Решение № 2-627/2019 2-627/2019~М-549/2019 М-549/2019 от 13 августа 2019 г. по делу № 2-627/2019

Гражданское дело № 2-627/2019
Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

с. Шира 14 августа 2019 года

Ширинский районный суд Республики Хакасия в составе председательствующего судьи Журавлевой Н.Ю.,

при секретаре судебного заседания Капчигашевой В.Э.,

с участием:

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

старшего помощника прокурора Ширинского района Антонян А.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к публичному акционерному обществу «Коммунаровский рудник» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с заявлением к публичному акционерному обществу «Коммунаровский рудник» (далее по тексту ПАО «Коммунаровский рудник») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием. Заявленные требования истец мотивирует тем, что с 23 августа 1980 года работала в ПАО «Коммунаровский рудник» (ранее Коммунаровский рудник объединения «Енисейзолото» МЦМ СССР) в цехе обработки руд . По состоянию здоровья 26 апреля 1999 года истец прекратила свою трудовую деятельность у ответчика. В данной организации истец работала в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, повлекших наступление профессионального заболевания. В период работы у ответчика истец получила профессиональное заболевание . Установлена Х группа инвалидности, степень утраты профессиональной трудоспособности истца составила Х %. По мнению стороны истца, повреждение здоровья от профессионального заболевания у истца произошло по вине ответчика, в результате чего он испытывает физические и нравственные страдания. С учетом изложенного, истец просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей.

Истец ФИО3, уведомленная надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела по существу в судебное заседание не явилась, ходатайств, заявлений об отложении рассмотрения дела по существу, о рассмотрении дела в ее отсутствие в суд не направила, направила в судебное заседания представителя, действующего на основании доверенности.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 заявленные требования поддержала в полном объеме.

Представителем ответчика ПАО «Коммунаровский рудник» ФИО2 в судебном заседании заявленные требования не признаны, в обоснование возражений представитель указала, что истцу при трудоустройстве было известно о вредности условий труда, однако, он выразил желание осуществлять подобную деятельность и также продолжал работать после выявления профзаболевания. В свою очередь, ответчик предпринимал все возможные и зависящие от него меры по компенсации негативного воздействия на здоровье истца: выплачивал повышенную заработную плату, предоставлял дополнительное время отдыха. Ссылаясь на положения ст. 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», ст. ст. 146, 147 ТК РФ, п. 7 трудового договора ответчик полагает, что противоправность поведения ответчика, не создание благоприятных условий труда истцом не доказана, вследствие чего ответчик просит отказать истцу в удовлетворении заявленных требований.

Участвующим в деле прокурором дано заключение, согласно которому требования истца являются законными и обоснованными. Величина подлежащей взысканию денежной компенсации морального вреда должна быть определена с учетом требований разумности и справедливости.

Суд, с учетом мнения сторон, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, определил о рассмотрении дела при имеющейся явке.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно положениям ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасности труда лежит на работодателе.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

Согласно п. 63 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как установлено судом, и подтверждается материалами дела, ФИО3 23 августа 1980 года принята в цех обработки руд , 1 июня 1983 года переведена , 1 сентября 1989 года при перетарификации согласно постановлению Совета Министров СССР от 6 ноября 1986 года № 115 , 26 апреля 1999 года уволена по собственному желанию.

Согласно представленной в материалы дела справки ПАО «Коммунаровский рудник» является правопреемником прав и обязанностей Коммунаровского рудника объединения «Енисейзолото» МЦМ СССР, Коммунаровского рудника объединения «Енисейзолото» Главалмаззолото СССР, акционерного общества открытого типа «Коммунаровский рудник».

В период выполнения трудовых обязанностей ФИО3 получила профессиональные заболевания , что подтверждается актом о случае профессионального заболевания от 14 октября 1999 года.

Из материалов дела следует, что ФИО3 наблюдалась в центре профпатологии на базе КБУЗ « больница» с 1991 года по 2008 года, а именно: с 16 сентября 1991 года по 2 октября 1991 года (история болезни ); с 23 февраля 1999 года по 17 марта 1999 года (история болезни ); с 15 января 2003 года по 4 февраля 2003 года (история болезни ); с 20 декабря 2005 года по 4 января 2006 года (история болезни ); с 11 августа 2008 года (история болезни ). Впервые диагноз профессионального заболевания был установлен по решению врачебной профпатологической комиссии 16 марта 1999 года . Повторные госпитализации в отделении профпатологии с 15 января 2003 года по 4 февраля 2003 года (история болезни ), с 20 декабря 2005 года по 4 января 2006 года (история болезни ), с 11 августа 2008 года по 27 августа 2008 года (история болезни ), диагноз профессионального заболевания, установленный ранее, подтверждался, динамики не отмечено .

Актом от 14 октября 1999 года о случае профессионального заболевания установлено, что причиной возникновения профессиональных заболеваний истца является несовершенство технологического процесса извлечения золота – применение ртути в процессе; неэффективность работы систем вентиляции. Так, согласно п. 12 указанного акта, непосредственной причиной профзаболевания послужило: длительное, кратковременное, многократное воздействие на организм человека следующих производственных факторов - повышенная концентрация ртути в воздухе и в смывах. Данные сведения подтверждаются также санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника от 19 февраля 1999 года, согласно которой условия труда ФИО3 в соответствии с гигиенической классификацией труда, относятся к вредным, степень 3.3. Вины работника не установлено.

Согласно справке в связи с профзаболеванием, установленным 17 марта 1999 года и актом расследования от 14 октября 1999 года, ФИО3 установлена утрата профессиональной трудоспособности Х% с 20 мая 2009 года.

Из справки следует, что ФИО3 установлена Х группа инвалидности .

Проанализировав обстоятельства дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что истец получил профессиональные заболевания вследствие того, что длительное время работал в ПАО «Коммунаровский рудник» в условиях воздействия на организм вредных производственных факторов и веществ. Профессиональные заболевания ФИО3 возникли вследствие исполнения ею обусловленных трудовым договором обязанностей у ответчика, осуществляющего деятельность в условиях подземного рудника, то есть источника повышенной опасности. На основании изложенного суд приходит к выводу о возникновении у истца права на компенсацию морального вреда.

Каждое из полученных ФИО3 профессиональных заболеваний находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых истец работал у ответчика.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации работник имеет право выбирать род деятельности и профессию, а работодатель в соответствие со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации обязан обеспечить работнику условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены. Осведомленность истца о работе во вредных условиях не освобождает работодателя от обязанности компенсации морального вреда, причиненного здоровью работника при исполнении трудовых обязанностей. Продолжение работником своей работы с вредными условиями труда не может расцениваться как его вина, если работодатель не обеспечивает ему безопасные условия труда, вследствие чего доводы ответчика о том, что ПАО «Коммунаровский рудник» принимаются все необходимые меры по обеспечению безопасных условий охраны труда, работодатель обеспечил получение истцом достоверной информации об условиях труда, истец осознанно выбрал работу во вредных условиях труда судом не принимаются во внимание.

Поскольку истец в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Форма возмещения морального вреда работнику предусмотрена в ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно части второй этой статьи, в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку сведений о размерах возмещения морального вреда между сторонами в порядке, предусмотренном соглашением сторон, суду представлено не было, требования в данной части ответчиком оспариваются, суд полагает, что между сторонами наличествует спор.

В свою очередь, размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Определяя компенсацию морального вреда в денежном выражении в размере 450000 рублей, руководствуясь требованиями ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд учитывает все обстоятельства, влияющие на степень физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности истца, тяжесть и последствия полученных истцом заболеваний, выразившихся в потере профессиональной трудоспособности на 60 %, что согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, отсутствие грубой неосторожности истца при причинении вреда, а также принципа разумности, справедливости, степень вины ответчика, заключающейся в нарушении требований охраны труда, повлекшем причинение вреда здоровью работника.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к публичному акционерному обществу «Коммунаровский рудник» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, удовлетворить.

Взыскать с публичного акционерного общества «Коммунаровский рудник» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 450 000 (четырехсот пятидесяти тысяч) рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества «Коммунаровский рудник» в доход бюджета госпошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда республики Хакасия через Ширинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Журавлева Н.Ю.

Справка: мотивированное решение изготовлено и подписано «19» августа 2019 года.

Судья Журавлева Н.Ю.