Апелляционное определение № 33-19295/2025 33-1989/2026 от 11 февраля 2026 г.

Судья Домрачева В.А. УИД 16RS0042-03-2025-009724-64

Дело № 2-10265/2025

Дело № 33-1989/2026

Учет № 219г


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 февраля 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Муртазина А.И.,

судей Абдуллина И.И., Мелихова А.В.,

с участием прокурора Янусика А.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Азмухановым Р.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Муртазина А.И. гражданское дело по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «КАМАВТОДОР» на решение Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 19 сентября 2025 года, которым постановлено:

исковое заявление ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО, к обществу с ограниченной ответственностью «Камавтодор» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Камавтодор» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО (ИНН ....), действующего с согласия законного представителя ФИО1 (ИНН ....) компенсацию морального вреда в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Камавтодор» (ИНН <***>, ОГРН <***>) государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования город Набережные Челны в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав прокурора Янусика А.С., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО, обратилась в суд с иском к ответчику ООО «Камавтодор» о компенсации морального вреда, указав, что 9 мая 2025 года около 20:55 ФИО двигался по тротуару по ул. Ак. Королева, рядом со зданием городского архива, расположенного по адресу: <адрес> где велась ремонтная деятельность по замене водопроводных труб, выполняемая ООО «Камавтодор». В ходе проведения работ ООО «Камавтодор» оставил на открытом участке тротуара не огражденную и не обозначенную зону, где находились оголенные трубы и траншея. Предупреждающих знаков, ограждений, барьеров или сигнальных лент на месте работ не было. 9 мая 2025 года несовершеннолетний ФИО, не заметив опасности, упал. В результате несовершеннолетним ФИО был получен перелом правой руки (предплечья). С места происшествия несовершеннолетний ФИО был доставлен бригадой скорой помощи в ГАУЗ «Камский детский медицинский центр» по адресу <адрес>, где ему был диагностирован закрытый перелом лучевой кости справа. Была назначена гипсовая иммобилизация, а также проведен курс реабилитации. Врачи рекомендовали ограничение физической активности на срок не менее 6 недель. 15 мая 2025 года истец обратилась в ОП №4 «Электротехнический» с заявлением о том, чтобы ответчика привлекли к уголовной ответственности, но на момент, когда был сделан осмотр, трубы лежали огороженными. Истец ФИО испытал физическую боль, психологический дискомфорт, невозможность вести привычный образ жизни, выполнять бытовые и трудовые обязанности, а также постоянный страх перед повторением подобных ситуаций. Просили взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., возместить судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб.

В судебном заседании истцы ФИО1, несовершеннолетний ФИО, действующий с согласия законного представителя ФИО1, их представитель ФИО2 исковое заявление поддержали, просили удовлетворить, пояснили, что на улице было темно, освещения не было, трубу не было видно, в больницу ФИО доставили родители, с 9 по 25 мая 2025 года несовершеннолетний находился на больничном, гипс сняли в конце мая. В настоящий момент рука уже не болит, но шрам остался.

Представитель ответчика ООО «Камавтодор» ФИО3 с иском не согласилась, просит отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО, в полном объеме, пояснив, что ими действительно велись работы на месте происшествия. Однако, считает, что нет доказательств, кому принадлежит водопровод, не была вызвана полиция, скорая помощь для фиксирования обстоятельств произошедшего.

Прокурор полагал, что иск подлежит частичному удовлетворению.

Суд иск удовлетворил частично, постановив решение в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе ООО «Камавтодор» просит решение суда отменить и принять новое решение об отказе в удовлетворении иска, указывая на ненадлежащую оценку судом обстоятельств по делу и представленных доказательств. Истец не представил доказательств подтверждающих причинно-следственную связь между ремонтной деятельностью ООО «КАМАВТОДОР» и моральным вредом, что является обязательным в соответствии со ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. В правоохранительные органы истица обратилась только 15 мая 2025 года, в ходе осмотра места происшествия было установлено, что необходимые ограждения имеются.

В суд апелляционной инстанции стороны не явились, о дате и времени судебного заседания извещены. От представителя ответчика поступило ходатайство о рассмотрении дела без его участия.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции прокурор Янусик А.С. полагал, что решение суда подлежит оставлению без изменения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов, изложенных в жалобе (часть 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда, законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Компенсация морального вреда согласно действующему гражданскому законодательству (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) является одним из способов защиты субъективных прав и законных интересов, представляющим собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

В силу статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

На основании статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Пунктом 28 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 является матерью несовершеннолетнего ФИО, <дата> года рождения (л.д.17).

Согласно объяснениям истцов, показаниям свидетеля ФИО13 несовершеннолетний ФИО <дата>, не заметив трубу, упал с велосипеда на пересечении <адрес>, рядом с городским архивом, где ответчиком велись земляные работы. В этот же день в 23:20 несовершеннолетний ФИО был доставлен его законным представителем ФИО1 в ГАУЗ «Камский детский медицинский центр» по адресу <адрес>, где истцу был диагностирован закрытый перелом шиловидного отростка локтевой кости левого предплечья б/см (наложена гипсовая лонгетка), ушиб, ссадины обоих кистей, левого коленного сустава, что подтверждается выпиской ГАУЗ «КДМЦ» (л.д. 10-11).

15 мая 2025 года ФИО1, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО, подала заявление начальнику ОП №4 «Электротехнический» Управления МВД России по Набережные Челны полковнику полиции ФИО10 о принятии мер в отношении ООО «Камавтодор», возбуждении уголовного дела по статье 238 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 12).

Согласно объяснениям прораба производителя работ по программе модернизации коммунальной инфраструктуры ФИО12 все места проведения земляных работ огорожены жестким аварийным ограждением и на каждом ограждении висит паспорт объекта со всей информацией о заказчике и производителе работ. Ограждения были поставлены в тот же день, когда были произведены земляные работы (л.д. 15-16).

19 мая 2025 года УУП ОП №4 «Электротехнический» капитаном полиции ФИО11 был проведен осмотр места происшествия – участок местности на пересечении пр. Московский и ул. Ак. Королева, со стороны 9-го комплекса г. Набережные Челны, рядом с городским архивом.

Из рапорта УУП ОП №4 «Электротехнический» капитаном полиции ФИО11 от 26 мая 2025 года следует, что 15 мая 2025 года в ОП №4 «Электротехнический» поступило сообщение о том, что ребенок повредил руку в зоне ответственности ООО «Камавтодор», старшим участка является ФИО12, в ходе проверки были опрошены ФИО1, ФИО12, по итогам проверки материал КУСП-10049 от 15 мая 2025 года был приобщен в номенклатурное дело в связи с отсутствием административного правонарушения, и события преступления (л.д.20).

Указывая, что сын испытал значительные нравственные и физические страдания в результате полученных травм, истец обратилась в суд с настоящим иском.

Разрешая данное дело, суд первой инстанции, оценив в совокупности представленные доказательства, пришел к выводу о том, что требования о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежат частичному удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда, причиненного несовершеннолетнему, суд, учитывая требования разумности и справедливости, степень и конкретные обстоятельства дела, пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца, действующей в интересах несовершеннолетнего сына, в возмещение причиненного несовершеннолетнему ребенку морального вреда суммы в размере 150 000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с таким выводом районного суда, как соответствующим обстоятельствам дела и требованиям закона.

Доводы апелляционной жалобы о недоказанности факта причинения вреда именно на объекте проведения ответчиком ремонтных работ, отклоняются судебной коллегией.

В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 28.03.2017 N 674-О, положения статьи 56 ГПК Российской Федерации, в соответствии с которыми каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть первая), наделяющие суд полномочиями определять, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносить обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть вторая), а также статьи 60 данного Кодекса, закрепляющей императивное правило оценки судом допустимости доказательств в гражданском процессе, во взаимосвязи с другими предписаниями данного Кодекса, в том числе содержащимися в его статье 2, части первой статьи 195 и части третьей статьи 196, не предполагают произвольного применения, являются процессуальными гарантиями права на судебную защиту, направлены на обеспечение осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации) и принятия судом законного и обоснованного решения.

Предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», разъяснено, что, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

Ответчиком не оспаривался факт проведения земляных работ на месте происшествия ООО «Камавтодор».

Действительно, 19 мая 2025 года при осмотре места происшествия в рамках проверки сообщения ФИО1 (КУСП-10049 от 15 мая 2025 года) было установлено, что место проведения земляных работ огорожены жестким аварийным ограждением и на каждом ограждении висит паспорт объекта со всей информацией о заказчике и производителе работ.

Однако, опрошенная судом первой инстанции в качестве свидетеля ФИО13 показала, что ФИО ей не знаком. 9 мая 2025 года около 9 часов вечера, проходя около городского архива, она увидела, как ФИО упал с велосипеда из-за того, что врезался в трубу, которая лежала посередине поперек дороги и не была огорожена, дорога была не очень освещена, трубу не было видно. Она помогла ему подняться и дождалась приезда его родителей. Скорую помощь не вызывали.

Фотографии, приобщенные к материалу проверки КУСП-10049, были сделаны в ходе осмотра места происшествия – 19 мая 2025 года, то есть через 10 дней после падения).

Сам осмотр места происшествия производился через 10 дней после падения ФИО (л.д.16), поэтому фотографии, приобщенные к материалу проверки КУСП-10049, которые были сделаны в ходе осмотра места происшествия (19 мая 2025 года), сами по себе не подтверждают наличие таких ограждений 9 мая 2025 года.

В то время как свидетель ФИО13 пояснила, что в день происшествия, 9 мая 2025 года, труба действительно находилась посередине дороги и не была огорожена, как указывает в своих объяснениях прораб ФИО12

Оценивая представленные доказательства, судебная коллегия находит правильным вывод суда первой инстанции о том, что причинение вреда здоровью истца состоит в прямой причинно-следственной связи с виновными действиями ответчика, проводившим на месте происшествия земляные работы и не обеспечившим надлежащую безопасность для посторонних лиц.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Таким образом, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При определении размера компенсационной суммы суд должен исходить из критериев, предусмотренных статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно: характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий; степень вины нарушителя; степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред; иные заслуживающие внимание обстоятельства, в том числе фактические обстоятельства, при которых вред был причинен; требования разумности и справедливости. Причинение вреда здоровью нуждается в особых санкциях, так как речь идет о жизни и здоровье, наиболее значимых и охраняемых благах. Последствия причинения вреда здоровью не всегда могут быть выявлены в полном объеме на момент судебного разбирательства, поскольку он может проявиться не сразу, а впоследствии, иногда по истечении длительного периода времени.

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинении вреда жизни или здоровья гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Законный представитель несовершеннолетнего указывала, что ее сыну причинены физические и нравственные страдания, выраженные в невозможности ведения привычного образа жизни, выполнении бытовых и трудовых обязанностей, а также страх перед повторением подобной ситуации.

При определении размера компенсационной суммы суд должен исходить из критериев, предусмотренных статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно: характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий; степень вины нарушителя; степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред; иные заслуживающие внимание обстоятельства, в том числе фактические обстоятельства, при которых вред был причинен; требования разумности и справедливости. Причинение вреда здоровью нуждается в особых санкциях, так как речь идет о жизни и здоровье, наиболее значимых и охраняемых благах. Последствия причинения вреда здоровью не всегда могут быть выявлены в полном объеме на момент судебного разбирательства, поскольку он может проявиться не сразу, а впоследствии, иногда по истечении длительного периода времени.

Разрешая требование о взыскании с ответчика ООО «Камавтодор» компенсации морального вреда, суд первой инстанции учел степень тяжести вреда здоровью истца, фактические обстоятельства, при которых был причинен вред, характер физических и нравственных страданий, оставшийся после падения шрам, длительность лечения, а также индивидуальные особенности истца (его возраст – <дата> года рождения, на момент происшествия 16 лет), наступившие последствия.

Взысканная судом компенсация морального вреда соответствует требованиям соблюдения баланса интересов – возмещение вреда здоровью и учет материального положения причинителя вреда.

Оснований для переоценки установленных по делу обстоятельств и определения иного размера возмещения, чем это установлено судом первой инстанции, у судебной коллегии не имеется.

При вышеизложенных обстоятельствах, судебная коллегия полагает, что оснований для отмены обжалуемого решения по доводам апелляционной жалобы не имеется, решение суда соответствует собранным по делу доказательствам и требованиям закона.

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены вынесенного по делу судебного постановления. Выводы суда мотивированы, подтверждаются имеющимися в деле доказательствами, и оснований для признания их незаконными нет.

Доказательствам, собранным по делу в установленном законом порядке, дана оценка судом первой инстанции, оснований не согласиться с которой не имеется. Доводы апелляционной жалобы направлены на иную оценку собранных по делу доказательств. Положенные в обоснование выводов суда доказательства являются допустимыми и получили надлежащую правовую оценку.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, в том числе тех, на которые имеются ссылки в апелляционной жалобе, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 19 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Камавтодор» – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено в окончательной форме 26 февраля 2026 года.

Председательствующий

Судьи