Решение № 2-211/2020 2-211/2020(2-2545/2019;)~М-2657/2019 2-2545/2019 М-2657/2019 от 26 мая 2020 г. по делу № 2-211/2020

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Тверь 27 мая 2020 года

Московский районный суд г. Твери в составе:

председательствующего судьи Туруткиной Н.Ю.,

при секретаре Трифоновой Ю.С.,

с участием истца ФИО9 и его представителя – адвоката Калинина Е.В., действующего на основании ордера № от 17.12.2018 г. и удостоверения № от 24.02.2005 года; ответчика ФИО10; представитель ФИО10, ФИО11, ФИО12 - адвоката Томашова В.О., действующего на основании ордеров №, № от 17.12.2019 г., № от 16.01.2020 г. и удостоверения № от 02.03.2006 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 к ФИО11, ФИО10, ФИО12 о признании недействительными доверенности и договоров дарения квартиры,

у с т а н о в и л:

ФИО9 обратился в суд с иском к ФИО11 о признании недействительным договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного 08.02.2017 года между ФИО12, действующей по доверенности от имени ФИО13, и ФИО11, зарегистрированного 14.02.2017 года в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области; признании недействительным договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного 06.11.2019 года между ФИО11 и ФИО10, зарегистрированного 11.11.2019 года в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области.

Впоследствии истец уточнил исковые требования к ФИО11, ФИО10, ФИО12 и просил суд признать недействительной доверенность, оформленную 07.02.2017 года ФИО13 на имя ФИО12, удостоверенную ДД.ММ.ГГГГ нотариусом ТГНО г.Твери ФИО14; признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный 08.02.2017 года между ФИО12, действующей по доверенности от имени ФИО13 и ФИО11, зарегистрированный 14.02.2017 года в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области; признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный 06.11.2019 года между ФИО11 и ФИО10, зарегистрированный 11.11.2019 года в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области.

Свои требования мотивировал тем, что его бабушке, ФИО13, на основании договора о передаче квартиры в собственность от 01.11.1993 г. АОЗТ «Калининское» была передана в собственность двухкомнатная квартира по адресу: <адрес>.

ФИО13 умерла ДД.ММ.ГГГГ Наследниками ФИО13 первой очереди являлись ее дети: ФИО11 и отец истца - ФИО15. ФИО16 умер ДД.ММ.ГГГГ

ФИО9, являясь наследником ФИО13 по закону по праву представления, обратился к нотариусу для оформления своих наследственных прав на указанную квартиру. Однако, у нотариуса ему стало известно, что на момент смерти ФИО13 квартира ей уже не принадлежала.

Согласно выписки из ЕГРП квартира по адресу: <адрес> была отчуждена 14.02.2017 г., на основании договора дарения ФИО11 ФИО11 на основании договора дарения от 11.11.2019 г. произвел отчуждение данной квартиры в пользу свой дочери ФИО10

В 2015 г. ФИО13 перенесла инсульт, проходила лечение в ГБУЗ «Городская клиническая больница № 6». После чего состояние ее здоровья ухудшилось. После смерти сына, ФИО16 ее психическое здоровье стало совсем плохим. Она в основном спала, перестала узнавать близких, все время звала и искала умершего сына. В начале 2017 г. ее состояние не позволяла понимать характер совершаемых действий, руководить ими, тем более, она не могла понимать характер совершаемых сделок, в том числе, отчуждение своей квартиры.

Определением Московского районного суда г.Твери от 17 декабря 2019 года занесенным в протокол судебного заседания от 17 декабря 2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика был привлечен нотариус ТНО г.Твери ФИО14

В судебном заседании истец ФИО9 поддержал исковые требования, обосновав изложенными в иске доводами.

Представитель истца Калинин Е.В. поддержал исковые требования, пояснив суду, что о договоре дарения ФИО9 стало известно только в 2019 году от нотариуса, в связи с чем срок исковой давности не истек. ФИО17 перенесла инфаркт мозга, и состояние ее ухудшилось, у нее имелось органическое расстройство. В какой степени оно было в момент подписания доверенности, истец может анализировать по показаниям свидетелей. Четыре свидетеля говорят, что состояние ФИО13 было тяжелое, на момент написания дарения она чувствовала себя плохо, не узнавала людей и фактически ничего не говорила. Она не ориентировалась в окружающей действительности и не понимала что происходит, не могла высказать свое мнение. Любая доверенность должна отражать волю человека. Свидетели ФИО18 и ФИО19 показали суду, что на момент предшествующий подписанию доверенности ФИО13 не выделяла кого-либо из внуков, она одинаково относилась к Никите и Егору. Говорила, что после её смерти они получат квартиру в равной степени, поэтому доверенность и договор дарения не соответствует её желанию и словам. Каких-либо оснований изменить позицию или негативно отнестись к внукам не было. Егор и его мать постоянно ухаживали за ФИО17, каких-либо конфликтов не возникало и оснований для изменения волеизъявления не было. 28.01.18 года без предупреждений и оснований Б-вы увозят ФИО13 на <адрес>, 07 февраля появляется доверенность, и через неделю после доверенности появляется договор дарения.

Ответчик ФИО20 возражала против удовлетворения исковых требований, поддержав письменные возражения и заявление о пропуске срока исковой давности. Пояснив суду, что истцом ФИО9 ни одного доказательства нахождения ФИО13 в 2017 году в состоянии, при котором она не понимала значение своих действий, не приведено.

Только Б-вы, как близкие родственники, ухаживали за ФИО13 Сначала ФИО10 переехала жить к ФИО13 в спорную квартиру для того, чтобы помогать ей вести хозяйство, а в 2016 году ФИО11 забрал ФИО13 к себе в квартиру, где она жила до своей смерти ДД.ММ.ГГГГ. При этом ни ФИО16, ни ФИО9 никакого участия в судьбе ФИО13 не принимали и никакой помощи ей не оказывали.

В период с 2015 года и по 2019 годы ФИО13 не страдала никакими психическими заболеваниями, которые бы препятствовали бы ей понимать значение своих действий или руководить ими.

Решение о дарении квартиры было принято ФИО13 осознано и без чьего-либо давления на неё, однако в связи с тем, что у ФИО13 были больные ноги и ей было очень тяжело ходить, она попросила пригласить нотариуса для оформления доверенности на право заключения договора дарения квартиры.

Для оформления доверенности Бариновами был приглашен нотариус ТГНО Тверской области ФИО14, которая ДД.ММ.ГГГГ составила доверенность.

Содержание доверенности было прочитано нотариусом ФИО13 вслух, нотариус проверила соответствие волеизъявления ФИО13 содержанию доверенности, а также её дееспособность, после чего ФИО13 подписала доверенность.

По требованию нотариуса врачебной комиссией ГБУЗ Тверской области «Областной клинический психоневрологический диспансер» 07.02.2017 года было выдано заключение №, согласно которого у ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ при проведении исследования на момент осмотра признаков психических расстройств не обнаружено.

08.02.2017 года был заключен договор дарения квартиры, согласно которого ФИО13 через своего представителя подарила квартиру №, расположенную по адресу: <адрес> ФИО11 06.11.2019 года ФИО11 заключил с ФИО10 договор дарения квартиры, согласно которого к ФИО10 перешло право собственности на квартиру №, расположенную по адресу: <адрес>.

В своем заявлении ФИО9 указывает на то, что о заключении договора дарения от 14.02.2017 года узнал только после получения выписки из ЕГРП 21.11.2019 года. Между тем, договор дарения квартиры от 08.02.2017 года был зарегистрирован в ЕГРП 14.02.2017 года, и следовательно, сведения о нем стали общеизвестными и могли быть получены истцом в любое время.

Ответчики ФИО11 и ФИО12 в судебное заседание не явились, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, просили рассмотреть дело в их отсутствие с участием представителя Томашова В.О.

Представитель ответчиков ФИО10, ФИО11, ФИО12 – Томашов В.О. возражал против удовлетворения исковых требований, поддержав заявление об истечении срока исковой давности. Кроме того, пояснил суду, что в ходе судебного следствия стороной истца не было представлено доказательств, противоречащих экспертизе. Экспертиза доказала, что ФИО13 понимала значение своих действий и могла руководить ими. У ФИО17 был дифференцированный подход к людям, то есть она различала, кому и что хотела сделать. Таким образом, все доводы представителя истца необоснованные и опровергаются экспертизой. В материалах дела имеются показания свидетелей со стороны ответчика, которые четко и ясно указали, что на момент сделок ФИО17 понимала, что она делает.

Третье лицо – нотариус ТГНО г.Твери ФИО14 в судебное заседание не явилась, будучи надлежащим образом извещенной о времени и месте судебного заседания, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Свидетель ФИО1 пояснил суду, что перед дачей заключения он разговаривал с ФИО13 На момент осмотра не возникло вопросов о ее вменяемости.

Свидетель ФИО2 пояснила суду, что ФИО10 является ее бывшей невесткой, а Егор племянник родителей ФИО10 ФИО13 является бабушкой ФИО10 Свидетель знает ФИО13 с 2007 года, поскольку она жила на <адрес> до инсульта в 2015 году. После инсульта к ФИО13 переехала ФИО10 с дочкой Яной, она там часто была в гостях, поскольку приезжала увидеться с внучкой Яной. Затем Юля уехала от бабушки по состоянию здоровья. Приходила в новогодние праздники в начале 2016 года, бабушка лежала и с ней разговаривала, затем она начала ходить с табуретом. Затем, на бабушку оставляли Яну, она выходила гулять в палисадник, а бабушка сидела и смотрела за ней. Перевезли бабушку в конце 2016 года - начале 2017 г. Бабушка сказала, что ей хорошо в семье сына ФИО11, поскольку ФИО12 за ней хорошо ухаживает. Она также советовалась по поводу квартиры, что хочет подарить ее ФИО11, она предлагала подарить квартиру Юле, но бабушка сказала, что подарит квартиру только сыну. Спустя время узнала, что бабушка подарила квартиру ФИО11 Она всегда трезво рассуждала. Состояние ФИО13 ухудшилось в 2019 году, но она общалась до последнего, она смотрела телевизор, разговаривала с Яной и сознание всегда было трезвое.

Свидетель ФИО3 пояснила суду, что ФИО13 жила на <адрес>, затем у нее случился инсульт, и она сама попросила в декабре 2016 года, чтобы ее перевезли к ФИО11 В начале февраля 2017 года бабушка сказала, что хочет подарить квартиру сыну ФИО11, также говорила, что к ней придет нотариус и будут оформлять. Она была адекватная. Всех узнавала.

Свидетель ФИО4. пояснила суду, что после того, как в 2016 году у ФИО13 умер сын, за ней ухаживала мать истца. Она приходила к ФИО13 после инсульта и после смерти сына. После инсульта она её узнала, а после смерти сына в ноябре ФИО13 лежала с закрытыми глазами и не обратила на неё внимания, отвернулась. Между двумя встречами динамика состояния ФИО13 была отрицательная, т.е. ее состояние ухудшилось.

Свидетель ФИО5 пояснила суду, что ФИО13 знала очень мало, в 2013-2014 году мать истца поспросила помыть окна в квартире ФИО13 В 2015 году она у ФИО13 не была. В 2016 году решила навестить ее, после того, как узнала, что у нее умер сын. Когда пришла, ФИО13 лежала на кровати, глаза у нее были как стеклянные.

Свидетель ФИО6 пояснила суду, что знакома с ФИО13 была с 23.09.1971 года. После смерти сына она говорила о сыне как о живом. Когда они пришли с сестрой, приехавшей из <адрес> ФИО13 их не узнала. После смерти сына ФИО13 практически не разговаривала, ее состояние ухудшилось, на нее ФИО13 никак не реагировала.

Свидетель ФИО7 пояснила суду, что ФИО13 всегда называла мамой. В 2007 году, когда ее ограбили, она хотела пригласить нотариуса, но узнав стоимость услуг, отказалась сказав, что сыновья поделят квартиру сами. В 2015 году у ФИО13 случился инсульт, более месяца она пролежала в больнице, состояние было тяжелое, врачи положительного исхода не гарантировали. После выписки из больницы состояние стало улучшаться, но смерть сына ее подкосила. Она не понимала, что у нее умер сын, она никого не узнавала. Завещание она не составила, так как ее не устроила стоимость услуг нотариуса.

Заслушав стороны, исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, в том числе свидетельские показания и материалы наследственного дела № год на имущество ФИО13, умершей ДД.ММ.ГГГГ (заведенного нотариусом ТГНО г.Твери ФИО8 суд находит заявленные исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Согласно ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. В силу ст.56 ГПК РФ каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Данная обязанность сторонам судом разъяснялась, им предоставлялось время для предоставления доказательств, что учитывается судом при вынесении решения по делу.

Согласно ч.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно ст. 17 ГК РФ, способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью.

В силу ст. 21 ГК РФ, способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста. Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом. (ст. 22 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Согласно пункту 8 статьи 2 Федерального закона от 30.12.2012 N 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в статье 574, не подлежит применению к договорам, заключаемым после 1 марта 2013 года.

В пункте 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу пункта 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно пункту 1 статьи 16 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", действовавшему до 01.01.2017, государственная регистрация прав проводилась на основании заявления правообладателя, сторон договора или уполномоченного им (ими) на то лица.

В соответствии со статьей 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Согласно статье 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 оформила на имя ФИО12 доверенность, согласно которой она уполномочила ФИО12 подарить ФИО11 на условиях по ее своему усмотрению принадлежащую ей квартиру, находящуюся по адресу: <адрес> (л.д.100).

Доверенность была удостоверена 07.02.2017 года нотариусом ТГНО г.Твери ФИО14, реестр. №.

Из пояснений стороны ответчика судом установлено, что по рекомендации нотариуса перед оформлением вышеуказанной доверенности врачебной комиссией ГУЗ «Областной клинический психоневрологический диспансер» в отношении ФИО13 было проведено исследование.

Согласно заключения врачебной комиссии ГУЗ «Областной клинический психоневрологический диспансер» № от 07.02.2017 года у ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ признаки психических расстройств не обнаружены (л.д.101).

Как установлено судом, 08.02.2017 года между ФИО12 действующей от имени ФИО13 на основании указанной доверенности был заключен договор дарения квартиры, согласно которого представитель дарителя ФИО12 передала ФИО11 безвозмездно, а ФИО11 принял в дар - квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, кадастровый №, которая принадлежала дарителю ФИО13 на праве собственности на основании Договора на передачу квартиры в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного в Тверском бюро технической инвентаризации, 11.11.1993 года, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 28.07.2006 года сделана запись регистрации № и Управлением Федеральной регистрационной службы по Тверской области 28.07.2006 года выдано свидетельство о государственной регистрации права <адрес> (л.д.99).

Как следует из п.3.2 договора дарения до заключения настоящего договора указанная квартира никому не продана, не заложена, никому по закону не передана и не обещана в дарение, в споре и под арестом (запрещением) не состоит.

Из п. 5.1 договора дарения следует, что согласно ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ним.

Согласно штампа, имеющегося на договоре дарения от 08.02.2017 года указанный договор 14.02.2017 года был зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области, реестр. №.

06.11.2019 г. между ФИО11 и ФИО10 был заключен договор дарения квартиры, находящейся по адресу: <адрес>, кадастровый №, согласно которого даритель ФИО11 передал ФИО10 безвозмездно, а ФИО10 приняла в дар квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, кадастровый №, которая принадлежала дарителю ФИО11 на праве собственности на основании Договора дарения квартиры от 08.02.2017 года, о чем в Едином государственном реестре прав недвижимости 14.02.2017 года сделана запись регистрации № (л.д.98).

Указанный договор дарения от 06.11.2019 года был зарегистрирован 11.11.2019 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области, реестр. №.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 умерла, что подтверждено свидетельством о ее смерти сер.<данные изъяты> № (л.д. 64).

Истец ФИО9, считая себя наследником ФИО13 по закону по праву представления после смерти отца ФИО16, умершего ДД.ММ.ГГГГ, обратился в суд с настоящим иском.

Согласно ч.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находящимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые интересы нарушены в результате ее совершения.

Факт оформления ФИО13 доверенности от 07.02.2017 года и заключения договора дарения от 08.02.2017 года в момент, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

В соответствии со ст.79 ГПК РФ решение вопроса о том, мог ли гражданин отдавать отчет своим действиям и руководить ими требует специальных познаний в области психиатрии.

По настоящему делу была проведена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключения комиссии экспертов ГБУЗ «Областной клинический психоневрологический диспансер» № от 19.03.2020 года ФИО13 в интересующий суд период, а именно при совершении юридически значимого действия - на момент подписания 07.02.2017 года доверенности на имя ФИО12 и договора дарения квартиры от 14.02.2017 года не выявляла признаков выраженных психических расстройств. ФИО13 выявляла признаки <данные изъяты>. Об этом свидетельствуют анамнестические сведения о наличии у неё на протяжении многих лет признаков <данные изъяты>. Заболевание нашло свое отражение во внешних формах поведения ФИО13, ограничении трудоспособности, трудностях в самообслуживании, а также в виде замедленности и конкретности мышления, истощаемости психических процессов, проявления таких личностных особенностей, как эмоциональная лабильность, склонность к настороженности, характерных для органических заболеваний эмоционально - волевых расстройств.

В тоже время, в интересующий суд период, у ФИО13 не отмечалось тотального, выраженного нарушения адаптации, сохранялась практическая ориентировка в повседневной жизни, способность к решению бытовых вопросов. При обследовании у психолога в 2014 году, и психиатра в период сделки в 2017 году выраженных психических отклонений не выявляла. В юридически значимой ситуации ФИО13 вела себя целенаправленно, ориентировалась в собственной личности и окружающей обстановке, у нее была сохранена способность к целостному осмысленны ситуаций, отмечалось наличие собственной активной позиции в момент составления и подписания завещания, а также собственный оценок происходящего.

Действия ФИО13 в течение жизни были целенаправленными, многоэтапными, подчиненными определенному мотиву: решению имущественных вопросов в соответствии с её жизненным опытом, потребностью в помощи и уходе, дифференцированным отношением к разным людям. В материалах гражданского дела, представленной медицинской документации данных за выраженные психические отклонения в период совершения сделки, в том числе интеллектуально - мнестические расстройства, расстройства критики нет. Согласно медицинской документации, ухудшение в психическом состоянии ФИО13 произошло с 2019 года. Поэтому ФИО13 при жизни, а именно в интересующий суд период, в момент при совершении юридически значимого действия - на момент подписания 07.02.2017 года доверенности на имя ФИО12 и договора дарения квартиры от 14.02.2017 года не выявляла признаков выраженных психических расстройств, по своему психическому состоянию могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Не доверять заключению комиссии экспертов, данному высококвалифицированными специалистами, имеющими большой стаж экспертной работы в области психиатрии, у суда оснований не имеется. Данное заключение не вызывает у суда сомнений в правильности и обоснованности, не содержит противоречий, является ясным и полным, эксперты ответили на все поставленные судом вопросы, пришли к единому мнению в результате анализа имеющейся в материалах дела медицинской документации.

Свидетель ФИО1 Д.Н., являющийся председателем врачебной комиссии ГУЗ «Областной клинический психоневрологический диспансер» показал суду, что у ФИО13 17.02.2017 года не выявлялись признаки психических расстройств.

Допрошенные в ходе судебного разбирательства свидетели ФИО2 ФИО3 пояснили суду, что ФИО13 была дееспособной, социально была ориентирована, хорошо понимала, что делает и отдавала отчет своим действия.

У суда нет оснований не доверять указанным свидетелям, поскольку они непосредственно наблюдали и общались с ФИО13 длительное время, их показания логичны, последовательны и согласуются с материалами дела.

Показания свидетелей ФИО4., ФИО5., ФИО6. суд находит недостаточными для вывода о том, что ФИО13 в момент оформления спорной доверенности и заключения спорного договора дарения не могла осознавать его значение. Данные свидетели общались с ФИО8 М.Н. эпизодично и непродолжительное время, поэтому их показания носят характер суждений.

К показаниям свидетеля ФИО7 суд относится критически, поскольку свидетель является близким родственником истца и может быть заинтересована в исходе данного дела.

Анализируя вышеприведенные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что ФИО13 оформила доверенность и заключила спорный договор дарения находясь в здравом уме и ясной памяти. По мнению суда, данными действиями была выражена действительная воля ФИО13 подарить принадлежащую ей квартиру ФИО11

При таких обстоятельствах, учитывая вышеизложенное, суд находит, что указанная доверенность и договоры дарения квартиры от 08.02.2017 г. и от 06.11.2019 г. не могут быть признаны недействительными по заявленным истцом основаниям, то есть по мотиву их совершения в момент, когда ФИО13 не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

В ходе судебного заседания стороной ответчика заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии с ч.2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Статьей199 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно положениям статьи200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной ими сделки, в том числе, по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Как было указано ранее договор дарения квартиры был заключен 08.02.2017 года.

Истец, являясь наследником ФИО13, при жизни наследодателя не мог оспаривать заключенный договор, поскольку его законные права и интересы не могли быть нарушены в результате совершения указанной сделки. Сам наследодатель при жизни мог понимать значения своих действий и руководить ими, соответственно осознать нарушение своих прав спорной сделкой и оспорить ее. Срок давности для оспаривания указанной сделки для истца как процессуального правопреемника (наследника) необходимо исчислять с момента смерти наследодателя – 19.10.2019 года, поскольку с указанной даты истцу должно быть известно о нарушении его права.

Таким образом, поскольку настоящий иск подан истцом в суд 29.11.2019 года, срок исковой давности, установленный п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцом не пропущен.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО9 к ФИО11, ФИО10, ФИО21 о признании недействительной доверенности от 07.02.2017 года, выданной ФИО10 ФИО12, удостоверенной нотариусом Тверского городского нотариального округа ФИО14, реестровый номер № о признании недействительным договора дарения квартиры от 14.02.2017 года, заключенного ФИО12 от имени ФИО13 и ФИО11; о признании недействительным договора дарения квартиры от 11.11.2019 года, заключенного между ФИО11 и ФИО10, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, путем подачи жалобы через Московский районный суд г.Твери.

Судья подпись Н.Ю.Туруткина

.

.
.

.
.

1версия для печати