Решение № 2-2161/2019 2-269/2020 2-269/2020(2-2161/2019;)~М-2206/2019 М-2206/2019 от 14 июля 2020 г. по делу № 2-2161/2019

Дело № 2-269/2020


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 июля 2020 г. г. Керчь

Керченский городской суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи – Захаровой Е.П.

при секретаре – Бурлуке О.В.

с участием истца ФИО1, представителя истца по доверенности ФИО11, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, третье лицо нотариус Керченского городского нотариального округа ФИО4 о восстановлении срока принятия наследства

У С Т А Н О В И Л:

30 октября 2019 г. ФИО1 обратился в Керченский городской суд Республики Крым с иском к ФИО2 о восстановлении срока принятия наследства, мотивировал требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ, при получении повторного свидетельства о смерти ему стало известно о том, что ДД.ММ.ГГГГ умер его отец ФИО3. Родители истца расторгли брак, и с отцом ФИО3 истец стал общаться с 2007 года. До принятия Республики Крым в состав Российской Федерации истец созванивался с отцом по имевшемуся у него номеру стационарного телефона, однако, после смены в 2014 г. номеров телефонов истец не смог дозвониться отцу. Попытки дозвониться истец на протяжении нескольких последних лет осуществлял регулярно, однако, безрезультатно. Приезд истца в Крым осложнялся тем, что он постоянно проживает в <адрес>, кроме того, проживает вдвоем с несовершеннолетним сыном, которого ФИО1 не мог оставить одного по причине его возраста и состояния здоровья. Также, ФИО1 трудоустроен, и был вынужден поездку планировать только на период отпуска, который ему был предоставлен с 18 июля 2019 г. по 12 августа 2019 г. Так, 31 июля 2019 г. истец приехал в г. Керчь и сразу пошел по последнему известному ему адресу проживания отца, по <адрес>, и от соседа ему стало известно о смерти отца ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ в Керченском городском отделе ЗАГС истец получил свидетельство о смерти отца и обратился к нотариусу Керченского городского нотариального округа ФИО4, от которого получил информацию о наличии наследственного дела, открытого к имуществу ФИО3 Истец обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, однако, в выдаче свидетельства о праве на наследство истцу было отказано, в связи с пропуском срока принятия наследства и отсутствием доказательств, подтверждающих факт принятия им наследства после смерти отца. Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с рассматриваемым иском. Ссылаясь на указанные обстоятельства, положения ч. 1 ст. 1155 ГК РФ, истец ФИО1 просит восстановить ему срок для принятия наследства после смерти отца ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца по доверенности ФИО11 заявленные требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении. Настаивали на том, что истец до 02 августа 2019 г. не знал, и по независящим от него обстоятельствам не мог узнать о смерти отца.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала. Дополнительно на вопросы суда пояснила, что, действительно, истец ФИО1 постоянно по своей инициативе инициировал общение с отцом ФИО3: звонил ему, приезжал в гости с семьей. Однако, по причине того, что ее супруг ФИО3 прекратил семейные отношения с матерью истца еще до рождения сына, у ФИО3 отсутствовали к сыну теплые и родственные отношения, он не проявлял желания общаться с истцом, более того, уклонялся от такого общения, выражал недовольство его телефонными звонками, неоднократно говорил ей и их знакомым о том, что между ним и ФИО1, по его мнению, отсутствует кровное родство. При этом, материальную помощь на содержания истца до его совершеннолетия выплачивал. Во время приезда истца в гости к ФИО3 между ними возникла ссора, после чего истец с членами семьи переехали от отца в другое жилье. Также ответчик указала, что при обращении к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти супруга ФИО3 она намеренно не сообщила нотариусу о существовании наследника одной с ней очереди, истца по делу ФИО1, так как не желала, чтобы он принял наследство после смерти отца, не считала, что он вправе при сложившихся обстоятельствах претендовать на наследство. Подтвердила, что после смерти супруга ФИО3 она позвонила истцу по известному ей телефонному номеру, дождавшись ответа на звонок, не уточнив, с кем она разговаривает, она по телефону сообщила о смерти ФИО3 и сразу прекратила телефонный разговор. Ответчик и представитель ответчика по доверенности ФИО6 в судебном заседании настаивали на том, что истец был своевременно уведомлен о смерти его отца ФИО3, и имел право в установленный законом срок обратиться к нотариусу с заявлением о принятии наследство, однако, указанное право не реализовал. На основании изложенного, просили в удовлетворении заявленных требований отказать.

Третье лицо нотариус Керченского городского нотариального округа ФИО4 в судебное заседание не явился, направил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

В связи с изложенным, в соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ, суд полагает возможным дело рассмотреть при имеющейся явке.

Выслушав пояснения участников судебного разбирательства, исследовав обстоятельства дела, проверив их представленными доказательствами, допросив свидетелей, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению, по следующим основаниям.

В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из смысла приведенных норм, бремя доказывания наличия уважительных причин пропуска срока для принятия наследства после смерти наследодателя лежит на лице, обратившемся с требованиями о восстановлении данного срока.

В соответствии с п. 1 ст. 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства. Лица, для которых право наследования возникает только вследствие непринятия наследства другим наследником, могут принять наследство в течение трех месяцев со дня окончания срока, указанного в пункте 1 настоящей статьи.

Согласно ст. 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (ст.1154 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

В п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств: а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.; б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

То есть, основанием к восстановлению наследнику срока для принятия наследства является не только установление судом факта неосведомленности наследника об открытии наследства – а именно, о смерти наследодателя (ст. 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации), но и представление наследником доказательств, свидетельствующих о том, что он не должен был знать об этом событии по объективным, не зависящим от него обстоятельствам, а также при условии соблюдения таким наследником срока на обращение в суд с соответствующим заявлением.

Анализ положений п. 1 ст. 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет сделать вывод, что при отсутствии хотя бы одного из указанных в данной норме права условий срок на принятие наследства, пропущенный наследником, восстановлению судом не подлежит.

Таким образом, перечисленные законоположения и разъяснения по их правильному применению указывают на обязанность лица, требующего восстановить срок для принятия наследства, доказать, что указанный наследник не только не знал, но и не должен был знать об открытии наследства. Кроме того, для подачи иска о восстановлении срока для принятия наследства законом предоставляется срок продолжительностью не более 6 месяцев, исчисляемый с того дня, когда отпали причины пропуска этого срока. Нарушение указанного срока, не подлежащего восстановлению, влечет отказ в удовлетворении иска о восстановлении срока для принятия наследства.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО3, отец истца ФИО1, в подтверждение чего предоставлено свидетельство о смерти (л.д. 5), свидетельство о рождении истца (л.д. 4).

С ДД.ММ.ГГГГ и по день своей смерти ФИО3 состоял в браке с ФИО2, ответчиком по делу, что подтверждается свидетельством о браке (л.д. 22).

На день своей смерти ФИО3 был зарегистрирован и проживал по адресу <адрес>, после его смерти открылось наследство в виде указанной квартиры, о чем наследник ФИО2 указала в своем заявлении о принятии наследства после смерти ФИО3, с которым в установленный законом шестимесячный срок с даты открытия наследства обратилась к нотариусу Керченского городского нотариального округа ФИО4 (л.д. 21). На основании заявления наследника ФИО2 к наследству умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 нотариусом открыто наследственное дело № (л.д. 20-30). Одновременно, в своем заявлении о принятии наследства ФИО2 заявила об отсутствии иных наследников, предусмотренных ст.ст. 1142, 1146, 1147, 1148 ГК РФ.

Решением Керченского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу № удовлетворены исковые требования ФИО2 к администрации г. Керчи, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора между сторонами – Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым о включении в состав наследства и признании права собственности на имущество по праву наследования по закону, <адрес>, состоящая из одной комнаты, общей площадью <данные изъяты> кв.м., жилой площадью <данные изъяты> кв.м., расположенная по адресу <адрес>, принадлежащая умершему, ФИО3, на основании договора № от ДД.ММ.ГГГГ. о передаче жилого помещения в собственность граждан, включена в состав наследства, открывшегося после его смерти; за ФИО2 признано право собственности на <адрес>, состоящую из одной комнаты, общей площадью <данные изъяты> кв.м., жилой площадью <данные изъяты> кв.м., расположенную по адресу <адрес> по праву наследования по закону после смерти ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, в ходе судебного разбирательства по настоящему делу установлено, что на момент смерти отца ФИО3, и по настоящее время истец ФИО1 постоянно проживает в <адрес>, Латвия, с ним проживает и находится на его иждивении несовершеннолетний ребенок ФИО1, над которым истец осуществляет повседневную опеку.

В судебном заседании нашли свое подтверждение и не оспаривались ответчиком обстоятельства того, что при жизни ФИО3 истец постоянно инициировал общение с отцом: звонил ему на известный номер стационарного телефона, приезжал в гости с членами семьи. При этом ФИО3 от общения с сыном всячески уклонялся: сам никогда ФИО1 не звонил, высказывал недовольство его телефонными звонками, не хотел, чтобы ФИО1 приезжал к нему, говорил, что ФИО1 в действительности не является его сыном. Также между ними происходили ссоры в ходе телефонных переговоров, после чего истец не звонил отцу длительное время.

Ответчик ФИО2 дала пояснения о том, что после смерти ФИО3 она позвонила по известному ей телефону истца, дождавшись ответа на звонок, сообщила о смерти ФИО3, и сразу закончила разговор, не уточнив, кому именно она сообщила указанную информацию.

Допрошенная в судебном заседании по ходатайству истца свидетель ФИО7, будучи предупрежденной об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, пояснила, что в конце февраля в начале марте 2016 г. она слышала содержание телефонного разговора ФИО2, в котором она сообщила кому-то о смерти отца, кому точно ФИО2 сообщила указанную информацию, ей неизвестно.

Допрошенный свидетель ФИО8 также пояснила, что ФИО2 ее соседка, она была знакома с ее супругом ФИО3, который при разговорах сообщал ей, что детей у него нет. Затем ФИО3 пояснил, что «объявился» его сын, однако, он не желает с ним общаться, так как не считал его своим сыном. Также, она была свидетелем недовольства и негативной реакции ФИО3 на телефонный звонок его сына. После смерти ФИО3, примерно в конце февраля в начале марта 2016 г. ФИО2 сообщила свидетелю ФИО8, что звонила в Прибалтику сыну ФИО3 и сообщила ему о смерти отца. О данном телефонном разговоре ФИО2 ей сообщила после того, как свидетель услышала, что ФИО2 звонит кому-то по телефону и представляется «женой Володи».

Оценив предоставленные истцом доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что ответчиком ФИО2 не предоставлено бесспорных и достаточных доказательств того в обоснование ее возражений против заявленных требований, именно, того, что истцу стало известно о смерти отца еще в 2016 г., после похорон, также того, что ФИО2 сама сообщила ФИО1 о смерти его отца ФИО3 в феврале-марте 2016 г.

Одновременно, в ходе судебного разбирательства получены доказательства того, что, по пояснениям истца, с момента утраты связи с отцом ФИО3, истец пытался получить сведения о нем и его жизни: так, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 из <адрес> звонил в Отдел полиции № 1 УМВД России по г. Керчи, заявлял об утрате связи с отцом ФИО3 и просил провести соответствующую проверку (л.д.98-100).

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО9 пояснил, что с 2013 г. работал вместе с истцом в <адрес>, подтвердил, что истец действительно не мог выехать в Республику Крым по причине того, что по строгим требованиям Сиротского суда он не мог оставить одного несовершеннолетнего ребенка. Приехать в Крым с несовершеннолетним сыном истец также не имел возможности, поскольку его сын гражданин Латвии, и для поездки потребовалось бы согласие матери ребенка. При этом, после переезда свидетеля в <адрес>, с 2018 г. истец стал просить его связаться с его отцом, проживающим в <адрес>, проверить достоверность сведений о его смерти. ФИО12 звонил отцу ФИО1, однако, в течение длительного времени дозвониться не мог. Сведения о смерти отца истца ФИО9 получил только летом 2019 г. от своего знакомого, которого уже он просил проверить данную информацию, и передал указанные сведения истцу по делу.

Истец обращался в Керченский городской отдела ЗАГС за информацией о наличии актовой записи о смерти его отца, повторное свидетельство о смерти ФИО3 было выдано истцу только 02 августа 2019 г. (л.д. 5).

Оценив в совокупности предоставленные доказательства по делу, суд приходит к выводу о наличии объективных доказательств того, что дата выдачи истцу повторного свидетельства о смерти отца (02августа 2019 г.) является датой, когда истец с достоверностью узнал о смерти ФИО3 и об открытии наследства после смерти, также с учетом того, что достаточных и бесспорных доказательств, которые бы опровергали указанные обстоятельства и соответствующие доводы истца, ответчиком не представлено.

До указанной даты истец не знал и по объективным, не зависящим от него причинам не мог узнать о смерти отца, в том числе с учетом отдаленности его проживания от места проживания отца ФИО3, проживания в ином государстве, и невозможности установить связь по телефону с супругой отца ФИО2 по ее вине.

Таким образом, рассматриваемое исковое заявление подано истцом в суд в пределах шестимесячного срока с даты, в которую истцу стало известно о смерти отца, то есть отпали причины пропуска срока принятия наследства.

Одновременно, суд учитывает наличие доказательств доводов истца о невозможности более раннего приезда в г. Керчь, поскольку в ходе рассмотрения дела нашли свое подтверждение обстоятельства того, что на иждивении и ежедневном попечении истца находится несовершеннолетний ребенок, которого истец воспитывает один, при этом истец не имел возможности выехать за пределы государства Латвии с ребенком без соответствующего разрешения его матери, что подтверждается содержанием приобщенного к делу решения <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 119-121), и приходит к выводу о доказанности утверждений ФИО1 о невозможности его более раннего приезда в г. Керчь.

По мнению суда, указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о наличии оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований о восстановлении ему срока принятия наследства после смерти отца ФИО3, и признании его принявшим наследство.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. ст.ст. 67, 71, 173, 194- 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, третье лицо нотариус Керченского городского нотариального округа ФИО4 о восстановлении срока принятия наследства - удовлетворить.

Восстановить ФИО1 срок для принятия наследства после смерти отца ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ, и признать его принявшим наследство.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Крым через Керченский городской суд Республики Крым в течение месяца после вынесения судом решения в окончательной форме.

Судья Захарова Е.П.

Мотивированное решение изготовлено 22 июля 2020 г.

Судья Захарова Е.П.