Решение № 2-267/2020 2-267/2020(2-2763/2019;)~М-2640/2019 2-2763/2019 М-2640/2019 от 20 июля 2020 г. по делу № 2-267/2020

Дело № 2-267/2020


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

21 июля 2020 года г. Новочебоксарск

Новочебоксарский городской суд Чувашской Республики

в составе: председательствующего судьи Смаевой Н.В.,

при секретаре судебного заседания Федоськиной О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения жилого помещения, применении последствий недействительности сделки, включении в состав наследственного имущества,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику ФИО2 с требованиями, с учетом уточнений, о признании недействительным договора дарения от 19.09.2014, заключенного между ФИО3 и ФИО2, в отношении квартиры, расположенной по адресу: Чувашская Республика, <адрес>, применении последствий недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО4 на вышеуказанное жилое помещение, включении жилого помещения по адресу: Чувашская Республика, <адрес>, в состав наследственного имущества после смерти ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

В обоснование заявленных требований истец указала, что является дочерью ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

11.01.2005 ФИО3 было составлено завещание, удостоверенное нотариусом Новочебоксарского нотариального округа ФИО5, в соответствии с которым ФИО3 завещал все свое имущество дочери - ФИО6 (ФИО1 - после регистрации брака ДД.ММ.ГГГГ).

После смерти ФИО3 истец обратилась к нотариусу в установленный законом срок для вступления в права наследования. После получения выписки из ЕГРН от 29.11.2019 истец узнала о том, что ее отец - ФИО3 подарил принадлежащую ему квартиру, расположенную по адресу: Чувашская Республика, <адрес>, ответчику ФИО2 по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец полагает, что на момент подписания договора дарения ФИО3 не мог осознавать значение своих действий и руководить ими в силу состояния здоровья.

ФИО3 является участником Афганской войны (1979-1989 годы).

Начиная с 2011 года, у ФИО3 стали проявляться странности в поведении и ухудшилось его самочувствие.

В период с 2011 года по день смерти он периодически проходил лечение в психиатрической больнице.

Заключение договора дарения вышеуказанного жилого помещения нарушило охраняемые законом права и интересы истца, являющегося наследником имущества ФИО3

Истец полагает, что в данном договоре выражена лишь воля одаряемого. К моменту совершения сделки ФИО3 не мог отдавать отчет своим действиям в силу заболевания. Наследодатель не стал бы отчуждать квартиру, являющуюся его единственным имуществом, которое осталось бы после его смерти, если бы мог адекватно оценить последствия совершаемых действий.

Со ссылкой на положения ст.ст.167, 171, 177 Гражданского кодекса Российской Федерации истец обратилась в суд с вышеназванными исковыми требованиями.

Истец ФИО1, извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, обеспечила явку представителя в судебное заседание.

Представитель истца - ФИО7, действующий на основании доверенности, в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме по доводам, приведенным в исковом заявлении. Полагает, что при наличии у наследодателя ФИО3 психического расстройства, с учетом состояния его здоровья, на момент подписания оспариваемого договора дарения ФИО3 не мог руководить своими действиями и понимать значение и последствия совершаемой сделки.

Ответчик ФИО2, представитель ответчика - адвокат Казанова В.В., действующая на основании ордера, в судебном заседании не признали исковые требования по мотиву необоснованности, недоказанности. В связи с отсутствием правовых оснований просили отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Полагали необходимым учесть, что между наследодателем ФИО3 и истцом существовали конфликтные взаимоотношения. Состояние здоровья ФИО3 позволяло ему заключать оспариваемый договор. Наследодатель, передав квартиру в дар ФИО2, с которой он дружил, как и с ее отцом, выразил свою волю относительно дальнейшей судьбы данного имущества.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, - нотариус Новочебоксарского нотариального округа ЧР ФИО5, извещенная о времени и месте рассмотрения дела, направила в суд заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Третье лицо - Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, извещенное о времени и месте рас смотрения дела, не направило представителя в судебное заседание, не предоставило отзыв на исковое заявление.

Изучив доводы сторон, признав возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц в соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу п.2 статьи 218, статьи 1111 Гражданского кодекса РФ, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со cт.1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно свидетельству о смерти серии I-РЛ №, выданному Отделом ЗАГС администрации <адрес> Республики ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 9).

После смерти ФИО3 нотариусом Новочебоксарского нотариального округа Чувашской Республики ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ заведено наследственное дело № (л.д.29)

Согласно документам наследственного дела, в установленный законом срок, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 (истец) обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства по всем основаниям, в том числе, по завещанию, зарегистрированному нотариусом в реестре за № (л.д. 30-31).

Согласно завещанию от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенному нотариусом Новочебоксарского нотариального округа Чувашской Республики ФИО5, зарегистрированному в реестре за №, ФИО3 завещал все свое имущество, какое ко дню его смерти окажется ему принадлежащим, где бы оно ни находилось, в чем бы не заключалось, дочери - ФИО6 (л.д. 32).

Согласно представленному истцом свидетельству о заключении брака, выданному ДД.ММ.ГГГГ Отделом ЗАГС администрации <адрес>, в связи с регистрацией брака ФИО6 присвоена фамилия: «Николаева».

Как следует из сообщения нотариуса ФИО5, сведения об отмене либо изменении вышеназванного завещания на ФИО6, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют (л.д. 28).

Судом установлено, что на основании договора дарения от 19 сентября 2014 года, заключенного между ФИО3 (даритель) и ФИО2 (одаряемый), в соответствии с которым ФИО3 безвозмездно передал в собственность ФИО2 принадлежащую ему однокомнатную квартиру по адресу: Чувашская Республика, <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано право собственности ФИО2 в отношении данного объекта недвижимости (л.д. 10,74-75).

Истец, оспаривая право ответчика на вышеуказанное жилое помещение по мотиву недействительности договора дарения, в обоснование доводов указывает о том, что наследодатель ФИО3 на момент совершения оспариваемой сделки не понимал значение своих действий и не мог ими руководить.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Юридически значимыми обстоятельствами при разрешении заявленного спора являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент заключения оспариваемого договора дарения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Из сообщения БУ «Республиканская психиатрическая больница» Минздрава Чувашии от 27.12.2019 на запрос суда следует, что ФИО3 состоял под наблюдением врача-психиатра с 2006 года по 2019 год с диагнозом: «Бредовое расстройство» (л.д.45).

Лечебными учреждениями, в том числе, БУ «Республиканская психиатрическая больница» Минздрава Чувашии, были представлены медицинские карты ФИО3

В ходе судебного разбирательства были допрошены свидетели, как по ходатайству истца, так и по ходатайству стороны ответчика, относительно сведений, характеризующих личность наследодателя, его поведения, предшествующего времени заключения оспариваемого договора дарения.

Так, свидетель ФИО8 суду показала, что ФИО3, ее зять, был хорошим человеком, но часто употреблял алкогольные напитки, свою дочь - ФИО1 очень любил. После развода с супругой поддерживал отношения с дочерью, взаимоотношения были хорошие, они общались. В поведении ФИО3 замечались странности - иногда ему казалось, что кто-то посторонний есть рядом (л.д. 157-158).

Свидетель ФИО9 в судебном заседании показала, что несколько лет, с 2006-2007 года знала ФИО3 Иногда встречались возле подъезда. При встречах, бывало, что он вел себя странно, невнятно разговаривал. С дочерью у него были хорошие отношения. Он гордился дочерью, говорил, что написал на нее завещание. После 2015 года она видела редко ФИО3, обходила его стороной, так как он пил, от него исходил запах алкоголя (л.д. 155-156).

Допрошенные по ходатайству стороны ответчика свидетели ФИО10, ФИО11 показали, что до момента смерти ФИО3 дружили с ним, жили с ним в одном дворе, вместе гуляли, встречались у ФИО3 дома. Он был адекватным, всегда понимал, что говорил. Дома у него они встречали ФИО2, которая помогала ФИО3 по дому. ФИО3 высказывал желание оформить свою квартиру на ФИО2, говорил о том, что дочь ничего получит, так как не приходит, не отвечает на звонки. Знают со слов ФИО3, что между ним и его дочерью был конфликт из-за квартиры матери, судебный спор, в котором он проиграл. (л.д.151-154)

Свидетель ФИО12 суду показала, что работает дворником. ФИО3 был ее соседом. Знала его больше 10 лет. Характеризует ФИО3, как тихого, доброжелательного человека (л.д.88-89).

Допрошенный в судебном заседании ФИО13 показал, что знаком был с ФИО3 с детских лет, вместе учились, работали, дружили до момента смерти. ФИО3 хорошо относился к его дочери - ФИО2 Они вместе приходили к ФИО3 в гости. ФИО2 консультировала его по состоянию здоровья. ФИО3 сам предложил оформить квартиру на ФИО2 по договору дарения. Со своей дочерью ФИО3 в плохих отношениях. После оформления договора дарения ФИО14 позвонил ему, сказал, что « все хорошо» (л.д.89-91).

02.09.2014 ФИО3 была выдана справка врачом-психиатром БУ ЧР «Республиканская психиатрическая больница» Минздрава Чувашии» ФИО15, согласно которой оснований для постановки перед судом вопроса о признании ФИО3 недееспособным, не имеется (л.д. 73).

Судом были допрошены врачи-психиатры Новочебоксарского отделения БУ «Республиканская психиатрическая больница» Минздрава Чувашии» ФИО15 ФИО16, показавшие, что ФИО3 состоял на учете у врача-психиатра с органическим расстройством личности с 2005 года. В 2014 году ФИО3 был диагностирован с данным заболеванием, оснований для решения вопроса о признании его недееспособным по результатам комиссионного обследования врачами-психиатрами не имелось. Вне обострения заболевания ФИО3 был нормальным человеком. Симптомы заболевания усиливались при обострении болезни. Личность была изменена по алкогольному типу в связи с злоупотреблением спиртными напитками. При обращении за справкой о дееспособности в 2014 году для совершения сделки с квартирой, ФИО3 разъяснялось, что предстоящая сделка имеет свои последствия. Несмотря на наличие алкоголизма, он мог отвечать за свои поступки, понимал последствия своих действий (л.д. 147-151).

В характеристике по месту жительства ФИО3, соседи характеризуют ФИО3 положительно, как уравновешенного, спокойного, доброжелательного человека (л.д.78).

Установление на основании имеющихся в деле доказательств факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует специальных познаний.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству стороны истца была назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов, выполненному экспертами ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского» Министерства здравоохранения РФ, у ФИО3 в интересующий суд период (ДД.ММ.ГГГГ) обнаруживалось психическое расстройство - органическое расстройство личности в связи со смешанными заболеваниями (сосудистого, интоксикационного, травматического) (по МКБ-10: F07.08). Об этом свидетельствуют данные анамнеза и медицинской документации о наблюдавшихся у него в течение длительного времени сосудистых заболеваний головного мозга (гипертоническая болезнь, дисциркуляторная энцефалопатии), данные о перенесенных им повторных травмах головы с контузиями, злоупотреблении им алкогольными напитками с формированием явлений зависимости (запойный характер пьянства, изменением толерантности к алкоголю, абстинентный синдром) с возникновением пароксизмальных синкопальных состояний, церебрастенической (головная боль, слабость, утомляемость), психопатоподобной (вспыльчивость, раздражительность) симптоматики, наряду с неврологическими (шаткость при ходьбе, «заикание», «дрожь в руках») и диссомническими (нарушение сна) нарушениями, некоторым интеллектуально-мнестическим снижением, эмоциональной лабильностью. Однако, поскольку в представленной медицинской документации, материалах гражданского дела не содержится достаточных объективных данных о психическом состоянии ФИО3 в интересующий суд период, а показания сторон неоднозначны, не представляется возможным дифференцировано оценить имевшиеся у ФИО3 психические нарушения, степень их выраженности, и решить вопрос о его способности на момент составления договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, понимать значение своих действий и руководить ими.

Психологический анализ материалов гражданского дела и медицинской документации свидетельствует, что в юридически значимый период - оформления договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО2, у ФИО3 отмечаются индивидуально-психологические особенности в виде интеллектуально-мнестического снижения, эмоциональной неустойчивости с нетерпимостью к внешнему давлению, проявления оппозиции в ситуациях затрагивающих собственные представления о справедливости и самоуважении, снижения самоконтроля, склонности к ситуативным решениям и аффективным вспышкам, снижения прогностических и критических способностей. Определить выраженность снижения его когнитивных процессов, выявить сохранные интеллектуальные ресурсы, а также обнаружить у него повышенную внушаемость, подчиняемость, способных оказать влияние на сознание, поведение, волю, способность понимать значение своих действий и руководить ими в исследуемой ситуации не представляется возможным (л.д.187-193).

Суд учитывает данное экспертное заключение, как относимое и допустимое доказательство. Экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, за дачу заведомо ложного заключения, сделаны выводы на основании всех материалов дела, с изучением, в том числе, показаний допрошенных судом свидетелей, с исследованием медицинской документации ФИО3

В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив экспертное заключение в совокупности с иными доказательствами, имеющимися в деле, суд не усматривает оснований для признания недействительным оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО2 в отношении квартиры, расположенной по адресу: Чувашская Республика, <адрес>.

Бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что наследодатель ФИО17 на момент заключения данного договора не мог понимать значение своих действий и руководить ими, в ходе судебного разбирательства не представлено.

Заслуживают внимания доводы стороны ответчика о том, что в спорный период времени между ФИО3 и его дочерью - ФИО1 существовали конфликтные взаимоотношения, связанные с имевшимся между ними спором относительно принадлежности иного жилого помещения - квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. ФИО1 не принимала участия в похоронах отца.

Указанные доводы подтверждаются показаниями свидетелей и фактом обращения ФИО3 в 2015 году с иском к ФИО18 о расторжении договора купли-продажи указанного жилого помещения, признании за ФИО3 права собственности на 1/2 доли в праве собственности. (л.д. 58-62). Судебным решением, с учетом апелляционного определения Верховного Суда Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ, в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказано (л.д.67-72).

В свою очередь, ответчик ФИО2 участвовала в жизни ФИО3, до момента смерти поддерживала с ним дружеские взаимоотношения, после смерти ФИО3 ее семья взяла на себя расходы по организации похорон ФИО3

Таким образом, учитывая обстоятельства дела, характер сложившихся взаимоотношений наследодателя с истцом и ответчиком, исходя из имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу об отсутствии оснований полагать, что при совершении оспариваемого истцом договора дарения ФИО3 не мог осознавать значение своих действий и руководить ими.

Поскольку не установлено оснований для применения положений пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование истца о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО2 в отношении квартиры, расположенной по адресу: Чувашская Республика, <адрес>, не подлежит удовлетворению.

Иные заявленные требования, связанные с применением последствий недействительности сделки, являются производными от вышеуказанного требования, и потому не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО2 в отношении квартиры, расположенной по адресу: Чувашская Республика, <адрес>, применении последствий недействительности сделки: прекращении права собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: Чувашская Республика, <адрес>, включении в состав наследственного имущества, открывшегося после смерти ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ, квартиры, расположенной по адресу: Чувашская Республика, <адрес>, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Чувашской Республики через Новочебоксарский городской суд ЧР в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения.

Судья Н.В. Смаева

Мотивированное решение

составлено ДД.ММ.ГГГГ.

21RS0№-94