Решение № 2-1528/2024 2-1528/2024~М-266/2024 М-266/2024 от 27 марта 2024 г. по делу № 2-1528/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 марта 2024 года г.о. Самара

Советский районный суд г. Самары в составе:

председательствующего судьи Пряниковой Т.Н.,

при секретаре судебного заседания Красновой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО1 к ОАО «Завод Продмаш» о возмещении компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОАО «Завод Продмаш» о возмещении морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве, указав в обоснование, что он являлся сотрудником ОАО «Завод Продмаш», где осуществлял трудовую деятельность в должности оператора автоматических и полуавтоматических линий холодноштамповочного оборудования с ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 57 минут, через 8 часов от начала работы на участке металлоизделий произошел несчастный случай на производстве, в результате которого истец получил травму - при установке швеллера с передаточной тележки он поместил швеллер в рабочую зону пресса (оборудования), в рабочей зоне пресса оказалась его рука, пресс опустился и травмировал кисть левой руки.

После произошедшего несчастного случая истец доставлен в ГБУЗ Самарской области «Самарская городская больница №4», где находился на лечении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. После выписки из ГБУЗ Самарской области «Самарская городская больница №» находился на больничном до ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного № от ДД.ММ.ГГГГ истцу поставлен диагноз «сдавливание левой и нижней трети левого предплечья. Размозжение левой кисти на уровне лучезапястного сустава. Отрыв II, III, IV, пальцев на уровне основных фаланг. Открытый перелом II, III, IV пястных костей левой кисти со смешением отломков. Открытый переломо-вывих основания I пястной кисти со смещением отломков. Открытый перелом кости трапеции, ладьевидной кости, трапециевидной кости, головчатой кости со смещением отломков. Рваные раны левой кисти с повреждением сухожилий разгибателей II и V пальцев длинного разгибателя 1 пальца левой кисти. 8 69.7.».

По факту произошедшего несчастного случая, с целью проведения внутреннего расследования, создана комиссия. По результатам проведенного расследования составлен Акт № от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно п.9 Акта причинами несчастного случая послужили:

1. нарушение оператором автоматических и полуавтоматических линий холодноштамповочного оборудования ФИО1 п.п. 3.2, 4 требований ИОТ-ОЗЗ-21 «Инструкция по охране труда при работе на прессах (серии В8. 8К) от 13.07.2021;

2. отсутствие на рабочем месте нормативной документации по пошаговому выполнению работ на оборудовании рабочей (технологической) инструкции.

Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: ФИО1 - нарушавший п.п. 3.2 и п. 4 ИОТ 033-21, менеджер по производству ФИО2 - нарушавший Приказ Митруда и соцразвития № 887н от 11./2.2020 «Об утверждении правил по обработке металлов» - не обеспечил на рабочем месте пресса модели SN №1- 110ms рабочую (технологическую) инструкцию по работе на прессе.

Истец категорически отрицает свою ответственность за произошедший несчастный случай, надлежаще он проинструктирован о работе на прессе не был, специальное обучение (повышение квалификации) фактически не прошел, инструкция на станке установлена не была.

По результатам медико-социальной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена степень и срок утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 40 процентов, инвалидность 3 группы.

Между произошедшим ДД.ММ.ГГГГ несчастным случаем на производстве и причинением тяжкого вреда здоровью истца имеется прямая причинно-следственная связь, подтверждаемая, в том числе, Актом № 1 о несчастном случае на производстве и медицинским документами (выписные эпикризы, справки).

По результатам медико-социальной экспертизы истцу установлена третья группа инвалидности, что подтверждается справкой №, выданной ФКУ «ГБ МСЭ по Самарской области» Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ.

Ответчик ОАО «Завод Продмаш» не создал безопасных условий труда, что явилось нарушением нематериальных прав истца на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности, а также повлекло за собой причинение вреда его здоровью и причинение морального вреда.

В результате причиненного вреда здоровью истцу причинен моральный вред, нравственные и эмоциональные страдания, переживания, связанные с длительной физической болью, невозможностью передвижения, нарушением работоспособности. Указанные обстоятельства причиняют ему глубокие физические и нравственные страдания.

Моральный вред, причиненный повреждением моего здоровья вследствие несчастного случая на производстве, он оценивает в 2 500 000 рублей, поскольку с момента причинения вреда (ДД.ММ.ГГГГ) до настоящего времени он испытывает сильные эмоциональные переживания, страдания, сильную физическую боль, в полном объеме не трудоспособен до настоящего времени. Функция левой кисти руки полностью утрачена.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО1 просит суд взыскать с ОАО «Завод Продмаш» в пользу истца 2 500 000 рублей в качестве возмещения морального вреда, причиненного повреждением здоровья и причинением тяжкого вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве.

ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам, изложенным в иске. Дополнительно предоставил письмо, в котором подробно изложил описание нравственных и физических страданий, причиненных ему в результате несчастного случая на производстве.

Представитель ответчика ОАО «Завод Продмаш» ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в письменных возражениях и дополнении к письменным возражениям.

Свидетель ФИО4, опрошенная судом, пояснила, является супругой ФИО1, состоит с ним в браке с ДД.ММ.ГГГГ, у них в браке родился ребенок. На дату несчастного случая ребенку исполнилось 2 года 6 месяцев. После несчастного случая на производстве супруг не мог дочь одевать, умывать, взять на руки, нести сумки, везти коляску, она лишилась помощи со стороны супруга. После полученной травмы она помогает супругу мыться, поскольку он самостоятельно не может помыть праву сторону тела. ФИО1 водит автомобиль, придерживает руль мизинцем левой руки. По началу Ольга Юрьевна (представитель ответчика) общалась с ней, когда начались проблемы с выплатой по больничным листам, то общение прекратилось, ежемесячный платеж составлял 28 000 рублей. У семьи не было средств для проживания. Свидетелю пришлось выйти раньше на работу. Перед Новым годом просила выплатить денежные средства по последнему больничному листу, а выплатили только ДД.ММ.ГГГГ. Ей дали координаты протезиста, он пояснил, что ничем не могут помочь, общение прекратилось. Александр вышел на работу. Материальную помощь оказали только работники ОАО «Завод Продмаш». Они ожидали помощи с протезом, говорили, что помогут с лекарствами. Евгений - менеджер по производству обещал. Материальной помощи работодатель не оказал. Супругу операция была сделана ДД.ММ.ГГГГ, потом он был на больничном 1,5 месяца. Сейчас супруг трудоустроен там, где раньше работал, составителем вагонов. По профессии оператора не сможет работать. Когда перемена погоды, то он жалуется, что кости ломит. После операции врач сказал, что движения руки не будет, сохранили руку по просьбе Александра. Также врач пояснил, что будет плохое кровообращение, проблемы с сосудами, нужно следить за тромбами, опасаться переохлаждения, так как он не чувствует руку, возможна ампутация. Инвалидность получили со второго раза.

Свидетель ФИО7, опрошенный судом, пояснил, что работает руководителем технологического отдела. На дату несчастного случая работал заместителем руководителя отдела. Во время выполнения операции на производстве произошёл несчастный случай, на прессе, судя по видеозаписи ФИО1 нарушил инструкцию. Он был в составе комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, предоставлен видеоматериал из цеха, они проверяли необходимые документы, журналы, была установлена вина Александра. При обсуждении причин несчастного случая ФИО5 сделала замечание относительно того, что инструкция отсутствует на рабочем месте. ФИО1 проходил обучение. Свидетель работает на предприятии с 2021 года. За все это время это первый несчастный случай. Непосредственной причиной несчастного случая являются неправильные действия оператора. Он не составлял итоговый документ, при обсуждении советник по безопасности ФИО5 указала, что делала устные замечания, чтобы инструкция была на рабочем месте. После несчастного случая проводили инструктаж о выполнении техники безопасности, чтобы присутствовала необходимая документация, на рабочих местах в подразделениях работа велась, что именно выполнено не может сказать.

Свидетель ФИО16 опрошенная судом, пояснила, что с 2006 года работает на заводе, начиная с должности специалиста по охране труда, в настоящее время занимает должность советника по охране труда. Несчастный случай на производстве произошел ДД.ММ.ГГГГ, в день её рождения, поступил звонок, сообщили, что произошла производственная травма с оператором ФИО1 на пресс №. В результате расследования выяснилось, что истцом нарушены инструкции. Существуют положения о расследовании несчастного случая, которое происходит посредством опроса пострадавшего, очевидцев, собирают документы, просматривают видеозаписи, после чего делают вывод, членом комиссии была супруга истца. Виновность истца составляет 100 процентов. Работник проходит вводный инструктаж в отделе охраны труда, разъясняются требования, которые он должен соблюдать, далее мастер или непосредственный руководитель проводит инструктаж на рабочем месте, проходит стажировку или обучение. ОАО «Завод Продмаш» получили лицензию, сами обучают своих работников. Раз в три месяца проводят инструктаж о том, как безопасно работать на том или ином оборудовании, правила ношения формы, все инструктажи были проведены с истцом. Она сама присутствовала на одном из инструктажей, задавали вопросы, оценивали насколько владеет информацией. Один раз в год работники проходят проверку квалификационным требованиям. После производственной травмы, которая впервые произошла за 20 лет её работы, они должны были уволить ФИО1 за нарушение, генеральный директор предложил работу в отделе охраны труда. ФИО1 соответствующего образования не имел. Чтобы повысить его квалификацию приняли решение об обучении, истец был готов, попросил помочь в поступлении. После проведения расследования инструкции были разработаны, она работает по охране труда с 1992 года, была рекомендация внести визуализацию работы, её просьба была удовлетворена. Нормативная документация – это инструкция по работе на прессе, достаточно обучения в устной форме, она хотела, чтобы на рабочем месте была картинка перед глазами. После несчастного случая проводили внеплановый инструктаж для того, чтобы довести до всех о произошедшем несчастном случае. На основании руководства по эксплуатации пресса, правил по охране труда, статистики работы на других прессах готовят инструкции, поставили дополнительный рольганг. Обязательно выполнение работы двумя работниками, один подает, другой нажимает на кнопки, по инструкции работать на прессе одному запрещено, меры безопасности предусмотрены. Защитное ограждение не предусмотрено, в зону работы пресса запрещено. Пресс работает при нажатии двумя руками. При опросе ФИО1 в больнице о причинах несчастного случая он сказал, что «черт попутал». Работал с помощником оператора, помощник отошел на три четыре шага и произошел несчастный случай. В отделе по охране труда Александр работал, он не имел образования, взяли с планами работать, ему все помогали, за него работать никто не будет. Срок расследования три рабочих дня, при даче объяснений истец сказал, что нужно посоветоваться с женой. Про оказание материальной помощи не может пояснить.

Выслушав стороны, помощника прокурора Сухову С.Б., которая дала заключение об обоснованности требований о компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, а также исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии с положениями статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты.

Виды, объем и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральным законом (ст. 184 Трудового кодекса Российской Федерации).

Ответственность работодателя заключается в возмещении работнику причиненного вреда путем: возмещения заработка (полностью или частично) в зависимости от степени утраты профессиональной трудоспособности; возмещения дополнительных расходов в связи с трудовым увечьем; выплаты единовременного пособия в связи с трудовым увечьем или смертью кормильца; выплаты компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

При определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (пункт 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе, в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (абзац 2 пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N33).

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации также предусматривает, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, поэтому факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно подпункту 3 пункта 5 Правил по охране труда при обработке металлов, утвержденных Приказом Минтруда России от 11.12.2020 N 887н "Об утверждении Правил по охране труда при обработке металлов" работодатель обязан обеспечить контроль за соблюдением работниками требований инструкций по охране труда.

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 работал в ОАО «Завод Продмаш» на должности помощника оператора автоматических и полуавтоматических линий холодноштамповочного оборудования, ДД.ММ.ГГГГ он переведен на должность оператора автоматических и полуавтоматических линий холодноштамповочного оборудования, что подтверждается трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ №, дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ №, приказом о приеме №-к от ДД.ММ.ГГГГ.

Из материалов дела следует, что ФИО1 имеет средне-техническое образование по специальности «помощник машиниста тепловоза», что подтверждается и дипломом А № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 57 минут по адресу: <адрес> ОАО «Завод Продмаш», участок металлоизделий, с ФИО1 произошёл несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах: ДД.ММ.ГГГГ оператор автоматических и полуавтоматических линий холодноштамповочного оборудования ФИО1 с помощником автоматических и полуавтоматических линий холодноштамповочного оборудования ФИО6 выполняли работу по пробивке отверстий в швеллере стойки дорожной СД-1, 45Ш14-3 на прессе модели SN 1-110mc. Ориентировочно в 15 часов 50 минут ФИО1 и ФИО6 распаковали и установили очередную пачку швеллера на передаточную тележку, для дальнейшей подачи швеллера в рабочую зону пресса для выполнения работ по пробивке отверстий. ФИО6 пошел относить обвязочную проволоку в место сбора металлических отходов (ориентировочно 10 метров от места выполнения работ). ФИО1 самостоятельно, в одиночку взял швеллер с передаточной тележки, перекатил его по рольгангу в рабочую зону пресса установил в направляющие штампа пресса. Левую руку ввел в рабочую зону пресса, левой ногой и правой рукой нажал на кнопки двурукого включения пресса. Пресс сработал, травмировав ФИО1 кисть левой руки.

Обстоятельства несчастного случая, произошедшего с ФИО1 на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ, также подтверждаются видеозаписью цеха в момент происшествия и фотографиями с камер наблюдения, установленных в цехе, предоставленными представителем ответчика в материалы дела.

Указанный случай, произошедший с оператором ФИО1 квалифицирован как несчастный случай на производстве.

По результатам расследования данного несчастного случая был составлен акт о расследовании несчастного случая по форме Н-1, согласно которого в качестве основной причины, вызвавшей несчастный случай, указаны:

1. нарушение оператором автоматических и полуавтоматических линий холодноштамповочного оборудования ФИО1 п.п. 3.2, п. 4 требований ИОТ-ОЗЗ-21 «Инструкция по охране труда при работе на прессах (серии В8. 8К) от ДД.ММ.ГГГГ;

2. отсутствие на рабочем месте нормативной документации по пошаговому выполнению работ на оборудовании рабочей (технологической) инструкции.

Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: ФИО1 - нарушавший п.п. 3.2 и п. 4 ИОТ 033-21, менеджер по производству ФИО2 - нарушавший Приказ Митруда и соцразвития № 887н от 11.12.2020 «Об утверждении правил по обработке металлов» - не обеспечил на рабочем месте пресса модели SN №1- 110ms рабочую (технологическую) инструкцию по работе на прессе.

В ходе судебного разбирательства не опровергнуты выводы, содержащиеся в Акте о несчастном случае на производстве об обстоятельствах несчастного случая и его причинах.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Завод Продмаш» и АНО ДПО «Академия» заключен договор № Р/23-4, согласно которому АНО ДПО «Академия» обязано оказать услуги по программам дополнительного профессионального образования. Профессионального обучения рабочих кадров м специалистов заказчика по профессиям (направлениям) согласно поступившей заявке, в том числе ФИО1 на должность руководителя по обеспечению деятельности предприятия.

После несчастного случая на производстве ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведен в подразделение Административная дирекция для выполнения своих обязанностей по должности руководителя по обеспечению деятельности предприятия.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведен в подразделение Отдел охраны труда, промышленной и экологической безопасности для выполнения своих обязанностей по должности специалиста по охране труда.

ДД.ММ.ГГГГ между ФГБОУ ВО «Самарский государственный технический университет» и ОАО «Завод Продмаш» заключен договор об образовании на обучение по образовательным программам высшего образования за счет средств физического и (или) юридического лица, по условиям которого ФИО1 зачислен в университет для обучения по программе бакалавриата «Безопасность технологических процессов и производств» по направлению подготовки ДД.ММ.ГГГГ «Техносферная безопасность» по заочной форме обучения, за счет работодателя. Срок обучения – 4 года 10 месяцев.

Впоследствии ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ прекратил обучение в университете. В настоящее время истец не работает в ОАО «Завод Продмаш».

В результате произошедшего случая ФИО1 находился в ГБУЗ Самарской области «Самарская городская больница №4» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, после выписки из ГБУЗ Самарской области «Самарская городская больница №4» находился на больничном до ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного № от ДД.ММ.ГГГГ истцу поставлен диагноз «сдавливание левой и нижней трети левого предплечья. Размозжение левой кисти на уровне лучезапястного сустава. Отрыв II, III, IV, пальцев на уровне основных фаланг. Открытый перелом II, III, IV пястных костей левой кисти со смешением отломков. Открытый переломо-вывих основания I пястной кисти со смещением отломков. Открытый перелом кости трапеции, ладьевидной кости, трапециевидной кости, головчатой кости со смещением отломков. Рваные раны левой кисти с повреждением сухожилий разгибателей II и V пальцев длинного разгибателя 1 пальца левой кисти. 8 69.7.».

В период лечения истцу сделаны хирургические операции: ПХО ран левой кисти и нижней трети левого предплечья, провизорный остеосинтез I, II, III, IV пястовых костей, костей запястья, основных фаланг II и IV пальцев левой кисти спицами Киршнера, шов сухожилий разгибателей I – V пальцев левой кисти, гипсовая лангета, послеоперационный период гладкий, заживление раны первичным натяжением, швы сняты. Также впоследствии удалены спицы левой кисти. Реампутация II пальца левой кисти на уроне основной фаланги, резекция кости – трапеции левой кисти, кожная пластика левой кисти местными тканями.

Согласно справке-заключению от ДД.ММ.ГГГГ, выданной Отделением амбулаторного приема пациентов АО «Московская протезно-ортопедическое предприятие», ФИО1 обращался с жалобами на отсутствие 2-5 пальцев левой руки. При осмотре верхних конечностей выявлено: отсутствие 2-4 пальцев левой кисти, большой палец имеет цвет синюшный, чувствительность отсутствует или представлена в виде парестезий, активных пассивных движений в пальце нет. V палец сохранен, чувствительность сохранена, активные/пассивные движения представлены в виде незначительной подвижности в амплитуде 15*. Кисть и лучезапястный сустав – форма изменена. Активной и пассивной подвижности в суставах кисти нет. Врачом-ортопедом дано заключение: о протезе кисти с микропроцессорным управлением, в том числе при вычленении и частичном вычленении кисти, протезе кисти активном (тяговом), в том числе при вычленении и частичном вычленении кисти, протезе кисти рабочем, в том числе при вычленении и частичном вычленении кисти, протезе кисти косметическом, в том числе при вычленении и частичном вычленении кисти.

Также истцом предоставлена суду письменная консультация Отделения амбулаторного приема пациентов АО «Московская протезно-ортопедическое предприятие» от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что при имеющемся уровне ампутации у пациента протезирование протезом кисти с микропроцессорным управлением не возможно.

Также ФИО1 обращался в Лечебно-диагностический центр, где им получена консультация и назначено лечение.

Согласно справке МСЭ-2021 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в связи с трудовым увечьем установлена третья группа инвалидности на срок до ДД.ММ.ГГГГ, дата очередного освидетельствования - ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справки МСЭ-2012 № от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 40 % с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Из предоставленного медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от ДД.ММ.ГГГГ, выданному ОАО «Завод Продмаш», согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве повреждение ФИО1 относится к категории легкая.

Согласно предоставленным ответчиком документам с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ при приеме на работу проведен вводный инструктаж по охране труда, первичный инструктаж на рабочем месте, повторный инструктаж ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ повторно проинструктирован на рабочем месте, ДД.ММ.ГГГГ также проинструктирован в соответствии с Программой проведения инструктажа, что подтверждается подписями ФИО1 в журналах регистрации инструктажа на рабочем месте. Истец обучился в Центре профессионального образования и подготовки ОАО «Завод Продмаш» по профессии «оператор автоматических и полуавтоматических линий холодноштамповочного оборудования», прошел практику на территории ответчика. По окончании обучения получил свидетельство о прохождении обучения и удостоверение «Оператор автоматических и полуавтоматических линий холодноштамповочного оборудования».

Согласно требований «Инструкция по охране труда при работе на прессах (серии ВS. SN), введенной в действие по ОАО «Завод Продмаш» приказом № ДД.ММ.ГГГГ оператор обязан знать и соблюдать производственно-технологическую инструкцию и требования инструкций по охране труда, пожарной безопасности (п. 1.5.). При работе на пресс двух и более работающих должно быть обеспечено строгое согласование действий оператора. Также указано о том, что необходимо помнить, что работать на прессе одному оператору запрещено (п.3.5.).

В пункте 4 Инструкции указано, что запрещено прикасаться к находящимся в движении механизмам, рольгангам и неограниченным частям машин, производить наладочные работы на включенном оборудовании.

Согласно Инструкции по эксплуатации пресса модель SN 1-110mc, на котором работал ФИО1 в момент несчастного случая на производстве, пресс запускается при одновременном нажатии двуручных кнопок пуска. Пресс останавливает работу при отпускании одной из кнопок.

Таким образом, истец допустил нарушение указанных Инструкций, что им не оспаривалось в ходе рассмотрения дела.

При этом согласно пункту 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

С учетом указанных выше норм закона требование ФИО1 о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению частично.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, судом принимается во внимание характер и степень тяжести полученных истцом телесных повреждений, от которых зависит степень его физических и нравственных страданий.

Суд полагает, что истцу причинен моральный вред, который выразился в том, что в результате несчастного случая истец испытал физические страдания, пережил стресс.

Суд также учитывает, что согласно сведениям Википедии рука? – это верхняя конечность человека и некоторых других животных, орган опорно-двигательного аппарата, одна из главнейших частей тела. С помощью рук человек может выполнять множество действий, основным из которых является возможность захватывать предметы.

В частности, суд учитывает, что ФИО1 в результате несчастного случая на производстве лишился трех пальцев, два пальца повреждены травматически, у истца была размозжена левая кисть, переломы пальцев, ему проводилось хирургическое лечение, истцу установлена третья группа инвалидности, потеря профессиональной трудоспособности составляет 40%, по профессии «оператора автоматических и полуавтоматических линий холодноштамповочного оборудования», по которой истец прошел обучение, получал хороший заработок, истец лишен возможности работать.

Ввиду полученной травмы левой кисти у ФИО1 отсутствуют три пальца на левой руке, он не способен после полученной травмы полноценно пользоваться рукой (она не двигается, на руке сохранены два пальца, с их помощью истец может управлять автомобилем, а также поднимать предметы весом не более 5 килограмм), в связи с чем он просил при проведении операций сохранить два пальца, протез также не может быть установлен, поскольку для этого требуется вычленение кисти (удаление части), что причинит дополнительные физические и нравственные страдания истцу.

Также суд учитывает трудоспособный возраст ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (39 лет), длительность лечения и необходимость дальнейшего восстановления здоровья, наличие на иждивении малолетнего ребенка ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, характер и степень ограничений, которые ФИО1 вынужден претерпевать в связи с полученной травмой, в том числе эстетическое восприятие окружающих, степень перенесенных истцом физических и нравственных страданий.

Суд также принимает во внимание, что виновным в данном несчастном случае, согласно Акту о несчастном случае на производстве, признан не только ФИО1, но и сотрудник организации-ответчика менеджер по производству ФИО2, нарушивший Приказ Министерства труда и социального развития №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении правил по обработке металлов» - не обеспечил на рабочем месте пресса модели SN №1- 110ms рабочую (технологическую) инструкцию по работе на прессе.

Истец длительное время находился на стационарном и амбулаторном лечении в связи с полученной травмой, что повлекло за собой для истца ограничения в быту, привычном образе жизни. Также у истца поднимается артериальное давление, что подтверждается листком контроля артериального давления, выданным медицинской службой по новому месту работы истца.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, исходя из принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании ОАО «Завод Продмаш» компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1 к ОАО «Завод Продмаш» о возмещении компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «Завод Продмаш», №, в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Советский районный суд г. Самары в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья /подпись/ Т.Н. Пряникова