Решение № 2-124/2024 2-124/2024(2-4707/2023;)~М-3896/2023 2-4707/2023 М-3896/2023 от 10 июня 2024 г. по делу № 2-124/2024

Дело № 2-124/2024 (№2-4707/2023)

УИД 76RS0023-02-2023-00 3892-58

Мотивированное
решение изготовлено 11 июня 2024 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 июня 2024 г. город Рыбинск Ярославской области

Рыбинский городской суд Ярославской области в составе:

председательствующего судьи Орловой М.Г.,

при секретаре Поповой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

встречному иску ФИО2 к ФИО1 об установлении обоюдной вины участников дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных расходов

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском, в котором просит: взыскать с ФИО2 материальный ущерб в сумме 983 660 руб., расходы на оплату государственной пошлины в сумме 13 036,60 руб., расходы по составлению экспертного заключения в сумме 10 000 руб., расходы на оплату юридических услуг в сумме 10 000 руб., расходы на оформление доверенности в сумме 2 400 руб., расходы на копирование документов в сумме 7 900 руб., а также почтовые расходы в сумме 1000 руб.

Заявленные требования мотивированы следующими обстоятельствами:

30.06.2023 года около 12 часов 40 минут в Большом Селе Ярославской области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащего Кущу А.В. и автомобиля <данные изъяты>, под управлением ФИО2 В результате дорожно-транспортного происшествия принадлежащий Кущу А.В. автомобиль был поврежден. Работниками ГИБДД виновным в ДТП был признан водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО2 04.06.2023 г. ФИО1 обратился в САО «Ресо-Гарантия» с заявлением о наступлении страхового случая. САО «Ресо-Гарантия», рассмотрев заявление, произвело Кущу А.В. страховую выплату в размере 400 000 руб. - в рамках лимита выплаты по ОСАГО. Для определения размера причиненного ущерба ФИО1 обратился к эксперту-технику <данные изъяты> для проведения независимой экспертизы, согласно экспертному заключению которой, стоимость восстановительного ремонта без учета износа заменяемых комплектующих изделий составляет 2 592 947 руб., рыночная стоимость автомобиля составляет 1 743 012 руб., величина годных остатков – 359 352 руб. Таким образом, размер причиненного ущерба составляет 1 383 660 рублей (1 743 012 – 359 352). Ссылаясь на положения ст. 1064 ГК РФ, ФИО1 просит взыскать с виновника ДТП в возмещение материального ущерба 983 660 руб., а также понесенные им в связи с рассмотрением настоящего дела судебные расъоды.

ФИО2 обратился в суд со встречным иском, в котором просит установить обоюдную вину участников ДТП, произошедшего 30.06.2023 года, установив степень вины ФИО1 в размере 90%, степень вины ФИО2 – 10%, взыскать с ФИО1 расходы на проведение автотехнической экспертизы в сумме 18 000 руб., расходы на оформление доверенности в сумме 2400 руб., почтовые расходы в сумме 387 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 824 руб.

В обоснование заявленных требований ФИО3 указал, что по обстоятельствам ДТП, аналогичным тем, что приведены в исковом заявлении ФИО1, ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде штрафа. Вместе с тем, сотрудники ГИБДД не устанавливают виновность в ДТП, а лишь определяют явное нарушение водителем правил дорожного движения, о чем выносят постановление. Виновность в деликтом правоотношении подлежит определению судом. В рассматриваемом ДТП имеет место обоюдная вина его участников, в том числе ФИО1, который в зоне населенного пункта двигался со скоростью 139 км/ч, снизив ее перед столкновением до 113 км/ч, вместо разрешённой 60 км/ч. В случае соблюдения ФИО1 скоростного режима, момент опасности для ФИО2 и возникновения обязанности уступить дорогу не наступил бы и последний завершил бы маневр поворота налево.

Определением суда от 11.09.2023 г. встречное исковое заявление ФИО2 принято к производству суда для его совместного рассмотрения с исковым заявлением ФИО1

Протокольным определением суда от 04.06.2024 г. к производству суда принято заявление ФИО1 о взыскании расходов на оплату судебной экспертизы для его совместного рассмотрения с исковым заявлением ФИО1 и встречного искового заявления ФИО2

Истец по первоначальному иску ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещался надлежащим образом.

Представитель истца по первоначальному иску ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебных заседаниях заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в иске, против удовлетворения встречного иска возражал.

Ответчик по первоначальному иску ФИО2 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещался надлежащим образом.

Представитель ответчика по первоначальному иску ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебных заседаниях заявленные исковые требования не признала, поддержав доводы, изложенные во встречном иске. Дополнительно указала, что экспертное заключение, выполненное <данные изъяты> содержит ряд неточностей и ошибок, в связи с чем изложенные в нем выводы не могут быть признаны достоверными.

Представители третьих лиц САО «РЕСО – Гарантия», АО «АльфаСтрахование» в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом, ходатайств от них не поступило.

Суд определил: рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав участников процесса, эксперта, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам:

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований или возражений.

Как следует из материалов дела, 30.06.2023 г. около 12 час. 40 мин. в <данные изъяты>, произошло ДТП с участием принадлежащего Кущу . на праве собственности транспортного средства марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты> и автомобиля марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты> которым управлял ФИО2

По обстоятельствам указанного ДТП, постановлением ст. <данные изъяты>» ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ (т. 2 л.д. 68).

Вместе с тем, возражая против удовлетворения заявленных требований и предъявляя встречное исковое заявление, ФИО2 указал на то, что ДТП произошло, в том числе, в результате виновных действий ФИО1, нарушившего требования п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, согласно которым водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

ДТП произошло на территории населенного пункта, где максимально допустимая скорость движения составляет 60 км/ч, вместе с тем ФИО1 двигался со скоростью 113 км/ч, в связи с чем, не позволил ФИО2 завершить поворот налево и совершил столкновение. При скорости 60 км/ч столкновения не произошло бы.

Учитывая изложенное ФИО2 полагает, что в рассматриваемом ДТП 90 % вины относится на долю самого ФИО1, а ошибка ФИО2 заключается лишь в том, что он ожидал соблюдение ДТП от других участников дорожного движения. В случае соблюдения ФИО1 установленного ПДД скоростного режима, момент опасности для ФИО2 и возникновения обязанности уступить дорогу не наступил бы и последний успел бы завершить маневр поворота налево.

Однако, согласно позиции Президиума Верховного Суда РФ, изложенной в п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2(2018), утвержденного 04.07.2018, при определении размера вреда наличие умысла или грубой неосторожности в действиях потерпевшего доказывает лицо, причинившее вред.

Согласно заключению специалиста <данные изъяты> от 31.08.2023 г., выполненного по инициативе ФИО2 экспертом – автотехником <данные изъяты>., время движения транспортного средства марки <данные изъяты> в опасной зоне (с момента возникновения опасности (кадр 140 на л.д. 19 т. 2) до момента столкновения (кадр 200 на л.д. 22 т. 2) составляет 2 сек., соответственно, водитель указанного автомобиля имел техническую возможность применить торможение.

Средняя скорость указанного транспортного средства на первом участке дороги (от знака 5.23.1 «начало населенного пункта» до знака 2.1 «главная дорога») составляет 139 км/ч; на втором участке (между центром первого съезда и началом закругления второго съезда (на прямом участке перед местом ДТП) составляет 113 км/ч.

В момент возникновения опасности для движения транспортное средство находилось на расстоянии 62,8 м от места столкновения. Путь равный 62,8 м при движении со скоростью 60 км/ч автомобиль преодолевает за время, равное 3,77 сек.

Остановочный путь указанного транспортного средства при скорости 60 км/ч составляет 40,2 кв.м., при скорости 113 км/ч – 107,3 м.

При указанных обстоятельствах специалист пришел к выводу о том, что при движении автомобиля марки <данные изъяты> со скоростью 60 км/ч на данном участке дороги водитель транспортного средства марки <данные изъяты> к моменту приближения автомобиля марки <данные изъяты> успевал бы полностью покинуть полосу движения последнего (л.д. 23-26 т. 2).

Определением суда от 03.10.2023 г. по настоящему делу была назначена экспертиза, круг вопросов на разрешение которой был определен с учетом мнения сторон.

Выполненное во исполнение указанного определения заключение эксперта <данные изъяты> от 08.04.2024 г. содержит ответы на указанные в определении от 03.10.2023 г. вопросы.

Так, в своем заключении эксперт указал, что автомобиль марки <данные изъяты> двигался от момента въезда в населенный пункт до середины второстепенного съезда 1,74 сек., а от середины второстепенного съезда до места столкновения – 3, 66 сек.

В результате замеров на местности определено, что расстояние первого участка дороги составляет 68,9 м., второго участка – 103 м.

Соответственно, средняя скорость движения транспортного средства составляла на первом участке 142,56 км/ч, на втором – 101 км/ч. При этом определить скорость движения транспортного средства непосредственно перед моментом столкновения не представляется возможным.

Время движения транспортного средства в опасной зоне (с момента возникновения опасности для движения, когда еще был возможен свободные проезд по своей полосе) до момента столкновения транспортных средств согласно анализу записи видеорегистратора составляет 1,42 сек (6,7 (время момента столкновения) – 5,28 (время момента возникновения опасности)).

Учитывая габариты транспортного средства и его фактическую скорость (101 км/ч) эксперт пришел к выводу о том, что в момент возникновения опасности транспортное средство истца находилось на расстоянии 39,96 м от места столкновения.

Остановочный путь указанного транспортного средства при скорости 60 км/ч составляет 43,55 м., что меньше указанного расстояния.

При изложенных обстоятельствах эксперт пришел к выводу об отсутствии у водителя транспортного средства марки <данные изъяты> при движении со скоростью 60 км/ч технической возможности избежать столкновение с автомобилем марки <данные изъяты>

Заключение <данные изъяты> соответствуют требованиям к экспертным заключениям, установленным ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001г. № 73-ФЗ «О государственной судебной экспертной деятельности»: оно дано экспертом-техником, имеющим необходимую квалификацию, предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, содержит подробное описание проведенного исследования, нормативное и методическое обоснование, конкретные выводы по постановленным судом вопросам. В заключении приведены выводы эксперта обо всех обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела.

Данное заключение суд признает надлежащим доказательством.

Вместе с тем, оценивая заключения <данные изъяты> и <данные изъяты> суд полагает, что разность их выводов обусловлена определением разных моментов возникновения опасности для движения (<данные изъяты> – выезд автомобиля марки <данные изъяты> на встречную полосу (л.д. 19 т. 2); <данные изъяты> –момента, когда еще был возможен свободные проезд по своей полосе (л.д. 140 т. 2)), и как следствие, разных величин расстояния от точки, когда возникла опасности до места столкновения транспортных средств (соответственно 62,8 м. и 39,96 м.).

Суд критически относится к приведенному выводу <данные изъяты>., поскольку из видеокадра, на который он ссылается, усматривается, что транспортное средства марки <данные изъяты> действительно начинает маневр поворота, однако, оно находится на своей полосе движения и еще не создает помех для движения транспортных средств встречного потока; суд полагает, что на данном этапе у водителя встречного транспортного средства, имеющего приоритет для проезда и ожидающего правомерного поведения водителей других транспортных средств, не имелось поводов для опасения и применения экстренного торможения.

Вместе с тем, суд также полагает необходимым отметить, что превышение скорости со стороны водителя транспортного средства марки <данные изъяты>, на что ссылается сторона ответчика, не находится в непосредственной причинно – следственной связи со столкновением транспортных средств, поскольку и при скорости 60 км/ч величина его тормозного пути превышает расстояние до места столкновения.

При этом, то обстоятельство, что при движении автомобиля марки <данные изъяты> со скоростью 60 км/ч автомобиль марки <данные изъяты> успел бы завершить маневр и освободить проезжую часть - достаточными доказательствами не подтверждено.

Кроме того, согласно выводам эксперта установлено, что транспортное средство тормозило и двигалось со скоростью 142,56 км/ч, затем со скоростью 101 км/ч, а скорость его движения в момент столкновения установить не представляется возможным.

При таком положении, суд приходит к выводу о том, что материалы дела не содержат доказательств того, что водителем ФИО1 на момент дорожно-транспортного происшествия было допущено нарушение Правил дорожного движения, состоящее в причинно – следственной связи со столкновением транспортных средств.

На основании изложенного, суд полагает, что непосредственной причиной ДТП послужило нарушение ФИО2 13.12 Правил дорожного движения РФ - при повороте налево или развороте водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по равнозначной дороге со встречного направления прямо или направо.

При таких обстоятельствах, основания для удовлетворения встречных требований ФИО2 у суда не имеется.

В результате ДТП принадлежащий Кущу А.В. автомобиль марки <данные изъяты> был поврежден.

Гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП была застрахована в <данные изъяты> по полису серия <данные изъяты>

Гражданская ответственность водителя ФИО2 на момент ДТП была застрахована в АО «АльфаСтрахование» полис <данные изъяты>

Согласно пункту 4 статьи 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Федеральным законом от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) лицу, имуществу которого в результате ДТП причинен вред, предоставлено право требования страховой выплаты со страхователя.

Согласно абз. 2 п. 1 ст. 12 Закона об ОСАГО, заявление о страховой выплате в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред. Заявление о страховом возмещении в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 14.1 указанного Федерального закона, страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность потерпевшего, направляется заявление о прямом возмещении убытков.

04.07.2023 г. ФИО1 обратился в страховую компанию САО «РЕСО - Гарантия» с заявлением о наступлении страхового случая, в котором просил осуществить страховую выплату путем перечисления денежных средств на реквизиты заявителя.

САО «РЕСО - Гарантия» признало данное дорожно-транспортное происшествие страховым случаем и в соответствии с заключенным соглашением о страховой выплате от 04.07.2023 г. (л.д. 64 т. 2) осуществило страховую выплату в сумме 400 000 рублей.

Данное обстоятельство указывает на то, что между потерпевшим и страховщиком фактически достигнуто соглашение по вопросу страхового возмещения в денежной форме, что допускается нормами Закона об ОСАГО.

Вместе с тем, закон об ОСАГО не отменяет действия общих норм гражданского права об обязательствах из причинения вреда между потерпевшим и причинителем вреда, а потому потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, противоправное поведение которого вызвало этот ущерб, с предъявлением ему соответствующего требования.

К отношениям между потерпевшим и лицом, причинившим вред, подлежат применению общие нормы Гражданского кодекса РФ об обязательствах из причинения вреда, в частности статьи 15, 1064, 1072, 1079 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

В соответствии с ч. 2 п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В пункте 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", указано, что при реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты.

Согласно выводам экспертных заключений <данные изъяты> от 01.08.2023 г. (л.д. 23, 191 т. 1), выполненного по инициативе истца, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства марки <данные изъяты> без учета износа заменяемых деталей составляет 2 592 947 руб.; средняя рыночная стоимость автомобиля составляет 1 743012 руб.; величина стоимости годных остатков составляет 359 352 руб.

Представленное истцом экспертное заключение суд принимает в качестве допустимого доказательства, поскольку составлено компетентным лицом, соответствует требованиям действующего законодательства, как в части обязательных элементов содержания, так и по форме. Выводы экспертного заключения надлежащим образом мотивированы и допустимыми доказательствами не опровергнуты.

Таким образом, поскольку стоимость восстановительного ремонта превышает его рыночную стоимость, наступила полная гибель автомобиля.

На основании изложенного, размер причиненного истцу ущерба соответствует разнице между стоимостью транспортного средства за вычетом страхового возмещения и величины стоимости годных остатков автомобиля и составляет 983 660 руб. (1 743 012 – 359 352 – 400 000).

При таких обстоятельствах, с ФИО2- непосредственного причинителя вреда, в пользу истца подлежит взысканию материальный ущерб в сумме 983 660 руб.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В связи с предъявлением исковых требований истец понес заявленные к взысканию судебные расходы, в том числе: расходы на оплату услуг эксперта в сумме 10 000 руб., расходы на оплату госпошлины в сумме 13 036,60 руб., расходы на оплату юридических услуг в сумме 10 000 руб., расходы на оформление доверенности в сумме 2400 руб., расходы на копирование документов в сумме 7900 руб., а также почтовые расходы в сумме 1 000 руб., а также расходы на оплату судебной экспертизы в сумме 40 400 руб., которые подтверждены документально.

Указанные расходы были для истца необходимы, подтверждены имеющимися в деле документами и подлежат взысканию с ФИО2

Основания для снижения заявленных к взысканию расходов судом не установлено.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 (<данные изъяты>) к ФИО2 (<данные изъяты>) – удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>):

- материальный ущерб – 983 660 рублей;

- расходы на оплату услуг эксперта – 10 000 рублей;

- расходы на оплату государственной пошлины - 13 036,60 рублей;

- расходы на оплату юридических услуг– 10 000 рублей;

- расходы на оформление доверенности - 2400 рублей;

- расходы на копирование документов - 7900 рублей;

- почтовые расходы - 1000 рублей;

- расходы на оплату судебной экспертизы – 40 400 рублей,

всего – 1 068 396,60 рублей.

Встречное исковое заявление ФИО2 (<данные изъяты>) к ФИО1 (<данные изъяты>) – оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Рыбинский городской суд в течение одного месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Судья М.Г. Орлова