Апелляционное определение № 33-758/2026 33-8500/2025 от 3 февраля 2026 г.

Дело № 33-758/2026(33-8500/2025)

№ 2-2102/2025

23RS0040-01-2024-007630-56


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

04 февраля 2026 года г. Оренбург

Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего судьи Раковского В.В.,

судей областного суда Булгаковой М.В., Шор А.В.,

с участием прокурора Филипповской О.Н.,

при секретаре Мальцевой И.К.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Нефтестройиндустрия-Юг», ФИО1 на решение Промышленного районного суда г. Оренбурга от 22 октября 2025 года по гражданскому делу по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг» о компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Оренбургского областного суда Раковского В.В., пояснения третьего лица ФИО3, возражавшей по доводам апелляционной жалобы, заключение прокурора Филипповской О.Н., полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратилась в суд с исковыми заявлением, указав, что приговором Прикубанского районного суда г. Краснодара от (дата) сотрудники ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг» ФИО11 и ФИО1 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 216 Уголовного кодекса Российской Федерации, а именно ими допущено нарушение правил техники безопасности при ведении строительных или иных работ повлекших по неосторожности смерть человека. В результате несчастного случая, в результате падения с высоты (дата) погиб её (истца) сын ФИО6 Просила, с учетом уточнения исковых требований, взыскать в свою пользу с ответчика ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг» 1 500 000 рублей в качестве компенсации морального вреда, обязать ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг» принести письменные извинения и слова соболезнования за гибель сотрудника.

Истец ФИО2, третьи лица: ФИО11, ФИО1 в судебное заседание не явились, извещались судом о дне, месте и времени рассмотрения дела путем направления им судебных повесток по почте заказной корреспонденцией по адресу их места жительства.

Решением Промышленного районного суда г. Оренбурга от 22.10.2025 исковые требования ФИО2 к ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг» о компенсации морального вреда, обязании принести письменные извинения и слова соболезнования удовлетворены в части. Суд решил: «Взыскать с ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг» (ОГРН: №) в пользу ФИО2, (дата) г.р. (паспорт: № №), компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей.

В остальной части исковые требования ФИО2 оставить без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг» (ОГРН: №) в доход государства государственную пошлину в размере 3 000 рублей».

В апелляционной жалобе ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг» просит решение суда отменить, принять новое решение, отказав в удовлетворении заявленных требований.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, принять новое решение, отказав в удовлетворении заявленных требований.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ФИО2, представитель ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг», ФИО11, ФИО7 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще. В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из Конституции Российской Федерации следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац 2 части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и 13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац 2 пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац 1 пункт 1 статья 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абзац 3 пункт 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Согласно пункту 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, что ФИО6 состоял в трудовых отношениях с ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг».

В результате несчастного случая на производстве (дата) ФИО6 погиб.

Приговором Прикубанского районного суда г. Краснодара от (дата), измененным апелляционным определением Краснодарского областного суда от (дата) ФИО11 и ФИО1 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 216 Уголовного кодекса Российской Федерации. В пользу ФИО2 с ФИО11, ФИО1 взыскана компенсация морального вреда по 600 000 рублей с каждого.

Вышеуказанным приговором Прикубанского районного суда г. Краснодара от (дата) установлено, что ФИО11 (работающий в должности производителя работ ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг») и ФИО1 (работающий в должности бригадира каменщиков) допустили нарушение правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшие по неосторожности смерть человека, а именно: (дата) в период времени с 08.00 часов до 09.00 часов каменщик ФИО6, (дата) г.р., являющийся подсобным рабочим в бригаде каменщиков, допущенный к производству строительных работ по выполнению каменных работ по устройству ограждения балкона на 16 этаже старящегося многоквартирного дома ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг», расположенного по адресу: (адрес), на время отсутствия ответственного исполнителя на рабочем месте, не использовав средства индивидуальной защиты, сорвался с высоты 16 этажа на землю, получил телесные повреждения, которые причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинной связи со смертью ФИО6

Из акта о несчастном случае на производстве № от (дата), утвержденного генеральным директором ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг» ФИО8, следует, что (дата) в 08.45 часов на территории строительной площадки, расположенной по адресу: (адрес) произошел несчастный случай с каменщиком ФИО6, который сорвался с высоты 16 этажа. Установлено, что работодателем надлежащим образом не организовано безопасное перемещение работников к рабочим местам через площадки, расположенные на расстоянии ближе 2м. от неогражденых перепадов по высоте более 1,8 м., а также без защитных ограждений в нарушение ст. 212 Трудового кодекса РФ.

ФИО2 является матерью ФИО6, что подтверждено материалами дела.

Обращаясь с указанным иском в суд, истец ФИО2 указала, что испытывает нравственные страдания в связи с утратой сына. Для истца ФИО2 ее сын ФИО6 был единственной опорой и надеждой, это невосполнимая утрата для нее. Нервное потрясение, связанное с гибелью сына, усугубило физическое состояние истца ФИО2, ослабило ее здоровье.

Суд первой инстанции разрешая заявленные требования указал, что потеря близкого, родного человека (сына для матери) в результате уголовного преступления является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие нравственные страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие психику, здоровье, самочувствие и настроение.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции пришел к выводу о возложении обязанности компенсации морального вреда, причиненного ФИО2 гибелью сына, погибшего в результате несчастного случая на строительстве объекта, на работодателя ФИО11 и ФИО1 - ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг».

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции исходил из принципа разумности и справедливости, принял во внимание близкие родственные отношения, индивидуальные особенности истца, состояние здоровья, тяжелую психологическую травму в результате гибели сына, степень вины причинителя вреда и пришел к выводу о взыскании с ООО «Фирма «Нефтестройиндустрия-юг» в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей.

С указанными выводами суда первой инстанции следует согласиться, поскольку данные выводы основаны на материалах дела, анализе письменных доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к правильным выводам о том, что основанием для возмещения вреда ФИО2 является ответственность работодателя за действия своего работника при исполнении им трудовых обязанностей, а также ответственность работодателя за вред, причиненный в результате необеспечения безопасных условий труда своему работнику.

Суждения в апелляционных жалобах о том, что поскольку приговором суда с ФИО1 в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда, в связи с чем по настоящему делу компенсация морального вреда взыскана повторно, являются несостоятельными. У ФИО2 имелось право требовать возмещения вреда, причиненного неправомерными действиями работника при исполнении трудовых обязанностей, равно как и имелось право требовать возмещения вреда, причиненного в результате невыполнения работодателем обязанности по обеспечению безопасных условий труда ее погибшему сыну.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционных жалобах, выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам и материалам гражданского дела, основаны на правильном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Фактически приведенные в апелляционных жалобах доводы не содержат обстоятельств, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на законность постановленного судебного акта, либо опровергали выводы суда.

Само по себе несогласие, выраженное в апелляционных жалобах с выводами суда первой инстанции, иная оценка фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означают, что при рассмотрении дела судом допущены нарушения норм материального или процессуального права, которые могли бы служить основанием для отмены обжалуемого судебного постановления, принятого по настоящему делу.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований отмены или изменения решения суда по доводам апелляционных жалоб.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального и материального права, являющихся безусловным основанием для отмены или изменения решения, судебной коллегией не установлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Промышленного районного суда г. Оренбурга от 22 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Нефтестройиндустрия-Юг», ФИО1 без удовлетворения.

Председательствующий Раковский В.В.

Судьи Булгакова М.В.

Шор А.В.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 18 февраля 2026 года.