Решение № 2-2029/2019 2-2029/2019~М-422/2019 М-422/2019 от 14 мая 2019 г. по делу № 2-2029/2019

Копия Дело № 2-2029/2019


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

14 мая 2019 года г. Казань

Вахитовский районный суд города Казани в составе председательствующего судьи Ахметжанова А.Ф.,

при секретаре Хуснетдиновой Л.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс», Публичному акционерному обществу «Татфондбанк», Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о признании договора доверительного управления недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании вкладчиком, включении в реестр обязательств банка перед вкладчиками,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «ИК «ТФБ Финанс», ПАО «Татфондбанк» в вышеуказанной формулировке. В обосновании иска указано, что 12.10.2015г. между истцом и ПАО «Татфондбанк» был заключен договор банковского счета ... (текущий счет). 13.10.2016г. между истцом и ООО «ИК «ТФБ Финанс» был заключен договор доверительного управления имуществом ... на сумму 1100529,54 руб., котораябыла переведена с вышеуказанного банковского счета, что подтверждается платежным поручением №1 от 13.10.2016г.

Однако истец, при подписании договора доверительного управления, полагал, что заключает договор банковского вклада сроком на 6 мес. под 14,5%. Договор доверительного управления с ООО «ИК «ТФБ Финанс» был заключен в помещении ОАО АИКБ «Татфондбанк». О том, что денежные средства будут перечислены не на счет вклада в ПАО «Татфондбанк», а на счет другого юридического лица - ООО «ИК «ТФБ Финанс», без распространения на них гарантий государственной системы страхования вкладов физических лиц, истцу не сообщили.

Истец был уверен, что вкладывает свои деньги именно в ПАО «Татфондбанк» под высокие проценты. Типовой договор доверительного управления, стандартную инвестиционную стратегию, регламент доверительного управления имуществом, декларацию о рисках ФИО1 при подписании договора прочитать не дали.

Истец полагает, что при заключении договора доверительного управления имуществом с ООО «ИК «ТФБ Финанс» он был введен в заблуждение сотрудником ПАО «Татфондбанк» относительно правовой природы сделки, и лица, с которым он вступает в сделку, так как истец считал, что заключает договор банковского вклада с ПАО «Татфондбанк».

На основании изложенного истец просит признать договор доверительного ... от 13.10.2016г.на сумму 1100529,54 руб., заключенный между ООО «ИК «ТФБ Финанс» и истцом недействительным; применить последствия недействительности сделки; признать истца вкладчиком ПАО «Татфондбанк» денежных средств в сумме 1100529,54 руб., включить истца в реестр обязательств банка перед вкладчиками в порядке, установленном Банком России.

В судебном заседании в качестве ответчика была привлечена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

Представители истца в судебном заседании исковые требования поддержал, проси их удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «ИК «ТФБ Финанс» в судебном заседаниииск не признал, просит в удовлетворении иска отказать, применив срок исковой давности.

Ответчики ПАО «Татфондбанк» и Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» о времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом, в суд своих представителей не направили, сведений о причинах неявки не представлено.

Третье лицо Центральный банк Российской Федерации о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом, в суд своего представителя не направил, сведений о причинах неявки не представлено.

Заслушав доводы лиц участвующих в деле, исследовав доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с п. 1 ст. 1012 ГК РФ по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

В соответствии с п. 1 ст. 834 ГК РФ по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В судебном заседании установлено, что 12.10.2015г. между истцом и ПАО «Татфондбанк» был заключен договор банковского вклада ...на сумму 300000 руб., сроком на 367 дней, до 13.10.2016г., который неоднократно пополнялся.

13.10.2016г. между истцоми ООО «ИК «ТФБ Финанс» был заключен договор доверительного управления ... путем подписания истцом заявления о присоединении к заранее подготовленным ООО «ИК «ТФБ Финанс» условиям договора. Согласно содержанию заявления, истец присоединился к условиям договора доверительного управления ООО «ИК «ТФБ Финанс» по стандартной инвестиционной стратегией «Доходные инвестиции+», сумма передаваемых в доверительное управление денежных средств определена в размере 1100529,54 руб.

Указанные заявления от истца было принято операционистом ПАО «Татфондбанк», о чем имеется отметка в тексте заявления.

13.10.2016г.в целях исполнения договора доверительного управления денежные средства со счета вклада истца в размере 1100529,54 руб.были переведены на текущий счет в ПАО «Татфондбанк», а затем на основании заявления истца были переведены на счет ООО «ИК «ТФБ Финанс».

Истец полагает, что при заключении договора доверительного управления он был введен в заблуждение операционистом ПАО «Татфондбанк», поскольку ему было сообщено о том, что указанные денежные средства являются банковским вкладом и риск их утраты застрахован. Истец, доверяя пояснениям сотрудника банка, согласился на названные ему условия и заключил с ООО «ИК «ТФБ Финанс» договор доверительного управления имуществом путем написания заявления о присоединении к стандартным условиям договора. Данное заявление истца от имени ООО «ИК «ТФБ Финанс» было принято сотрудником ПАО «Татфондбанк».

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе вполучении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались ст. 56 ГПК РФ, ст. 65 АПК РФ.

Оценивая действия сторон при заключении договора доверительного управления, суд считает необходимым учесть следующее.

Истец на момент заключение договора доверительного управления былв возрасте 61 года, данное обстоятельство свидетельствует о менее внимательном отношении к деталям сделки и склонности к доверительному отношению другим лицам в тех областях, в которых у него отсутствуют самостоятельные познания.

Истец не обладает специальными познаниями в области рынка ценных бумаг, не имеет финансового или иного специального образования в этой сфере.

Как указывает истец, он обратился в банк с целью вложить денежные средства во вклад под более высокий процент, желая получить проценты по вкладу и подписывая документы, полагал, что операционистами ПАО «Татфондбанк» денежные средства принимаются во вклад в банке. Сделка была подписана в помещении банка, документы принимались сотрудником банка, что убедило истца в заключении сделки с ПАО «Татфондбанк».

При таких данных суд приходит к выводу о том, что с учетом обстоятельств заключения сделки, истец добросовестно существенно заблуждался в правовой природе заключаемой сделки, а также в отношении лица, с которым вступает в сделку, добросовестно полагая, что вступает в правоотношения с ПАО «Татфондбанк».

Из указанного вывода следует, что сделка по договорудоверительного управления совершена истцом под влиянием существенного заблуждения относительно обстоятельства, из наличия которого истец с очевидностью для другой стороны исходил, совершая сделку.

При таких обстоятельствах подлежат удовлетворению требования истца о признании заключения договора доверительного управления№... от 13.10.2016г. недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки.

Приказом Центрального банка Российской Федерации № ОД-4537 от 15.12.2016г. в соответствии с п. 1 ст. 189.38 Федерального закона 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сроком на три месяца введен мораторий на удовлетворение требований кредиторов ПАО «Татфондбанк».

Введение Банком России моратория на удовлетворение требований кредиторов признается страховым случаем, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 8 Федерального закона от 23.12.2003 года № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» (далее - Закон о страховании вкладов).

В связи с тем, что ПАО «Татфондбанк» является участником системы обязательного страхования вкладов, действующей в соответствии с Законом о страховании вкладов, вкладчики при наступлении страхового случая имеют право на получение возмещения по вкладам, предусмотренного названным законом (далее - страховое возмещение).

Выплата страхового возмещения производится Агентством в соответствии с формируемым банком, в отношении которого наступил страховой случай, реестром обязательств банка перед вкладчиками (далее - реестр), в течение трех рабочих дней со дня представления вкладчиком в Агентство документов, предусмотренных ч. 4 и ч. 5 ст. 10 Закона о страховании вкладов, но не ранее 14 дней со дня наступления страхового случая.

На основании ч. 2 ст. 30 Закона о страховании вкладов Банк обязан вносить в реестр обязательств банка перед вкладчиками изменения при установлении несоответствия включенных в него сведений сведениям о фактическом состоянии взаимных обязательств банка и вкладчика на дату наступления страхового случая.

Согласно ч. 4 ст. 12Закона о страховании вкладов реестр обязательств является единственным основанием для выплаты ГК АСВ страхового возмещения.

Требование о признании истца вкладчиком ПАО «Татфондбанк» денежных средств в сумме 1100529,54 руб.подлежит удовлетворению.

В силу ст. 12, ч. 2 ст. 30 Закона о страховании вкладов, п.п.2.1 и 2.2 Указания ЦБ РФ от 01.04.2004г.№1417-У «О форме реестра обязательств банка перед вкладчиками» ПАО «Татфондбанк» обязано включить истца в реестр обязательств банка перед вкладчиками в порядке, установленном Банком России. Соответствующее исковое требование также подлежит удовлетворению.

Заявление представителя ответчика ООО «ИК «ТФБ Финанс» о пропуске истцом исковой давности судом отклоняется, поскольку о том, что оспариваемый истцом договор доверительного управления является именно таковым, истцу стало известно в 14.12.2018г. после ответа ГК «АСВ» об отказе выплате страхового возмещения по договору банковского вклада. До декабря 2018г. истец полагал, что 13.10.2016г. он заключил договор банковского вклада.

Поскольку истец не предъявил никаких требований к ГК «АСВ», суд с учетом правил, установленных ч. 3 ст. 196 ГПК РФ о том, что суд не может выйти за пределы заявленных требований, приходит к выводу о том, что истцу следует отказать в удовлетворении иска к ГК «АСВ».

В силу ст. 98 ГПК РФ с ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» и ПАО «Татфондбанк»в пользу истца подлежит взысканию отплаченная при подаче иска государственная пошлина в размере по 300 руб. с каждого за требование неимущественного характера.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 98, 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Признать договор доверительного управления ... от 13.10.2016г. на сумму 1100529,54 руб., заключенный между Обществом с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» и ФИО1 недействительным.

Применить последствия недействительности сделки.

Признать ФИО1 вкладчиком Публичного акционерного общества «Татфондбанк» денежных средств в сумме 1100529,54 руб. Обязать Публичное акционерное общество «Татфондбанк» включить ФИО1 в реестр обязательств банка перед вкладчиками в порядке, установленном Банком России.

В остальной части иск оставить без удовлетворения.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс»в пользу ФИО1 возмещение расходов на оплату госпошлины 300 руб.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Татфондбанк»в пользу ФИО1 возмещение расходов на оплату госпошлины 300 руб.

ФИО1 выдать справку на возврат госпошлины в размере 300 руб. (получатель: МРИ ФНС РФ № 14 по РТ).

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд РТ путем подачи апелляционной жалобы через Вахитовский районный судг. Казани в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Судья: подпись.

Копия верна.

Судья А.Ф. Ахметжанов