Апелляционное постановление № 22-1276/2017 УК-22-1276/2017 от 20 сентября 2017 г. по делу № 22-1276/2017

Судья: Скрабачев П.Д. Дело № УК-22-1276/2017


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калуга 21 сентября 2017 года

Калужский областной суд в составе:

председательствующего - судьи ХОХЛОВА А.Н.,

с участием прокурора Паршиковой Ю.С.,

осужденного ФИО1,

защитника - адвоката Северина М.С., представившего удостоверение № 801 и ордер № 030008 от 24.07.2017,

представителя потерпевшей ФИО4 – адвоката Гукова С.В., представившего удостоверение № 467 и ордер № 37 от 30.08.2017,

при секретарях Амирханян Р.Д. и Агеевой Е.В.,

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Северина М.С. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Кировского районного суда Калужской области от 19 июля 2017 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый,

осужден по ч.1 ст.264 УК РФ к 1 году ограничения свободы с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования «<адрес> и <адрес>» <адрес>, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также с возложением обязанности: один раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, на основании ч.3 ст.47 УК РФ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года.

Приговором разрешены предъявленный потерпевшей ФИО4 гражданский иск о компенсации морального вреда, а также вопросы о сохранении обеспечительной меры и о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав выступление осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Северина М.С., поддержавших доводы апелляционной жалобы, а также мнение прокурора Паршиковой Ю.С. и выступление представителя потерпевшей ФИО4 – адвоката Гукова С.В., возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы и полагавших необходимым приговор оставить без изменения, суд

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено 03 декабря 2016 года в <адрес> при установленных судом и изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления признал частично.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Северин М.С. в интересах осужденного ФИО1 просит отменить приговор и оправдать его по предъявленному обвинению. В обоснование доводов жалобы ссылается на то, что в деле отсутствуют доказательства, подтверждающие факт причинения потерпевшей тяжкого вреда здоровью, указывая, что комиссионная судебно-медицинская экспертиза в отношении потерпевшей проведена с нарушением уголовно-процессуального закона, а выводы комиссии экспертов являются необоснованными и противоречивыми, поскольку при производстве экспертизы в нарушение приказов Минздравсоцразвития РФ «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» и «Об утверждении порядка организации и производства судебно-медицинский экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях РФ» медицинское обследование потерпевшей не проводилось; в основу заключения комиссии экспертов положено заключение эксперта №, которое не подписано экспертом, и последний не был предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; установленные у потерпевшей повреждения не соответствуют медицинским критериям квалифицирующих признаков в отношении тяжкого вреда здоровью, указанным в п.6.1.23 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, на который эксперты сослались в качестве основания для квалификации имеющихся у потерпевшей повреждений как причинивших тяжких вред ее здоровью. Находит, что между заключением комиссии экспертов и заключением эксперта №, подготовленным экспертом ФИО9, имеются существенные противоречия, заключающиеся в том, что эксперт ФИО9 пришел к выводу о необходимости проведения контрольного рентгенологического исследования в отношении потерпевшей и производстве комиссионной экспертизы с привлечением врачей-специалистов травматолога и рентгенолога для установления степени тяжести вреда здоровью потерпевшей, однако комиссионная экспертиза была проведена без привлечения названных врачей-специалистов и без проведения контрольного рентгенологического исследования, при этом комиссией экспертов сделан вывод, противоречащий выводам рентгенолога ФИО10, которая указывала на невозможность установления характера повреждений по имеющимся рентгенограммам потерпевшей. Несмотря на наличие, как считает апеллянт, нарушений при производстве судебных экспертиз и противоречий между ними, суд необоснованно отказал в удовлетворении его ходатайств о назначении судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшей, а также в допросе экспертов. Кроме того, автор апелляционной жалобы полагает, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, поскольку осужденный характеризуется положительно, из обстоятельств дела видно, что скорость движения он не превышал, применил экстренное торможение сразу после того, как увидел потерпевшую на пешеходном переходе, наезд на потерпевшую совершил вследствие стечения ряда случайных обстоятельств, а именно плохих дорожных условий, отвлечения внимания на другой автомобиль и появления потерпевшей на полосе движения автомобиля из-за другой автомашины. При назначении дополнительного наказания суд не учел, что осужденный является индивидуальным предпринимателем и проходит лечение в <адрес>, для чего ему необходимо пользоваться личным автомобилем, а также не принял во внимание, что лишение права управления транспортными средствами не соответствует интересам потерпевшей, поскольку осужденный будет лишен возможности заработать достаточные для компенсации морального вреда денежные средства. Помимо этого, защитник, выражая несогласие с суммой взысканной судом в пользу потерпевшей компенсации морального вреда, считает ее завышенной и не соответствующей степени физических и нравственных страданий последней.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель ФИО11, не соглашаясь с доводами жалобы, считает приговор суда законным, обоснованным и справедливым, просит оставить апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым, а доводы апелляционной жалобы не подлежащими удовлетворению.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления основаны на совокупности всесторонне, полно и объективно исследованных судом доказательств, проверенных в судебном заседании, подробный анализ которых содержится в приговоре, и, вопреки доводам апелляционной жалобы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Виновность ФИО1 в нарушении им при управлении автомобилем правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, установлена его показаниями и показаниями потерпевшей ФИО4 в судебном заседании, из анализа которых видно, что ФИО1, управляя автомобилем, совершил наезд на потерпевшую, которая переходила через дорогу по нерегулируемому пешеходному переходу; протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого зафиксирована обстановка на месте дорожно-транспортного происшествия, а также наличие на данном участке дороги дорожных знаков «Пешеходный переход»; протоколом осмотра видеозаписи с видеорегистратора, установленного в автомобиле ФИО1, на которой зафиксирован момент наезда автомобиля под управлением ФИО1 на потерпевшую и заключением эксперта, согласно которому в исследуемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля ФИО1 должен был руководствоваться требованиями пп. 10.1, 14.1 и 14.2 Правил дорожного движения, его автомобиль каких-либо неисправностей ходовой части, рулевого управления и тормозной системы не имеет.

Согласно заключению комиссии экспертов у потерпевшей ФИО4 установлены телесные повреждения, образовавшиеся в результате травмирующего воздействия тупых твердых предметов, которыми могли являться выступающие части движущегося транспортного средства, в совокупности по признаку опасности для жизни квалифицирующиеся как причинившие тяжкий вред здоровью (основание: п. 6.1.23 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека).

Доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного, правильно оценены как допустимые и достоверные, а в своей совокупности – достаточные для разрешения уголовного дела и, как верно указано судом, подтверждают виновность ФИО1 в совершении преступления.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, комиссионная судебно-медицинская экспертиза в отношении потерпевшей ФИО4 проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. В заключении экспертов содержатся методика, порядок и результаты исследования, а также ответы на все поставленные перед экспертами вопросы и выводы экспертов, имеющие значение для дела и достаточные для принятия судом решения по делу, экспертами установлены характер и степень тяжести причиненного вреда здоровью потерпевшей, выводы экспертов подробны и обстоятельны, основаны на медицинской документации и материалах уголовного дела. Заключение экспертов выполнено квалифицированными специалистами, имеющими необходимое образование, длительный стаж и опыт работы по специальности, оснований сомневаться в их компетенции и объективности не имеется.

Установленные у потерпевшей при проведении судебной экспертизы повреждения, что оспаривает защитник, соответствуют медицинским критериям квалифицирующих признаков в отношении тяжкого вреда здоровью, указанным в п.6.1.23 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, на который эксперты сослались в качестве основания для квалификации имеющихся у потерпевшей повреждений как причинивших тяжких вред ее здоровью, что, помимо изложенных в заключении комиссии экспертов выводов, подтверждается и показаниями допрошенного в суде апелляционной инстанции эксперта ФИО12

Доводы защитника о наличии противоречий в заключении комиссии экспертов и заключении №, подготовленном экспертом ФИО9, что, по мнению апеллянта, связано с невыполнением изложенных в заключении эксперта ФИО9 рекомендаций о привлечении врачей-специалистов травматолога и рентгенолога при производстве комиссионной экспертизы, а также о проведении контрольного рентгенологического исследования потерпевшей, являются необоснованными, поскольку, как показал в суде апелляционной инстанции эксперт ФИО12, выступающий организатором комиссионной судебно-медицинской экспертизы, в выполнении названных рекомендаций необходимости не имелось в связи с тем, что следователем, назначившим комиссионную судебно-медицинскую экспертизу, были представлены достаточные материалы для производства экспертизы, а при ее проведении и постановке выводов, наряду с другими материалами дела, учитывалась и имеющаяся в деле консультация врача-рентгенолога ФИО10

Изложение в исследовательской части комиссионной судебно-медицинской экспертизы содержания заключения № от 19 декабря 2016 года, не подписанного экспертом, вопреки доводам апелляционной жалобы, не могло повлиять на обоснованность выводов комиссии экспертов, поскольку эксперт ФИО12 пояснил, что названное заключение эксперта при проведении комиссионной экспертизы во внимание не принималось, а сведения о нем были приведены в заключении комиссии экспертов лишь в связи с необходимостью выполнения требований ведомственных нормативных актов об обязательности внесения результатов предшествующих экспертиз в заключение экспертизы.

Учитывая, что Федеральный закон «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также ведомственные нормативные акты, регламентирующие порядок организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях, не содержат обязательного требования о проведении судебно-медицинской экспертизы исключительно путем медицинского обследования лица, в отношении которого она назначена, и допускают проведение экспертизы по материалам дела и оригиналам медицинских документов, представленным в распоряжение эксперта должностным лицом, назначившим экспертизу, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными доводы защитника о нарушении экспертами порядка производства комиссионной судебно-медицинской экспертизы.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит нарушений при производстве комиссионной судебно-медицинской экспертизы и противоречий в заключениях экспертов, и с учетом этого считает, что судом первой инстанции законно и обоснованно отказано в удовлетворении заявленных в ходе судебного следствия стороной защиты ходатайств о назначении судебно-медицинской экспертизы, а также о допросе экспертов и свидетеля ФИО10, отмечая, что вынесенные судом по существу заявленных ходатайств постановления надлежаще мотивированы со ссылкой на нормы закона.

В связи с изложенным доводы защитника о невиновности ФИО1 в совершении преступления и необходимости его оправдания по предъявленному обвинению суд апелляционной инстанции признает несостоятельными. Как справедливо отмечено в приговоре, дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения водителем ФИО1 пп. 10.1, 14.1 и 14.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, при этом судом правильно установлено, что несоблюдение водителем ФИО1 названных пунктов Правил дорожного движения находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей ФИО4

Действиям ФИО1 на основе установленных в судебном заседании фактических обстоятельств дела дана правильная правовая квалификация по ч.1 ст.264 УК РФ. Выводы суда относительно юридической оценки содеянного осужденным в приговоре мотивированы.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.60 УК РФ об общих началах назначения наказания в пределах санкции ч.1 ст.264 УК РФ с учетом положений Общей части УК РФ, соразмерно содеянному.

При назначении осужденному наказания суд, наряду с характером и степенью общественной опасности совершенного по неосторожности преступления, учел обстоятельства его совершения, данные о личности осужденного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

При наличии совокупности перечисленных обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения осужденному ФИО1 наказания в виде ограничения свободы с установлением определенных ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре суда первой инстанции, а также, исходя из положений ч.3 ст.47 УК РФ, - дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, и не нашел оснований для назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, подробно мотивировав свои выводы по данным вопросам в приговоре.

С учетом изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что данные о личности осужденного, влияющие на его наказание, судом учтены всесторонне, объективно и в полном объеме, а при определении вида и размера наказания в полной мере учтены положения уголовного закона о его индивидуализации и справедливости.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, с учетом установленных фактических обстоятельств дела и сведений о личности осужденного ФИО1, который ранее привлекался к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения, принятое судом решение о назначении ему дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, является обоснованным и надлежащим образом мотивированно. Оснований для исключения дополнительного наказания не имеется, поскольку суду не представлено сведений, подтверждающих, что профессия водителя является для ФИО1 единственной для выполнения им трудовой деятельности. Иные же обстоятельства, указанные защитником в апелляционной жалобе в обоснование исключения назначенного ФИО1 дополнительного наказания, являются необоснованными и не находятся в зависимости с его назначением.

Гражданский иск потерпевшей ФИО4 о компенсации морального вреда рассмотрен и разрешен судом в соответствии с требованиями ст.151,1064,1099-1101 ГК РФ, п.10 ч.1 ст.299 УПК РФ с учетом характера причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий, требований разумности, справедливости и соразмерности, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения гражданского иска, и обоснованно удовлетворен в сумме <данные изъяты> рублей. Оснований для снижения размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу потерпевшей, суд апелляционной инстанции не находит.

Суд соглашается также и с выводами суда первой инстанции о необходимости сохранения обеспечительной меры в отношении имущества осужденного до исполнения приговора суда в части гражданского иска.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения и ограничения гарантированных прав участников судопроизводства, несоблюдения процесса судопроизводства или иным способом повлияли бы на вынесение законного и обоснованного решения, а также влекущих отмену или изменение приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Кировского районного суда Калужской области от 19 июля 2017 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: