Решение № 2-808/2025 2-808/2025~М-304/2025 М-304/2025 от 16 марта 2025 г. по делу № 2-808/2025

Дело № 2-808/2025

УИД 33RS0011-01-2025-000567-44


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Ковров 17 марта 2025 г.

Ковровский городской суд Владимирской области в составе:

председательствующего судьи Одинцовой Н.В.,

при секретаре Тихомировой О.В.,

с участием истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения <адрес> «ФИО4 городская станция скорой медицинской помощи» о признании незаконным и отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения <адрес> «ФИО4 городская станция скорой медицинской помощи» (далее по тексту ГБУЗ ВО «КГССМП») о признании незаконным и отмене приказа от <дата><№>-н «О применении дисциплинарного взыскания», взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 руб.

В обоснование указала, что является работником ГБУЗ ВО «КГССМП» и занимает должность фельдшера выездной бригады скорой медицинской помощи. <дата> приказом главного врача <№>-н «О применении дисциплинарного взыскания» она была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за разглашение врачебной тайны водителю бригады скорой медицинской помощи. Считает, что к дисциплинарной ответственности была привлечена незаконно, поскольку никакого проступка не совершала.

В судебном заседании истец ФИО1 свои исковые требования поддержала, просила их удовлетворить. Настаивала, что врачебную тайну она не разглашала. Водители скорой медицинской помощи входят в состав бригады скорой медицинской помощи, во время выполнения вызова они находятся в прямом подчинении врача или фельдшера, участвуют в медицинской эвакуации, в том числе пациентов с вирусными и бактериальными заболеваниями, которые требуют применения индивидуальных средств защиты. Водитель находится в автомобиле, когда врач или фельдшер по рации связывается с диспетчером или с лечебным учреждением для получения информации о наличии свободных мест при необходимости экстренной госпитализации. В связи с этим, он может слышать информацию, охраняемую законом. При этом, специально она водителю диагноз пациентов не сообщала. Он мог его услышать во время выезда, в том числе, во время ее общения с другим фельдшером. Полагает, что привлечение ее к дисциплинарной ответственности связано с тем, что она является руководителем первичной профсоюзной организации Межрегионального профессионального союза работников здравоохранения «Действие» и помогает членам профсоюза защищать свои трудовые права, в том числе, водителям автомобилей СМП, которым работодатель снизил итоговый класс вредности по специальной оценке условий труда.

Представители ответчика - государственного бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «ФИО4 городская станция скорой медицинской помощи» по доверенности ФИО2, ФИО3 иск не признали и пояснили, что ФИО1 на основании трудового договора от <дата> работает в ГБУЗ ВО «КГССМП» в должности фельдшера. Согласно условиям трудового договора, работник обязуется не разглашать охраняемую законом тайну, ставшую известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей. Также, Профессиональный стандарт «Фельдшер скорой медицинской помощи», утвержденный приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от <дата><№>н, предусматривает обязанность фельдшера скорой медицинской помощи соблюдать врачебную тайну. <дата> водитель бригады СМП ФИО5 в докладной записке на имя главного врача ГБУЗ ВО «КГССМП» сообщил, что он <дата> участвовал в оказании помощи фельдшеру при переноске пациента, карта вызова 34092, у которого был выставлен диагноз: ИБС, Нестабильная стенокардия. Докладная, кроме подписи ФИО5, содержала подписи фельдшеров ФИО1 и ФИО6 Также, <дата> водитель бригады СМП ФИО5 в другой докладной записке сообщил, что <дата> он участвовал в транспортировке пациента, карта вызова 34114, которому был выставлен диагноз: Острая пневмония. Докладная, кроме подписи ФИО5, также содержала подписи фельдшеров ФИО1 и ФИО6 Указанные карты вызова скорой медицинской помощи были заполнены фельдшерами ФИО1 и ФИО6, содержащиеся в них, а также в докладных водителя ФИО5 диагнозы пациентов совпадают. Письменное согласие пациентов на разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, фельдшерами получено не было. Из полученного от ФИО5 письменного объяснения следовало, что информация о диагнозах пациентов им была получена от фельдшеров ФИО1 и ФИО6 Поскольку должность водителя бригады СМП не относится к должностям медицинских работников или иных работников, непосредственно осуществляющих медицинскую деятельность, полагают, что фельдшер ФИО1 допустила разглашение врачебной тайны водителю.

Выслушав истца, представителей ответчика, показания свидетелей ФИО5, Свидетель №2, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Установлено, что ФИО1 на основании трудового договора <№> от <дата>, дополнительных соглашений от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата> работает в должности фельдшера в ГБУЗ ВО «КГССМП» с <дата> (л.д.<данные изъяты>).

Приказом главного врача ГБУЗ ВО «КГССМП» от <дата><№>-Н «О применении дисциплинарного взыскания», ФИО1 была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за ненадлежащее исполнение своих трудовых обязанностей, выразившихся в нарушении п.2 ст.9 ФЗ от <дата> №149-ФЗ, ст.13 ФЗ от <дата> №323-ФЗ, п. 13 Раздела 3.1 «Правил внутреннего трудового распорядка ГБУЗ ВО «КГССМП», условий трудового договора в части разглашения охраняемой законом тайны, ставшей известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей (л.д.46).

Согласно статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка организации и трудовую дисциплину.

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право поощрять работников за добросовестный эффективный труд; требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Правилами статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания в виде: замечания, выговора, увольнения по соответствующим основаниям.

Не допускается применение дисциплинарных взысканий, не предусмотренных федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В соответствии с подпунктом «а» п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата><№> «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание, за исключением дисциплинарного взыскания за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. Дисциплинарное взыскание за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее трех лет со дня совершения проступка. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Как следует из оспариваемого истцом приказа от <дата><№>-Н, ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности за ненадлежащее исполнение своих трудовых обязанностей, выразившееся в нарушении п.2 ст.9 ФЗ от <дата> №149-ФЗ, ст.13 ФЗ от <дата> №323-ФЗ, п. 13 Раздела 3.1 «Правил внутреннего трудового распорядка ГБУЗ ВО «КГССМП», условий трудового договора в части разглашения охраняемой законом тайны, ставшей известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Из материалов проведенного ответчиком служебного расследования установлено, что <дата> главному врачу ГБУЗ ВО «КГССМП» поступили докладные от водителей бригад скорой медицинской помощи (СМП) Свидетель №2, ФИО5, ФИО7, согласно которым, при исполнении трудовых обязанностей во время вызовов к больным, они участвовали в транспортировке пациентов, в оказании помощи фельдшерам при их переноске (л.д.<данные изъяты>).

Так, согласно докладной записке водителя бригады СМП ФИО5 от <дата>, зарегистрированной за вх. <№>, он <дата> участвовал в транспортировке пациента, карта вызова <№>, у которого был выставлен диагноз: Острая пневмония. Докладная также подписана фельдшерами ФИО1 и ФИО6 (л.д.<данные изъяты>).

Также, как следует из докладной записки водителя бригады СМП ФИО5 от <дата>, зарегистрированной за вх.<№>, он <дата> участвовал в оказании помощи фельдшеру при переноске пациента, карта вызова <№>, у которого был выставлен диагноз: ИБС. Нестабильная стенокардия. Докладная также подписана фельдшерами ФИО1 и ФИО6 (л.д.<данные изъяты>).

Из письменного объяснения ФИО5 от <дата>, полученного в рамках проведения служебного расследования, информация о диагнозах пациентов по картам вызова <№> и <№> им была получена от работавших с ним в одной бригаде фельдшеров ФИО1 и ФИО6 (л.д.<данные изъяты>).

С учетом того, что должность водителя бригады скорой медицинской помощи не относится к должностям медицинских работников или иных работников, непосредственно осуществляющих медицинскую деятельность, а также то, что в их должностной инструкции отсутствуют обязанности по выполнению совместно с фельдшером переноски, погрузки и разгрузки больных и пострадавших при их транспортировке, оказание помощи врачу и фельдшеру при выполнении диагностических и лечебных манипуляций, комиссия по проведению служебного расследования пришла к выводу о совершении, в том числе, фельдшером ФИО1, дисциплинарного проступка, выразившегося в разглашении сведений, составляющих врачебную тайну (л.д.44-45).

С указанными доводами суд согласиться не может, исходя из следующего.

Частью 1 статья 13 Федерального закона от <дата> N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлено, что сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну.

В соответствии с пунктом 4 Перечня сведений конфиденциального характера, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от <дата> N 188, врачебная тайна относится к сведениям, связанным с профессиональной деятельностью, доступ к которым ограничен в соответствии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами.

Согласно части 2 статьи 13 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, за исключением случаев, установленных частями 3 и 4 настоящей статьи.

Разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, другим гражданам, в том числе должностным лицам, в целях медицинского обследования и лечения пациента, проведения научных исследований, их опубликования в научных изданиях, использования в учебном процессе и в иных целях допускается с письменного согласия гражданина или его законного представителя. Согласие на разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, может быть выражено также в информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство (часть 3 статьи 13 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В части 4 статьи 13 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" содержится исчерпывающий перечень оснований, по которым допускается представление сведений, составляющих врачебную тайну, без согласия гражданина или его законного представителя.

В соответствии с пунктом 13 Раздела 3.1 «Правил внутреннего трудового распорядка» ГБУЗ ВО «КГССМП», подпунктом «б» пункта 10 трудового договора от <дата>, с которыми истец ФИО1 ознакомлена под роспись, работник обязан не разглашать служебную информацию, персональные данные сотрудников учреждения и больных (л.д. <данные изъяты>).

Таким образом, фельдшер выездной бригады СМП обязан соблюдать требование о неразглашении ставших ему известных при исполнении трудовых обязанностей сведений о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляющих врачебную тайну.

Ответчиком суду представлены карты вызова скорой медицинской помощи <№> и <№> из которых следует, что <дата> фельдшеры ФИО1 и ФИО6 в составе бригады СМП с водителем ФИО5 осуществили выезд по адресу: <адрес>, к больному ФИО8, которому установлен диагноз: Острая внебольничная пневмония слева. Обструктивный синдром. ДН 1ст. Больной был доставлен в автомобиль СМП (передвигался самостоятельно), после чего производилась медицинская эвакуация больного в ГБУЗ ВО «ЦГБ <адрес>» (л.д.<данные изъяты>).

Также, <дата> бригада скорой медицинской помощи в составе фельдшеров ФИО1, ФИО6 и водителя ФИО5 осуществили выезд по адресу: <адрес>, к больному ФИО9, которому постановлен диагноз: ИБС. Нестабильная стенокардия. Больной был доставлен в автомобиль СМП на носилках, после чего производилась его медицинская эвакуация в ООО «ПКМЦ» (л.д. <данные изъяты>).

Допрошенный в качестве свидетеля водитель СМП ФИО5 показал, что водитель является членом бригады скорой медицинской помощи, наряду с фельдшерами и врачами. <дата> он вместе с фельдшерами ФИО1 и ФИО6 осуществлял выезды по вызовам, оформленным в картах вызова <№> и <№> помогал фельдшерам доставить больных в автомобиль СМП, осуществлять медицинскую эвакуацию больных в лечебные учреждения – ГБУЗ ВО «ЦГБ <адрес>» и ООО «ПКМЦ». Находясь вместе с фельдшерами и больными в автомобиле, он слышал, как фельдшер ФИО1 для решения вопроса о медицинской эвакуации больных в лечебные учреждения, называла их фамилии, имена, отчества. Фельдшеры между собой также обсуждали поставленные диагнозы. Имеющаяся дверь между салоном и кабиной водителя всегда открыта, фельдшер через нее в любое время, в том числе и во время движения автомобиля, может перейти в салон и обратно. Поданные им <дата> на имя главного врача докладные были связаны с занижением водителям класса вредности по специальной оценке условий труда. В письменном объяснении, данном в ходе служебного расследования, он указал на то, что диагнозы больных ему сообщила фельдшер ФИО1, поскольку объяснение составлял по предложенному образцу. Фактически, ФИО1 сообщила ему только номера карт вызова, а поставленные больным диагнозы он указал сам, поскольку узнал о них из обсуждения фельдшеров, находясь в автомобиле во время транспортировки больных.

Свидетель Свидетель №2 также показал, что работает водителем скорой медицинской помощи. В связи с тем, что работодателем ФГУЗ ВО «КГССМП» водителям снижен класс вредности по специальной оценке условий труда, он в числе других водителей обратился с иском в суд. В ходе рассмотрения дела они представляли доказательства того, что при исполнении трудовых обязанностей водители СМП взаимодействуют с больными пациентами, помогая осуществлять их переноску в автомобиль и медицинскую эвакуацию в различные лечебные учреждения. В автомобиле, на котором он работает, имеется окно между кабиной водителя и салоном, которое, как правило, открыто. В связи с этим, водитель слышит разговор между фельдшерами, а также, когда те звонят по телефону в лечебные учреждения или по рации диспетчеру. Будучи не согласным с результатами специальной оценки условий труда водителей, <дата> он наряду с другими водителями составил на имя главного врача СМП докладную, в которой информировал руководителя о том, что при исполнении трудовых обязанностей контактировал с больными пациентами. Указанные в докладной диагнозы он услышал из обсуждений фельдшеров во время транспортировки больных.

Действительно, в производстве Ковровского городского суда находится гражданское дело <№> по исковому заявлению ФИО10, ФИО11, Свидетель №2, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 к ГБУЗ ВО "ФИО4 городская станция скорой медицинской помощи" о признании недействительными результатов специальной оценки условий труда, взыскании компенсации морального вреда, которое до настоящего времени не рассмотрено.

Судом также установлено, что в ГБУЗ ВО «КГССМП» создана первичная профсоюзная организация Межрегионального профсоюза работников здравоохранения «Действие», председателем которой избрана ФИО1, которая помогает членам профсоюзной организации защищать их трудовые права, в том числе по оспариванию результатов специальной оценки условий труда водителей СМП.

Не оспаривая своей обязанности по охране врачебной тайны, ставшей известной при исполнении трудовых обязанностей, ФИО1 не согласна с тем, что она распространила врачебную тайну в виде поставленных диагнозов пациентам по картам вызова СМП <№> и <№>

Согласно пункту 9 статьи 2 Федерального закона от <дата> № 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" распространением информации признаются действия, направленные на получение информации неопределенным кругом лиц или передачу информации неопределенному кругу лиц.

Привлекая истца ФИО1 к дисциплинарной ответственности, ответчик ГБУЗ ВО «КГССМП» инкриминирует ей действия по разглашению поставленных диагнозов пациентам с картами вызовов СМП <№> и <№> водителю ФИО5, входящему в состав бригады скорой медицинской помощи вместе с фельдшерами ФИО1 и ФИО6

При этом, объективных доказательств, подтверждающих передачу истцом указанной конфиденциальной информации водителю ФИО5, ответчиком суду не представлено.

Истец ФИО1 данный факт отрицает. Допрошенный в качестве свидетеля водитель СМП ФИО5 настаивает на том, что от ФИО1 он получил информацию только о номерах карт вызова, а поставленные пациентам диагнозы он услышал из разговора фельдшеров ФИО1 и ФИО6 во время транспортировки больных в лечебные учреждения. Как установлено судом, нахождение водителя в одном автомобиле с медицинскими работниками и больным пациентом, при наличии открытой двери между кабиной водителя и салоном, использовании фельдшерами средств связи с диспетчером и лечебными учреждениями, такой возможности не исключает.

При этом, суд учитывает, что составленные водителем СМП ФИО5 докладные, в которых им были указаны поставленные пациентам диагнозы, были адресованы не посторонним лицам, а главному врачу ГБУЗ ВО «КГССМП», то есть своему же работодателю, являющемуся в силу пункта 2 статьи 3 Федерального закона от <дата> N 152-ФЗ "О персональных данных" оператором персональных данных пациентов.

С учетом этого, ни у истца, ни у водителя ФИО5, умысла на распространение охраняемой законом врачебной тайны не имелось.

Не нарушены истцом и права самих пациентов, диагнозы которых ФИО5 указал в докладных записках. Сведений о том, что они обращались в соответствующие органы за защитой своих персональных данных, не имеется.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что оснований для привлечения истца ФИО1 к дисциплинарной ответственности за разглашение поставленных пациентам диагнозов водителю СМП ФИО5 не имелось, в связи с чем приказ от <дата><№>-н «О применении дисциплинарного взыскания» в части применения дисциплинарного взыскания в виде выговора к фельдшеру скорой медицинской помощи ФИО1 является незаконным и подлежащим отмене.

Поскольку в ходе рассмотрения дела установлено нарушение действиями ответчика ГБУЗ ВО «КГССМП» прав истца как работника, суд приходит к выводу, что истец имеет право на взыскание с ответчика компенсации морального вреда на основании части 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как разъяснено в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата><№> «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, характер причиненных истцу нравственных страданий, связанных с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности в виде выговора, суд определяет размер подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 10 000 руб., что соответствует требованиям ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации о разумности и справедливости.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

Согласно части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истец ФИО1, освобожденная при подаче иска от уплаты государственной пошлины в силу ст.393 Трудового кодекса РФ, ст.333.37 Налогового кодекса РФ, государственную пошлину не оплачивала.

Таким образом, в доход бюджета муниципального образования <адрес> подлежит взысканию государственная пошлина с ГБУЗ ВО «КГСМП» в размере 3000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным и подлежащим отмене приказ главного врача государственного бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «ФИО4 городская станция скорой медицинской помощи» от <дата><№> «О применении дисциплинарного взыскания» в части применения дисциплинарного взыскания в виде выговора к фельдшеру скорой медицинской помощи ФИО1.

Взыскать в пользу ФИО1, <дата> года рождения, ИНН <№>, с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «ФИО4 городская станция скорой медицинской помощи», ИНН <№>, ОГРН <№>, компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

В остальной части иска ФИО1 отказать.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «ФИО4 городская станция скорой медицинской помощи», ИНН <№>, ОГРН <№>, в доход бюджета муниципального образования <адрес> государственную пошлину в размере 3000 руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба во Владимирский областной суд через Ковровский городской суд в течение месяца после составления решения в окончательной форме.

Председательствующий Н.В. Одинцова

Справка: резолютивная часть решения оглашена в судебном заседании 17.03.2025, мотивированное решение составлено 11.04.2025.