Решение № 2-953/2018 2-953/2018 ~ М-611/2018 М-611/2018 от 29 мая 2018 г. по делу № 2-953/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 мая 2018 года г.Самара

Судья Железнодорожного районного суда г.Самары Дудова Е.И.,

с участием истцов ФИО2, ФИО3 и ФИО4,

представителя истцов ФИО6,

представителя ответчика ФИО7,

при секретаре Марченко Ю.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО2 , ФИО3 , ФИО4 к ОАО «РЖД» о возмещении компенсации материального и морального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обратились в суд с вышеуказанным иском к ОАО «РЖД», в обосновании иска указали, что ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 15 минут на <данные изъяты>» электропоездом № был смертельно травмирован ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который является мужем ФИО2 и отцом ФИО3 и ФИО4 Истцам утрата самого близкого и дорогого человека принесла физические и нравственные страдания, которые подлежат денежной компенсации. Считают, что несчастный случай произошел при использовании ответчиком транспортного средства, а гибель ФИО1 произошла вследствие причинения вреда источником повышенной опасности. Кроме того, в результате смерти мужа истец ФИО2 понесла материальный ущерб, который заключается в следующем: расходы на погребение - <данные изъяты>., поминальный обед в день погребения - <данные изъяты> поминальный обед на 9 дней - <данные изъяты>., напитки на поминальные обеды в день погребения и на 9 дней на общую сумму - <данные изъяты>., посуда на помин покойного (кружки) на общую сумму – <данные изъяты>., поминальный обед на 40 дней - <данные изъяты> Таким образом, материальный ущерб составил на общую сумму - <данные изъяты>.

На основании изложенного, истцы просили суд взыскать с ОАО «РЖД» компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>. на каждого истца. Взыскать с ОАО «РЖД» в пользу истца ФИО2 компенсацию материального ущерба в размере <данные изъяты>., судебные расходы на представителя в размере <данные изъяты>

В судебном заседании представитель истцов ФИО6 исковые требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении, просила удовлетворить в полном объеме.

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала, пояснила, что с погибшим мужем прожили в браке 45 лет, жили мирно, ругались редко. Проживали они вместе с мужем и с ними жил их старший сын ФИО5, младший сын проживает отдельно. Муж был на пенсии, но продолжал работать. Супруг ДД.ММ.ГГГГ утром ушел заказывать окна на дачу, потом ей позвонили из полиции, сказали, что ее муж смертельно ранен железнодорожным транспортом в районе <данные изъяты> Она переживает смерть мужа до сих пор. У мужа состояние здоровья было нормальное, зрение и слух были хорошие, спиртными напитками он не злоупотреблял, мыслей о самоубийстве у мужа не было.

В судебном заседании истец ФИО3 исковые требования поддержал, пояснил, что он проживает вместе с женой и сыном отдельно от родителей. В тот день он находился на работе, в районе 10:30 час. ему позвонила мама и сказала, что сейчас привезут отца из полиции, она была расстроена и это его насторожило. Он позвонил на телефон отца и ему ответил молодой человек и сказал, что отец смертельно травмирован. Они с отцом виделись часто, вместе ездили на дачу. Отец с матерью жили мирно, мыслей о суициде у отца не было, он собирался растить внука, он был героем труда. Он (свидетель) сильно переживает смерь своего отца.

Истец ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержал, пояснил, что в день происшествия он был у друга, в 11:00 часов ему позвонила мама и сказала, что отец погиб. У отца не было мыслей о суициде. Он был человек уважаемый, на него равнялись. Отец с мамой не ругались, они были образцовой семьей.

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО7 исковые требования не признал в полном объеме, просил в иске отказать, поддержал отзыв на исковое заявление (л.д. 142-153), также указал, что расходы на поминальные обеды не относятся к соблюдению традиций и не являются расходами на погребение. Истцы не доказали невозможность получения безвозмездных услуг на погребение. Погибший пренебрег правилами безопасности при переходе железнодорожных путей, через 200 метров от места происшествия есть санкционированный пешеходный переход. Погибший допустил грубую неосторожность. Если бы не поведение самого погибшего, то происшествия могло бы не быть. В случае, если суд признает требования истцов обоснованными просил суд компенсацию морального вреда снизить. Считает расходы на услуги представителя завышенными и в случае удовлетворения иска просил также их снизить.

Представитель третьего лица СПАО «Ингосстрах» в суд не явился, извещался надлежащим образом, представили отзыв на исковое заявление, в котором указали, что обращения в страховую компанию не было, в связи с чем требования подлежат взысканию с ОАО «РЖД» при установлении ответственности ответчика, разумности взыскиваемого морального вреда и наличия оснований для взыскании морального вреда, документального подтверждения расходов на погребение (л.д. 175-176).

Куйбышевский транспортный прокурор в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил, что в силу ч. 3 ст. 45 ГПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие указанного лица.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО11 показал, что он работает машинистом депо «Безымянка» ОАО «РЖД». ДД.ММ.ГГГГ он оправился от станции «<данные изъяты>» пассажирский электропоезд № сообщением <данные изъяты> В тот момент помощник ФИО8 ушел на проверку оборудования состава, в кабине управления он находился один. На данном перегоне они встречались по соседнему пути с грузовым поездом между платформой «Стахановская» и «Киркомбинат». После проследования грузового поезда из-за хвоста грузового поезда вышли двое мужчин. Мужчины двигались поперек пути, справа налево по отношению к движущему составу. Мужчины шли и разговаривали, никто никого не держал и не толкал. Он (свидетель) подал оповестительный сигнал большой громкости, но они не остановились, расстояние было примерно 150 метров. Он (свидетель) поставил кран в экстренное положение и начал тормозить, и во время торможения одновременно подавал сигнал. В последний момент один из мужчин отскочил назад, а второй не успел и ударился об поезд. После остановки он сообщил дежурной подстанции об экстренной остановке. Распорядился, чтобы помощник вышел и осмотрел пострадавших. Через некоторое время помощник ему доложил, что у пострадавшего нет признаков жизни, данную информацию они сообщили дежурному на станцию «Безымянка», которые вызвали сотрудников полиции и медработников. Дежурный принял информацию и дал разрешение следовать дальше. Участок, где проходил погибший, огражден металлическим профлистом в высоту примерно 3 метра. От того места до пешеходного перехода расстояние около 200 м. На данном участке в заборе сделаны несанкционированные дырки для прохода пешеходов, настила там нет.

В судебном заседании допрошенный свидетель ФИО12 показал, что он работает помощником машиниста электропоезда в депо «Безымянка» ОАО «РЖД». Во время прохождения технологического обхода по направлению движения от станции «Стахановской» в строну «Толевая» он шел по составу в заднюю кабину. В момент наезда он находился в задней кабине, он понял, что электропоезд начал торможение, но до платформы еще было время. Он выглянул в окно и увидел, что на обочине лежит человек в неподвижном положении. Он вышел из вагона, подошёл к этому человеку, пульса у него не было, он был без признаков жизни, крови не было, а в руках у мужчины был пакет. Рядом с погибшим стоял человек, он сказал, что погибший ему не друг, что они с ним только познакомились. Он направился вдоль дорожного полотна, доложил машинисту о происшедшем, машинист доложил все дежурному, после этого они отправились к платформе «Киркомбинат». Железнодорожные пути в том месте, где произошло происшествие, ограждены металлическим забором, в заборе отсутствовала часть листа.

Выслушав истцов, представителя истцов, представителя ответчика, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Статья 12 ГК РФ относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

Согласно п.1 ст.1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с ней деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Из разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что в силу ст.1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. По смыслу ст.1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств (п.18).

В соответствии с п.1, п.2 ст.1083 ГК РФ, вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (п.1 ст.1085 ГК РФ), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (ст.1089 ГК РФ), а также при возмещении расходов на погребение (ст.1094 ГК РФ).

Из представленного суду свидетельства о смерти III-ЕР №, выданного ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС Железнодорожного района г.о. Самара управления ЗАГС Самарской области следует, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умер ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 16), что также подтверждается записью акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 49).

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 8 час. 16 мин. московского времени на <данные изъяты> электропоездом № был смертельно травмирован ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается материалами проверки № (л.д. 183-207) и постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.205-206).

В ходе проведенной проверки установлено, что согласно объяснениям машиниста ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ. он следовал в качестве машиниста электропоезда № сообщением «<данные изъяты> Примерно в 08 часов 16 минут, находясь на <адрес> в 400 метрах от платформы <данные изъяты> совершил наезд на мужчину, который переходил железнодорожные пути в неустановленном и необорудованном для перехода месте. Заметив мужчину на путях, он применил все необходимые меры для предотвращения наезда, подал звуковой и световой сигнал, а также применил экстренное торможение. Наезд предотвратить не удалось.

Согласно справке по расшифровке кассеты регистрации № машиниста ФИО11 поезда № сообщением «<данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ в 08 час. 16 мин. на <адрес> при скорости 57 км/ч (допустимая скорость 100 км/ч) было применено экстренное торможение и зафиксированы сигналы большой громкости.

Из Акта № служебного расследования транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что причиной транспортного происшествия с ФИО1 явилось «хождение по железнодорожным путям в неустановленном месте перед идущим поездом» (л.д. 197-198).

Согласно заключению эксперта №, смерть ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, последовала от разрыва атлантозатылочного сочленения с полным повреждением спинного мозга. При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа ФИО1 этиловый алкоголь не обнаружен, что указывает на то, что ко времени наступления смерти ФИО1 был трезв (л.д. 89-98).

Проведенная проверка Самарским следственным отделом на транспорте Приволжского следственного управления на транспорте СК РФ показала, что объективных данных, свидетельствующих о том, что в отношении ФИО1 совершено преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 263 УК РФ, т.е. нарушение правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного транспорта, лицом в силу занимаемой должности обязанным соблюдать эти правила, повлекшее по неосторожности смерть человека, не установлено, в связи с тем, машинистом ФИО13 и помощником ФИО12 правила эксплуатации железнодорожного транспорта не нарушались. В ходе проведенной проверки объективных данных, указывающих на то, что в отношении ФИО1 поступали угрозы, систематически унижалось человеческое достоинство или с ним жестоко обращались, что привело к самоубийству, не получено (л.д. 205-206).

Оценивая приведенные выше доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд полагает достаточными, для подтверждения того, что смерть ФИО1 наступила вследствие причинения вреда источником повышенной опасности – железнодорожным составом, эксплуатируемым ОАО «РЖД», в связи с чем на ОАО «РЖД» лежит обязанность по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности.

Доказательства, свидетельствующие о том, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла ФИО1 в материалах дела отсутствуют.

Также, суд приходит к выводу о том, что действия погибшего являются грубой неосторожностью, поскольку он не соблюдал необходимую осмотрительность при нахождении на железнодорожных путях (допустил хождение по железнодорожным путям в неустановленном месте перед идущим поездом), хотя, как данное обстоятельство, так и отсутствие вины ответчика в его смерти, в силу положений п.1 ст.1079 ГК РФ и п.п.1, 2 ст.1083 ГК РФ, не могут служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о возмещении вреда, причиненного его смертью.

Из представленных суду свидетельств о рождении и свидетельства о браке (л.д. 60, 67, 74) следует, что погибший ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлся истцам близким родственником, а именно истцу ФИО2 - мужем и истцам ФИО3 и ФИО4 – отцом.

В абз.3 п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" указано, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.

Статьей 5 УПК РФ к близким родственникам отнесены: супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки.

В силу ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При этом, в соответствии с п.1 ст.150 ГК РФ, к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, в соответствии со ст.1100 ГК РФ, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Согласно п.2 ст.150 ГК РФ, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст.1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п.1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.2 Постановления Пленума ВС РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 года № 10 (в ред. Постановлений Пленума ВС РФ от 25.10.96 № 10, от 15.01.98 № 1, от 06.02.2007 № 6), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащее гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В связи с тем, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Суд находит общеизвестным и потому не подлежащим доказыванию сам факт причинения нравственных страданий, связанных со смертью близкого родственника, в связи с чем, страдания истцов носят неоспоримый характер ввиду невосполнимой утраты близкого им человека, поэтому сама гибель ФИО1 является для истцов необратимым обстоятельством, нарушающим их психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата самого близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи, что свидетельствует о причинении истцам нравственных страданий, что в силу ст.151 ГК РФ, является основанием компенсации морального вреда, и с учётом установленных по делу обстоятельств суд полагает, что имеются основания для возложения на ответчика обязанности по компенсации морального вреда, причинённого истцам смертью ФИО1

При определении размера компенсации морального вреда суд, в соответствии со ст.151 и п.2 ст.1101 ГК РФ, принимает во внимание вышеуказанные пояснения истцов в связи с утратой близкого родственника, а также учитывая грубую неосторожность погибшего и отсутствие вины ответчика, характер и степень причиненных истцам нравственных страданий, а также конкретные обстоятельства дела, в частности, степень родства истцов с погибшим, а также руководствуясь принципами разумности и справедливости и по этим основаниям полагает необходимым определить компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ответчика в пользу каждого истца по <данные изъяты>.

Данный размер согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст.21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

В соответствии со ст. 1094 ГК РФ лица ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Согласно п. 2 ст. 1083 ГК РФ вина потерпевшего не может учитываться при возмещении расходов на погребение.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 12.01.1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" под погребением понимаются обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Согласно статье 9 указанного Федерального закона к услугам по погребению относятся: оформление документов, необходимых для погребения; предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения; перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом). Услуги по погребению оказываются специализированной службой по вопросам похоронного дела.

Ни действующее гражданское законодательство, ни законодательство о погребении и похоронном деле не определяют критерии определения достойных похорон, в связи с чем, решение этого вопроса входит в компетенцию лиц, осуществляющих похороны, с учетом своего отношения к умершему, а также с учетом отношения близких к памяти об умершем.

При этом размер возмещения не может ставиться в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного статьей 9 Федерального закона о погребении и похоронном деле. Возмещению подлежат необходимые расходы на достойные похороны, отвечающие требованиям разумности.

В состав расходов на похороны (погребение) включаются как расходы по предоставлению гроба и других ритуальных предметов (в том числе, приобретение одежды для погребения), перевозка тела умершего на кладбище, организация подготовки места захоронения, непосредственное погребение, организация поминального обеда в день захоронения, так и установка памятника, обустройство ограды, поскольку благоустройство могилы общеприняты и соответствуют традициям населения России, являются одной из форм сохранения памяти об умершем.

Судом установлено, что истцом ФИО2 понесены расходы на погребение мужа, а именно: расходы на организацию похорон, захоронение (оказание ритуальных услуг) и благоустройство могилы (установка креста и ограды) в общем размере <данные изъяты>. согласно квитанции ИП ФИО15 № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 55). Данные расходы не выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению, в связи с чем указанные расходы подлежат взысканию с ОАО «РЖД» в пользу ФИО2

Кроме того, расходы на ограду и установку ограды, оплаченные по вышеуказанной квитанции ИП ФИО15 № от ДД.ММ.ГГГГ, связаны с благоустройством могилы и являются разумными, поскольку доказательств их чрезмерности не представлено, в связи с чем суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возмещения истцу ФИО2 расходов на изготовление и установку ограды в полном объеме.

Из материалов дела следует, что истцом ФИО2 также понесены расходы на поминальные обеды: в день похорон (ДД.ММ.ГГГГ) в размере <данные изъяты>. (л.д. 28, 56), на 9 дней в размере <данные изъяты>. (л.д. 57), на 40 дней в размере <данные изъяты>. (л.д. 57), что подтверждается соответствующими квитанциями и чеками.

Между тем, суд, учитывая, что действующим законодательством не предусмотрена обязанность лица ответственного за вред, вызванный смертью потерпевшего, по возмещению расходов, не связанных непосредственно с погребением последнего, приходит к выводу о том, что расходы на поминальные обеды на 9 дней и на 40 дней со дня смерти в перечень необходимых расходов, связанных с погребением, не входят, поскольку обрядовыми действиями по непосредственному погребению тела умершего не являются и возмещению не подлежат.

Понесенные истцом ФИО2 расходы на поминальный обед в день похорон ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты>. рублей не выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению, и подтверждается соответствующей накладной ООО <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ. № и чеком от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 56), в связи с чем подлежат взысканию с ОАО «РЖД» в пользу ФИО2 в полном объеме.

Вместе с тем, суд приходит к выводу о том, что расходы на приобретение алкогольной продукции (водки) в день погребения и на 9 дней на общую сумму <данные изъяты> (л.д. 57 а), а также посуды на помин покойного (кружки) на общую сумму <данные изъяты>. (л.д. 57 а), не подлежит включению в общий размер расходов, понесенных ФИО2 на погребение ФИО1, так как алкогольные напитки, а также посуда на помин покойного не входят в перечень необходимых расходов, связанных с погребением, в связи с чем исковые требования ФИО2 в этой части не подлежат удовлетворению.

Доводы представителя ОАО «РЖД» о том, что истцы имели право на получение определенного перечня услуг по погребению на бесплатной основе не могут быть приняты во внимание судом, поскольку как следует из содержания статей 9 - 10 ФЗ от 12.01.1996 года «О погребении и похоронном деле» установлен гарантированный государством перечень услуг по погребению, которые оказываются специализированной службой по вопросам похоронного дела, а в случае осуществления погребения за счет средств родственников, выплачивается социальное пособие на погребение в размере, равном стоимости услуг, предоставляемых согласно гарантированному перечню услуг по погребению, указанному в пункте 1 статьи 9 настоящего Федерального закона. Однако, как следует из ст. 1094 ГК РФ - пособие на погребение полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается. В соответствии с п. 1 ст. 1094 ГК РФ прямо предусмотрена обязанность лиц, ответственных за вред, вызванный смертью потерпевшего, возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Таким образом, с ОАО «РЖД» в пользу ФИО2 подлежат взысканию расходы на погребение в общем размере <данные изъяты>

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Установлено, что истцом ФИО2 понесены расходы на оплату юридических услуг в размере <данные изъяты> что подтверждается квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 54).

В силу правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 21.12.2004г. № 454-О, при рассмотрении вопросов о взыскании судебных расходов в обязанность суда входит установление баланса между правами лиц, участвующих в деле. Обязанность суда по взысканию расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требований ст. 17 Конституции РФ. При данных обстоятельствах, с учетом требований ст. 100 ГПК РФ, оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая объем оказанных юридических услуг, стоимость схожих услуг в регионе, продолжительность рассмотрения дела, участие в судебных заседаниях представителя, суд считает, что расходы истца ФИО2 на оплату услуг представителя подлежат удовлетворению с учетом принципа разумности и соразмерности в размере <данные изъяты>

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ подлежит взысканию с ОАО «РЖД» в доход государства государственная пошлина, в соответствии с законодательством РФ о налогах и сборах, от уплаты которой истцы были освобождены при подаче иска, в размере <данные изъяты>

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 , ФИО3 , ФИО4 - удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>, расходы на погребение <данные изъяты>., расходы на оплату услуг представителя в размере <данные изъяты>., а всего взыскать <данные изъяты>

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>).

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в доход государства сумму государственной пошлины в размере <данные изъяты>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Железнодорожный районный суд г. Самара в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Е.И. Дудова