Решение № 2-179/2019 2-179/2019~М-80/2019 М-80/2019 от 6 августа 2019 г. по делу № 2-179/2019

Дело № 2-179/19


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Топкинский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Липской Е.А., при секретаре Кахримановой С.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Топки 07 августа 2019г. гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

У с т а н о в и л :

Истец ФИО1 обратился с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, мотивируя свои требования следующим образом.

05.10.2018 года в 08 час. 40 мин. по адресу: <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие, с участием автомобиля <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО2 и автомобиля <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО1

Как указано в иске, виновником дорожно-транспортного происшествия признан водитель <данные изъяты> ФИО2, который не выбрал безопасную скорость движения совершил столкновение с автомобилем истца <данные изъяты>.

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия был поврежден принадлежащий истцу автомобиль <данные изъяты>.

Гражданская ответственность ответчика ФИО2 не была застрахована.

С целью определения рыночной стоимости ремонта автомобиля, истец обратился в ООО «<данные изъяты>».

Согласно заключению эксперта №, рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки <данные изъяты> составила, с учетом износа <данные изъяты>., за услуги эксперта была оплачена сумма в размере 3 500 руб.

Ответчику была направлена по почте претензия о возмещении ущерба и расходов услуг эксперта в добровольном порядке, конверт возвратился с указанием «истек срок хранения».

Истец просил суд взыскать с ответчика сумму причиненного ущерба в размере <данные изъяты>., расходы на оплату услуг эксперта в размере 3 500 руб., расходы по уплате госпошлины в размере <данные изъяты>. (л.д.2).

Истец ФИО1 в судебном заседании 07 августа 2019г. на иске настаивал. Просил взыскать с ответчика ФИО2 стоимость восстановительного ремонта, по результатам экспертизы, без учета износа.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований истца.

Пояснил, что считает виновным в ДТП ФИО1, который, по его мнению, спровоцировал ДТП, при повороте налево.

Представил письменные возражения на иск (л.д. 166).

Представитель ООО «Страховая компания «ЮЖУРАЛ-АСКО», привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований (л.д. 96 - определение), в судебное заедание не явился.

Суд, заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

В силу п. 6 ст. 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Так, исходя из общих правил ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Вина причинителя вреда является общим условием ответственности за причинение вреда. При этом вина причинителя презюмируется, поскольку он освобождается от возмещения вреда только тогда, когда докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенное, установление обстоятельств дорожно-транспортного происшествия и установление степени вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, имеет существенное значение для разрешения настоящего спора.

Судом установлено, следующее. 05.10.2018 года в 08 час. 40 мин. по адресу: <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, принадлежащего и под управлением водителя ФИО2 и автомобиля <данные изъяты>, принадлежащего и под управлением водителя ФИО1 (л.д. 92 - свидетельство, л.д. 89 - справка о ДТП).

В результате ДТП указанным автомобилям были причинены механические повреждения.

Постановлением инспектора ДПС ОГИБДД ОУМВД России по Топкинскому району от 05.10.2018 года ФИО1 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.14 КоАП РФ за нарушение п. 8.1,8.2 Правил дорожного движения, а именно за то, что при повороте налево незаблаговременно подал сигнал левого поворота, в результате чего создал опасность для движущегося позади автомобиля, под управлением ФИО2, который впоследствии совершил с ним столкновение (л.д. 90 - постановление).

ФИО2 также привлечен к административной ответственности постановлением инспектора ДПС ОГИБДД ОУМВД России по Топкинскому району от 05.10.2018 года по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ за нарушение п. 9.10,10.1 Правил дорожного движения, поскольку не выбрал безопасную скорость для движения, не соблюдал безопасную дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая бы позволила избежать столкновение с автомобилем <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО1

Применительно к положениям ст. 61 ГПК РФ, указанные постановления о привлечении ФИО1 и ФИО2 к административной ответственности преюдициального значения для настоящего дела не имеют и подлежат оценке судом в совокупности с другими доказательствами.

Гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП была застрахована в ПАО Страховая компания ЮЖУРАЛ-АСКО» (л.д. 93 - страховой полис №).

Автогражданская ответственность ФИО2 на момент ДТП застрахована не была.

Соответственно, оснований для возникновения обязанностей у ПАО Страховая компания ЮЖУРАЛ-АСКО» возместить ущерб ФИО1 не возникло.

Для определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля, истец ФИО1 обратился в ООО «<данные изъяты>».

Согласно заключению эксперта № ООО «<данные изъяты>», рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты> составила, с учетом износа <данные изъяты>., без учета износа <данные изъяты>., за услуги эксперта была оплачена сумма в размере 3 500 руб.

В целях установления значимых для правильного разрешения спора обстоятельств, судом была назначена комплексная автотехническая и оценочная экспертиза, проведение которой было поручено ООО "<данные изъяты>" (л.д. 101, 108).

Из заключения эксперта № от 05.06. 2019 года следует, что действия водителя транспортного средства <данные изъяты> (ФИО1) с технической точки зрения не соответствовали требованиям п.8.1,8.5 ПДД, действия водителя транспортного средства марки <данные изъяты>, с технической точки зрения не соответствовали требованиям п.1.3, дорожного знака 3.24 и п. 10.1 ПДД. (л.д. 152)

Согласно п. 1.5 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090 (далее - ПДД), участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Пунктом 8.1 ПДД предусмотрено, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Пунктом 8.5 ПДД предусмотрено, что перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Согласно пункту 11.1 Правил дорожного движения РФ, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу (пункт 11.2 Правил дорожного движения).

В соответствии с п. 13.4 ПДД РФ при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.

Судом установлено, что в момент столкновения истец ФИО1 выполнял маневр поворота налево, ответчик ФИО2 выполнял маневр обгона.

Соответственно, подлежит установлению допустимость и безопасность предпринятых обоими водителями маневров обгона и поворота налево.

Автомобиль под управлением ФИО1 двигался впереди транспортного средства под управлением ФИО2, соответственно, имел преимущество в движении.

В связи с этим совершение ФИО2 маневра обгона ограничено условием соблюдения прав участников дорожного движения на первоочередное движение.

Для разрешения спорной дорожной ситуации необходимо установить были ли соблюдены водителем ФИО1 правила совершения маневра в части заблаговременного занятия соответствующего крайнего положения на проезжей части и включения сигнала поворота.

В случае установления данного обстоятельства ФИО2 запрещалось выполнять обгон, в связи с чем его действия по совершению такового, находились бы в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием.

Из пояснений водителя ФИО1 зафиксированных в первоначальном объяснении по факту ДТП, находящихся в административном материале, следует, что он управлял автомобилем <данные изъяты>. Двигаясь по <адрес>, совершал маневр поворота налево к дому, находящемуся в ряду домов расположенных вдоль <адрес>, показав поворот для заезда во двор, после чего услышал звук тормозов и почувствовал удар в заднюю часть своего автомобиля (л.д. 88). Аналогичные пояснения даны в судебном заседании.

Согласно первоначальным объяснениям водителя ФИО2 от 05.10.2018 года, находящихся в административном материале, следует, что он 05.10.2018 года двигался по <адрес> со скоростью 65 км/ч. Увидев и догоняя по своей полосе автомобиль <данные изъяты>, показав сигнал левого поворота, приступил к обгону. Водитель автомобиля <данные изъяты> начал маневр поворота налево одновременно включая сигнал соответствующего поворота (л.д. 86).

Показания ФИО2 о том, что ФИО1 не включил заблаговременно поворот налево перед соответствующим маневром, спровоцировал ДТП, суд находит несостоятельными.

В судебном заседании была просмотрена видеозапись с регистратора автомобиля, представленная суду ФИО1, из которой следует, что автомобиль под управлением ФИО1 перед поворотом налево, смещается ближе к левой стороне полосы движения (ширина полосы движения позволяет), снижает скорость. Но, как следует из последующего столкновения с обгоняющим его автомобилем под управлением ФИО2, не убеждается в том, что встречная полоса свободна, не видит, что следующее за ним транспортное средство уже начало обгон и находится на встречной полосе движения.

При просмотре видеозаписи каких-либо звуков, в том числе характерного для включенного поворота, не слышно из-за громко звучащей в салоне автомобиля музыки.

В то же время, учитывая наличие следа тормозного пути автомобиля под управлением ФИО2, следует, что ФИО2 пытался избежать столкновения, соответственно, видел возникающую на дороге опасность для обгона (смещение автомобиля под управлением ФИО3 ближе к левой стороне полосы движения, снижение скорости перед маневром, сигнал поворота).

Как следует из исследовательской части экспертизы, проведенной ООО «<данные изъяты>», в условиях данного происшествия водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО2, в момент возникновения опасности для дальнейшего движения, располагал технической возможностью предотвратить столкновение путем экстренного торможения, при условии его движения со скоростью не более 40 км/ч (л.д. 138).

В соответствии с п.10.1. ПДД, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно требованиям дорожного знака 3.24 "Ограничение максимальной скорости", запрещается движение со скоростью (км/ч), превышающей указанную на знаке.

Судом установлено, что ДТП произошло в зоне запрета движения со скоростью более 40 км/ч.

Скорость автомобиля под управлением ФИО2, согласно его показаниям, была 65 км/ч, что превышало допустимую скорость движения на данном участке дороги – 40 км/ч.

Экспертом, исходя из изложенного, установлено, что в условиях данного происшествия действия водителя <данные изъяты> (который осуществлял маневр – обгон), несоответствующие требованиям п.1.3, дорожного знака 3.24 и п. 10.1 (1 абзац) ПДД с технической точки зрения находятся в причинной связи с данным ДТП (л.д. 152).

Таким образом, указанное свидетельствует о том, водитель ФИО1, управляя транспортным средством, при совершении маневра поворота налево, не пропустил двигавшийся прямо во встречном направлении автомобиль под управлением водителя ФИО2, который в свою очередь совершал маневр обгона, не убедившись в безопасности маневра и с превышением допустимой скорости движения, что привело к столкновению транспортных средств.

При установленных обстоятельствах, учитывая вину в совершившемся ДТП обоих участников дорожного движения, при этом принимая во внимание, что именно действия ФИО2, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с данным ДТП, как установлено экспертом (иными словами, при движении автомобиля под правлением ФИО2 с допустимой скоростью - не более 40 км/час, путем экстренного торможения столкновение возможно было предотвратить (л.д. 138 - исследовательская часть экспертизы), суд приходит к выводу о наличии оснований для определения степени вины водителей в произошедшем ДТП: ФИО3 - 30%, ФИО2 - 70%.

Как разъяснено в п. 27 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" если гражданская ответственность причинителя вреда не застрахована по договору обязательного страхования, осуществление страхового возмещения в порядке прямого возмещения ущерба не производится. В этом случае вред, причиненный имуществу потерпевших, возмещается владельцами транспортных средств в соответствии с гражданским законодательством (глава 59 ГК РФ и пункт 6 статьи 4 Закона об ОСАГО).

Учитывая изложенное, требование истца ФИО3 о взыскании с ответчика ФИО2 стоимости восстановительного ремонта автомобиля является обоснованным.

Довод ответчика ФИО2 о том, что взысканию подлежит стоимость восстановительного ремонта с учетом износа автомобиля, суд находит необоснованным, исходя из следующего.

В силу закрепленного в статье 15 ГК Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Как разъяснено в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 разъясняет, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Таким образом, на причинителя вреда возлагается бремя доказывания возможности восстановления поврежденного имущества без использования новых материалов, а также неразумности избранного потерпевшим способа исправления повреждений.

Ответчиком не доказано и из обстоятельств дела с очевидностью не следует, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества, чем указанный в экспертном заключении.

Кроме того, суд учитывает, что согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года N 6-П, замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Учитывая, что отношения, возникшие между истцом и ответчиком, являются деликтными, то при определении стоимости причиненного ущерба суд исходит из общих рекомендаций для судебных экспертов "Исследование автомототранспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки. Методические рекомендации для судебных экспертов", утв. Минюстом России.

Согласно выводов экспертизы, проведенной с использованием указанной методики, стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, принадлежащего истцу ФИО1 на день ДТП составляет с учетом износа 74951 руб., без учета износа 252157 руб. (л.д. 190).

Учитывая определенную судом степень вины истца ФИО1 в ДТП, взысканию с ответчика ФИО2 подлежит сумма в размере 176509 руб. 90 коп.

Расчет: 252157 руб. х 70% = 156509,90 руб.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Учитывая, что иск подлежит удовлетворению частично, судебные расходы подлежат взысканию по правилам ч.1 ст. 98 ГПК РФ, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

С ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО1 подлежит взысканию государственная пошлина, пропорционально размеру удовлетворенных требований (48%) в сумме 3283,35 руб., а также подлежит взысканию стоимость оценки восстановительного ремонта при подаче истцом заявления в суд в размере 3500 руб.

Расходы по оплате экспертизы также подлежат включению в состав судебных расходов.

При назначении судом экспертизы, ее плата была возложена на ФИО2

В судебном заседании ФИО2 пояснил, что оплату стоимости экспертизы не произвел.

Стоимость проведенной по делу ООО «<данные изъяты>» экспертизы составляет 56364 руб. (л.д. 125).

Распределяя судебные расходы в виде оплаты стоимости проведенной по делу экспертизы по правилам ч.1 ст. 98 ГПК РФ, учитывая, что экспертиза ФИО2 не оплачена, иск подлежит удовлетворению в части, в соответствии с установленной степенью вины сторон по делу, с ФИО2 подлежит взысканию стоимость экспертизы в сумме 39454,80 руб. (расчет: 56364 руб. х 70%), с ФИО1 - 16909,20 руб. (расчет: 56364 руб. х 30%)

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 194 -198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба удовлетворить в части.

При определении судом степени вины водителей в ДТП: ФИО2 - 70%, ФИО1 - 30%, взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, стоимость восстановительного ремонта в размере 176 509 (Сто семьдесят шесть тысяч пятьсот девять) руб. 90 коп.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, судебные расходы: государственную пошлину в сумме 3283 (Три тысячи двести восемьдесят три) руб. 35 коп., стоимость оценки восстановительного ремонта при подаче заявления в суд 3500 (Три тысячи пятьсот) руб.

Взыскать в пользу ООО «<данные изъяты>» стоимость проведенной по делу судебной автотехнической экспертизы: с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, - 16909 (Шестнадцать тысяч девятьсот девять) руб. 20 коп., с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, - 39454 (Тридцать девять тысяч четыреста пятьдесят четыре) руб. 80 коп.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение 1 месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий /подпись/ Липская Е.А.

Решение принято в окончательной форме 12 августа 2019 г.

УИД42RS0036-01-2019-000134-85

Решение не вступило в законную силу