Апелляционное определение № 33-6935/2025 от 3 декабря 2025 г.

Дело № 33-6935/2025

Дело № 2-1028/2025

УИД № 56RS0009-01-2025-000132-07


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

4 декабря 2025 года г. Оренбург

Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего судьи Морозовой Л.В.

судей: Устьянцевой С.А., Булгаковой М.В.,

с участием прокурора Поповой Е.А.,

при секретаре Бондаревой К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации вреда, причиненного преступлением,

по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 29 мая 2025 года,

заслушав доклад судьи Устьянцевой С.А.,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском, указав в обоснование заявленных требований, что приговором мирового судьи судебного участка № 7 Дзержинского района г. Оренбурга от 14 октября 2024 года ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации, которым установлено, что в результате умышленных преступных действий ФИО2 согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от (дата) № ей причинены телесные повреждения в виде ***. Просила суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб.

Определением суда от 10 марта 2025 года в протокольной форме к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, САО «РЕСО-Гарантия», Оренбургский филиал ПАО «САК» Энергогарант».

В судебное заседание истец ФИО1, ответчик ФИО2 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО5, действующий на основании доверенности, удостоверенной нотариусом нотариального округа (адрес) ФИО6 (дата), зарегистрировано в реестре за №, в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

В судебное заседание третье лицо ФИО4, представители третьих лиц САО «РЕСО-Гарантия», Оренбургский филиал ПАО «САК» Энергогарант» не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Решением Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 29 мая 2025 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Суд взыскал с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 350 000 рублей; взыскал с ФИО2 в доход бюджета г. Оренбурга Оренбургской области государственную пошлину в размере 3 000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказал.

Не согласившись с решением суда, ФИО1 подана апелляционная жалоба, в которой просит решение суда изменить, увеличить размер денежной компенсации морального вреда.

Изучив материалы дела, заслушав объяснения истца ФИО1, её представителя ФИО7, действующего на основании ордера от (дата) №, поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ФИО5, действующего на основании доверенности, удостоверенной нотариусом нотариального округа (адрес) ФИО6 (дата), зарегистрировано в реестре за №, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, заключение прокурора Поповой Е.А., полагавшей апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы, полагая возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статье 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции вправе, в том числе, отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.

Общие основания ответственности за причинение вреда предусмотрены статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что в результате умышленных преступных действий ФИО2 потерпевшей ФИО1 причинены телесные повреждения.

Вступившим в законную силу приговором мирового судьи судебного участка № 7 Дзержинского района г. Оренбурга от 14 октября 2024 года ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации (умышленное причинение *** тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, но вызвавшего длительное расстройство здоровья или значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от (дата) № ФИО1 в результате умышленных преступных действий ФИО2 причинены телесные повреждения в виде ***. *** у ФИО1 осложнилась развитием ***. Проведенная консервативная терапия ФИО1 эффекта не дала. 9 июня 2022 года проведена операция ***, согласно представленным медицинским документам основанием для проведения оперативного вмешательства послужило наличие у ФИО1 диагноза: ***. Между травмой, полученной ФИО1 16 декабря 2021 года, развитием *** имеется прямая причинно-следственная связь.

Согласно Таблице процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» у ФИО1 имеется стойкая утрата трудоспособности в размере 20% *** Телесные повреждения у ФИО1 вызвали значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности от 10 до 30 процентов включительно), и расцениваются как повреждения, повлекшие *** вред здоровью человека. Кроме того, телесные повреждения в виде *** подтверждаются актом судебно-медицинского обследования от (дата) №, заключением судебно-медицинской экспертизы от (дата) №, заключением судебно-медицинской экспертизы от (дата) №, заключением судебно-медицинской ситуационной экспертизы от (дата) №.

Разрешая спор, принимая во внимание положения статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статей 150, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ФИО2 обязанности компенсировать истцу моральный вред, причиненный в результате преступления.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии основания для взыскания с ФИО2 компенсации морального вреда.

Вместе с тем судебная коллегия не может согласиться с размером компенсации морального вреда, определённой судом первой инстанции, по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, в частности право на уважение родственных и семейных связей) (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пункте 14 постановления от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности

из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 17 и 18 постановления от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (абзац первый пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Таким образом, законодательство, предусматривая в качестве способа защиты гражданских прав компенсацию морального вреда, устанавливает общие принципы для определения размера такой компенсации. Поэтому суд, определяя размер подлежащего компенсации морального вреда, в совокупности оценивает конкретные действия причинителя вреда, соотнося их с тяжестью причиненных истцу физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности.

Учитывая изложенное, судебная коллегия находит определенный судом размер компенсации морального вреда заниженным и подлежащим увеличению, поскольку при его определении судом первой инстанции не дана оценка всем значимым и заслуживающим внимания обстоятельствам, не в полной мере учтены: степень тяжести вреда здоровью, степень утраты трудоспособности, характер полученных телесных повреждений и последствий от полученных травм, необходимость оперативных вмешательств, длительность нахождения на лечении, продолжение лечения по настоящее время, степень нравственных и физических страданий, вызванных болезненными ощущениями и изменением полностью образа жизни в результате повреждения здоровья, а также требования разумности и справедливости.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу об увеличении размера компенсации морального вреда до 500 000 рублей, полагая, что данная сумма будет являться справедливой и разумной, обеспечивающей баланс прав и законных интересов сторон, в связи с чем решение суда в данной части подлежит изменению на основании пункта 3 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 29 мая 2025 года изменить в части размера взысканной компенсации морального вреда, взыскать с ФИО2 (паспорт №) в пользу ФИО1 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 500 000 рублей. В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий: (подпись) Л.В. Морозова

Судьи: (подпись) С.А. Устьянцева

(подпись) М.В. Булгакова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 декабря 2025 года.