страхователя (Застрахованного) и принятой страховщиком на страхование 100% страховой суммы. 22.12.2017 года в адрес ответчика была направлена претензия, которая осталась без ответа, что и послужило поводом для обращения в суд.

Согласно положений ст. 39 ГПК РФ, просит суд взыскать со страховой компании ОАО « НАСКО» в пользу выгодоприобретателя банка (кредитора): сумму страхового возмещения в размере 1 767 862,88 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 22 473,66 руб. Взыскать со страховой компании ОАО «НАСКО» в пользу ФИО3: сумму страховой премии в размере 9 000 рублей., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 635, 66 руб., почтовые расходы в размере 244 (Двести сорок четыре) рубля 29 копеек, стоимость юридических услуг в размере 25 000 (Двадцать пять тысяч) рублей.

Из встречных исковых требований следует, что между АО «НАСКО» и ФИО3 заключен договор № от 15.05.2017 страхование заемщика кредита от несчастных случаев и болезней (заключен на условиях правил страхования от несчастных случаев и болезней при ипотечном кредитовании в ред. от 07.09.2007 г.. Объектом страхования являются имущественные интересы, связанные с причинением вреда здоровью гражданина, а также с их смертью в результате несчастного случая или болезни.

Страхователем по указанному договору является ФИО3.

Страховщиком по указанному договору является АО «НАСКО».

Выгодоприобретателем по указанному договору в части фактической суммы долга на дату страхового случая по кредитному договору № от 15.05.2017 является ПАО «Сбербанк России».

Страховыми случаями признаются:

Смерть Застрахованного вследствие несчастного случая или болезни, происшедшего/впервые диагностированной в период страхования;

Установление Застрахованному <данные изъяты>

Страховая сумма по указанному договору составляет 1 800 000 рублей.

Страховая премия по указанному договору составляет 9 000 рублей.

В период действия договора произошел страховой случай - ФИО3 была присвоена <данные изъяты> согласно справки серии <данные изъяты> от 02.11.2017 выданная Бюро медико-социальной экспертизы №.

30.11.2017 ФИО3 обратился в АО «НАСКО» с заявлением о наступлении страхового случая путем направления в адрес страховой компании письма с заявлением (вх. № от 30.11.2017). Из анализа приложенных документов к заявлению о наступлении страхового случая следует, что ФИО3 установлена <данные изъяты>

Согласно пункту 6.7 Правил страхования страховая компания имеет право требовать от Застрахованного представления дополнительной медицинской документации для решения вопроса о страховой выплате.

В этой связи в адрес ФИО3 было направлено письмо № от 08.12.2017 с требованием предоставить следующие документы: направление на медико-социальную экспертизу (МСЭ) для установления <данные изъяты>; заключение МСЭ. протокол МСЭ. Письмо было получено 14.12.2017. Запрашиваемые документы до настоящего момента в адрес АО «НАСКО» не поступали.

Согласно пункту 5.4 Правил страхования при заключении договора страхования на Страхователе лежит обязанность полно и достоверно ответить на все вопросы Страховщика. Несоблюдение этого условия может повлечь отказ в страховой выплате (см. п.7.3.4 настоящих Правил).

При заключении договора № от 15.05.2017 страхователю (ФИО3) было предложено ответить на ряд вопросов медицинского характера - на момент подписания настоящего Заявления я заявляю, что

-Я не являюсь <данные изъяты> и не имею действующего направления на медико - социальную экспертизу;

-Я не переносил черепно - мозговых травм;

-Я не являюсь ограниченно трудоспособным в связи с нарушением здоровья, обусловленным травмой, отравлением или болезнью

-И др.

Из анализа документов к исковому заявлению по делу № следует,

что:14.10.2016 - ФИО3 была присвоена <данные изъяты> (выписка из акта освидетельствования гражданина признанного <данные изъяты> серия № от 14.10.2016). Таким образом, до заключения Договора страхования у ФИО3 имелась <данные изъяты>, о чем он не сообщил страховщику, что является грубым нарушением согласно Правилам страхования.

Из направления на медико-социальную экспертизу организацией, оказывающей лечебно-профилактическую помощь от 02.11.2017 следует, что ФИО3 <данные изъяты>

<данные изъяты>

Таким образом, считают, что ФИО3 при заключении договора страхования скрыл от страховой компании существенную информацию о своем состоянии здоровья, тем самым злоупотребив своими правами.

Таким образом, АО «НАСКО» считает договор № от 15.05.2017 страхование заемщика кредита от несчастных случаев и болезней (заключен на условиях правил страхования от несчастных случаев и болезней при ипотечном кредитовании в ред. от 07.09.2007 г.) недействительным в порядке ст. 944 ГК РФ в полном объеме и просит суд применить последствия недействительности договора.

АО «НАСКО» считает, что в данной ситуации налицо умысел страхователя, направленный на введение в заблуждение страховщика относительно обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, а именно: сообщения страховщику заведомо ложных сведений о состоянии своего здоровья. Кроме этого, о своих заболеваниях ФИО3 знал с 2010 года.

Страховщик узнал о наличии имеющихся заболеваний и обследований у ФИО3 только при заявлении им страхового случая и подачи искового заявления, т.к. при заключении Договора ФИО3 умышленно скрыл информацию о своем здоровье.

Таким образом, АО «НАСКО» не могло быть неизвестно о наличии у него заболеваний, не указанных в заявлении о страховании, а при страховании им были сообщены заведомо ложные сведения об отсутствии каких-либо заболеваний.

При этом предложение страхователю сообщить все существенные обстоятельства о состоянии здоровья самостоятельно не противоречит действующему законодательству и не может рассматриваться как нарушение его прав и отказ страховщика от проверки сообщенных лицом сведений.

По смыслу п. 2 ст. 945 ГК РФ страховщик вправе, а не обязан провести обследование лица, выразившего желание заключить договор личного страхования, для оценки фактического состояния его здоровья. Обязанности проводить медицинское освидетельствование застрахованного лица на стадии заключения договора страхования у страховщика не имеется ни в силу закона, ни в силу договора страхования.

Соответственно, ФИО3 при заключении договора № от 15.05.2017 страхование заемщика кредита от несчастных случаев и болезней (заключен на условиях правил страхования от несчастных случаев и болезней при ипотечном кредитовании в ред. от 07.09.2007) умышленно скрыл существенные обстоятельства о состоянии своего здоровья и предоставил АО «НАСКО» ложные сведения в виде ответов на конкретно поставленные вопросы, что в соответствии с п. 3 ст. 944 ГК РФ, п. 1 ст. 179 ГК РФ является основанием для признания договора страхования недействительным.

Просят суд признать Договор № от 15.05.2017 страхование заемщика кредита от несчастных случаев и болезней (заключен на условиях правил страхования от несчастных случаев и болезней при ипотечном кредитовании в ред. от 07.09.2007), заключенный между ФИО3 и АО «НАСКО», недействительным. Взыскать с ФИО3 госпошлину, оплаченную АО «НАСКО» за подачу искового заявления в размере 6 000 рублей.

Истец, ответчик по встречному иску ФИО3 в последнее судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом, интересы доверяет представлять ФИО1

Представитель истца, ответчика ФИО1, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержала с учетом уточнений, подтвердив обстоятельства, изложенные в исковом заявлении. Пояснила, что не настаивает на требованиях о взыскании страховой премии в размере 9000 рублей. Со встречным исковым заявлением не согласны, поскольку истец обращался к ним с заявлением, когда он оформлял страхование. Ответчик не отреагировал на заявление. Все прилагается к материалам дела, что истец ФИО3 обращался в страховую компанию. Если бы ответчик хотел решить этот вопрос в досудебном порядке он бы это сделал. Поскольку ФИО3 человек больной, постоянно находиться на лечение, поэтому он и не представил медицинские документы, которые у него запрашивала страховая компания. Если бы страховая компания хотела решить этот вопрос они бы ему позвонили, напомнили бы о себе. ФИО3 обращался к ним с заявлением. Страховая компания не предоставляет заявление суду, которое он заполнял при страховании, в нем все заболевания ФИО3 указывал. На прошлом судебном заседании представитель ответчика сказал, что не знает, есть ли у них такое заявление. У каждой страховой компании эти бланки есть. ФИО3 указывал, что у него <данные изъяты>. Страховая компания эти сведения не предоставляет.

Представитель ответчика и истца по встречному иску АО «НАСКО» ФИО4, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, на встречных исковых требованиях настаивает. По поводу заявления, в котором ФИО3 указывал все заболевания - в материалах дела такого заявления нет и у них такого заявления нет. Подтвердить свои слова они не могут. Данное утверждение голословное. Подтверждает, что был заключен договор страхования, получена страховая премия. Когда они узнали, что у ФИО3 <данные изъяты>, они запросили медицинские документы у него. Их запрос остался без ответа. На прошлом судебном заседании ФИО3 сказал, что раз страховая компания ему не ответила на заявление, то он тоже не будет отвечать на их запрос. Сказал, что обратился к юристу и был составлен иск. В соответствии с пунктом 6.7. Правил страхования компания имеет право требовать от застрахованного предоставления дополнительной медицинской документации для решения вопроса и страховой выплате. До заключения договора у ФИО3 имелась <данные изъяты>, о чем он им не сообщил. Сейчас у них имеется ответ из банка, что банк является выгодоприобретателем. ФИО3 не имеет право требовать со страховой компании сумму страхового возмещения в размере 1 767 862,88 руб. в пользу банка. ФИО3 не является представителем банка, никаких прав на данные исковые требования не имеет. Также не согласны с требованиями по процентам за пользование чужими денежными средствами. Истец рассчитывает проценты от суммы 1 767 862,88 руб., при этом не имеет право на эту сумму претендовать. Имеет право на ту сумму, которую он выплачивал по кредиту ежемесячно. ФИО3 скрыл от них, что является <данные изъяты>. Он не сообщил им, что у него были <данные изъяты>. В заявлении был представлен перечень вопросов медицинского характера. В том числе были вопросы касаемо того, является ли <данные изъяты>. На все вопросы он ответил, что <данные изъяты>. Ввел их в заблуждение, они поверили ему, не стали запрашивать дополнительные документы, причем это и не является обязанностью страховой компании. Поверили, что человек здоров, ответил на все вопросы честно. Потом уже выясняется, что <данные изъяты>. Страховую премию готовы вернуть, в случае если договор будет признан недействительным. В случае удовлетворения исковых требований истца просит обратить внимание, что ФИО3 не имеете право предъявлять требования о взыскании с нас страхового возмещения в размере 1 767 862,88 руб. в пользу ПАО Сбербанк. Также проценты за пользование чужими денежными средствами рассчитаны неправильно. Просит в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказать, удовлетворив встречный иск.

Представитель третьего лица ПАО Сбербанк в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом, предоставлен отзыв.

Суд полагает возможным провести судебное заседание в отсутствии неявившихся участников процесса.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, установив юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком). Договор личного страхования является публичным договором (статья 426).

На основании ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо.

В соответствии со ст. 942 ГК РФ при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: о застрахованном лице; о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.

Согласно ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (п. 1).

Если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем (п. 2).

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в п. 1 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 3).

Согласно подп. 2 п. 1 ст. 9 Федерального закона от 07 ноября 1992 года N 4015-1 "Об организации страхового дела в РФ" страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления, то есть страхователь должен находиться в добросовестном неведении относительно наступления этого события.

По смыслу вышеприведенной нормы права при рассмотрении вопроса о том, обладало ли событие, на случай наступления которого производилось страхование, признаком случайности, суд должен принимать во внимание характер страхового случая и наличие у страхователя информации об указанном событии.

Судом установлено, что между ФИО3 и АО «НАСКО» в рамках кредитного договора № от 15.05.17 г., заключенного ФИО3 и ПАО Сбербанк, был заключен договор страхования заемщика кредита от несчастных случаев и болезней № от 15.05.2017г. со сроком действия с 15.05.2017г. по 14.05.2017г.

Страхование заемщика кредита от несчастных случаев и болезней заключено на условиях Правил страхования от несчастных случаев и болезней при ипотечном кредитовании в ред. от 07.09.2007 г.. Объектом страхования являются имущественные интересы, связанные с причинением вреда здоровью гражданина, а также с их смертью в результате несчастного случая или болезни.

Страхователем по указанному договору является ФИО3.

Страховщиком по указанному договору является АО «НАСКО».

Выгодоприобретателем по указанному договору в части фактической суммы долга на дату страхового случая по кредитному договору № от 15.05.2017 является ПАО «Сбербанк России».

Страховыми случаями признаются:

Смерть Застрахованного вследствие несчастного случая или болезни, происшедшего/впервые диагностированной в период страхования;

Установление Застрахованному <данные изъяты>

Страховая сумма по указанному договору составляет 1 800 000 рублей.

Страховая премия по указанному договору составляет 9 000 рублей.

Согласно договора № от 15.05.2017года страхования заемщика кредита от несчастных случаев и болезней: установление застрахованному <данные изъяты> вследствие несчастного случая или болезни, происшедшего/впервые диагностированной в период страхования, либо болезни, диагностированной до заключения договора страхования, указанной Страхователем (Застрахованным) в заявлении Страхователя (Застрахованного) и принятой страховщиком на страхование 100% страховой суммы.

В период действия договора произошел страховой случай - ФИО3 была присвоена <данные изъяты> согласно справки серии № от 02.11.2017 г. выданной Бюро медико-социальной экспертизы №.

30.11.2017 ФИО2 обратился в АО «НАСКО» с заявлением о наступлении страхового случая путем направления в адрес страховой компании письма с заявлением (вх. № от 30.11.2017),а 22.12.2017 года в адрес ответчика была направлена претензия, которая осталась без ответа.

В соответствии с п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Из анализа приведенной нормы права следует, что заключая договор страхования, страховщик предполагал добросовестность поведения страхователя и надлежащее исполнение последним своей обязанности сообщить страховщику информацию, имеющую существенное значение для определения степени страхового риска.

Обязанность страхователя сообщить страховщику при заключении договора добровольного страхования все обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

Среди обязанностей страхователя по договору страхования закон выделяет обязанность сообщить страховщику известные страхователю на момент заключения договора страхования обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства неизвестны и не должны быть известны страховщику (пункт 1 статьи 944 ГК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются, во всяком случае, обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в п. 1 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 3 ст. 944 ГК РФ).

Таким образом, положения ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации направлены на обеспечение страховщику возможности наиболее точного определения вероятности наступления страхового случая и избежание рисков, которые не оценивались страховщиком при заключении договора страхования.

Согласно п. 1 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Согласно пункту 6.7 Правил страхования страховая компания имеет право требовать от Застрахованного представления дополнительной медицинской документации для решения вопроса о страховой выплате.

В этой связи АО «НАСКО» в адрес ФИО3 было направлено письмо № от 08.12.2017 с требованием предоставить следующие документы: направление на медико-социальную экспертизу (МСЭ) для установления <данные изъяты>; заключение МСЭ. протокол МСЭ. Письмо было получено по почте лично 14.12.17 г., однако в страховую компанию документов он не предоставил. Посчитав свои права нарушенными, ФИО3 обратился в суд.

Составной частью договора страхования является заявление - анкета, в котором указываются данные о состоянии здоровья страхователя, которая применительно к правилам ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации имеет такое же значение, как и письменный запрос.

Указанные в заявлении сведения являются существенными для определения вероятности наступления страхового случая. Обязанность по сообщению этих сведений лежит на страхователе.

Согласно пункту 5.4 Правил страхования при заключении договора страхования на Страхователе лежит обязанность полно и достоверно ответить на все вопросы Страховщика. Несоблюдение этого условия может повлечь отказ в страховой выплате (см. п.7.3.4 Правил).

Как установлено судом и не оспаривается сторонами, при заключении договора № от 15.05.2017 страхователю (ФИО3) было предложено ответить на ряд вопросов медицинского характера - на момент подписания настоящего Заявления я заявляю, что:

-Я не являюсь <данные изъяты> и не имею действующего направления на медико - социальную экспертизу;

-Я не переносил черепно - мозговых травм;

-Я не являюсь ограниченно трудоспособным в связи с нарушением здоровья, обусловленным травмой, отравлением или болезнью

-И др.

Исходя из положений п. 2 ст. 945 Гражданского кодекса Российской Федерации страховщик вправе, а не обязан провести обследование лица, выразившего желание заключить договор личного страхования, для оценки фактического состояния его здоровья.

Таким образом, обязанности проводить медицинское освидетельствование застрахованного лица на стадии заключения договора страхования у страховщика не имеется ни в силу закона, ни в силу договора страхования.

Вместе с тем, истец, заполняя раздел заявления о состоянии здоровья, был обязан правдиво ответить на поставленные вопросы.

В соответствии с требованиями части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Из представленных в материалы дела документов следует, что 14.10.2016 - ФИО2 была присвоена <данные изъяты> (выписка из акта освидетельствования гражданина признанного <данные изъяты> серия № от 14.10.2016 г.).

Таким образом, до заключения Договора страхования у ФИО3 имелась 3 <данные изъяты>, о чем страховщик не был поставлен в известность.

Из направления на медико-социальную экспертизу организацией, оказывающей лечебно-профилактическую помощь от 02.11.2017 следует, что ФИО3 <данные изъяты>

<данные изъяты>

Анализ материалов дела показывает, что при сообщении ФИО3 сведений о наличии у него <данные изъяты> у страховщика была бы возможность оценить страховые риски и определить вероятность их наступления, и при указанных обстоятельствах назначить истцу полное медобследование и увеличить размер страховой премии либо вовсе отказать истцу в заключении договора страхования.

Однако, при заключении договора страхования ФИО3 скрыл от страховой компании существенную информацию о своем состоянии здоровья, т.к. о наличии указанных заболеваний ФИО3 знал с 2010 года.

Сообщив страховщику заведомо ложные сведения о состоянии своего здоровья, ФИО3 нарушил положения ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, лишив страховщика на момент заключения договора возможности оценить страховой риск и определить вероятность наступления страхового случая.

Доводы ФИО3 и его представителя о наличии в страховой компании заявления, в котором он указывал о <данные изъяты>, копия которого ему не выдавалась и находится в страховой компании - являются голословными, а потому в силу ст.56 ГПК РФ, судом во внимание не принимаются.

Таким образом, при заключении договора № от 15.05.2017 страхования заемщика кредита от несчастных случаев и болезней (заключен на условиях правил страхования от несчастных случаев и болезней при ипотечном кредитовании в ред. от 07.09.2007г. ) ФИО3 умышленно скрыл существенные обстоятельства о состоянии своего здоровья и предоставил страховщику АО «НАСКО» ложные сведения в виде ответов на конкретно поставленные вопросы, что в соответствии с п. 3 ст. 944 ГК РФ, п. 1 ст. 179 ГК РФ является основанием для признания договора страхования недействительным.

Согласно положений ст. п.2 ст. 167 ГК РФ:

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Применяя последствия недействительности сделки, с АО «НАСКО» в пользу ФИО3 следует взыскать уплаченную им страховую премию в размере 9000 руб.

Что касается исковых требований ФИО3 о взыскании в пользу банка страхового возмещения, то они не основаны на нормах действующего законодательства, поскольку выгодоприобретателем по договору является ПАО Сбербанк, который на представление своих интересов истцу полномочий не давал, а кроме того, согласно положений ст. 138 ГПК РФ, удовлетворение встречного иска в данном случае полностью исключает удовлетворение первоначального иска.

Истец действует своей волей и в своем интересе, а суд принимает решение согласно ч. 3 ст. 196 ГПК РФ лишь в пределах заявленных требований.

Соответственно, требования о взыскании процентов, почтовых и юридических услуг, являются производными от основных требований, и также удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

С ФИО3 в пользу АО «НАСКО» следует взыскать госпошлину, оплаченную при подаче искового заявления в размере 6 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.12, 56, 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО3 в удовлетворении исковых требований к АО «НАСКО» - отказать в полном объеме.

Встречные исковые требования АО «НАСКО» удовлетворить.

Признать Договор № от 15.05.2017 г. страхование заемщика кредита от несчастных случаев и болезней (заключенный на условиях Правил страхования от несчастных случаев и болезней при ипотечном кредитовании в ред. от 07.09.2007г.), заключенный между ФИО3 и АО «НАСКО» - недействительным.

Взыскать с АО «НАСКО» в пользу ФИО3 страховую премию в размере 9000 руб.

Взыскать с ФИО3 в пользу АО «НАСКО» возврат госпошлины в размере 6 000 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Нижегородского областного суда в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Дзержинский городской суд в апелляционном порядке.

Судья:п.п. Е.П. Бочарова

Копия верна:

Судья: Е.П.Бочарова