Решение № 2-2718/2017 2-2718/2017~М-2588/2017 М-2588/2017 от 30 ноября 2017 г. по делу № 2-2718/2017

Дело № 2-2718/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 ноября 2017 года г. Бийск

Бийский городской суд Алтайского края в составе председательствующего судьи Федоренко О.В.

с участием помощника прокурора г.Бийска Нестеровой Е.С..

при секретаре Донских Н.О.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства РФ по Алтайскому краю, ФКУ СИ-2 УФСИН России по Алтайскому краю о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства РФ по Алтайскому краю, ФКУ СИ-2 УФСИН России по Алтайскому краю о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в размере 1 500 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указывает, что по приговору Восточного районного суда г. Бийска Алтайского края от 15 марта 1999 года он был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных пунктами <данные изъяты> и ему было назначено наказание в виде десяти лет лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима.

Постановлением Новоалтайского городского суда Алтайского края от 26 января 2004 года наказание было снижено и определено в виде восьми лет восьми месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима.

В мае 1999 года он был этапирован в СИЗО-2 г. Бийска (в настоящее время ФКУ СИ-2 УФСИН России по Алтайскому краю) для участия в рассмотрении уголовного дела в качестве свидетеля, где содержался по октябрь 2000 года.

Во время пребывания в СИЗО-2 г. Бийска был причинен вред его здоровью, а именно: он заболел туберкулезом, что впоследствии привело к инвалидности. В настоящий момент он является инвалидом <данные изъяты> группы.

Считает, что причиной его заболевания является то, что в период пребывания в СИЗО-2 г. Бийска, с мая 1999 года по октябрь 2000 года, материально-бытовые условия содержания и медико-социальное обеспечение не отвечали требованиям как международного, так и Российского права: нормам ст.3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст.21 Конституции РФ.

Камеры были переполнены, нахватало освещения и свежего воздуха, отсутствовала вентиляция, в камерах была высокая влажность, вещи пропитывались запахом гнили, плесени, собирался на стенах и потолках конденсат, имелись насекомые, помещения находились в антисанитарных условиях, отсутствовали условия приватности, отсутствовали предметы личной гигиены и первой необходимости, необходимые лекарственные средства, питание было скудным, все эти условия стали причиной заболевания туберкулезом и находились в причинно-следственной связи с возникшим у него заболеванием. В настоящее время у него вторая группа инвалидности.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, в настоящее время находится в Противотуберкулезной больнице.

Представитель истца ФИО1- ФИО2 в судебном заседании настаивала на заявленных исковых требований в полном объеме.

Представитель ответчика ФКУ «СИ-2 УФСИН России по Алтайскому краю», представитель третьего лица ФСИН России ФИО3, просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. Указав на доводы, изложенные в отзывах.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства РФ по Алтайскому краю, в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания был извещен надлежащим образом, в отзыве просили о рассмотрении дела в их отсутствие, полагали, что требования не подлежат удовлетворению, а кроме того они являются ненадлежащими ответчиками.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение участвующего в деле прокурора Нестеровой Е.С. полагавшей, что требования не подлежат удовлетворению, допросив свидетелей, изучив материалы дела, медицинские документы, суд приходит к следующим выводам:

Из содержания ст. 151 Гражданского кодекса РФ следует, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В системной связи со ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, и ст. 1069 Гражданского кодекса РФ, в силу которой вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов либо их должностных лиц, подлежит возмещению за счет соответствующей казны, это означает, что обязанность по компенсации морального вреда, причиненного здоровью осужденного, в порядке гл. 59 Гражданского кодекса РФ и за счет соответствующей казны возникает в случае установления самого факта причинения вреда государственным органом либо его должностными лицами, вины указанных лиц в причинении данного вреда, а также наличия причинно-следственной связи между ними.

Установлено, что истец в период с мая 1999 года по октябрь 2000 года содержался в СИЗО-2 г. Бийска.

Из «Истории болезни №» следует, что осужденный ФИО1, <данные изъяты> года рождения, 27 ноября 2000 года поступил в лечебное учреждение <данные изъяты>.

При поступлении жалоб не предъявляет. Из анамнеза: ранее туберкулёзом легких не болел. На флюорограмме от 15.05.2000г № без изменений.

Последняя флюорограмма 25.10.2000г, где справа в S1 очаговые изменения. Получил лечение, после чего был направлен на обследование в <данные изъяты>.

При поступлении состояние удовлетворительное. По органам без особенностей. На флюорограмме от 28.11.2000г № справа в S1 определяется инфильтрат <данные изъяты>.

Установлен клинический диагноз «<данные изъяты> туберкулёз <данные изъяты>» и больной 01.12.2000г переведен на стационарное лечение в МСЧ <данные изъяты>.

Из «Истории болезни №» известно, что ФИО1, <данные изъяты> года рождения, с 31 августа по 22 сентября 2015 года проходил лечение в туберкулёзном легочном отделении № «Туберкулёзная больница» ФКУЗ <данные изъяты> ФСИН России с клиническим диагнозом «<данные изъяты> туберкулёз <данные изъяты>». Выписан для дальнейшего лечения и предоставления на МСЭ в <данные изъяты>.

Из «Истории болезни №» следует, что ФИО1, <данные изъяты> года рождения, с 29 января по 29 апреля 2016 года проходил лечение в туберкулёзном легочно-хирургическом отделении филиала «Туберкулёзная больница» ФКУЗ <данные изъяты> ФСИН России по Алтайскому краю с клиническим диагнозом «<данные изъяты> туберкулёз <данные изъяты>». Выписан после лечения с улучшением в удовлетворительном состоянии в <данные изъяты>.

Из «Истории болезни № 194» следует, что ФИО1, <данные изъяты> года рождения, с 23 августа по 21 октября 2016 года проходил лечение в туберкулёзном легочном отделении филиала «Туберкулёзная больница» ФКУЗ <данные изъяты> ФСИН России по Алтайскому краю с клиническим диагнозом «<данные изъяты> туберкулёз <данные изъяты>». Выписан после лечения с улучшением в <данные изъяты>.

Из «Истории болезни №» следует, что ФИО1, <данные изъяты> года рождения, с 13 января по 11 мая 2017 года проходил лечение в туберкулёзном легочно-хирургическом отделении филиала «Туберкулёзная больница» ФКУЗ <данные изъяты> ФСИН России по Алтайскому краю с клиническим диагнозом «<данные изъяты> туберкулёз <данные изъяты>». Выписан с улучшением в связи с освобождением с рекомендациями: лечение у фтизиатра по месту жительства; наблюдение и лечение у терапевта, пульмонолога.

Из ответа заместителя главного врача КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Бийск» ФИО14 от 24.08.2017г следует, что амбулаторная карта ФИО1 в поликлинике КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Бийск» отсутствует.

Из ответа ВРИО начальника УФСИН России по Алтайскому краю ФИО15 от 29.08.2017г следует, что предоставить медицинские документы в отношении ФИО1 не имеет возможности, в связи с тем, что личное дело, в котором хранилась медицинская карта, уничтожено по истечению срока хранения.

Из ответа представителя ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю ФИО10 от 08.09.2017г следует, что медицинских документов, относящихся к периоду содержания ФИО1, <данные изъяты> года рождения, в СИЗО-2 с мая 1999 года по октябрь 2000 года в учреждении нет (уничтожены по истечению срока хранения). Медицинская карта ФИО1 при убытии его 27.11.2000г в <данные изъяты> была приобщена к личному делу осужденного ФИО1.

В обосновании заявленных требований истец указывает, что в период отбывания наказаний в исправительных колониях УФСИН он заболел туберкулёзом легких, что впоследствии привело к установлению инвалидности и причинило вред здоровью. Считает, что причиной его заболевания является то, что в период пребывания в СИЗО- 2 г. Бийска с мая 1999 года по октябрь 2000 года материально-бытовые условия содержания не отвечали нормативным требованиям: камеры были переполнены, не хватало освещения и свежего воздуха, имелись насекомые и конденсат на стенах, отсутствовали предметы личной гигиены, питание было скудным, что явилось причиной заболевания «туберкулёзом легких».

В соответствии со статьей 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Согласно ст.3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдании в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 N 5 (ред. от 05.03.2013) "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" отмечено о необходимости учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению (пункт 15).

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно положений ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Статьей 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Учитывая основания, на которых истец основывает заявленные требования, положения ст. ст. 1064, 1069 Гражданского кодекса РФ, судом по делу была назначена медицинская экспертиза, проведение которой поручалось экспертам КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению экспертов КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 31.10.2017 года Судебно-медицинская экспертная комиссия считает необходимым указать, что «Туберкулёз лёгких» - это хроническое инфекционное заболевание, вызываемое микобактериями туберкулёза, с возможными периодами обострений (рецидивами) и ремиссий (отсутствие клинических проявлений).

Обычно инфицирование происходит аэрогенным путём (воздушно-капельным), но возможны и алиментарный (с пищей) и реже контактный (через повреждённую кожу или слизистые оболочки).

Заражение обычно происходит при вдыхании вместе с воздухом мельчайших капелек мокроты, в которой содержатся микобактерии туберкулеза, выделяемые больным.

Однако, в силу того, что защитные механизмы организма противодействуют размножению инфекции, развитие заболевания туберкулёзом может наступить через несколько лет, а может и не наступить в течение всей жизни человека.

Как следует из материалов дела и представленных медицинских документов, при флюорографическом исследовании у ФИО1 в ноябре 2000 года в правом легком, в сегменте S1, обнаружен «...инфильтрат <данные изъяты>....» и установлен клинический диагноз «<данные изъяты> туберкулёз <данные изъяты>».

В данном случае установить каким путём и где произошло заражение туберкулёзом ФИО1, в течение какого периода времени развивался этот болезненный процесс, по представленным материалам дела и медицинским документам невозможно.

Способствующими условиями заражения туберкулёзом лёгких являются факторы, снижающие иммунитет к инфекции, а именно: хронические психоэмоциональные нагрузки или острый психогенный стресс; постоянное неполноценное питание, длительные чрезмерные физические нагрузки без достаточного отдыха, частые переохлаждения, злоупотребление курением и алкогольными напитками, неудовлетворительные бытовые условия и т.д.

Однако причиной заражения туберкулёзом вышеприведённые факторы быть не могут.

Установление фактов несоответствия условий содержания ФИО1 под стражей положенным санитарно-гигиеническим и противоэпидемическим нормативам не входит в компетенцию судебно-медицинской экспертизы.

Судя по данным «Истории болезни №», в настоящее время у ФИО1 имеется «<данные изъяты> туберкулёз <данные изъяты>

Разрешая заявленные исковые требования, суд приходит к выводу о том, что материалами дела и иными доказательствами по делу не подтверждается, что в результате каких-либо незаконных действий или бездействий должностных лиц государственных органов возникло заболевание истца в виде туберкулеза.

Допрошенные в судебных заседания свидетели ФИО11, Свидетель №1 указывали на то, что содержались в соседних камерах с ФИО1 в СИЗО г.Бийска, ссылаясь на ненадлежащие условия содержания.

Однако, показания данных свидетелей не свидетельствуют также о причинно-следственной связи между причиной возникновением заболевания у истца в виде туберкулеза легких и действиями ответчика, поскольку как установлено заключением экспертизы причиной заражения туберкулёзом неудовлетворительные бытовые условия быть не могут, а лишь являются способствующими условиями. Кроме того, истец не ссылается в качестве оснований для компенсации морального вреда на ненадлежащие условия содержания, а указывает их лишь для подтверждения того, что данные условия явились причиной заражения туберкулезом. Свидетели отрицали факт содержания в СИЗО-2 совместно с больными туберкулезом, следовательно, причиной заражения совместное нахождение данных лиц также быть не может.

При этом, доказательств того, что допрошенные свидетели содержались в одной камере с истцом в аналогичный период суду не представлено, и как поясняли сами свидетели, они находились в разных камерах, следовательно, не могли знать об условиях нахождения истца.

Кроме того, судом не установлено нарушений прав и законных интересов истца в период его содержания под стражей.

В соответствии со ст. 23 Федерального Закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления" подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также, по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств, индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Доводы истца, что в периоды содержания истца в СИЗО-2 такие нарушения, как отсутствие в камере приватного санузла, который не был отгорожен от жилой зоны камеры, превышение количества содержащихся допустимым нормам и спальным местам в камере, а также нарушение норм по освещенности и вентиляции, отсутствие санитарной обработки, отсутствие медицинской помощи, скудное питание, не подтверждены соответствующими доказательствами.

Так, установлено, что истец содержался в камерах СИЗО-2 более семнадцати лет назад. Согласно актам на уничтожение журналов за период 1999-2000 годы ответчиком СИЗО-2 в связи с истечением срока хранения уничтожены журналы приема и сдачи дежурств, журналы учета количественной проверки, книги учета дежурств, журналы приема граждан, журналы предложений, заявлений и жалоб заключенных, камерные карточки.

Согласно справке о санитарно-бытовых условиях камер от 15.06.2017г. в настоящее время не представляется возможным представить информацию об обеспечении истца, предметами первой необходимости и личной гигиены за исследуемый период времени, в связи с истечением срока хранения камерной карточки.

Согласно справке по организации обеспечения подозреваемых, обвиняемых и осужденных средствами индивидуальной гигиены от 15.06.2017г. в настоящее время не представляется возможным представить информацию об обеспечении истца, постельными принадлежностями, мылом хозяйственным, бумагой для гигиенических целей, в связи с истечением срока хранения камерной карточки и ее уничтожение.

Согласно справке по организации питания подозреваемых, обвиняемых и осужденных от 15.06.2017г. в настоящее время не представляется возможным представить информацию об обеспечении истца питанием, в связи с истечением срока хранения раскладки-меню и его уничтожение.

Согласно справке по организации профилактических и противоэпидемиологических мероприятий и оказаний медицинской помощи от 15.06.2017г. в настоящее время не представляется возможным представить информацию, в связи с истечением срока хранения журналов учета санитарной обработки подозреваемых, обвиняемых и осужденных, и их уничтожение.

Установить предназначение камер, в которых содержался истец, сведения о фактическом наполнении камер в период содержания ФИО1, сведений и количестве лиц, одновременно содержащихся в камерах с ФИО1, не представляется возможным, в связи с уничтожением номенклатурных дел.

Указано, что период содержания ФИО1 все камеры были оборудованы оконными проемами, системой приточно-вытяжной вентиляции, санитарными узлами.

Таким образом, суду не представлено доказательств нарушений норм и правил содержания истца в камерах СИЗО-2, вследствие чего оснований для компенсации морального вреда суд не имеется.

Установленный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав /ст. ст. 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса РФ/, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

В соответствии со ст. 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В связи с этим обязанность доказать факт причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, а также незаконность действий (бездействия) органа государственной власти, либо его должностного лица, в рассматриваемом случае возлагается на истца. Ответчик должен доказать отсутствие своей вины.

Суд также принимает во внимание отсутствие в исковом заявлении доводов о невозможности ФИО1 ранее обратиться за защитой своих прав, вследствие чего приходит к выводу, что на ответчиков не могут быть возложены неблагоприятные последствия утраты документов, связанных с состоянием камер СИЗО-2 в 1999-2000 годах в виде презумпции достоверности и обоснованности доводов истца.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно ч. 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исковые требования суд находит не подтвержденными в соответствии с требованиями ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ какими-либо доказательствами, отвечающими требованиям относимости (ст. 59 Гражданского процессуального кодекса РФ) и допустимости (ст. 60 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Материалы дела не содержат доказательств тому, что истец был заражен туберкулезом легких именно в период с мая 1999 года по октябрь 2000 года в СИЗО-2 г. Бийска ввиду ненадлежащих условий его содержания, а также доказательств вины учреждения в причинении ему нравственных и физических страданий приобретенным заболеванием, в связи с чем оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда, причиненного заболеванием, отсутствуют.

Суд также учитывает, что до этого периода времени он был судим, отбывал наказание в воспитательной колонии, затем длительный период времени находился в розыске, и был эпатирован из ИВС <данные изъяты> в г.Бийск. Кроме того неоднократно эпатировался в г.Барнаул, для рассмотрения апелляционной жалобы, затем был направлен для отбывания наказания в г.Рубцовск, и после этого в мае 1999 года был эпатирован в г.Бийск в Сизо-2.

Доводы представителя Министерства финансов о необходимости привлечения к участию в деле должностное лицо, причинившее вред ФИО1, судом отклоняется, поскольку причинение вреда истцу судом не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, отказать в полном объеме.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба и представление прокурора в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Председательствующий О.В.Федоренко