Апелляционное постановление № 22-133/2019 от 11 сентября 2019 г. по делу № 22-133/2019

Председательствующий Митрофанов А.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

12 сентября 2019 года город Хабаровск

Судебная коллегия по уголовным делам Дальневосточного окружного военного суда в составе: председательствующего Писцова С.В., при секретаре судебного заседания Алешкине М.С., с участием прокурора отдела военной прокуратуры Восточного военного округа капитана юстиции Свистунова Е.В., потерпевшей ФИО1, потерпевшего и представителя потерпевшего ФИО14 - ФИО15., осужденного ФИО2, его защитника – адвоката Аверьяновой С.В., рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу указанного осужденного на приговор Краснореченского гарнизонного военного суда от 4 июля 2019 года, которым военнослужащий войсковой части № старший прапорщик

ФИО3 ФИО16, родившийся <данные изъяты> зарегистрированный по адресу: <адрес>

осужден за совершение преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, к лишению свободы на срок 2 года 6 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Судом разрешены гражданские иски потерпевших. С ФИО2 подлежит взысканию: в пользу ФИО15 – 1 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда с частичным возмещением на сумму 12 000 рублей, 70 800 рублей - в счет возмещения затрат на погребение; в пользу ФИО14. – 500 000 рублей в счет компенсации причиненного вреда здоровью, 700 000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного смертью матери.

Кроме того, с ФИО2 взысканы в доход федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг стоянки автотранспортных средств ООО «Автоленд» в сумме 10 530 рублей и процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения адвокатам, в сумме 12 945 рублей.

Заслушав выступление осужденного ФИО2, его защитника – адвоката Аверьяновой С.В. и потерпевшей ФИО19 в поддержку доводов апелляционной жалобы, а также возражения прокурора Свистунова Е.В. и потерпевшего ФИО15 полагавших необходимым отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, судебная коллегия,

установила:

согласно приговору около 7 часов 30 минут 4 декабря 2018 года ФИО3, являясь лицом, управляющим технически исправным автомобилем «Тойота Приус» с государственными регистрационными знаками №, в котором в качестве пассажира находилась ФИО19., следуя со стороны <адрес> в сторону <адрес>, в районе 4 км автомобильной дороги <адрес> нарушил п.9.1. Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090 (далее - ПДД), проявляя небрежность, допустил выезд автомобиля на полосу встречного движения, в результате чего, совершил столкновение с двигающимися во встречном направлении автомобилем «Ниссан Атлас» с государственными регистрационными знаками №, а затем автомобилем «Субару Стелла» с государственными регистрационными знаками № под управлением ФИО22, в котором, среди иных лиц, в качестве пассажира также находился ФИО14.

В результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП) причинены:

- водителю автомобиля «Субару Стелла» ФИО22 - множественные телесные повреждения головы, шеи, туловища, конечностей, от которых 4 декабря 2018 года она скончалась на месте происшествия;

- пассажиру автомобиля «Субару Стелла» несовершеннолетнему ФИО14. - телесные повреждения в виде закрытых переломов костей рук и ног, которые по признаку опасности для жизни расцениваются, как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью;

- пассажиру автомобиля «Тойота Приус» ФИО19. - телесные повреждения в виде тупой травмы головы и груди, множественных закрытых переломов костей, тупой травмы живота с разрывом внутренних органов, компрессионных переломов грудного и поясничного позвонков, что по признаку опасности для жизни расценивается, как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.

В апелляционной жалобе осужденный просит отменить приговор по причине его вынесения с нарушением норм уголовно-процессуального права и направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в ином составе суда.

По мнению автора жалобы, суд не указал в приговоре в чем конкретно выразилось нарушение п.9.1 ПДД, что повлекло недолжную оценку фактического характера нарушения и обстоятельств, влияющих на назначаемое наказание.

Не отражены в приговоре, продолжает автор жалобы, его показания в части определения ширины дороги и выполнения с его стороны всех предупреждающих ДТП действий, чем нарушены положения п.п.3 и 4 ч.1 ст.305, п.2 ст.307 УПК РФ.

Также не отражены в протоколе судебного заседания и не оценены в приговоре показания свидетелей ФИО27., ФИО28., ФИО29. о том, что на месте ДТП отсутствуют дорожная разметка и освещение, ограничена видимость ввиду подъема дороги, вследствие чего автомобили встречного направления по отношению к ходу движения из г.Хабаровска не видно. Эти обстоятельства, по мнению автора жалобы, подтверждают его показания о невозможности верно определить размер своей полосы движения и непонимания им того обстоятельства, что он выехал на полосу встречного движения.

Кроме того, на разрешение эксперта не ставился вопрос о наличии у него технической возможности с учетом конкретной дорожной обстановки предотвратить ДТП, а также вопрос о возможности при движении автомобиля определить половину ширины проезжей части для определения размера полосы движения во встречном направлении.

Обращает автор жалобы внимание и на то, что в удовлетворении ходатайства стороны защиты о производстве по делу повторной либо дополнительной автотехнической экспертизы судом было отказано, при том, что ни следственный эксперимент, ни проверка показаний на месте в целях проверки его доводов об отсутствии технической возможности в момент обнаружения опасности предотвратить ДТП не проводились.

Не согласен автор жалобы с определением размера компенсации ФИО15. материального ущерба, связанного с погребением без учета переданных военнослужащими воинской части денежных средств, а также с размером возмещения морального вреда, причиненного травмой потерпевшему ФИО14. По мнению осужденного присужденные судом размеры компенсаций завышены и не отвечают принципам разумности.

Оспаривает автор жалобы обоснованность решения суда в части взыскания с него процессуальных издержек, связанных с оплатой услуг стоянки автотранспортных средств, поскольку вопрос о месте хранения, стоимости услуг, длительности и необходимости хранения автомобилей, признанных вещественными доказательствами, был решен следователем без учета его позиции и данных о его материальном положении. Также осужденный не согласен со взысканием с него процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения защитникам, поскольку на стадии предварительного следствия ходатайства об обеспечении участия защитников им не заявлялись, их участие было обосновано следователем как гарантия защиты государством и оплатой их услуг из средств бюджета.

В возражениях на жалобу государственный обвинитель – помощник военного прокурора 57 военной прокуратуры гарнизона лейтенант юстиции ФИО32 указывает на законность и обоснованность приговора гарнизонного военного суда, в связи с чем просит оставить его без изменения, а жалобу осужденного - без удовлетворения.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, выслушав выступления сторон, судебная коллегия приходит к следующему.

Вывод суда о виновности осужденного ФИО3 в совершении инкриминируемого ему деяния подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно: показаниями самого ФИО3, а также потерпевшего ФИО15., свидетелей ФИО27 и ФИО35 об обстоятельствах ДТП, произошедшего на полосе встречного движения для автомобиля "Тойота Приус" под управлением осужденного; показаниями свидетеля ФИО28 - очевидца происшествия; показаниями свидетеля ФИО37 - об участке автодороги, на котором произошло ДТП и обстоятельствах происшествия, ставших ему известными от ФИО27; протоколом осмотра места происшествия; протоколами осмотров участвовавших в ДТП транспортных средств - автомобилей "Тойота Приус", "Ниссан Атлас" и "Субару Стелла"; показаниями эксперта ФИО39, подтвердившего выводы, изложенные им в заключении автотехнической экспертизы; заключением автотехнической судебной экспертизы и заключениями судебно-медицинских экспертиз о характере, локализации и степени тяжести телесных повреждений, установленных у потерпевших ФИО19 ФИО14.Н. и обнаруженных при исследовании трупа ФИО22 которые были надлежащим образом проверены и оценены в приговоре.

Вопреки доводам жалобы, обстоятельства дела судом исследованы с достаточной полнотой, установлены в соответствии с собранными по делу доказательствами, им дана правильная правовая оценка.

В частности, из показаний свидетеля ФИО27 следует, что, когда он, управляя автомобилем «Ниссан Атлас», двигался по автодороге из с.Некрасовка в направлении с.Ильинка, на его полосу движения выехал автомобиль «Тойота Приус», вследствие чего произошло столкновение указанного транспортного средства с левой передней частью управляемого им «Ниссан Атлас». Перед столкновением он видел приближавшийся автомобиль «Тойота Приус» с расстояния не менее 100м.

Свидетель ФИО35, находившийся в салоне «Ниссан Атлас» в качестве пассажира, также показал, что им навстречу выехал автомобиль, который ослепил его светом фар, после чего произошло столкновение указанных транспортных средств.

Потерпевший ФИО15 показал, что, находясь в качестве пассажира в салоне автомобиля «Субару Стелла», двигавшегося следом за «Ниссан Атлас», видел как к ним приближался автомобиль «Тойота Приус», который относительно своего направления движения стал смещаться влево и выехал на полосу встречного движения, где столкнулся с «Ниссан Атлас». Из-за столкновения «Тойота Приус» начало разворачивать на этой же полосе движения, вследствие чего произошло лобовое столкновение с их автомобилем.

Согласно показаниям свидетеля ФИО28, он непосредственно перед ДТП на своем автомобиле «Киа Сид» двигался по одной полосе следом за автомобилем «Тойота Приус» на незначительном удалении от него и обратил внимание, что указанный автомобиль стал без подачи световых сигналов плавно смещаться влево на полосу встречного движения. Его это насторожило, и он притормозил свой автомобиль. Затем он увидел свет фар встречного автомобиля и приближавшийся навстречу грузовик, с которым автомобиль «Тойота Приус» столкнулся левой передней частью, после чего его отбросило на полосу встречного движения, где произошло следующее столкновение.

Как следует из протокола осмотра места происшествия, в месте ДТП ширина проезжей части составляет 6,3м, выбоин и дефектов дорожного покрытия не имеется

Объективно показания названных свидетелей и потерпевшего подтверждаются данными протокола осмотра места происшествия, а также заключением экспертов, проводивших комиссионную автотехническую экспертизу, согласно выводам которых в момент первичного контакта автомобили «Тойота Приус» и «Ниссан Атлас» располагались во встречных направлениях, под углом близким к 1800 между их продольными осями и место столкновения указанных автомобилей находится на полосе движения второго из указанных транспортных средств, на расстоянии 3,8м от правого края проезжей части по ходу движения автомобиля «Тойота Приус». В момент первичного контакта при столкновении автомобили «Тойота Приус» и «Субару Стелла» располагались под углом около 1600 между их продольными осями и место их столкновения располагается на полосе движения второго из указанных транспортных средств на расстоянии около 2,2м от левого края проезжей части по ходу движения «Тойота Приус». Для обеспечения безопасности дорожного движения, в данной ситуации, водитель автомобиля «Тойота Приус» должен был руководствоваться требованием п.9.1 ПДД и его действия не соответствовали требованию указанного пункта Правил. С технической точки зрения, несоответствие действий водителя автомобиля «Тойота Приус» требованиям п.9.1 ПДД (выезд на полосу, предназначенную для встречного движения) находится в прямой причинной связи с данным ДТП, как необходимое условие для его возникновения.

Указанное экспертное исследования было выполнено с соблюдением установленных законом норм и на основе имеющихся конкретных данных об обстоятельствах ДТП, надлежащим образом зафиксированных и имеющихся в материалах уголовного дела.

Исходные данные, которые взяты за основу при проведении автотехнической экспертизы обоснованно не вызвали сомнений у суда первой инстанции. Не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Подвергать сомнению выводы экспертов у суда не было оснований, поскольку они объективно подтверждаются исследованными по делу доказательствами и полностью согласуются с показаниями потерпевшего ФИО15 и свидетелей – очевидцев ДТП ФИО28, ФИО27, ФИО35.

Поскольку, как это следует из протокола осмотра места происшествия ширина проезжей части дороги в месте столкновения автомобилей "Тойота Приус" под управлением ФИО3 и "Ниссан Атлас" под управлением ФИО27, составляет 6,3м, при этом на указанном участке автодороги нарушений целостности дорожного полотна не имелось, то ФИО3 имел возможность правильно определить полосу движения своего автомобиля (ширина которого согласно технических характеристик составляет 1,725м) и не допустить его выезд на полосу встречного движения.

Таким образом, судом установлено, что вследствие неверного определения ширины проезжей части дороги и габаритов транспортных средств ФИО3 не принял необходимых мер для обеспечения безопасности дорожного движения и допустил выезд находившегося под его управлением автомобиля на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, где совершил столкновение с двумя встречными транспортными средствами.

Поскольку именно водитель ФИО3 создал аварийно-опасную ситуацию, приведшую к ДТП, что повлекло за собой причинение смерти потерпевшей ФИО22 и причинение тяжкого вреда здоровью потерпевших ФИО14 и ФИО19., то вопреки доводам осужденного какой-либо необходимости устанавливать путем проведения соответствующих следственных действий либо экспертных исследований наличие у него технической возможности предотвратить указанное ДТП не имелось.

С учетом того обстоятельства, что судом была установлена причинно-следственная связь между нарушением ПДД осужденным ФИО3 и наступившими последствиями, суд обоснованно отклонил ходатайство защиты о назначении дополнительной либо повторной автотехнической экспертизы. Не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Отсутствие же на участке автодороги, где произошло ДТП, дорожной разметки никоим образом не ставит под сомнение правильность вывода суда о выезде автомобиля "Тойота Приус" под управлением ФИО3 на полосу встречного движения.

Таким образом, фактические обстоятельства содеянного ФИО3 установлены достаточно полно, и его действиям дана верная юридическая квалификация по ч.3 ст.264 УК РФ.

Содержащееся в приговоре описание преступного деяния полностью соответствует требованиям п.1 ст.307 УПК РФ, и, вопреки утверждению автора жалобы, в нем указано конкретное допущенное им нарушение ПДД.

Утверждение автора жалобы о неверном изложении в приговоре показаний свидетелей ФИО27, ФИО28 и ФИО29 о дорожной обстановке на месте ДТП не соответствует протоколу судебного заседания.

Показания самого осужденного, в том числе относительно невозможности правильного определения им ширины проезжей части дороги исходя из конкретной дорожной обстановки, в приговоре также отражены с достаточной полнотой, судом этим показания дана надлежащая оценка и с приведением соответствующих мотивов они отвергнуты.

Как усматривается из материалов дела, в ходе судебного разбирательства исследовались обстоятельства, характеризующие личность осужденного и иные данные, которые подлежат учету при назначении наказания, в частности его воспитание в многодетной семье, положительные характеристики по службе и в быту, наличие ведомственных наград, активное участие в общественной деятельности, признание вины и раскаяние в содеянном, а также просьба потерпевшей ФИО19 о нестрогом наказании виновного. Кроме того, в качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал наличие на иждивении у подсудимого малолетних детей, оказание помощи потерпевшей ФИО19 иные действия, направленные на заглаживание перед ней вреда, а также принесение извинений потерпевшему ФИО15. в зале суда и частичную компенсацию причиненного ему морального вреда.

Вместе с тем, как это и предписывают общие начала назначения наказания суд при определении вида и размера наказания в первую очередь учел характер и степень общественной опасности совершенного ФИО3 деяния, в результате которого наряду с гибелью одного человека, двум другим лицам был причинен тяжкий вред здоровью.

Это обстоятельство позволило гарнизонному военному суду прийти к правильному выводу о том, что достижение целей наказания в данном случае возможно только лишь при условии назначения ФИО3 наказания в виде лишения свободы с его реальным отбыванием.

Надлежащим образом судом было учтено и влияние назначенного ФИО3 наказания в виде лишения свободы на условия жизни его семьи, поскольку назначение названного вида уголовного наказания, не лишает его возможности оказывать близким родственникам материальную помощь.

Таким образом, наказание ФИО3 назначено в соответствии с требованиями ст.ст.6 и 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, конкретных обстоятельств содеянного, данных о личности осужденного, а также влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи. Назначенное ФИО3 наказание является справедливым и оснований для его смягчения не усматривается.

Гражданские иски потерпевших ФИО15 и ФИО14. о компенсации причиненного им морального вреда, разрешены судом в соответствии с требованиями ст.ст.151, 1099-1101 ГК РФ, при этом суд, удовлетворяя заявленные требования потерпевших частично, правильно учел характер и степень перенесенных ими страданий, обусловленных причинением смерти ФИО22, а также тяжкого вреда здоровью несовершеннолетнему ФИО14., материальное положение осужденного и обоснованно сослался на требования разумности и справедливости.

Правильным является и решение суда о распределении процессуальных издержек по делу.

Так, 6 декабря 2018 года после разъяснения ФИО3 процессуальных прав подозреваемого по уголовному делу, он обратился к следователю с ходатайством о предоставлении защитника для осуществления защиты его прав и интересов на стадии предварительного следствия и суда (т.4 л.д.38), которое было удовлетворено, и через координационный центр Адвокатской палаты Хабаровского края ему в качестве защитника был назначен адвокат ФИО66.

21 марта 2019 года после ознакомления с постановлением следователя об отводе адвоката ФИО66 от участия в деле в качестве защитника, ФИО3 вновь обратился с заявлением о назначении ему защитника. Указанное заявление ФИО3 также было удовлетворено и через координационный центр Адвокатской палаты Хабаровского края ему в качестве защитника была назначена адвокат ФИО68.

Вопреки утверждению осужденного, материалы уголовного дела не содержат данных о том, что он заявлял об отказе от указанных защитников, участвовавших в деле по назначению органа предварительного следствия, либо иным образом выражал несогласие с их участием в деле. Напротив, после ознакомления с постановлением следователя об отводе адвоката ФИО66 ФИО3 22 марта 2019 года обращался с заявлением, в котором просил сохранить указанному лицу статус его защитника (т.4 л.д.171).

Поскольку материалы уголовного дела не содержат данных об имущественной несостоятельности ФИО3 и последний не заявлял каких-либо возражений относительно возможности взыскания с него указанных в приложении к обвинительному заключению процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения участвовавшим в уголовном деле в качестве защитников по назначению органа предварительного следствия адвокатам ФИО66 и ФИО68, соответственно, в размере 4125 рублей и 8820 рублей, а также связанных с оплатой услуг специализированной стоянки автотранспортных средств, признанных вещественными доказательствами по уголовному делу, в размере 10530 рублей, то суд в полном соответствии с положениями ч.1 ст.132 УПК РФ взыскал с осужденного в доход федерального бюджета указанные суммы процессуальных издержек.

Вместе с тем, приговор гарнизонного военного суда подлежит изменению в части касающейся разрешения исковых требований потерпевшего ФИО15. о возмещении расходов на погребение в размере 70800 рублей.

Удовлетворяя исковые требования потерпевшего ФИО15. о взыскании в его пользу с ФИО3 расходов в размере 70800 рублей на погребение супруги, погибшей вследствие произошедшего по вине осужденного ДТП, суд первой инстанции руководствовался лишь представленными потерпевшим оправдательными документами о размере денежных сумм, затраченных на обряд погребения. Источник происхождения затраченных им на погребение денежных средств суд у потерпевшего не выяснял.

ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований потерпевшего в указанном размере, поскольку его сослуживцами была собрана денежная сумма в размере 30000 рублей и передана потерпевшему в качестве материальной помощи для погребения погибшей супруги.

В соответствии со ст.1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Анализ данной правовой нормы указывает на то, что лицу подлежат возмещению его личные средства, непосредственно затраченные на погребение.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции потерпевший ФИО15. пояснил, что после гибели супруги очень много сочувствующих безвозмездно передавало денежные средства для оказания материальной помощи его семье, вследствие чего была собрана достаточная большая денежная сумма, которой оказалось достаточно не только для совершения обряда погребения супруги, но и для уплаты кредитных обязательств в размере около 200000 рублей.

Изложенное указывает на то, что у суда первой инстанции не имелось оснований для взыскания с осужденного ФИО3 в пользу потерпевшего ФИО15. денежных средств в размере 70800 рублей, поскольку расходы на погребение последним были понесены ё не за счет личных средств, а за счет средств, переданных ему на эти цели третьими лицами.

Исправляя допущенную ошибку, суд апелляционной инстанции считает необходимым отказать в удовлетворении требований потерпевшего ФИО15 о взыскании в его пользу с ФИО3 70800 рублей в счет возмещения расходов на погребение, и внести в резолютивную часть приговора соответствующие изменения.

Руководствуясь статьями 38913, 38920 и 38928 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,-

постановила:

приговор Краснореченского гарнизонного военного суда от 4 июля 2019 года в отношении ФИО3 ФИО16 изменить.

Исключить из приговора указание о взыскании с ФИО3 ФИО16 в пользу ФИО15 70 800 рублей (семьдесят тысяч восемьсот) рублей в счет возмещения расходов на погребение.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения.

СОГЛАСОВАНО

Председательствующий по делу Писцов С.В.