Апелляционное определение № 33-1934/2025 от 3 декабря 2025 г.

Дело № 2-3724/2024 Председательствующий Батхиев М.К.


Апелляционное определение

№ 33-1934/2025
4 декабря 2025 г.
г. Магас
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия в составе:

председательствующего Кориговой М.А.,

судей Цурова Х.М. и Плиевой И.М.,

при секретаре судебного заседания Дзаитове Н.Х.

рассмотрела в открытом судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия о восстановлении пенсионных прав.

Заслушав доклад судьи Плиевой И.М., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, ссылаясь на то, что он является получателем страховой пенсии по старости, назначенной в соответствии с Федеральным законом от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации». По итогам проведенной пенсионным органом ревизионной проверки в декабре 2022 года размер его пенсии пересчитан в сторону уменьшения с 15994 руб. 30 коп. до 12235 руб. 82 коп., при этом о причинах снижения пенсии он до сих пор не уведомлен. Указывает, что данное решение пенсионного органа является незаконным и необоснованным, поскольку при назначении пенсии им представлены все необходимые документы, в частности отображающие сведения о стаже и заработной плате. С учетом изложенного просит признать незаконным решение Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области и Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия о снижении размера его пенсии, обязать ответчиков возобновить выплату пенсии в прежнем размере с даты ее уменьшения с последующей индексацией, взыскать в его пользу расходы на оплату услуг представителя в размере 40000 руб., а также обратить решение суда к немедленному исполнению.

Решением Магасского районного суда от 4 сентября 2024 г. исковые требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе представитель Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия просит отменить решение суда, ссылаясь на то, что выводы суда первой инстанции являются необоснованными, в частности судом не принято во внимание, что размер заработной платы истца за спорный период значительно выше среднемесячной заработной платы по стране за аналогичный период.

Определением от 28 октября 2025 г. судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции.

Истец ФИО1, его представитель Гетагазова Ф.М., представители Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области и Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явились, о причинах неявки не уведомили, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Изучив материалы дела, исследовав письменные доказательства, судебная коллегия приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Так, Конституцией Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии определены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" (часть 1 статьи 1 указанного федерального закона, далее - Федеральный закон "О страховых пенсиях").

Согласно части 2 статьи 1 Федерального закона "О страховых пенсиях" целью данного федерального закона является защита прав граждан Российской Федерации на страховую пенсию, предоставляемую на основе обязательного пенсионного страхования с учётом социальной значимости трудовой и (или) иной общественно-полезной деятельности граждан в правовом государстве с социально ориентированной рыночной экономикой, в результате которой создаётся материальная основа для пенсионного обеспечения, особого значения страховой пенсии для поддержания материальной обеспеченности и удовлетворения основных жизненных потребностей пенсионеров, субсидиарной ответственности государства за пенсионное обеспечение, а также иных конституционно значимых принципов пенсионного обеспечения.

В пункте 5 статьи 3 Федерального закона "О страховых пенсиях" для целей этого федерального закона дано понятие установления страховой пенсии, как назначения страховой пенсии, перерасчёта и корректировки её размера, перевода с одного вида пенсии на другой.

Статьёй 6 Федерального закона "О страховых пенсиях" предусмотрено, что в соответствии с этим федеральным законом устанавливаются следующие виды страховых пенсий: страховая пенсия по старости, страховая пенсия по инвалидности и страховая пенсия по случаю потери кормильца.

Размер страховой пенсии по старости определяется по формуле, приведённой в части 1 статьи 15 Федерального закона "О страховых пенсиях".

В случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчёте размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учётом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление указанной пенсии или выплаты в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии или выплаты в связи с отсутствием права на них производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена соответствующая ошибка (ч. 4 ст. 28 Федерального закона "О страховых пенсиях").

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, совершение органами, осуществляющими пенсионное обеспечение, при установлении пенсий тех или иных ошибок, в том числе носящих технический характер, - учитывая необходимость оценки значительного числа обстоятельств, с наличием которых закон связывает возникновение права на пенсию, включая проверку представленных документов и проведение математических подсчётов, - полностью исключить невозможно. Определение правовых способов исправления таких ошибок независимо от срока, прошедшего после их совершения, - право и обязанность государства (абзац первый пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П "По делу о проверке конституционности части первой статьи 13 Закона Российской Федерации "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей" в связи с жалобой гражданина С.В. ФИО2", далее - постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Предусмотренная законом возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии, в том числе пенсии за выслугу лет, призвана, таким образом, обеспечить соблюдение требований социальной справедливости и формального равенства, способствовать предотвращению необоснованного расходования бюджетных средств и злоупотребления правом, как со стороны пенсионных органов, так и со стороны граждан, а потому не может подвергаться сомнению. Вместе с тем соответствующий правовой механизм - исходя из конституционных принципов правового государства и верховенства права, а также принципов справедливости и юридического равенства - должен обеспечивать баланс конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов на основе вытекающих из указанных принципов критериев разумности и соразмерности (пропорциональности), что, в свою очередь, предполагает наряду с учетом публичных интересов, выражающихся в назначении пенсии исключительно при наличии предусмотренных законом оснований и в целевом расходовании финансовых ресурсов, предназначенных на выплату пенсий, учёт интересов пенсионера, которому пенсия по вине уполномоченного государством органа была назначена ошибочно, с тем, чтобы пенсионер не подвергался чрезмерному обременению, притом, однако, что с его стороны отсутствуют какие-либо нарушения (абзац третий пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Такое правовое регулирование отвечало бы сути социального правового государства и, будучи основано, в том числе на конституционных принципах правовой определённости и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, обеспечивало бы как соблюдение законодательно установленных условий назначения и выплаты пенсий за выслугу лет, так и защиту интересов граждан, которые, полагаясь на правильность принятого уполномоченными государством органами решения, рассчитывают на стабильность своего официально признанного статуса получателя данной пенсии и неизменность вытекающего из него материального положения. В рамках этих правоотношений в случае выявления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии гражданину, - при отсутствии с его стороны каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению пенсии, - бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход, и с учётом особенностей жизненной ситуации, в которой находится гражданин, продолжительности периода, в течение которого он получал назначенную по ошибке пенсию, и других значимых обстоятельств (абзац четвёртый пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Приведённая правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации в отношении правовых последствий ошибочного назначения пенсии за выслугу лет гражданину, уволенному со службы в органах внутренних дел, вследствие неправильного подсчёта кадровым подразделением уполномоченного органа стажа службы (выслуги лет) может быть применена к сходным отношениям по пенсионному обеспечению граждан в соответствии с Федеральным законом "О страховых пенсиях".

В соответствии с п. 6 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления трудовых пенсий, действовавших на момент принятия решения ответчиком о назначении пенсии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 24 июля 2002 г. № 555, и п. 11 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 2 октября 2014 г. № 1015, документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

Конституционный Суд Российской Федерации также указывал, что принципы правовой справедливости и равенства, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации как правовом и социальном государстве, в том числе права на социальное обеспечение (в частности, пенсионное обеспечение), по смыслу статей 1, 2, 6 (часть 2), 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации, предполагают правовую определённость и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения. Это необходимо для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретённых прав, действенности их государственной защиты (абзац второй пункта 2 постановления от 29 января 2004 г. N 2-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 30 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" в связи с запросами групп депутатов Государственной Думы, а также Государственного Собрания (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия), Думы Чукотского автономного округа и жалобами ряда граждан").

Из приведённых норм материального права, подлежащих применению к спорным отношениям, и изложенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законом предусмотрена возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при установлении или перерасчёте размера пенсии. При этом необходимо соблюдение баланса публичных и частных интересов, вследствие чего бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход. В связи с этим при разрешении вопроса об исправлении такой ошибки в случае отсутствия со стороны пенсионера каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению или перерасчёту пенсии, должны учитываться интересы пенсионера, особенности жизненной ситуации, в которой он находится, его возраст, продолжительность периода получения им пенсии в размере, ошибочно установленном ему пенсионным органом и другие значимые обстоятельства.

Как усматривается из материалов дела, на основании решения территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации истец ФИО1 является получателем страховой пенсии по старости, назначенной в соответствии с Федеральным законом от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

С 1 января 2023 г. размер его пенсии пересчитан пенсионным органом в сторону уменьшения, при этом согласно возражениям ответчика по делу перерасчет пенсии произведен без учета сведений о заработной плате за период с января 1990 года по декабрь 1995 года согласно справке о заработной плате от 5 августа 2009 г. № 326.

Между тем доказательств, подтверждающих обоснованность решения о перерасчете размера пенсии, свидетельствующих о наличии виновных действий со стороны истца, приведших к неправомерному назначению пенсии в ранее установленном размере, ответчиками суду не представлено и материалы дела не содержат.

Представленная суду апелляционной инстанции копия электронного выплатного дела ФИО1 содержит сведения о его стаже и размере заработной платы, в соответствии с которыми определен его индивидуальный пенсионный коэффициент, в том числе сведения из его трудовой книжки, являющейся согласно вышеуказанным Правилам подсчета и подтверждения страхового стажа для установления трудовых пенсий основным документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору.

В частности, электронное выплатное дело истца содержит оспариваемую пенсионным органом справку о заработной плате от 5 августа 2009 г. № 326 за период работы с января 1990 года по декабрь 1995 года.

Доводы ответчиков в обоснование принятого решения об уменьшении размера пенсии о том, что представленные истцом сведения о заработной плате являются недостоверными, поскольку размер заработной платы истца значительно выше среднемесячной заработной платы по стране за аналогичный период, являются несостоятельными, поскольку носят предположительный характер и соответствующими доказательствами не подтверждены.

При этом судом установлено и ответчиками не оспаривается, что при подаче истцом заявления в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации о назначении страховой пенсии по старости им представлены все необходимые документы, при приеме которых ответчик в силу возложенных на него обязанностей проверял правильность оформления заявления, приложенных к нему документов и соответствие изложенных в них сведений, в том числе в части, касающейся заработной платы.

С учетом позиции ответчиков по делу судебная коллегия также отмечает, что добросовестность действий истца и работодателя, заполнившего трудовую книжку, справки в подтверждение стажа работы и справку о заработной плате, исходя из которой исчислен размер пенсии, презюмируется в силу закона (ст. 10 ГК РФ) и именно на ответчике лежит обязанность представить бесспорные доказательства, свидетельствующие о том, что истец предоставил недостоверные сведения при назначении пенсии, между тем в материалах дела отсутствуют и ответчиками не представлены доказательства, подтверждающие факт предоставления недостоверных документов. Отсутствие в справке о заработной плате истца сведений об уплате страховых взносов не свидетельствует о предоставлении истцом в пенсионный орган недостоверных документов, поскольку за неправильное заполнение работодателем справок и трудовых книжек истец ответственность не несет.

Согласно п. 8 Порядка осуществления корректировки сведений индивидуального (персонифицированного) учета и внесения уточнений (дополнений) в индивидуальный лицевой счет, утвержденного постановлением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 15 октября 2019 г. № 519п, в случае отсутствия (неполноты) сведений, необходимых для установления (уточнения) сведений индивидуального (персонифицированного) учета и внесения уточнений (дополнений) в индивидуальный лицевой счет, либо несоответствия сведений, указанных в документах, представленных застрахованным лицом, сведениям индивидуального (персонифицированного) учета, находящимся в распоряжении территориального органа ПФР, уполномоченное лицо территориального органа ПФР не позднее рабочего дня, следующего за днем приема заявления, направляет в государственные органы, органы местного самоуправления и подведомственные государственным органам или органам местного самоуправления организации, располагающие документами (сведениями), указанными в пункте 4 настоящего Порядка, запрос об их предоставлении.

Однако из материалов дела усматривается и ответчиками обратное не доказано, что соответствующие запросы должностными лицами территориального органа Пенсионного Фонда Российской Федерации при уменьшении истцу страховой пенсии по старости в соответствующие органы не направлялись. Представленные материалы пенсионного дела истца не содержат данных о проведении проверки сведений, отраженных в справке о заработной плате.

Оценивая вышеизложенные обстоятельства в совокупности, судебная коллегия приходит к выводу о наличии правовых оснований, влекущих удовлетворение исковых требований ФИО1

Кроме того, с учетом вышеприведенных требований действующего законодательства и позиции Конституционного Суда Российской Федерации судебная коллегия, признавая незаконным решение пенсионного органа о перерасчете размера пенсии истца ФИО1, учитывает также его возраст, длительность получения пенсии в прежнем размере, срок, прошедший с момента назначения ему пенсии до даты одностороннего изменения ответчиком размера страховой пенсии по старости в сторону уменьшения, повлиявшего на его материальное положение и существенно нарушившего его право на пенсионное обеспечение, которое должно было быть реализовано в соответствии с принципами поддержания доверия граждан к закону и действиям государства.

Разрешая требования истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй ст. 96 настоящего Кодекса.

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Указанная норма закона предоставляет суду право в силу конкретных обстоятельств дела уменьшить сумму возмещения расходов на представителя, в случае, когда заявленный размер расходов не является разумным, обеспечив тем самым баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

Таким образом, разумность предела судебных издержек на возмещение расходов на оплату услуг представителя, является оценочной категорией, поэтому в каждом конкретном случае суд должен исследовать обстоятельства, связанные с участием представителя в споре.

Из материалов дела усматривается, что истцом ФИО1 18 июня 2024 г. заключено соглашение об оказании юридической помощи с адвокатом Гетагазовой Ф.М.

Оценивая условия данного соглашения, исходя из объема и категории дела, его сложности, участия представителя истца при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций, с учетом принципа разумности и справедливости, судебная коллегия полагает, что в пользу истца с ответчиков подлежат взысканию в солидарном порядке расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 руб.

Вместе с тем требование истца об обращении решения суда к немедленному исполнению судебная коллегия находит неподлежащим удовлетворению.

Так, согласно ст. 212 ГПК РФ суд может по просьбе истца обратить к немедленному исполнению решение, если вследствие особых обстоятельств замедление его исполнения может привести к значительному ущербу для взыскателя или исполнение может оказаться невозможным. При допущении немедленного исполнения решения суд может потребовать от истца обеспечения поворота его исполнения на случай отмены решения суда. Вопрос о немедленном исполнении решения суда может быть рассмотрен одновременно с принятием решения суда.

Как разъяснено в абз. 5 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", обращение решения к немедленному исполнению по основаниям, указанным в ст. 212 ГПК РФ, возможно только по просьбе истца. В таких случаях выводы суда о необходимости обращения решения к немедленному исполнению должны быть обоснованы достоверными и достаточными данными о наличии особых обстоятельств, вследствие которых замедление исполнения решения может привести к значительному ущербу для взыскателя или невозможности его исполнения.

Учитывая изложенное, поскольку доказательств, подтверждающих, что исполнение решения суда в обычном порядке может привести к значительному ущербу или невозможности его исполнения, истцом не представлено, судебная коллегия полагает необходимым отказать истцу в обращении настоящего судебного акта к немедленному исполнению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Магасского районного суда от 4 сентября 2024 г. отменить.

Исковое заявление ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия о восстановлении пенсионных прав удовлетворить частично.

Признать незаконным решение Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области и Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия, выразившееся в снижении размера страховой пенсии по старости ФИО1.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области и Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия возобновить ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, выплату пенсии со дня ее снижения в прежнем размере с последующей индексацией.

Взыскать в солидарном порядке с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области и Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, расходы на оплату услуг представителя в сумме 30000 (тридцать тысяч) руб.

В удовлетворении искового заявления в остальной части отказать.

Мотивированное определение изготовлено 18 декабря 2025 г.

Председательствующий

Судьи

С подлинного за надлежащими подписями

Копия верна

Судья Плиева И.М.