Приговор № 1-466/2019 от 16 июня 2019 г. по делу № 1-466/2019

Дело № 1-466/2019


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Магнитогорск 17 июня 2019 года

Орджоникидзевский районный суд города Магнитогорска Челябинской области в составе председательствующего судьи Ишимовой А.В.,

при секретаре Паздниковой Д.Е.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Орджоникидзевского района города Магнитогорска Челябинской области Рашкиной Н.А.,

потерпевшего Потерпевший №1,

подсудимого ФИО1,

его защитника адвоката Взюкова А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда уголовное дело по обвинению

ФИО1, родившегося <дата обезличена> в городе <адрес обезличен>, гражданина РФ, имеющего среднее специальное образование, работающего <данные изъяты>", военнообязанного, состоящего в зарегистрированном браке, имеющего на иждивении малолетнего ребенка (<дата обезличена> года рождения), зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес обезличен>, не судимого, под стражей не содержавшегося,

в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, управляя механическим транспортным средством, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено в Орджоникидзевском районе г. Магнитогорска при следующих обстоятельствах:

30 октября 2018 года около 18 часов 53 минут в темное время суток ФИО1, управляя технически исправным автомобилем ВАЗ 21124 государственный регистрационный знак <номер обезличен>, следовал по правой полосе движения проезжей части <адрес обезличен>, имеющей две полосы для движения в направлении от <адрес обезличен>, со скоростью 66 км/час, создающей реальную угрозу безопасности дорожного движения и не обеспечивающей ему возможности постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения РФ, а также превышающей максимально разрешенную в населенных пунктах скорость движения – 60 км/час, чем нарушил требования пунктов 10.1 и 10.2 Правил дорожного движения РФ, введенных в действие с 01 июля 1994 года (далее по тексту – Правил, ПДД, ПДД РФ). Подъезжая к нерегулируемому пешеходному переходу, расположенному в районе <адрес обезличен>, ФИО1 в нарушение требований пункта 14.1 ПДД РФ проявил преступную небрежность, не снизил скорость движения, не убедился в отсутствии на нерегулируемом пешеходном переходе, обозначенном дорожными знаками 5.19.1 и 5.19.2 "Пешеходный переход", пешеходов и, не останавливаясь перед переходом, продолжил движение, чем создал опасность для движения пешехода <ФИО>6, переходившего проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу слева направо по ходу движения его автомобиля, не уступил ему дорогу и совершил на него наезд, хотя в данной дорожно-транспортной ситуации располагал технической возможностью остановиться до места наезда на пешехода с применением мер экстренного торможения при скорости движения 60 км/час.

Своими действиями ФИО1 по неосторожности причинил пешеходу <ФИО>6 смерть, которая наступила от острой легочно-сердечной недостаточности, развившейся в результате сочетанной тупой травмы головы, живота, правой нижней конечности, в комплекс которой вошли: <данные изъяты> Все вышеописанные повреждения прижизненные, образовались в результате воздействия тупых твердых предметов. Все вышеописанные повреждения в соответствии с Постановлением Правительства РФ № 522 от 17 августа 2007 года "Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" и на основании приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194Н от 24 апреля 2008 года "Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека", на основании п. 6.1.2, 6.1.3, 6.1.16, 6.11.8 в совокупности (п. 13), причинили потерпевшему тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для его жизни; состоят в причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшего.

Своими действиями ФИО1 нарушил требования пунктов 1.3, 1.5, 10.1, 10.2 и 14.1 ПДД РФ, согласно которым: "Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил,.. ., знаков.. ." (п. 1.3); "Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда" (п. 1.5); "Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства" (п. 10.1); "В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч...." (п. 10.2); "Водитель транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть (трамвайные пути) для осуществления перехода" (п. 14.1).

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании виновным себя признал полностью. Пояснил, что 30 октября 2018 года около 19:00 часов, управляя своим автомобилем ВАЗ 21124 государственный регистрационный знак <номер обезличен>, выехал из квартала <адрес обезличен> и следовал в сторону <адрес обезличен>. В салоне автомобиля на заднем пассажирском сидении находились два пассажира. Уличное освещение по ходу движения отсутствовало. Дорожное полотно было асфальтовое сухое, выбоины отсутствовали. В автомобиле был включен ближний свет фар. Автомобиль был в исправном состоянии, во время движения ему никто не мешал. Он следовал по крайней правой полосе. Препятствия по ходу его движения отсутствовали. Впереди в его полосе движения транспортных средств не было. В крайней левой полосе позади него в том же направлении ехал автомобиль Дэу Матиз, иные транспортные средства отсутствовали. По ходу его движения он видел знак пешеходного перехода, разметку не видел. Он ехал со скоростью 45 км/ч. Скорость движения при подъезде к пешеходному переходу он не снижал, поскольку препятствий для движения не видел. Перед пешеходным переходом, в свете фар своего автомобиля непосредственно перед автомобилем он увидел темный силуэт, попытался избежать столкновения, вывернув руль вправо и применив экстренное торможение, но избежать столкновения не удалось, он совершил наезд на пешехода передней частью своего автомобиля. Сразу после этого он остановил автомобиль, выбежал из автомобиля, подошел к пешеходу, пощупал его пульс и попросил пассажиров, которые тоже вышли из автомобиля, вызвать скорую помощь, так как свой телефон оставил в машине. Потерпевшего до прибытия скорой помощи никто не трогал. Примерно через 10 минут прибыла карета скорой помощи. Потерпевший, который к моменту прибытия медицинской помощи находился в сознании, был госпитализирован. На следующий день после случившегося он поехал в больницу, однако к потерпевшему его медицинский персонал больницы не пустил. С родственниками потерпевшего он после случившегося не встречался, меры к частичному возмещению причиненного вреда им не приняты. В дальнейшем он принимал участие в осмотре места происшествия, в ходе которого указал место совершенного им наезда на пешехода.

Из оглашенных в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1, данных в качестве подозреваемого, следует, что он увидел в свете фар не просто силуэт, а именно пешехода в темной одежде. В остальном им были даны показания, аналогичные данным в судебном заседании (том 1 л.д. 124-126).

В оглашенных в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаниях, данных в качестве обвиняемого, ФИО1, заявив о частичном признании вины в совершенном преступлении, пояснял, что, по его мнению, отсутствует причинно-следственная связь между смертью потерпевшего и дорожно-транспортным происшествием, участником которого он являлся. Исковые требования потерпевшего полагал завышенными (том 1 л.д. 169-171).

В судебном заседании ФИО1 полностью подтвердил показания, данные в период предварительного следствия в процессуальном статусе подозреваемого. Относительно частичного признания вины при допросе в качестве обвиняемого ФИО1 заявил о том, что на сегодняшний момент с предъявленным обвинением он полностью согласен, виновным себя признает, а ранее давал иные показания в связи с выработанной в период предварительного расследования защитной позицией, которая на стадии судебного разбирательства изменилась.

Такими образом, оценивая показания ФИО1, данные в судебном заседании и в процессуальном статусе подозреваемого, суд находит их не противоречивыми, последовательными, логичными и согласующимися как друг с другом, так и с показаниями свидетелей <ФИО>22, Свидетель №2 и Свидетель №1, допрошенных судом. Показания даны ФИО1 в присутствии адвоката, после разъяснения положений ст. 46, ст. 47 УПК РФ и ст. 51 Конституции РФ. В связи с этим суд принимает изложенные выше показания ФИО1, данные на предварительном следствии и в суде, в качестве достоверных и допустимых доказательств его виновности в совершении преступления. Что касается показаний в качестве обвиняемого, судом они не принимаются, поскольку, как заявил сам ФИО1, они лишь соответствовали выбранной на той стадии защитной позиции, в настоящее время он их не подтверждает.

Вместе с тем, суд критически оценивает вышеизложенные показания ФИО1 в той части, что скорость движения его автомобиля перед наездом на пешехода составляла 45 км/ч. Показания опровергаются результатами проведенной по уголовному делу автотехнической экспертизы, достоверность и обоснованность выводов которой сомнений у суда не вызывают. ФИО1, по мнению суда, настаивая, что скорость движения не превышала допустимую, стремится снизить степень собственной ответственности за содеянное.

Помимо изложенных выше показаний подсудимого ФИО1, данных им в суде и в период предварительного расследования, его виновность в совершении преступления подтверждается показаниями потерпевшего и свидетелей.

Потерпевший Потерпевший №1 в судебном заседании пояснил, что <ФИО>6 приходился ему отцом. На 30 октября 2018 года <ФИО>6 не работал, был на пенсии, проживал по <адрес обезличен> совместно со своим братом <ФИО>7, а также с его (потерпевшего) сестрой <ФИО>8 и её дочерью <ФИО>20 Отец готовился к операции в связи с катарактой левого глаза, находился в туберкулезном диспансере под наблюдением, иных проблем со здоровьем не имел. С отцом он поддерживал хорошие близкие отношения, ежедневно общался с ним. 30 октября 2018 года около 19 часов 30 минут ему (потерпевшему) позвонила племянница <ФИО>20, которая сказала, что отец попал в ДТП и его отвезли в больницу, расположенную на ул. Набережной. По словам племянницы, об этом ей стало известно от соседей. Брат отца <ФИО>9 рассказал, что около 15:00 часов 30 октября 2018 года отец пошел в гараж по <адрес обезличен>, на обратном пути собирался зайти в магазин за продуктами. Отец после ДТП длительное время лежал в больнице. Каждый день он посещал отца, однако поговорить с ним не удалось, поскольку всё это время отец находился в реанимации, куда родственников не пускали. 26 января 2019 года отец умер. Организацией погребения покойного занимался он (потерпевший), размер понесенных им расходов составил около 90 000 рублей, в связи с чем просит о взыскании указанной суммы с виновного. Кроме того, просит взыскать с виновного компенсацию морального вреда на сумму 1 500 000 рублей, в связи с утратой близкого человека, который был ветераном труда, 34 года отработав на металлургическом комбинате, три года служил заграницей, отдав воинский долг. Размер компенсации морального вреда заявлен им, исходя из того, что средний размер компенсации, выплачиваемой государством родственникам погибших, составляет 1 000 000 рублей, а, учитывая, что подсудимым даже не принесены извинения, полагает, что общий размер компенсации морального вреда должен составить 1 500 000 рублей. Причиненный ущерб и моральный вред не возмещен.

Из оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ в связи с существенными противоречиями показаний потерпевшего Потерпевший №1, данных в период предварительного следствия, усматривается, что, в целом дав аналогичные показания об обстоятельствах, при которых ему стало известно о том, что отец пострадал в ДТП, он уточнял, что размер его расходов, связанных с захоронением, составил 72 145 рублей. Также дополнял, что испытывает нравственные страдания после смерти отца, что негативно сказывается на профессиональной деятельности. В настоящее время осуществляет уход за родным братом отца, являющимся инвалидом 1 группы, за которым ранее ухаживал отец (том 1 л.д. 114-116, л.д. 142-144).

Потерпевший Потерпевший №1 данные в период предварительного следствия и исследованные судом показания подтвердил полностью, как более точные и подробные в указанной части.

Оценивая показания потерпевшего Потерпевший №1, данные в суде и в период предварительного следствия, суд находит их не противоречивыми, согласующимися с другими представленными доказательствами. Оснований ставить под сомнение достоверность показаний потерпевшего не имеется. Показания получены с соблюдением норм процессуального права. Таким образом, показания Потерпевший №1, исследованные в ходе судебного разбирательства, суд признает допустимым и достоверным доказательством по рассматриваемому делу.

Свидетель <ФИО>10 пояснила в ходе судебного заседания, что 30 октября 2018 года около 18 часов 30 минут она с супругом и внучкой ехала в автомобиле Дэу Матиз, за управлением которым находился её супруг <ФИО>11 Сама она сидела на переднем пассажирском сидении, а 11-летняя внучка – на заднем. Осадков не было, дорога, по которой следовали, была асфальтированная, сухая. Супруг повернул с <адрес обезличен> в сторону <адрес обезличен>, и следовал по левой полосе движения. В правой полосе немного впереди следовал легковой автомобиль. Помнит, что было темно, уличное освещение отсутствовало. При подъезде к трамвайной остановке в свете фар их автомобиля она увидела, как мужчина в темной одежде шагнул на дорогу от трамвайной остановки слева и быстро пошел по пешеходному переходу. Он шел ровным, быстрым и уверенным шагом, в руках у него был пакет. Она тут же обратила внимание, что следовавший справа автомобиль не тормозит, через секунду легковой автомобиль совершил наезд на пешехода. От соударения с автомобилем тело пешехода отбросило на асфальт. Легковой автомобиль остановился, из него вышел водитель и с ним ещё два парня. Обратила внимание, что у водителя рука была в гипсе. Все они подошли к пострадавшему, он пытался подняться, но не мог этого сделать. Они вызвали карету скорой помощи, до приезда которой пострадавшего не трогали, лишь подложили шапку под голову. Дождавшись скорую помощь и передав свои контактные данные врачу и водителю легкового автомобиля, они уехали.

Из оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ в связи с существенными противоречиями показаний свидетеля <ФИО>10, данных в период предварительного расследования, усматривается, что 30 октября 2018 года около 18 часов 53 минут она с супругом <ФИО>11 и внучкой следовали в автомобиле Дэу Матиз, за управлением которым находился <ФИО>11, со скоростью около 40 км/ч. Осадков не было, дорога была асфальтированная, сухая. Уличное освещение отсутствовало. Они повернули с <адрес обезличен> и следовали в сторону <адрес обезличен> по левой полосе движения. Из межквартального проезда между домами 49 и 51 по <адрес обезличен> на проезжую часть <адрес обезличен> выехал автомобиль ВАЗ 2110, который ехал перед ними в правой полосе движения. По ходу движения она видела знак "Пешеходный переход". Подъезжая к нерегулируемому пешеходному переходу в районе <адрес обезличен>, она увидела пешехода в темной одежде, который переходил дорогу слева направо по ходу их движения по пешеходному переходу. Он шел спокойно, уверенно. В следующую секунду следовавший справа автомобиль ВАЗ 2110 применил экстренное торможение и в процессе торможения совершил наезд на пешехода левой частью своего автомобиля. После остановки автомобиля водитель ВАЗ 2110 вышел из салона, а с ним два пассажира. <ФИО>11 также остановился. Она подошла к пострадавшему, который лежал на проезжей части и был без сознания, позвонила в единую диспетчерскую службу и сообщила о ДТП. 28 ноября 2018 года она участвовала в осмотре места происшествия, где указала место наезда на пешехода (том 1 л.д. 153-154).

Свидетель <ФИО>10 оглашенные показания не оспаривала, указав, что на сегодняшний день не помнит, применял ли водитель ВАЗ 2110 меры экстренного торможения, и сообщала ли она ранее об этом следователю. В остальной части оглашенные показания подтвердила.

Свидетель <ФИО>11 пояснил в судебном заседании, что 30 октября 2018 года около 19:00 часов он с супругой <ФИО>10 и внучкой ехали на машине Дэу Матиз. Он находился за управлением автомобилем, супруга сидела на переднем пассажирском сидении, внучка – на заднем. Он выехал на <адрес обезличен> и следовал от <адрес обезличен> к <адрес обезличен> освещение отсутствовало, было очень темно. Дорожное покрытие было асфальтовое и сухое. Напротив <адрес обезличен> из квартала выехал автомобиль ВАЗ 2115. Он (свидетель) перестроился в левую полосу, а автомобиль ВАЗ 2115 продолжил движение по крайней правой полосе. Движение было неинтенсивным, впереди их автомобиля и впереди ВАЗ 2115 транспортные средства отсутствовали. ВАЗ 2115 ехал со скоростью около 60 км/ч впереди него. Сам он, учитывая темное время суток и полное отсутствие уличного освещения, то есть ограниченную видимость, ехал со скоростью, не превышающей 40 км/ч, полагая её оптимальной в данных условиях видимости. В районе остановочного комплекса "<адрес обезличен>" в свете фар автомобиля ВАЗ-2115 он (свидетель) увидел силуэт мужчины, который шел слева направо по пешеходному переходу, уже пересек его полосу движения. Водитель ВАЗ 2115 применил экстренное торможение, при этом совершил наезд на пешехода. ВАЗ 2115 сразу остановилась, из салона вышел водитель и два пассажира. Он (свидетель) также остановился, вышел из автомобиля. Пострадавшему вызвали медицинскую помощь, до прибытия которой его никто не трогал.

Допрошенный свидетель Свидетель №2 пояснил, что в 2018 году, дату не помнит, он и Свидетель №1, находясь на <адрес обезличен>, вызвали такси, чтобы поехать по адресу: <адрес обезличен>. По вызову приехала автомашина ВАЗ, за управлением которой был ранее незнакомый им мужчина. Он и Свидетель №1 сели на заднее пассажирское сиденье. Водитель такси выехал на <адрес обезличен> и поехал в сторону <адрес обезличен> какой полосе движения следовал автомобиль, не помнит. В автомобиле был включен ближний свет фар. Водитель вел машину ровно. По ходу движения был знак пешеходного перехода. Подъезжая к пешеходному переходу, в свете фар автомобиля он (свидетель) увидел мужчину, переходившего проезжую часть слева направо примерно в 10-15 метрах от их автомобиля. Когда он увидел пешехода, тот был уже на середине проезжей части, шёл спокойно, ровно. Водитель начал сигналить мужчине и одновременно применил экстренное торможение, но совершил наезд на пешехода. Пострадавший мужчина упал на проезжую часть слева от автомобиля, в котором они следовали. Водитель и они (пассажиры) сразу выбежали из салона автомобиля, подбежали к пострадавшему. Он свидетель вызывал скорую медицинскую помощь. После прибытия кареты скорой помощи он и Свидетель №1 вызвали такси и уехали.

В оглашенных на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаниях, данных в период предварительного расследования, свидетель Свидетель №2 уточнял, что описываемые им события происходили 30 октября 2018 года около 18 часов 53 минут, а в остальной части дал показания, аналогичные вышеизложенным, данным в судебном заседании (том 1 л.д. 175-177).

Свидетель Свидетель №2 данные в период предварительного расследования показания подтвердил, пояснив, что ранее помнил дату и время описанных событий.

Свидетель Свидетель №1 пояснил в судебном заседании, что в конце октября 2018 года около 19:00 часов он и Свидетель №2 ехали в такси. Это был автомобиль ВАЗ 2112, за управлением находился незнакомый им мужчина. Он и Свидетель №2 сидел на заднем пассажирском сидении. Они следовали по <адрес обезличен> в крайней правой полосе движения. Движение на дороге было неинтенсивным. Уличное освещение было слабым. Помнит, что передние фары автомобиля работали. Была слякоть на дороге. Он (свидетель) просматривал информацию в своём телефоне, и за дорожной ситуацией не следил. Услышал, как водитель такси нецензурно выругался, после чего стал резко тормозить, в этот момент последовал удар. Изначально он (свидетель) не понял, что произошло, вышел из машины, и увидел лежащего в районе пешеходного перехода человека. Последний тяжело дышал. Стало понятно, что водитель совершил наезд на пешехода. Была вызвана карета скорой помощи.

Из оглашенных в порядке ч. 3 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №1, данных в ходе предварительного следствия, видно, что описанные им события преступления имели место 30 октября 2018 года около 18 часов 53 минут, когда он и Свидетель №2 следовали в такси – автомобиле ВАЗ 21124 по <адрес обезличен> в направлении <адрес обезличен> от <адрес обезличен>, при этом было темно, уличное освещение отсутствовало. В остальном им были даны показания, аналогичные изложенным в суде.

Свидетель Свидетель №1 данные в период предварительного расследования показания подтвердил, как более точные в указанной части.

Оценивая изложенные выше показания свидетелей <ФИО>10, <ФИО>11, Свидетель №2, Свидетель №1, суд находит их полученными с соблюдением требований УПК РФ. Показания каждого из них последовательны, непротиворечивы, логичны, согласуются с изложенными выше показаниями самого подсудимого ФИО1 об обстоятельствах преступления, равно как и с исследованными в порядке ст. 285 УПК РФ письменными доказательствами, в связи с чем суд признает их достоверными и допустимыми доказательствами виновности ФИО1

Кроме показаний ФИО1, потерпевшего и свидетелей, виновность подсудимого в совершении преступления подтверждается исследованными в судебном заседании в порядке ст. 285 УПК РФ протоколами следственных действий и иными документами.

Рапорт ст.дежурного ОБДПС ГИБДД об обнаружении признаков преступления свидетельствует о том, что 30 октября 2018 года в УМВД России по г. Магнитогорску зарегистрирован факт совершения ФИО1, управлявшим транспортным средством ВАЗ 21124 государственный регистрационный знак <номер обезличен>, на пешехода <ФИО>6, переходившего проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу, в результате чего <ФИО>6 получил телесные повреждения и был госпитализирован в нейрореанимационное отделение (том 1 л.д. 5).

Согласно протоколу принятия устного заявления о преступлении 29 марта 2019 года зарегистрировано заявление Потерпевший №1, в котором он просит о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности (том 1 л.д. 3).

Как следует из справки по дорожно-транспортному происшествию, 30 октября 2018 года в 18 часов 50 минут в районе <адрес обезличен> ФИО1, управляя транспортным средством ВАЗ 21124 государственный регистрационный знак <номер обезличен>, совершил наезд на пешехода <ФИО>6, переходившего проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу, в результате чего <ФИО>6 получил травму (том 1 л.д. 6-7).

Из протокола осмотра места административного правонарушения от 30 октября 2018 года, схемы и фототаблицы усматривается, что 30 октября 2018 года был проведен осмотр участка местности в районе <адрес обезличен> с направлением движения от <адрес обезличен> к <адрес обезличен> указанном участке местности находится автомобиль ВАЗ 21124 государственный регистрационный знак <номер обезличен>. Дорожное покрытие проезжей части <адрес обезличен> сухой асфальтобетон, общая ширина проезжей части – 9,2 метра, движение одностороннее, две полосы для движения, транспортные потоки противоположных направлений разделяет трамвайная линия шириной 5 метров. Имеется нерегулируемый пешеходный переход, ширина которого составляет 4 метра. На проезжей части <адрес обезличен> зафиксирован спаренный след торможения, который начинается перед пешеходным переходом и заканчивается под передними колесами автомобиля ВАЗ 21124 государственный регистрационный знак <номер обезличен>, длина следа торможения 22 метра. Автомобиль ВАЗ 21124 находится на расстоянии 2,8 метра от оси заднего, 2,7 метра от оси переднего правых колес до правого края проезжей части <адрес обезличен> и 6 метров до уровня электроопоры, установленной справа у проезжей части <адрес обезличен> по ходу осмотра. При осмотре автомобиля ВАЗ 21124 государственный регистрационный знак <номер обезличен> обнаружены механические повреждения: деформирована решетка радиатора, разбито ветровое стекло. Рулевое управление и тормозная система исправны, давление в шинах визуально в норме. Участвовавший в осмотре ФИО1 указал место наезда на пешехода (том 1 л.д. 8-16).

Согласно протоколу осмотра места происшествия, схемы и фототаблицы, 01 ноября 2018 года был произведен осмотр участка местности – проезжей части <адрес обезличен> в районе <адрес обезличен>. В зоне действия нерегулируемого пешеходного перехода были обнаружены продукты питания. Также установлено, что на фасаде <адрес обезличен> имеется камера видеонаблюдения (том 1 л.д. 20-25).

Ответ на запрос главного врача ГБУЗ "Станция скорой медицинской помощи г. Магнитогорск" свидетельствует о том, что сообщение о наезде на пешехода поступило в данное учреждение 30 октября 2018 года в 18 часов 53 минут (том 1 л.д. 30).

Из протокола осмотра места происшествия от 28 ноября 2018 года следует, что осмотру подлежал участок проезжей части <адрес обезличен> в районе <адрес обезличен> с направлением движения от <адрес обезличен> в сторону <адрес обезличен> часть предназначена для движения транспортных средств в двух направлениях, по две полосы движения в каждом направлении, встречные направления движения транспорта разделены линией трамвайного полотна. Покрытие проезжей части – асфальтобетон. Присутствовавшей на осмотре свидетелю <ФИО>10 было предложено указать место наезда на пешехода 30 октября 2018 гола, очевидцем которого она являлась. <ФИО>10 указала место, которое находится на расстоянии 4,4 метра от левого края проезжей части <адрес обезличен> и 3,1 метра до дорожного знака 5.19.2 в направлении движения транспорта по <адрес обезличен> от <адрес обезличен> к <адрес обезличен> проезжей части мелом было отмечено место наезда на пешехода. Затем со слов <ФИО>10 с помощью статиста <ФИО>12, схожего по своим антропометрическим данным с <ФИО>13, был воспроизведен темп движения <ФИО>6 по пешеходному переходу <дата обезличена>, в результате чего было установлено, что 4,4 метра до места столкновения пострадавший преодолел за 2,7 секунды. Свидетель <ФИО>11 подтвердил, что именно таким темпом пешеход переходил по нерегулируемому пешеходному переходу (том 1 л.д. 40-46).

Как следует из протокола осмотра предметов, была осмотрена видеозапись момента ДТП, на которой зафиксирован наезд на пешехода водителем автомобиля 30 октября 2018 года (том 1 л.д. 130-134).

В исковом заявлении потерпевший ФИО2 просит о взыскании с виновного морального вреда в сумме 1 500 000 рублей и материального ущерба в сумме 72 145 рублей, прилагая соответствующие платежные и иные подтверждающие финасовые затраты документы (том 1 л.д. 137, 138-141).

Как следует из постановления Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска 19 апреля 2019 года и протокола наложения ареста на имущество, в целях обеспечения приговора в части имущественных взысканий был наложен арест на принадлежащий ФИО1 автомобиль ВАЗ 21124 ЛАДА 112, государственный регистрационный знак <номер обезличен> (том 1 л.д. 148, 149-152).

Оценивая приведенные выше письменные доказательства, суд приходит к выводу, что следственные действия проведены с соблюдением требований, установленных УПК РФ. Исследованные в ходе судебного разбирательства протоколы следственных действий, равно как и иные документы в полной мере отвечают требованиям допустимости доказательств. Зафиксированные в протоколах следственных действий и иных документах сведения согласуются с другими исследованными по уголовному делу доказательствами, с показаниями подсудимого и свидетелей, и в совокупности с ними подтверждают факт совершения ФИО1 инкриминируемого преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Виновность подсудимого наряду с совокупностью приведенных выше доказательств подтверждается результатами проведенных по уголовному делу экспертных исследований.

Так, из заключения автотехнической экспертизы от 11 декабря 2018 года следует, что скорость движения автомобиля ВАЗ 21124, соответствующая зафиксированным следам экстренного торможения, составляла около 66 км/ч. В момент фактического применения водителем мер экстренного торможения (в момент воздействия на педаль тормоза) автомобиль ВАЗ 21124 при скорости движения 66 км/ч располагался от места наезда на расстоянии около 18 метров. Водитель автомобиля ВАЗ 21124 располагал технической возможностью остановиться до места наезда на пешехода, применением мер экстренного торможения при скорости движения 60 км/ч и не располагал таковой при скорости движения 66 км/ч (том 1 л.д. 54-56).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы 300 от 27 февраля 2019 года смерть <ФИО>6 наступила от острой легочно-сердечной недостаточности, развившейся в результате сочетанной тупой травмы головы, живота, правой нижней конечности, в комплекс которой вошли <данные изъяты> Все вышеописанные повреждения прижизненные, могли образоваться в результате воздействия тупых твердых предметов. Все вышеописанные повреждения в совокупности причинили потерпевшему тяжкий вред здоровью, опасный для человека, создающий непосредственно угрозу для его жизни и состоят в причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшего (том 1 л.д. 66-76, 88-99).

Экспертные исследования проведены компетентными специалистами в специализированных экспертных учреждениях с соблюдением требований закона. Выводы экспертов, проводивших автотехническую и судебно-медицинскую экспертизы, согласуются с другими материалами уголовного дела и доказательствами. Выводы экспертов мотивированы, достоверны и не вызывают у суда сомнений, поскольку в совокупности с другими исследованными доказательствами полностью соответствуют установленным судом обстоятельствам совершения преступления, и подтверждают виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого деяния.

Таким образом, все представленные доказательства признаются судом достоверными, допустимыми и относимыми, а их совокупность является достаточной для разрешения уголовного дела.

Органами предварительного расследования ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, - нарушении лицом, управляющим механическим транспортным средством, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека. Указанная квалификация поддержана государственным обвинителем.

Совокупностью представленных доказательств, числе которых показания самого подсудимого, свидетелей <ФИО>23, Свидетель №2 и Свидетель №1, заключением автотехнической экспертизы установлено, что ФИО1 30 октября 2018 года около 18 часов 53 минут, управляя принадлежащим ему механическим транспортным средством ВАЗ 21124, нарушил требования: пункта 1.3 Правил дорожного движения РФ, в силу которого, являясь участником дорожного движения, он обязан знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил и знаков; пункта 1.5 ПДД РФ, в соответствии с которым, являясь участником дорожного движения, он должен действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда; пункта 10.1 ПДД РФ, обязывающего его как водителя вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, при этом скорость должна обеспечивать ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, а при возникновении опасности для движения, которую он в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства; пункта 10.2 ПДД РФ, устанавливающего разрешенную скорость движения в населенных пунктах – не более 60 км/ч; пункта 14.1 ПДД РФ, обязывающего его как водителя при приближении к нерегулируемому пешеходному переходу уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть (трамвайные пути) для осуществления перехода.

Нарушение ФИО1 указанных пунктов Правил повлекло по неосторожности смерть потерпевшего <ФИО>6, переходившего проезжую часть с соблюдением Правил дорожного движения по нерегулируемому пешеходному переходу, на которого ФИО1 был совершен наезд. Из показаний Потерпевший №1 и заключения судебно-медицинской экспертизы усматривается, что смерть <ФИО>6 наступила через продолжительное время после ДТП 26 января 2019 года, но от телесных повреждений, полученных именно в дорожно-транспортном происшествии при описанных в приговоре обстоятельствах.

При этом судом установлено, что у ФИО1 имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия. Делая вывод о наличии у ФИО1 технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие в условиях темного времени суток и плохой видимости вследствие ненадлежащего уличного освещения суд исходит из того, что в соответствии с пунктом 10.1 ПДД РФ он обязан был выбрать такую скорость движения своего транспортного средства, которая обеспечивала бы ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ и позволила бы остановить транспортное средство, предоставив преимущество в движении пешеходу ФИО3, переходившему проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу. К тому же согласно выводам проведенной по делу автотехнической экспертизы ФИО1 располагал технической возможностью остановиться до места наезда на пешехода применением мер экстренного торможения при скорости движения 60 км/ч и не располагал таковой при скорости движения 66 км/ч. Между действиями ФИО1, выразившимися в нарушении вышеназванных пунктов Правил, и наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего <ФИО>6 установлена причинная связь.

С учетом изложенных обстоятельств, суд считает вину подсудимого ФИО1 в совершении преступления доказанной и квалифицирует его действия по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим механическим транспортным средством, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

При определении вида и размера наказания подсудимому суд в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ принимает во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства содеянного, данные о личности виновного, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Совершенное подсудимым деяние в соответствии со ст. 15 УК РФ отнесено к категории преступлений средней тяжести. Суд не усматривает оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории совершенного преступления, поскольку способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, вид умысла, мотив, цель совершения деяния, характер наступивших последствий в виду смерти потерпевшего, не свидетельствуют о меньшей степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления.

К смягчающим наказание подсудимого обстоятельствам в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ суд относит: явку с повинной, которой признает данные ФИО1 до возбуждения уголовного дела объяснения об обстоятельствах содеянного; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче подробных признательных показаний и участии в проведении осмотра места происшествия; наличие малолетнего ребенка; оказание иной помощи потерпевшему, выразившееся в принятии мер к вызову медицинской помощи пострадавшему непосредственно после совершения преступления. Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд учитывает в качестве смягчающих наказание обстоятельств совершение ФИО1 преступления впервые, признание вины и раскаяние в содеянном.

Оснований для признания смягчающими наказание подсудимого обстоятельствами алкогольного опьянения потерпевшего в момент совершенного на него наезда, а также отсутствия уличного освещения суд не усматривает. Судом установлено, что <ФИО>6, несмотря на опьянение, зафиксированное в акте судебно-медицинского исследования, переходил проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу с соблюдением Правил дорожного движения, а потому указанное состояние, равно как и отсутствие уличного освещения в месте дорожно-транспортного происшествия, ни коим образом не явились поводом либо причиной нарушения подсудимым ФИО1 Правил дорожного движения, в связи с чем обстоятельствами, смягчающим наказание подсудимого, не являются.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, предусмотренных ст. 63 УК РФ, суд не установил.

Оценивая данные о личности подсудимого, суд учитывает наличие у него постоянного места жительства и работы, положительные характеристики в быту и по месту работы, на учетах в наркологическом и психоневрологическом диспансерах он не состоит.

Принимая во внимание все вышеизложенное, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, указанных выше данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, руководствуясь принципом, провозглашенным ст. 6 УК РФ, о необходимости назначения виновному лицу справедливого наказания, суд считает, что ФИО1 должно быть назначено наказание в виде лишения свободы без применения положений ст. 73 УК РФ с лишением подсудимого права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. По мнению суда, именно данный вид наказания обеспечит достижение предусмотренных ст. 43 УК РФ целей наказания в виде восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением ФИО1 во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд не усмотрел. В связи с чем, оснований для назначения наказания с применением требований ст. 64 УК РФ не нашел.

При назначении основного наказания ФИО1 суд учитывает требования ч. 1 ст. 62 УК РФ, в силу которых при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами "и" и (или) "к" части первой статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Исходя из характера и степени общественной опасности содеянного подсудимым, указанных выше данных о его личности, суд не усматривает оснований для применения к ФИО1 положений ст. 53.1 УК РФ в части замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами.

В соответствии с п. "а" ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО1, осужденному за преступление средней тяжести, ранее не отбывавшему лишение свободы, отбывание наказания должно быть назначено в колонии – поселении с самостоятельным следованием к месту отбывания наказания.

Потерпевшим ФИО4 был заявлен гражданский иск к подсудимому о взыскании морального вреда в сумме 1 500 000 рублей и материального ущерба в сумме 72 145 рублей. Гражданский иск потерпевшего поддержан государственным обвинителем. Подсудимый гражданский иск в части материального вреда признал полностью, в части взыскания морального вреда – частично.

Обсудив предъявленный иск, суд приходит к следующему.

Статьей 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Статьей 3 Федерального закона № 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" предусмотрено, что под погребением понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

В силу статьи 5 Федерального закона № 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости достойного отношения к телу умершего и его памяти. В соответствии с положениями вышеуказанного Закона в состав расходов на достойные похороны (погребение) включаются как расходы по предоставлению гроба и других ритуальных предметов (в том числе, приобретение одежды для погребения), перевозка тела умершего на кладбище, организация подготовки места захоронения, непосредственное погребение, так и расходы, связанные с организацией поминального обеда в день захоронения, поскольку данные действия общеприняты и соответствуют традициям населения России, являются одной из форм сохранения памяти об умершем.

Представленные в материалы дела документы свидетельствуют о том, что 29 января 2019 года Потерпевший №1 оплатил расходы по подготовке тела к захоронению, предоставлению гроба, приобретение одежды для погребения и иных ритуальных предметов, перевозку тела умершего на кладбище, организацию подготовки места захоронения, непосредственное погребение на общую сумму 70 145 рублей. По мнению суда, указанные расходы являются необходимыми, обеспечивающими достойные похороны умершего <ФИО>6, в связи с чем в данной части исковые требования подлежат удовлетворению.

В остальной части в удовлетворении иска о взыскании расходов, связанных с погребением, следует отказать. Представленные <ФИО>24. в обоснование исковых требований документы содержат два кассовых чека от 27 и 29 января 2019 года на сумму 1 000 рублей каждый (том 1 л.д. 139), свидетельствующие об оплатах, произведенных на АЗС "<данные изъяты>". Поскольку из данных документов не следует, что указанные расходы были понесены истцом <ФИО>25 и что данные расходы являлись необходимыми, обеспечивающими достойные похороны умершего <ФИО>6, требования истца о взыскании указанных расходов с ФИО1 являются необоснованными.

Что касается суммы денежной компенсации морального вреда, то данный размер компенсации должен согласоваться с принципами конституционной ценности жизни личности (ст. ст. 21, 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности компенсация морального вреда осуществляется, независимо от вины причинителя вреда.

В силу ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Суд, учитывая фактические обстоятельства, что <ФИО>6 двигался по нерегулируемому пешеходному переходу в полном соответствии с требованиями Правил дорожного движения, что смертью отца нарушено принадлежавшее потерпевшему нематериальное благо – семейные отношения, потерпевший испытал сильные нравственные переживания в связи с утратой близкого человека, повлекшие за собой изменение привычного уклада и образа жизни, все эти обстоятельства причинили и причиняют потерпевшему душевные переживания и нравственные страдания, требования разумности и справедливости, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, полагает возможным определить размер, подлежащей взысканию компенсации морального вреда, в сумме 500 000 рублей.

Постановлением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска 19 апреля 2019 года был наложен арест на имущество ФИО1 – автомобиль ВАЗ 21124 ЛАДА 112, государственный регистрационный знак <номер обезличен>. Суд считает, что в целях обеспечения исполнения приговора в части имущественных взысканий следует сохранить арест на автомобиль ВАЗ 21124 ЛАДА 112, государственный регистрационный знак <номер обезличен>, идентификационный номер (VIN) <***><номер обезличен>, 2007 года выпуска, принадлежащий ФИО1

При решении вопроса о вещественных доказательствах по делу суд руководствуется требованиями ст. ст. 81, 82 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, ст. 1079, ст. 1100, ст. 1101 ГК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 (три) года, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

В колонию-поселение осужденному ФИО1 в соответствии со ст. 75.1 УИК РФ следовать за счет государства самостоятельно.

Срок отбывания наказания исчислять со дня прибытия осужденного ФИО1 в колонию-поселение.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней, а по вступлении приговора в законную силу – отменить.

Гражданский иск Потерпевший №1 удовлетворить частично. Взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 в счет возмещения морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей, в счет возмещения расходов на погребение – 70 145 (семьдесят тысяч сто сорок пять) рублей 00 копеек.

Сохранить арест на автомобиль ВАЗ 21124 ЛАДА 112, государственный регистрационный знак <номер обезличен>, идентификационный номер (VIN) <***><номер обезличен>, 2007 года выпуска, принадлежащий ФИО1, наложенный постановлением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска 19 апреля 2019 года.

Признанный и приобщенный к уголовному делу в качестве вещественного доказательства DVD-R диск по вступлении приговора в законную силу оставить при уголовному деле на весь срок хранения последнего.

Приговор может быть обжалован в течение 10 суток со дня его провозглашения в Челябинский областной суд путем подачи жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска. В случае подачи апелляционной жалобы (апелляционного представления) осужденный вправе ходатайствовать в тот же срок о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий:

Апелляционным постановлением Челябинского областного суда от 20 августа 2019 года приговор изменен:

- во вводной части исправлена описка в части указания года рождения осужденного;

в части взыскания с осужденного 70 145 рублей в пользу потерпевшего в счет возмещения расходов на погребение отменен, дело в этой части передано на новое рассмотрение в тот же суд, в порядке гражданского судопроизводства.