Решение № 2-2930/2019 2-40/2020 2-40/2020(2-2930/2019;)~М-1402/2019 М-1402/2019 от 12 января 2020 г. по делу № 2-2930/2019

№

Дело № 2-40 /2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Южно-Сахалинск 13 января 2020 года

Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи Ретенгер Е.В.,

при секретаре Кустовой И.Н.

с участием

истца ФИО1

представителя истца, действующего на основании доверенности № от 05 марта 2019 года ФИО2, ФИО3

ответчика ФИО4

представителя ответчика, действующего на основании доверенности № ФИО5

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 06 января 2015 года, взыскании неосновательного обогащения, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи от 06 января 2015 года транспортного средства «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №; взыскании денежных средств в размере 3 400 000 рублей, переданных за покупку транспортного средства в качестве неосновательного обогащения, оплате услуг представителя в размере 60 000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 06 января 2015года прибрел по договору купли-продажи транспортное средство за 3 400 000 рублей. Отмечает, что по просьбе ФИО4 в договоре в графе сделка купли-продажи указали сумму в 10 000 рублей, хотя на самом деле автомобиль продавался за 3 400 000 рублей, о чем ФИО4 написал собственноручно расписку. Истец указал, что при постановке на учет транспортного средства произвел все необходимые действия, проверив автомобиль на предмет угона, ареста, запрещения.

19 мая 2017 года сотрудниками полиции УВД г. Южно-Сахалинска автомобиль был изъят, поскольку имел полное совпадение с номером <данные изъяты>, аналогичного автомобиля, зарегистрированного в органах МВД <данные изъяты> и не снятого с учета.

05 июня 2017 года была проведена автотехническая экспертиза, в ходе которой установлено, что идентификационный номер подвергался изменению, путем замены маркировочной панели. Согласно имеющейся информации, транспортное средство с вышеуказанными номерами двигателя было похищено в <адрес> 18 ноября 2014 года.

Денежные средства, переданные ФИО1 ФИО4 за проданный автомобиль в сумме 3 400 000 рублей, ФИО4 вернуть отказался.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований указав, что приобрел автомобиль в <адрес> в декабре 2014 года сразу после оформления на таможне. ФИО1 является первым собственником после таможенного оформления. Не отрицал в судебном заседании, что получил от ФИО1 за проданный автомобиль денежные средства в размере 3 400 000 рублей.

Представитель ответчика заявил о пропуске истцом срока исковой давности полагая, что ФИО1 передал ФИО4 в счет оплаты приобретаемого автомобиля 3 380 000 рублей, то есть сумму, превышающую установленную договором цену товара. Представитель ответчика полагает, что датой начала течения срока исковой давности является дата предоставления продавцом расписки, то есть 06 января 2015 года. С иском истец обратился 22 марта 2019 года, то есть по истечении срока исковой давности. Также представитель ответчика заявляет о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о признании сделки недействительной, поскольку полагает, что сделка купли-продажи транспортного средства, является оспоримой в силу того, что ФИО4 и ФИО1 являются добросовестными приобретателями. Представитель ответчика указывает, что о наличии оснований для признания сделки недействительной ФИО1 узнал 17 июня 2017 года, следовательно, срок исковой давности истекал 17 июня 2018 года.

В ходе судебного разбирательства истец неоднократно изменял свою позицию по вопросу пропуска срока исковой давности, в окончательной редакции заявил о том, что срок исковой давности на обращение в суд с настоящим иском не пропущен, поскольку его течение необходимо исчислять с момента, когда ФИО1 узнал о нарушении своего права, то есть с 19 мая 2017 года, момента изъятия транспортного средства.

Выслушав пояснения лиц участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, оценив представленные доказательства, как в отдельности, так и в их совокупности, суд приходит к следующему.

В ходе судебного разбирательства установлено, что 05 декабря 2014 года между ФИО и ФИО4 был заключен договор купли-продажи транспортного средства <данные изъяты>», №

06 января 2015 года между ФИО4 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи транспортного средства <данные изъяты>» государственный регистрационный знак №. Цена согласно договору была определена в размере 20 000 рублей. Судом установлено, что 06 января 2015 года, одновременно с подписанием договора купли-продажи ФИО4 была оформлена расписка о получении им от ФИО1 за автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный знак № денежных средств в сумме 3 400 000 рублей.

Факт получения денежных средств, в размере указанном в расписке и оформлении расписки ФИО4 в ходе судебного разбирательства не отрицал.

Согласно ч. 2 ст.68 Гражданского процессуального кодекса РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств. Признание заносится в протокол судебного заседания.

Из карточки учета транспортного средства следует, что 15 марта 2017 года регистрация транспортного средства была прекращена, в связи с признанием ее недействительной. Из заключения начальника МРЭО ГИБДД УМВД России по Сахалинской области следует, что 14 марта 2017 года МРЭО ГИБДД УМВД России по Сахалинской области поступило информационное письмо и.о. начальника <данные изъяты> из содержания которого следует, что по итогам проведенной проверки № от 10 декабря 2014г., 52 УК 650260 от 03 декабря 2014года признаны выданными на основании недействительных (подложных) документов.

Из заключения эксперта № от 05 июня 2017 года, проведенного в рамках материала КУСП № от 01 мая 2017 года следует, что идентификационный номер VIN, представленного на исследование автомобиля подвергался изменению, путем замены маркировочной панели. Маркировочное обозначение двигателя изменению не подвергалось, имеет следующий вид: №. Транспортное средство с указанным номером двигателя принадлежит <данные изъяты>» и было похищено в <адрес> 18 ноября 2014года в связи с чем, по данному факту возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 158 УК РФ.

По сведениям Нижегородской таможни № от 02 марта 2017года следует, что свидетельство о регистрации транспортного средства № № ввезенного из <данные изъяты> выдано 03 декабря 2014 года. При этом указано, что из представленных Комитетом государственных доходов Министерства финансов <данные изъяты> следует, что автомобиль с 05 сентября 2013 года находится на регистрационном учете в <данные изъяты> собственник ФИО. Отмечено, что автомобиль с учета не снимался и соответственно в Российскую Федерацию не ввозился.

На основании постановления о возвращении вещественных доказательств от 04 апреля 2018 года следует, что автомобиль марки <данные изъяты>» государственный регистрационный знак № был возвращен представителю собственника <данные изъяты>».

Разрешая требования истца о признании недействительным договора купли-продажи от 06 января 2015 года в отношении транспортного средства «<данные изъяты> государственный регистрационный знак № заключенного между ФИО и ФИО4 суд установил, что истец просил признать указанную сделку недействительной ввиду того, что ФИО4 не являлся собственником транспортного средства.

Согласно ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

По смыслу ст. 167 Гражданского кодекса РФ сделка считается недействительной с момента совершения и не порождает тех юридических последствий, ради которых заключалась.

Однако, указанные доводы опровергаются представленной в материалы гражданского дела МРЭО ГИБДД УМВД России по Сахалинской области копий договора купли-продажи от 05 декабря 2014 года.

Согласно ст. 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество может быть приобретено на основании договора купли-продажи.

Кроме того, представитель истца полагал, что о недействительности сделки свидетельствует, в том числе передача транспортного средства с измененными номерами, по мнению представителя истца свидетельствует о введении истца в заблуждение относительно качества предмета сделки, что имеет существенное значение, поскольку в отношении проданного автомобиля установлен незаконный факт вмешательства в маркировочное обозначение кузова транспортного средства, вследствие чего он был лишен возможности использовать приобретенный автомобиль по назначению.

В обоснование указанных требований истец сослался на заключение эксперта № от 05 июня 2017 года, из которого следует, что идентификационный номер VIN, представленного на исследование автомобиля подвергался изменению, путем замены маркировочной панели. Маркировочное обозначение двигателя изменению не подвергалось, имеет следующий вид: №.

Из содержания договора купли-продажи транспортного средства <данные изъяты>» государственный регистрационный знак № от 06 января 2015 года следует, что суть совершенной сделки отражена в заключенном договоре купли-продажи автомобиля, условия которого в полном объеме отражают волю сторон на передачу ФИО1 как покупателю за плату индивидуально определенной вещи – <данные изъяты>» государственный регистрационный знак № заключенного между ФИО4 и ФИО1

Таким образом, учитывая установленные обстоятельства, суд установил, что ФИО4 имел намерение продать транспортное средство, а ФИО1 купить это транспортное средство, для чего стороны спора приняли определенные действия: осмотрели автомобиль, заключили договор купли-продажи, совершили передачу и прием денежных средств, документов, что свидетельствует о волеизъявлении истца на приобретение спорного автомобиля, при этом доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, с которыми закон связывает возможность признания сделки недействительной суду не представлено.

Доказательств совершения ФИО4 умышленных действий, направленных на введение ФИО1 заблуждение относительно природы сделки или качеств приобретаемого автомобиля, которые значительно снижают возможность его использования, стороной истца в материалы дела не представлено.

В соответствии с Федеральным законом «О безопасности дорожного движения» регистрация транспортных средств в органах ГИБДД осуществляется исключительно для подтверждения их допуска к дорожному движению на территории Российской Федерации. Наличие или отсутствие такой регистрации никак не влияет на возникновение или прекращение права собственности на транспортное средство, которое является движимым имуществом (статья 130 ГК РФ).

Представление на регистрацию автомобиля, имеющего иные номерные обозначения узлов и агрегатов, чем те, которые указаны в паспорте транспортного средства, по сути, означает отсутствие документа, удостоверяющего соответствие транспортного средства требованиям безопасности дорожного движения. Регистрация такого автомобиля прямо запрещена пунктом 3 статьи 15 Федерального закона «О безопасности дорожного движения». Согласно пункту 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ № 1090 от 23 октября 1993 года запрещается эксплуатация транспортных средств, имеющих скрытые, поддельные, измененные номера узлов и агрегатов. На основании абзаца 5 пункта 3 Правил регистрации автомототранспортных средств и прицепов к ним в ГИБДД МВД РФ (Приложение № 1 к Приказу МВД России «О порядке регистрации транспортных средств» № 1001 от 24 ноября 2008 года) не подлежат регистрации в Госавтоинспекции и не принимаются к производству регистрационных действий транспортные средства при обнаружении признаков изменения, уничтожения маркировки, нанесенной на транспортные средства организациями - изготовителями, несоответствия транспортных средств и номерных агрегатов сведениям, указанным в представленных документах или регистрационным данным.

Из приведенных правовых норм следует, что если лицо, приобретшее автомобиль с признаками изменения, уничтожения маркировки (перебитыми номерами), нанесенной на транспортные средства и ставшее его собственником, не знало при заключении договора купли-продажи автомобиля о перебитых номерах, то оно вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать его расторжения с возмещением убытков в размере уплаченной за автомобиль денежной суммы.

Таким образом, регистрация автомобилей устанавливается не в целях возникновения права собственности на них, а для допуска автомобилей к дорожному движению. Следовательно, наличие препятствий в постановке автомобиля на государственный регистрационный учет не может являться основаниям для признания договора недействительным.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что истцом выбран неверный способ защиты права вместе с тем, истец не лишен права заявить соответствующее требование согласно одному из предусмотренных статьей 12 ГК РФ способов защиты права.

Разрешая заявление представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности на обращение в суд с требованиями о признании сделки недействительной установил, что по смыслу ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделки недействительные по основаниям, установленным законом, в силу признания их таковыми судом относятся к оспоримым. По этому признаку сделка, совершенная под влиянием обмана, являются оспоримой.

Согласно п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу ч. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со ст. 195 Гражданского кодекса РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Судом установлено, что о наличии основания (изменение маркировочного обозначения), по которому истец просил суд признать сделку недействительной ему стало известно по окончанию экспертного исследования и составления заключения эксперта № от 05 июня 2017года.

С иском о признании сделки купли-продажи недействительной в суд ФИО1 обратился 22 марта 2019г., то есть по истечении 1 года, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Разрешая требования о взыскании денежных средств в размере 3 400 000 рублей, переданных за покупку транспортного средства в качестве неосновательного обогащения суд принимает во внимание, что согласно расписке от 06 января 2015года ФИО4 получил от ФИО1 за автомобиль <данные изъяты> деньги в сумме 3 400 000 рублей.

Согласно ст. 1103 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Учитывая установленные обстоятельства в ходе судебного заседания, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований в части взыскания суммы неосновательного обогащения, поскольку денежные средства были переданы ФИО1 ФИО4 в счет исполнения обязательств по договору купли-продажи от 06 января 2015 года, что каждая из сторон не оспаривает.

Суд не усматривает оснований для применения последствий пропуска срока исковой давности по требованиям о взыскании неосновательного обогащения, поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что денежные средства в сумме 3 400 000 рублей переданы ФИО1 ФИО4 в счет исполнения обязательств по договору купли-продажи транспортного средства, сделка не признана судом недействительной, в связи с чем, суд лишен возможности определить момент начала течения срока исковой давности по требованиям о взыскании неосновательного обогащения.

Учитывая результат разрешения спора, суд приходит к выводу, что вопрос о понесенных судебных расходах с учетом положений ст. 98 Гражданского кодекса РФ разрешению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № от 06 января 2015 года; взыскании денежных средств в размере 3 400 000 рублей, переданных за покупку транспортного средства в качестве неосновательного обогащения, оплате услуг представителя в размере 60 000 рублей – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Южно-Сахалинский городской суд в течение одного месяца с момента изготовления в окончательной форме.

Дата принятия решения в окончательной форме – ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий судья Е.В. Ретенгер