Решение № 2-326/2017 2-326/2017~М-296/2017 М-296/2017 от 10 октября 2017 г. по делу № 2-326/2017

Дело № 2-326/17


Решение

Именем Российской Федерации

11 октября 2017 г. г. Протвино Московской области

Протвинский городской суд Московской области в составе:

председательствующего Нестеровой Т.А.,

при секретаре Носанчук М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недостойным наследника,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском и просил признать ФИО2 недостойным наследником по закону после смерти ФИО, умершего ДД.ММ.ГГГГ; отстранить ФИО2 от наследования по закону после смерти ФИО, умершего ДД.ММ.ГГГГ; признать его наследником второй очереди по закону после смерти ФИО, умершего ДД.ММ.ГГГГ

Требования мотивировал тем, что ДД.ММ.ГГГГ умер его брат – ФИО Ответчик – супруга умершего ФИО, является наследником первой очереди по закону, в связи с чем, подала соответствующее заявление нотариусу. Ответчик и ФИО в период брака с момента его заключения до смерти ФИО совместное хозяйство не вели, проживали по разным адресам, имели различные источники дохода, совместных детей с умершим у них не было. До смерти ФИО имел заболевание, в силу которого нуждался в экстренной госпитализации и уходе. Он и его семья – жена и сын осуществляли уход за братом в период болезни и до его смерти, в связи с чем, часто находились в его квартире. За период ухода за братом ответчик ни разу по месту его жительства не появлялась, за ним не ухаживала, расходов на необходимые медикаменты, вещи и продукты питания не несла, что свидетельствует о злостном уклонении от выполнения лежащих на ней обязанностей в силу закона по содержанию супруга, в связи с чем, она подлежит отстранению от наследования по закону как наследник первой очереди. Других наследников не имеется, соответственно после смерти брата ФИО он является единственным наследником по закону.

В судебном заседании истец на заявленных требованиях настаивал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, а также пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ его брату стало плохо на работе и его привезли домой. С ним находился сын истца. Обращаться к врачу брат не стал. Вечером пришла ответчица, измерила брату давление и ушла. К вечеру следующего дня брату стало хуже, ответчица вызвала скорую помощь и брата отвезли в больницу. На следующий день истец с ответчицей и другом брата были в больнице, разговаривали с врачом, ходили в аптеку покупать лекарство, за которое заплатил друг брата. Брата положили в реанимацию, думали, что у него язва желудка, хотя до этого он на это не жаловался. Ответчица пришла только на второй день. Из реанимации брата перевели в общую палату, ответчица приходила. Потом брату потребовалась операция, он снова был в реанимации, куда никого не пускают. Ему стало хуже, о чем известили ответчицу, которая приехала в больницу. На следующий день ДД.ММ.ГГГГ брат умер. Ответчица оплатила гроб и вещи для похорон. Другие расходы нес истец.

Представитель истца по доверенности ФИО3 на исковых требованиях настаивал, поддержав доводы, изложенные истцом. Кроме этого пояснил, что лекарства для мужа оплатила не ответчица, а посторонний человек; содержания брату истца ответчица не предоставляла; в момент кризиса она появилась 2 раза, хотя была должна поддерживать мужа, а это фактически делала семья истца; брак ответчицы носил юридический, но не фактический характер, так как они проживали раздельно, имели разное имущество, совместного хозяйства не вели.

Ответчик ФИО2 иск не признала, поддержав доводы, изложенные в отзыве на иск, согласно которым оснований для признания ее недостойным наследником не имеется, в момент создания семьи с ФИО (официально в ДД.ММ.ГГГГ) они были взрослыми людьми, у каждого из них имелись родственные связи с устоявшимися отношениями, к чему каждый из них относился с уважением. Так, ее муж тесно общался с родителями и с семьей брата - близнеца ФИО1 В ее семье на ее попечении находятся: дед ФИО ДД.ММ.ГГГГ и отец ФИО ДД.ММ.ГГГГ, а ранее находился на иждивении и сын от первого брака ФИО ДД.ММ.ГГГГ В период брака они с мужем вели совместное хозяйство: ремонтировали квартиру мужа, приобретали холодильник, телевизор, люстру, карнизы, шторы, сантехнические приборы, мебель для ванной, одежду, продукты на совместные доходы. При этом, необходимость ухода за родственниками требовала ее периодического отсутствия по месту проживания мужа, относительно чего ее супруг не возражал. Они вместе с ее родственниками отмечали праздники. За время их совместного проживания ФИО не страдал хроническими заболеваниями и в лечебные учреждения не обращался. Внезапное ухудшение его здоровья ДД.ММ.ГГГГ - острое желудочное кровотечение потребовало госпитализации в отделение интенсивной терапий, где он находился до наступления смерти. За неделю его пребывания в больнице она ежедневно посещала отделение интенсивной терапии, получала информацию о состоянии здоровья у лечащих врачей, лично его не посещала, поскольку правила нахождения в отделении реанимации не допускают присутствия у больного его родственников. После смерти мужа она оплатила расходы на погребение.

Кроме этого ответчица ФИО2 пояснила, что необходимость периодического ее присутствия по месту регистрации для ухода за престарелыми родственниками, была изначально, еще в то время, когда они с братом истца начали встречаться. Сохранилась эта ситуация и впоследствии, когда они стали проживать одной семьей. Брак они зарегистрировали через несколько лет после совместного проживания. Все это время, а также после регистрации брака, муж никаких претензий по поводу ухода за родственниками и периодического отсутствия по месту его жительства не высказывал; он с пониманием относился к этой ситуации и его все устраивало на протяжении многих лет. ДД.ММ.ГГГГ она с мужем и ее родственниками отмечали праздник по месту ее регистрации, никаких жалоб на здоровье муж не высказывал. ДД.ММ.ГГГГ в обед он позвонил и сказал, что отравился, от вызова врача отказался. Вечером она пришла, осмотрела мужа, а так как заранее у них было оговорено, что она будет ночевать по месту своей регистрации, она ушла, против чего муж не возражал. Утром они созвонились, от вызова врача муж по прежнему отказался. Когда она пришла позже, то увидела, что мужу стало плохо; она вызвала скорую помощь и его забрали в реанимацию. На следующий день она с истцом и другом мужа ФИО20 пришли в больницу, поговорили с врачом, пошли за лекарством. В реанимацию никого не пускают, но она приходила каждый день узнать о состоянии мужа. Через какое то время мужа перевели в хирургию, она поговорила с ним. С врачом; по его указанию принесла лекарство и памперсы, однако мужа отправили на операцию, о чем она известила истца. В субботу состояние мужа ухудшилось, спасти его не удалось и он умер. При жизни никаких хронических заболеваний у мужа не было. К врачам он не обращался. Она занималась организацией похорон. Истец тоже принимал в этом участие.

Свидетель ФИО пояснила, что являлась соседкой умершего брата истца. Ответчицу она там не видела и о том, что она состоит в браке с братом истца не знала.

Свидетель ФИО пояснил, что являлся близким другом брата истца. Ответчица с братом истца как муж и жена не проживали, встречались эпизодически. Все расходы брат нес сам. Когда он приходил в гости, то слышал, как брат истца разговаривал с ответчицей по телефону. Брат хотел развестись, так как эта ситуация его не устраивала.

Свидетель ФИО пояснил, что являлся близким другом брата истца, они проживали в одном подъезде и часто встречались. Брат истца и ответчица вместе не проживали, но он часто их видел или у брата или у ответчицы, куда они вместе ходили. Ответчица постоянно была на связи с братом истца, они разговаривали по 20-30 минут и это общение не было формальным. Брата истца такое положение вещей устраивало, о чем он ему сам говорил. ДД.ММ.ГГГГ он помогал госпитализировать брата истца в больницу на скорой помощи. Ответчица уехала с мужем. На следующий день он с ответчицей и истцом пришли в больницу, в реанимацию их не пустили, сказали, какое надо купить лекарство. Он его оплатил, поскольку решил сделать это для друга и сразу сказал, что никаких денег ему отдавать не надо. Брат истца получал лечение. Во время операции он вместе с ответчицей и истцом ждал результатов в больнице.

Свидетель ФИО пояснила, что является близкой подругой ответчицы, которую познакомила с братом истца. Они всегда были вместе, являлись и выглядели как семья. Жили то у ответчицы, то у брата истца. Такая ситуация всех устраивала. От ответчицы слышала, что они вместе делали ремонт, покупали обои. У нее сложилось впечатление, что у них было общее хозяйство.

Свидетель ФИО, сын ответчицы, пояснил, что ответчица проживала с мужем то у себя, то у него дома. Они вместе отмечали праздники, вели совместное хозяйство, покупали бытовую технику, делали ремонт в комнате свидетеля. Также он иногда ночевал в квартире мужа матери, с которым у него были хорошие отношения. Сложившееся положение вещей всех устраивало.

Свидетель ФИО пояснила, что является соседкой брата истца, которого знает давно, они вместе работали. О своей женитьбе брат истца ей ничего не говорил. Ответчицу она видела один раз на балконе, один раз на велосипеде у дома и один раз у мусоропровода.

На основании копий свидетельств о рождении родителями ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ФИО, ДД.ММ.ГГГГ г.р. являются ФИО и ФИО (л.д. 9);

Согласно копии свидетельства о смерти и справки о смерти ... ФИО, умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10, 11);

На основании выписки из ЕГР недвижимости на основании запроса от ДД.ММ.ГГГГ и свидетельства о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 на праве собственности принадлежит <адрес> (л.д. 12-13, 39);

Из копии накладной следует, что произведена оплата за доставку и установку ограды в размере 12 000 рублей (л.д. 14);

Из копии заявления от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 обращался к нотариусу н/о <адрес> с заявлением о принятии наследства, оставшегося после смерти ДД.ММ.ГГГГ ФИО; кроме него наследниками по закону являются: жена ФИО2, племянник ФИО (л.д. 15);

Из ответа нотариуса на судебный запрос от ДД.ММ.ГГГГ следует, что наследником умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО является ФИО2 (л.д. 28);

Согласно копии свидетельства о заключении брака, ДД.ММ.ГГГГ заключен брак между ФИО и ФИО2, после заключения брака фамилии супругов не менялись (л.д. 38);

Из копии накладной от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2 произведена оплата расходов на погребение ФИО в общей сумме 17 460 рублей (л.д. 41);

Из копии ответа на судебный запрос из ГБУЗ МО «ПГБ» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО обращался в ГБУЗ МО «Протвинская городская больница» по поводу прохождения медицинского осмотра на право владения оружием. ДД.ММ.ГГГГ в 23:40 был госпитализирован бригадой ОСП ФИО, ФИО – фельдшера, принял в стационаре дежурный хирург ФИО (л.д. 53).

Выслушав участников судебного разбирательства, исследовав письменные материалы дела, суд находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В ходе судебного разбирательства установлено, что истец ФИО1 является родным братом, а ответчик ФИО2 супругой ФИО, умершего ДД.ММ.ГГГГ Наследником первой очереди после смерти умершего ФИО является его жена, ответчица ФИО2, которая в установленном порядке приняла наследство после смерти ФИО

Исковые требования ФИО1 основывает на том обстоятельстве, что ответчица злостно уклонялась от выполнения лежащих на ней обязанностей в силу закона по содержанию супруга, в том числе ввиду наличия у ФИО заболевания, в силу которого он нуждался в экстренной госпитализации и уходе, однако ответчица в этот период по месту жительства ФИО не появлялась, расходов на необходимые медикаменты, вещи и продукты питания не несла и уход не осуществляла, со ссылкой на ч. 1 ст. 89 СК РФ и ч. 2 ст. 1117 ГК РФ.

На основании ст. 89 СК РФ супруги обязаны материально поддерживать друг друга. В случае отказа от такой поддержки и отсутствия соглашения между супругами об уплате алиментов право требовать предоставления алиментов в судебном порядке от другого супруга, обладающего необходимыми для этого средствами, имеют: нетрудоспособный нуждающийся супруг; жена в период беременности и в течение трех лет со дня рождения общего ребенка; нуждающийся супруг, осуществляющий уход за общим ребенком-инвалидом до достижения ребенком возраста восемнадцати лет или за общим ребенком - инвалидом с детства I группы.

Согласно ч. 2 ст. 1117 ГК РФ по требованию заинтересованного лица суд отстраняет от наследования по закону граждан, злостно уклонявшихся от выполнения лежавших на них в силу закона обязанностей по содержанию наследодателя.

В силу п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" при рассмотрении требований об отстранении от наследования по закону в соответствии с пунктом 2 статьи 1117 ГК РФ судам следует учитывать, что указанные в нем обязанности по содержанию наследодателя, злостное уклонение от выполнения которых является основанием для удовлетворения таких требований, определяются алиментными обязательствами членов семьи, установленными СК РФ между родителями и детьми, супругами, братьями и сестрами, дедушками и бабушками и внуками, пасынками и падчерицами и отчимом и мачехой (статьи 80, 85, 87, 89, 93 - 95 и 97). Граждане могут быть отстранены от наследования по указанному основанию, если обязанность по содержанию наследодателя установлена решением суда о взыскании алиментов. Такое решение суда не требуется только в случаях, касающихся предоставления содержания родителями своим несовершеннолетним детям. Злостный характер уклонения в каждом случае должен определяться с учетом продолжительности и причин неуплаты соответствующих средств. Суд отстраняет наследника от наследования по указанному основанию при доказанности факта его злостного уклонения от исполнения обязанностей по содержанию наследодателя, который может быть подтвержден приговором суда об осуждении за злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей, решением суда об ответственности за несвоевременную уплату алиментов, справкой судебных приставов-исполнителей о задолженности по алиментам, другими доказательствами. В качестве злостного уклонения от выполнения указанных обязанностей могут признаваться не только непредоставление содержания без уважительных причин, но и сокрытие алиментнообязанным лицом действительного размера своего заработка и (или) дохода, смена им места работы или места жительства, совершение иных действий в этих же целях. Иск об отстранении от наследования по данному основанию недостойного наследника может быть подан любым лицом, заинтересованным в призвании к наследованию или в увеличении причитающейся ему доли наследства, отказополучателем либо лицом, на права и законные интересы которого (например, на право пользования наследуемым жилым помещением) может повлиять переход наследственного имущества.

Взаимосвязанный анализ приведенных норм права свидетельствует, что для признания наследника недостойным необходимым условием является наличие вступившего в законную силу судебного акта, которым были бы установлены обстоятельства злостного уклонения от исполнения обязанности по содержанию наследодателя, справки о наличии задолженности по уплате алиментов и т.п.

Проанализировав установленные судебным разбирательством обстоятельства, суд приходит к выводу, что стороной истца в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено надлежащих доказательств в подтверждение своих доводов о злостном уклонении ответчицы от выполнения лежавших на ней в силу закона обязанностей по содержанию наследодателя ФИО, в частности не представлено решения суда о взыскании с ответчицы алиментов на содержание умершего мужа; не представлено доказательств, что такое решение не исполнялось ответчицей, за что она привлекалась бы к уголовной ответственности.

Напротив, из пояснений истца, его представителя, ответчицы и допрошенных свидетелей прямо следует, что при жизни и фактически до госпитализации перед смертью, муж ответчицы и брат истца ФИО был полностью трудоспособен; имел постоянный доход, который позволял ему обеспечивать себя всем необходимым - питанием, предметами домашнего обихода и т.п., оплачивать жилье, делать ремонт, что в совокупности свидетельствует об отсутствии предусмотренных ст. 89 СК РФ признаков, дающих ФИО право требовать предоставления алиментов на свое содержание.

Ссылки стороны истца на регистрацию по разным адресам и на раздельное проживание ответчицы с мужем; на отсутствие, по его мнению, совместного хозяйства, различные источники дохода, что брак ответчицы с мужем носил юридический, а не фактический характер, как на основания полагать о ненадлежащем выполнении ответчицей предусмотренных ст. 89 СК РФ обязанностей по материальной поддержке ФИО, суд отклоняет, как основанные на неверном толковании норм права в контексте сложившихся правоотношений, поскольку все перечисленные обстоятельства по сути не создают правовых оснований для признания недостойным наследником.

При этом суд учитывает доводы ответчицы, что и в момент ее знакомства с ФИО, и в период, когда они начали встречаться; и когда они несколько лет фактически проживали как муж и жена без регистрации брака; и несколько лет после официальной регистрации брака, сложившийся уклад их жизни, на который ссылается сторона истца, полностью устраивал как ее, так и ФИО, что в свою очередь свидетельствует, что указанные истцом обстоятельства являлись личным делом семьи ответчицы, в связи с чем сами по себе они не могут являться доказательством ненадлежащего исполнения ответчицей своих обязанностей по материальной поддержке супруга в контексте ст. 89 СК РФ и ст. 1117 ГК РФ.

Суд критически относится к показаниям свидетеля ФИО, что брат истца говорил ему о желании развестись с ответчицей, поскольку эти показания ничем не подтверждены и напротив, опровергаются тем обстоятельством, что ФИО не предпринимал никаких действий, направленных на прекращение семейных отношений с ответчицей.

Доводы стороны истца об обоснованности иска, так как до смерти ФИО имел заболевание, в силу которого нуждался в экстренной госпитализации и уходе, однако ответчица такого ухода ему не предоставила, отклоняются судом, как несостоятельные, поскольку доказательств в их подтверждение в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Напротив, из пояснений стороны истца, ответчицы, свидетеля ФИО, а также справки ГБУЗ МО «Протвинская городская больница» следует, что никаких хронических заболеваний у ФИО не было; заболевание, послужившее причиной его госпитализации развилось внезапно и протекало скоротечно; ФИО отдавал отчет состоянию своего здоровья и на протяжении нескольких дней отказывался от обращения за медицинской помощью; в стационар при госпитализации на «Скорой помощи» его сопровождала ответчица, которая впоследствии так же как и истец навещала мужа в больнице, интересовалась здоровьем, посещала в период нахождения вне реанимации; ожидала в больнице результата идущей операции, что свидетельствует о том, что судьба мужа не была ей безразлична и она предпринимала действия, которые предпринимаются близкими людьми в подобных ситуациях.

Ссылки стороны истца, что ответчица не оплатила лекарства для мужа и не предложила такую оплату, как на доказательство, подтверждающее обоснованность исковых требований, суд признает несостоятельными, поскольку свидетель ФИО прямо пояснил, что оплата лекарств была его личным волеизъявлением, так как он являлся близким другом ФИО и таким образом хотел оказать тому посильную помощь.

Кроме этого, оценив в порядке ст. 67 ГПК РФ показания допрошенных свидетелей со стороны истца, суд приходит к выводу, что они не подтверждают обстоятельства, имеющие существенное юридическое значение для принятия решения по удовлетворению иска.

Исходя из содержания норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, и разъяснений по их применению, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", суд полагает, что приведенные истцом в обоснование иска доводы не могут быть отнесены к числу предусмотренных ст. 1117 ГК Российской Федерации оснований для отстранения ответчицы от наследования. Иных оснований стороной истца не приведено.

Таким образом, при установленных судом обстоятельствах, приняв во внимание, что доказательств, отвечающих требованиям ст. ст. 59, 60 ГПК РФ, необходимых для признания наследника недостойным, истцом не представлено, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований о признании ответчицы недостойным наследником по закону после смерти ФИО, отстранении ее от наследования по закону и признании ФИО1 наследником второй очереди по закону после смерти ФИО

Лицам, участвующим в деле, неоднократно разъяснялись положения ст. 56 ГПК РФ, согласно которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, однако они не желали представлять дополнительные доказательств и полагали возможным закончить рассмотрение дела, в связи с чем суд на основании ч. 2 ст. 195 ГПК РФ и в соответствии с закрепленным в ч. 3 ст. 123 Конституции РФ принципом состязательности и равноправия сторон, основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании ее недостойным наследником по закону после смерти ФИО, умершего ДД.ММ.ГГГГ; отстранении ее от наследования по закону после смерти ФИО, умершего ДД.ММ.ГГГГ; признании ФИО1 наследником второй очереди по закону после смерти ФИО, умершего ДД.ММ.ГГГГ, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Протвинский городской суд в течение месяца.

Судья

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья