Апелляционное определение № 33-3302/2025 от 2 декабря 2025 г.

ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Кожевников С.С. I инстанция – дело № 2-2942/2025

Докладчик Коровкина А.В. апелл. инстанция – дело № 33-3302/2025

УИД: 48RS0002-01-2025-002921-68


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

3 декабря 2025 г. судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:

председательствующего Москалевой Е.В.,

судей Коровкиной А.В. и Варнавской Э.А.

при секретаре Елисеевой А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Липецке апелляционную жалобу ответчика АО «МАКС» на решение Октябрьского районного суда г. Липецка от 29 июля 2025 г., которым постановлено:

«Удовлетворить исковые требования ФИО5 к АО «МАКС» о взыскании убытков, штрафа.

Взыскать с АО «МАКС» (ИНН <***>) в пользу ФИО5 (паспорт №) убытки в размере 457 700 (четыреста пятьдесят семь тысяч семьсот) рублей, расходы по оплате досудебного исследования в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей, штраф в размере 183 900 (сто восемьдесят три тысячи девятьсот) рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей.

Взыскать с АО «МАКС» (ИНН <***>) в доход бюджета г. Липецка государственную пошлину в сумме 13 942 (тринадцать тысяч девятьсот сорок два) рублей 50 копеек».

Заслушав доклад судьи Коровкиной А.В., судебная коллегия

установила:

ФИО5 обратилась в суд с иском к АО «МАКС» о взыскании убытков. В обоснование заявленных требований истец указала, что 13 декабря 2024 г. по адресу: <...> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Фольксваген Тигуан госномер №, принадлежащего ей, под управлением ФИО6 и автомобиля Шкода Октавиа госномер № под управлением ФИО1. Виновным в данном ДТП является водитель ФИО1. 18 декабря 2024 г. истец обратилась в АО «МАКС» с заявлением о страховом возмещении, в тот же день транспортное средство было осмотрено страховщиком. По инициативе страховщика было подготовлено экспертное заключение, согласно которому стоимость восстановительного ремонта без учета износа составила 389 900 рублей, с учетом износа – 295 000 рублей. 13 января 2025 г. страховщик произвел выплату страхового возмещения в денежной форме в размере 389 900 рублей. 31 января 2025 г. истец обратилась к ответчику с претензией о доплате страхового возмещения и возмещении убытков, в удовлетворении которой было отказано. Решением финансового уполномоченного № У-25-36691/5010-010 от 27 апреля 2025 г. в удовлетворении требований истца отказано. По инициативе финансового уполномоченного была проведена независимая экспертиза, согласно выводам которой стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа составила 368 500 рублей, с учетом износа – 256 300 рублей. Согласно экспертному заключению № 2025-95 от 7 июня 2025 г., подготовленному по инициативе истца, расчетная стоимость восстановительного ремонта с учетом средних рыночных цен в регионе составила 847 600 рублей. На основании изложенного истец просила взыскать с ответчика убытки в размере 457 700 рублей (847 600 рублей – 389 900 рублей), расходы за составление экспертного заключения в размере 15 000 рублей, штраф и расходы на юридическую помощь в размере 40 000 рублей.

Истец ФИО5 в судебное заседание не явилась.

Представитель истца ФИО5 по доверенности ФИО7 в судебном заседании заявленные требования поддержал.

Представитель ответчика АО «МАКС» по доверенности ФИО8 против удовлетворения заявленных требований возражала.

Судом постановлено решение, резолютивная часть которого приведена выше.

В апелляционной жалобе ответчик АО «МАКС», ссылаясь на нарушение и неправильное применение норм материального и процессуального права, просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

Выслушав объяснения представителя ответчика АО «МАКС» по доверенности ФИО8, поддержавшей апелляционную жалобу, представителя истца ФИО5 по доверенности ФИО7, возражавшего против ее удовлетворения, проверив материалы гражданского дела, обсудив доводы жалобы ответчика, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 13 декабря 2024 г. по адресу: <...> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Фольксваген Тигуан госномер №, принадлежащего ФИО5, под управлением ФИО6 и автомобиля Шкода Октавиа госномер №, принадлежащего ФИО2, под управлением ФИО1.

Дорожно-транспортное происшествие в отсутствие разногласий водителей было оформлено без участия уполномоченных на то сотрудников полиции в порядке, предусмотренном ст. 11.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО), с использованием автоматизированной информационной системы обязательного страхования.

Виновным в совершении ДТП в соответствующем извещении от 13 декабря 2024 г. определен водитель ФИО1.

Гражданская ответственность владельца транспортного средства Фольксваген Тигуан госномер № была застрахована в АО «МАКС», гражданская ответственность владельца транспортного средства Шкода Октавиа госномер № – в АО «СОГАЗ».

18 декабря 2024 г. ФИО5 обратилась в АО «МАКС» с заявлением о прямом возмещении убытков.

23 декабря 2024 г. страховщиком был организован осмотр поврежденного транспортного средства с составлением соответствующего акта.

Согласно экспертному заключению ООО «Экспертно-Консультационный Центр» № УП-649365 от 28 декабря 2024 г., подготовленному по инициативе страховой компании, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составила без учета износа 389 900 рублей, с учетом износа – 295 000 рублей.

10 января 2025 г. АО «МАКС» утвержден акт о страховом случае на сумму 389 900 рублей, и 13 января 2025 г. истцу произведена страховая выплата в аналогичном размере.

31 января 2025 г. истец обратилась к ответчику с претензией, в которой, ссылаясь на одностороннее изменение страховщиком формы страхового возмещения, просила произвести доплату до 400 000 рублей, выдать ей расчет произведенной выплаты и акт осмотра.

В письме от 25 февраля 2025 г. АО «МАКС» сослалось на то, что исполнило свои обязательства в полном объеме, а потому оснований для удовлетворения претензии истца не имеется.

Истец обратилась к финансовому уполномоченному.

Для решения вопросов, связанных с рассмотрением обращения, финансовым уполномоченным назначено проведение независимой экспертизы поврежденного транспортного средства в ООО «АВТО-АЗМ».

Согласно экспертному заключению ООО «АВТО-АЗМ» № У-25-36691/3020-005 от 16 апреля 2025 г. стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа составила 368 500 рублей, с учетом износа – 256 300 рублей.

Решением финансового уполномоченного № У-25-36691/5010-010 от 27 апреля 2025 г. в удовлетворении требования ФИО5 о взыскании с АО «МАКС» доплаты страхового возмещения по договору ОСАГО отказано.

В соответствии с заключением ИП ФИО3 № 2025-95 от 7 июня 2025 г., подготовленным по инициативе истца, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства согласно средним ценам, сложившимся в Липецком регионе, составила без учета износа 847 600 рублей, с учетом износа – 617 400 рублей.

Разрешая спор, районный суд исходил из того, что страховщик в нарушение Закона об ОСАГО не исполнил свое обязательство по организации ремонта поврежденного транспортного средства надлежащим образом, а потому должен возместить истцу стоимость такого ремонта с учетом среднерыночных цен в регионе.

Оснований не согласиться с изложенными выводами суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает, поскольку они соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и нормам материального права.

В силу требований ч. 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для правильного разрешения настоящего спора суду, в первую очередь, надлежало установить законность действий страховой компании, выплатившей страховое возмещение вместо организации восстановительного ремонта.

Согласно п. 3 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В соответствии с п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 указанной статьи) в соответствии с п.п. 15.2 или 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Как разъяснено в п.п. 37, 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховое возмещение вреда, причиненного повреждением легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина (в том числе индивидуального предпринимателя) и зарегистрированного в Российской Федерации, осуществляется страховщиком путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение вреда в натуре) (п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО). Перечень случаев, когда вместо организации и оплаты восстановительного ремонта легкового автомобиля страховое возмещение по выбору потерпевшего, по соглашению потерпевшего и страховщика либо в силу объективных обстоятельств осуществляется в форме страховой выплаты, установлен п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО с учетом абз. 6 п. 15.2 этой же статьи.

В отсутствие оснований, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО с учетом абз. 6 п. 15.2 этой же статьи, страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате восстановительного ремонта легкового автомобиля с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме. О достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подп. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать в том числе выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом. Такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего.

Таким образом, законом предусмотрены специальные случаи, когда страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, может осуществляться в форме страховой выплаты.

В настоящем случае отказ организовать восстановительный ремонт транспортного средства в ходе рассмотрения дела был мотивирован тем, что на момент рассмотрения обращения потерпевшего у страховщика отсутствовали заключенные договоры со станциями технического обслуживания автомобилей, которые бы соответствовали требованиям п. 15.2 ст. 12 Закона об ОСАГО.

Так, из материалов дела следует, что у АО «МАКС» имеются договоры со СТОА ИП ФИО4 и ООО «МЦ Липецк», которыми были представлены отказы от проведения ремонтных работ в отношении транспортного средства истца в связи с отсутствием возможности осуществить восстановительный ремонт в установленный законом срок.

Вместе с тем согласно абз. 6 п. 15.2 ст. 12 Закона об ОСАГО, если ни одна из станций, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, страховщик с согласия потерпевшего в письменной форме может выдать потерпевшему направление на ремонт на одну из таких станций.

Этим же пунктом предусмотрено, что право на осуществление возмещения вреда в форме страховой выплаты возникает у страховщика в случае отсутствия выраженного в письменной форме согласия потерпевшего на выдачу направления на ремонт на одну из указанных выше станций, однако выдать такое направление страховщик не предлагал, а потерпевший от выдачи такого направления не отказывался.

Таким образом, у АО «МАКС» не имелось законных оснований для замены в одностороннем порядке восстановительного ремонта автомобиля истца на страховую выплату в денежной форме.

Отсутствие в Законе об ОСАГО нормы о последствиях неправомерного отказа страховщика от организации и оплаты ремонта транспортного средства в натуре и (или) одностороннего изменения условий исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме в отсутствие установленных законом оснований не лишает потерпевшего права требовать полного возмещения убытков в виде стоимости ремонта транспортного средства без учета износа комплектующих изделий. Такая позиция изложена в п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 июня 2021 г.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» также разъяснил, что при нарушении страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе предъявить требование о понуждении страховщика к организации и оплате восстановительного ремонта или потребовать страхового возмещения в форме страховой выплаты либо произвести ремонт самостоятельно и потребовать со страховщика возмещения убытков вследствие ненадлежащего исполнения им своих обязательств по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, который страховщик должен был организовать и оплатить. Возмещение таких убытков означает, что потерпевший должен быть постановлен в то положение, в котором он находился бы, если бы страховщик по договору обязательного страхования исполнил обязательства надлежащим образом (п. 56).

Согласно п. 2 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 этого кодекса.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Приведенное выше правовое регулирование подразумевает возмещение причиненных страховщиком потерпевшему убытков в полном объеме, то есть без применения Единой методики.

Относительно довода ответчика о необоснованности взыскания с него в качестве убытков денежной суммы, превышающей установленную подп. «б» ст. 7 Закона об ОСАГО страховую сумму, судебная коллегия отмечает следующее.

Размер убытков к моменту рассмотрения дела судом может превышать как стоимость восстановительного ремонта, определенную на момент обращения за страховым возмещением по Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной положением Банка России от 4 марта 2021 г. № 755-П, без учета износа транспортного средства, так и предельный размер такого возмещения, установленный в ст. 7 Закона об ОСАГО, в том числе ввиду разницы цен и их динамики. Такие убытки, причиненные по вине страховщика, подлежат возмещению по общим правилам возмещения убытков, причиненных неисполнением обязательств, предусмотренным ст.ст. 15, 393 и 397 Гражданского кодекса Российской Федерации, ввиду отсутствия специальной нормы в Законе об ОСАГО.

В противном случае эти убытки, несмотря на вину и недобросовестность страховщика, не были бы возмещены, а потерпевший был бы поставлен в неравное положение с теми потерпевшими, в отношении которых обязательство страховщиком исполнено надлежащим образом. Не могут быть переложены эти убытки и на причинителя вреда, который возмещает ущерб потерпевшему при недостаточности страхового возмещения, поскольку они возникли не по его вине, а вследствие неисполнения обязательств страховщиком. Иное означало бы, что при незаконном и необоснованном отказе страховщика в страховом возмещении причинитель вреда отвечал бы в полном объеме, как если бы его ответственность не была застрахована вообще.

Поскольку возмещение убытков, причиненных неисполнением страховщиком обязательств по организации и оплате восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, не является страховым возмещением ущерба, причиненного в результате ДТП, применение к ним положений подп. «б» ст. 7 Закона об ОСАГО о лимите страхового возмещения является необоснованным.

Определяя размер убытков, суд первой инстанции обоснованно исходил из выводов представленного истцом заключения ИП ФИО3 № 2025-95 от 7 июня 2025 г., поскольку ответчик о проведении судебной экспертизы по вопросу определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца по среднерыночным ценам не ходатайствовал.

Отказавшись ходатайствовать о назначении по делу судебной экспертизы, ответчик по собственному усмотрению распорядился своими процессуальными правами на представление доказательств в подтверждение обстоятельств, на которые он ссылался в обоснование своих возражений, при этом стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается, в первую очередь, поведением участвующих в деле лиц как субъектов доказательственной деятельности.

Довод апеллянта о том, что потерпевший вправе требовать возмещения фактических затрат, определенных только после проведения восстановительного ремонта, и не вправе требовать возмещения убытков в размере, определенном на основании заключения ИП ФИО3, которое, по его мнению, в таком случае является вероятностным, нельзя признать как обоснованным, так и справедливым, поскольку такая трактовка ставит недобросовестного страховщика в преимущественное положение по отношению к потерпевшему, по вине первого не восстановившему свое транспортное средство и не располагающему достаточными финансовыми средствами для такого восстановления. Предложенный ответчиком подход не учитывает принцип, вытекающий из существа гражданских правоотношений и их законодательного регулирования, о недопустимости извлечения одной из сторон выгоды из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО при удовлетворении судом требований потерпевшего – физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

Из приведенной нормы права следует, что размер штрафа по Закону об ОСАГО определяется не размером присужденных потерпевшему денежных сумм убытков, а размером страхового возмещения, обязательство по которому не исполнено страховщиком.

При этом указание в п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО на страховую выплату не означает, что в случае неисполнения страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта он освобождается от уплаты штрафа.

Иное означало бы, что в отступление от конституционного принципа равенства прав, потерпевшие, право которых на страховое возмещение в виде организации и оплаты восстановительного ремонта нарушено, оказались бы менее защищены и поставлены в неравное положение с такими же потерпевшими, право которых на страховое возмещение нарушено неосуществлением страховой выплаты.

Таким образом, удовлетворение судом требования потерпевшего – физического лица о взыскании убытков, обусловленных ненадлежащим исполнением страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства, не исключает присуждение предусмотренного Законом об ОСАГО штрафа, подлежащего в этом случае исчислению из размера неосуществленного страхового возмещения (возмещение вреда в натуре).

Поскольку отремонтированное транспортное средство потерпевшим в предусмотренный законом срок не получено, страховщик, допустивший нарушение принятых на себя обязательств по договору ОСАГО, должен возместить другой стороне все причиненные по его вине убытки и уплатить штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего в размере пятидесяти процентов от полной суммы надлежащего страхового возмещения.

Установив, что размером надлежащего страхового возмещения является 367 800 рублей (стоимость восстановительного ремонта транспортного средства, рассчитанная согласно заключению ООО «АВТО-АЗМ» № У-25-36691/3020-005 от 16 апреля 2025 г. в соответствии с Единой методикой без учета износа), районный суд определил сумму штрафа, предусмотренного п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО, в размере 183 900 рублей (367 800 рублей х 50%), не усмотрев исходя из конкретных обстоятельств дела, периода просрочки, последствий нарушения обязательства, степени вины ответчика, баланса интересов сторон оснований для его снижения по ходатайству ответчика.

Принимая во внимание, что, заявляя об уменьшении размера штрафа, ответчик АО «МАКС» каких-либо доказательств в подтверждение его явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства не представил, суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для применения положений ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Не представлено таких доказательств и суду апелляционной инстанции. Ссылка ответчика в апелляционной жалобе на несвоевременность защиты истцом нарушенных прав ввиду обращения с настоящим исковым заявлением через 5 месяцев после получения страховой выплаты основанием для снижения размера штрафа не является, поскольку не опровергает ни установленную судом длительность нарушения прав потерпевшего, ни соразмерность исчисленного штрафа последствиям нарушенного страховщиком обязательства.

Рассмотрев заявление истца о возмещении понесенных им издержек в виде оплаты услуг представителя в размере 40 000 рублей, суд первой инстанции, исходя из объема оказанных представителем услуг, принципов разумности и справедливости, пришел к выводу о взыскании с АО «МАКС» в пользу ФИО5 расходов на оплату услуг представителя в заявленном размере, что, по мнению судебной коллегии, в полной мере отвечает требованиям ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и принципу обеспечения необходимого баланса интересов сторон. Каких-либо доказательств того, что взысканные в пользу истца расходы на оплату услуг представителя, составлявшего досудебную претензию, исковое заявление и принимавшего участие в двух судебных заседаниях, носят чрезмерный, неразумный характер и подлежат снижению, апеллянтом не представлено.

Довод ответчика о завышенности взысканных в пользу истца расходов на оплату услуг представителя со ссылкой на постановление Правительства Российской Федерации от 1 декабря 2012 г. № 1240 «О порядке и размере возмещения процессуальных издержек, связанных с уголовным судопроизводством, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации и о признании утратившими силу некоторых актов Совета Министров РСФСР и Правительства Российской Федерации» отклоняется, поскольку оно устанавливает порядок и размеры возмещения понесенных судом судебных расходов, выплат денежных сумм переводчикам, а также порядок выплат денежных сумм свидетелям и возврата сторонам неизрасходованных денежных сумм, внесенных ими в счет предстоящих судебных расходов в связи с рассмотрением гражданского дела, – в соответствии с ч. 2 ст. 95, ч. 4 ст. 96, ч. 2 ст. 97 и ч. 5 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и не распространяется на связанные с рассмотрением дела издержки, предусмотренные ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Не имеется оснований для признания обоснованным и довода апелляционной жалобы о несогласии с взысканием в пользу истца расходов по составлению заключения ИП ФИО3.

Как следует из материалов дела, истцом за услуги оценщика ФИО3 были оплачены денежные средства в размере 15 000 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.

Как разъяснено в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц (ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Перечень судебных издержек, предусмотренный указанным кодексом, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

Поскольку для реализации и обоснования права на обращение в суд истцом было получено заключение досудебной оценки, которое положено судом в основу принятого решения, соответствующие расходы относятся к числу судебных и подлежат взысканию с ответчика.

Согласно п. 135 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», исходя из требований добросовестности (ч. 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) расходы на оплату независимой технической экспертизы и (или) независимой экспертизы (оценки), понесенные потерпевшим, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом со страховщика в разумных пределах, под которыми следует понимать расходы, обычно взимаемые за аналогичные услуги (ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Бремя доказывания того, что понесенные потерпевшим расходы являются завышенными, возлагается на страховщика (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Ссылка апеллянта на заключение АНО «Союзэкспертиза» о среднерыночной стоимости оказания в Липецкой области услуги по оформлению экспертного заключения независимой технической экспертизы по ОСАГО в размере 9 100 рублей не свидетельствует о необоснованности и неразумности соответствующих расходов, фактически понесенных другой стороной. При этом само заключение, на которое ссылается ответчик, судам не представлялось, а из апелляционной жалобы усматривается, что оно затрагивает вопросы проведения независимой технической экспертизы в правоотношениях между страховщиками и потерпевшими, то есть не касается определения рыночной стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства.

Довод апеллянта о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, выразившемся в непривлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, финансового уполномоченного и виновника ДТП, также не является основанием для отмены состоявшегося решения.

При рассмотрении дела по иску потерпевшего – потребителя финансовых услуг суд при подготовке к судебному разбирательству извещает финансового уполномоченного о принятии судом иска к производству, направляет ему копию искового заявления с приложенными материалами и истребует у него копии материалов, положенных в основу его решения, а по результатам рассмотрения дела в любом случае направляет финансовому уполномоченному копию соответствующего решения. При этом при разрешении спора между потерпевшим, не согласным с решением финансового уполномоченного, и страховщиком финансовый уполномоченный в качестве ответчика или третьего лица не привлекается, однако может направить письменные объяснения по существу принятого им решения (п.п. 126, 127, 132 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Взыскание в пользу потерпевшего со страховщика убытков, связанных с ненадлежащим исполнением последних обязательств по договору ОСАГО, не влияет на права или обязанности виновника ДТП по отношению к кому-либо из сторон.

В силу ч. 6 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правильное по существу решение суда первой инстанции не может быть отменено по одним только формальным соображениям.

Таким образом, предусмотренных законом оснований для отмены либо изменения принятого решения по доводам апелляционной жалобы у судебной коллегии не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Липецка от 29 июля 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика АО «МАКС» – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи:

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 3 декабря 2025 г.