Решение № 12-17/2020 от 15 апреля 2020 г. по делу № 12-17/2020

Р Е Ш Е Н И Е

№ 12-17/2020
15 апреля 2020 года
г. Чита
Судья 2-го Восточного окружного военного суда ФИО1, при секретаре судебного заседания Кучерова А.В., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении ФИО2 и защитников – адвокатов Доржижаповой И.В., а также ФИО3, рассмотрев в помещении указанного суда, расположенного по адресу: <...>, жалобу лица, привлекаемого к административной ответственности ФИО2, на постановление судьи Борзинского гарнизонного военного суда от 12 февраля 2020 года, по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесенного в отношении военнослужащего войсковой части 00000 <звание> ФИО2, родившегося <дата> в <адрес>, привлекавшегося к административной ответственности за совершение административных правонарушений, предусмотренных главой 12 КоАП РФ, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>,

установил:

ФИО2 признан виновным в невыполнении водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, не содержащем в этом уголовно наказуемого деяния, то есть в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 8 месяцев.

Указанное совершено виновным при следующих, установленных судьей обстоятельствах.

Так, ФИО2, около 22 часов 55 минут 24 января 2020 года в районе дома № <...> микрорайона <...> города <...>, при управлении легковым автомобилем марки <...>, государственный регистрационный знак <...> с признаками опьянения был остановлен инспектором ДПС, потребовавшим прохождение медицинского освидетельствования на состояние опьянения в связи с отказом ФИО2 от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, от чего тот, в нарушение пункта 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, отказался.

В жалобе ФИО2 выражает несогласие с постановлением судьи, просит его отменить, а производство по данному делу об административном правонарушении прекратить ввиду не совершения им указанного административного правонарушения. Судьей же не были установленные все значимые обстоятельства для данного дела, поскольку он не управлял транспортным средством при его остановке сотрудником ГИБДД. Обратное же не подтверждено материалами дела.

Управлял автомобилем Б., который при остановке транспортного средства сотрудником ГИБДД убежал от него. Требования же, связанные с управлением данным автомобилем, были предъявлены ему.

Далее, ссылаясь на положения п.19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года № 5, а также абз. 10 ст. 2 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ, п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 октября 2006 года № 18, приходит к выводу о том, что привлечение к ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ возможно только лишь если обвиняемое лицо являлось водителем.

Он таковым не являлся, а выводы судьи об обратном ничем не обоснованы.

Представленные суду протоколы об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, как он считает, являются недопустимыми доказательствами, поскольку транспортным средством он не управлял.

Поэтому данные процессуальные документы должны быть признаны таковыми.

Также, как считает автор жалобы, судьей не были устранены противоречия в показаниях свидетелей происшедшего Д. и Т., а также свидетелей Р., Б., В. и К., свидетельствовавших об обратном.

С учетом изложенного он полагает необходимым допросить указанных лиц о происшедшем более подробно, а также назначить экспертное исследование имеющейся в материалах дела видеозаписи с места происшествия, не приводя этому какой либо аргументации.

Ссылаясь на положения пп. 1 и 2 ч. 1 ст. 24.5, а также п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, автор жалобы считает, что оспариваемое им постановление судьи гарнизонного военного суда подлежит отмене, а производство по делу прекращению.

Изучение материалов дела об административном правонарушении и доводов жалобы позволяет прийти к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Согласно п. 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – Правила дорожного движения), водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Нормы раздела III Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 года № 475 (далее также – Правила), воспроизводят указанные в ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ обстоятельства, являющиеся основанием для направления водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, и устанавливают порядок направления на такое освидетельствование.

В соответствии с п. 3 указанных Правил достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

Как следует из материалов дела, около 22 часов 55 минут 24 января 2020 года в районе дома № <...><адрес> водитель ФИО2 управлял транспортным средством марки <...>, государственный регистрационный знак <...>, с признаками опьянения: запах алкоголя изо рта, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также поведение, не соответствующее обстановке, указанными в п. 3 Правил.

В связи с наличием названных признаков опьянения должностным лицом ГИБДД в порядке, предусмотренном Правилами, ФИО2 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, от прохождения которого он отказался.

В соответствии с п. 10 упомянутых Правил, он был направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, однако, в нарушение п. 2.3.2 Правил дорожного движения он не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Приведенные обстоятельства подтверждаются собранными доказательствами: протоколом об административном правонарушении (л.д. 5); протоколом об отстранении от управления транспортным средством (л.д. 6); протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (л.д. 7), видеозаписью при применении мер обеспечения (л.д. 11) и иными материалами дела, которым дана оценка на предмет допустимости, достоверности, достаточности по правилам статьи 26.11 КоАП РФ.

В соответствии с чч. 2 и 6 ст. 25.7 КоАП РФ в случаях, предусмотренных главой 27 и ст. 28.1.1 названного Кодекса, обязательно присутствие понятых или применение видеозаписи.

По настоящему делу при производстве процессуальных действий осуществлялась видеозапись, которая исключала сомнения относительно полноты и правильности фиксирования в соответствующем процессуальном документе содержания и результатов именно проводимого процессуального действия, в частности, освидетельствования на состояние опьянения и направления на медицинское освидетельствование для этих целей, а не иных обстоятельств по делу.

В связи с этим доводы защитников о нарушении сотрудниками ГИБДД установленных нормативными правовыми актами требований к проведению процессуальных действий являются несостоятельными.

Также, вопреки утверждению ФИО2, несогласие лица, привлекаемого к ответственности за совершение административного правонарушения, со вменением ему такого правонарушения, не является основанием для признания вышеприведенных протоколов, составленных должностным лицом органа ГИБДД, недопустимыми, поскольку не было установлено обстоятельств их составления, то есть получения данных доказательств, с нарушением правил, установленных КоАП РФ.

Не может свидетельствовать в подтверждение этому и ссылка защитников на то, что в протокол об административном правонарушении, совершенном ФИО2, отдельно была внесена запись о том, что транспортное средство, которым управлял ФИО2, было передано Р., поскольку данные сведения не являлись необходимыми для разрешения дела.

Протоколы об административном правонарушении и применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении составлены уполномоченным должностным лицом в соответствии с правилами статей 28.2, 27.12 КоАП РФ. Нарушений требований закона при их составлении не допущено, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в протоколах отражены.

Довод ФИО2 в жалобе о том, что он не управлял транспортным средством, опровергается совокупностью перечисленных выше доказательств, а также показаниями свидетелей Д. и Т., являвшимися очевидцами выявленного административного правонарушения, согласно которым ФИО2 указан в качестве лица, управлявшего автомобилем марки <...>, государственный регистрационный знак <...>. Доказательств о какой-либо заинтересованности в исходе дела должностных лиц ГИБДД, участвовавших при производстве обеспечения мер, материалы дела не содержат, не приведено таких данных и в настоящей жалобе.

То обстоятельство, что сотрудники ГИБДД, осуществляя контроль за дорожным движением, уполномочены составлять протоколы об административных правонарушениях в области дорожного движения и принимать меры к выявлению и пресечению нарушений Правил дорожного движения участниками такого движения, само по себе не может служить поводом к тому, чтобы не доверять их показаниям, получившим оценку наравне с другими доказательствами по делу.

Кроме того, все меры обеспечения производства по делу применены к ФИО2 именно как к лицу, управляющему транспортным средством. В том случае, если он таковым не являлся, то вправе был возражать против применения к нему мер обеспечения производства по делу, однако этим правом не воспользовался, отказавшись подписывать соответствующие процессуальные документы и указывать в нем замечания и объяснения, о чем имеется соответствующая отметка сотрудника ГИБДД.

Из представленной в материалы дела видеозаписи усматривается, что данная запись велась сотрудниками ГИБДД с момента остановки транспортного средства марки <...>, государственный регистрационный знак <...>, из которой видно, что 24 января 2020 года патрульный автомобиль подъезжает к автомобилю марки <...>. С водительского места указанного транспортного средства, расположенного справа, выходит человек, одетый в армейский костюм пиксельной расцветки, и уходит за автомобиль. Сотрудники ДПС направляются к автомобилю, осматривают его и уходят за автомобиль. В дальнейшем ФИО2 выходит из-за автомобиля к сотрудникам ДПС, после чего, совместно с ними садится в патрульный автомобиль.

Наряду с этим судом была дана оценка доводам ФИО2 и его защитников, а также показаниям свидетелей Р., Б., В. и К., согласно которым ФИО2 транспортным средством не управлял.

При этом они были признаны несоответствующими действительности, поскольку опровергались показаниями свидетелей Д. и Т., которые являются последовательными и согласованными между собой. Данные свидетели поясняли, что после того как патрульный автомобиль, подъехав к автомобилю марки <...>, осветил его фарами, с водительского места вышел ФИО2, одетый в армейский костюм. При этом они исключали возможность ошибки в определении личности водителя, поскольку тот был одет в армейский костюм и имел азиатскую внешность. Правомерно судьей было учтено и то, что свидетели Р., Б., В. и К. находились в дружеских отношениях с ФИО2. Данная оценка является достаточно обоснованной и оснований для несогласия с ней не имеется.

То есть какие-либо не устраненные противоречия в показаниях свидетелей по делу отсутствуют.

Не вызывает сомнения в законности и обоснованности постановления судьи описка, допущенная в вынесенном постановлении относительно указания времени совершения ФИО2 административного правонарушения, поскольку этим не исключается сам факт совершения виновным административного правонарушения в указанную дату и в установленном судьей месте.

Поскольку факт движения автомобиля перед его остановкой и совершением сотрудниками ГИБДД соответствующих процессуальных действий подтвержден показаниями вышеуказанных свидетелей, то довод защитников о том, что водитель указанного транспортного средства не являлся участником дорожного движения является несостоятельным.

Из содержания протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 24 января 2020 года № <...> следует, что должностным лицом ГИБДД ФИО2 был направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, пройти которое он отказался, о чем сделана соответствующая отметка (л.д. 7).

Таким образом, судья первой инстанции пришел к обоснованному выводу о совершении ФИО2 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

В соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные ст. 26.1 данного Кодекса.

Все доводы поданной в окружной военный суд жалобы направлены лишь на переоценку установленных по делу фактических обстоятельств. Аналогичные доводы были предметом проверки предыдущей судебной инстанции, не нашли своего подтверждения в материалах настоящего дела об административном правонарушении, противоречат совокупности собранных по делу доказательств, обоснованно отвергнуты по основаниям, изложенным в оспариваемом судебном акте, и не ставят под сомнение наличие в действиях ФИО2 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Административное наказание ФИО2 назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Постановление о привлечении ФИО2 к административной ответственности вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения состоявшегося по делу судебного постановления не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

решил:

Постановление судьи Борзинского гарнизонного военного суда от 12 февраля 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении военнослужащего войсковой части 00000 ФИО2 оставить без изменения, а его жалобу – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно после его вынесения.

Судья