Апелляционное постановление № 22-2800/2023 от 7 июня 2023 г. по делу № 1-7/2023

Судья Заставская И.И. Дело № 22–2800/2023


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Новосибирск 8 июня 2023 года

Судья Новосибирского областного суда Гриценко М.И.,

при секретаре Ильиной Ю.В.,

с участием:

государственного обвинителя Раковой Н.С.,

адвоката Онищенко С.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора <адрес> Детко П.П., апелляционным жалобам осужденного ФИО1, адвокатов Ковалевой О.В., Онищенко С.М. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Колыванского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> края, гражданина РФ, не судимого,

у с т а н о в и л :

осужден по ч. 3 ст. 327 УК РФ к ограничению свободы на срок 7 месяцев.

На основании ст. 53 УК РФ установлены ограничения в виде- не выезжать за пределы территории муниципального образования – <адрес> края; не изменять места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, возложена обязанность в виде явки один раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Разрешена судьба вещественных доказательств по уголовному делу.

Органами предварительного следствия ФИО1 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 327 УК РФ, приобретении, хранении, перевозке в целях использования и использование заведомо поддельного иного официального документа, предоставляющего права.

Обжалуемым приговором ФИО1 признан виновным в совершении приобретения, хранения в целях использования и использование заведомо поддельного иного официального документа – специального разрешения № от ДД.ММ.ГГГГ, предоставляющего права на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ на территории <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании осужденный ФИО1 виновным себя в совершении преступления не признал.

В апелляционном представлении прокурор <адрес> Детко П.П. ставит вопрос об отмене приговора, как незаконного, ввиду нарушений уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несправедливостью назначенного наказания и направлении материалов уголовного дела на новое рассмотрение.

Указывает, что в ходе судебного следствие было допущено нарушение права ФИО1 на судебную защиту, принципа состязательности и равноправия сторон. Так ДД.ММ.ГГГГ после выступлений в прениях судом было возобновлено судебное следствие и поставлен на разрешение сторон вопрос о замене защитника Онищенко С.М. в связи с расхождением ее позиции с позицией ФИО1, была произведена замена защитника, при этом процессуальных документов об отводе защитника судом не принималось, для разрешения указанного вопроса суд в совещательную комнату не удалялся. ДД.ММ.ГГГГ в судебном заседании судом были проигнорированы неоднократные ходатайства стороны защиты, фактически отказано в предоставлении времени для согласования позиции адвоката Онищенко С.М. и осужденного ФИО1 при подготовке к судебным прениям.

Полагает, что сторона защиты была лишена возможности участвовать в судебных прениях, поскольку осужденный ФИО1 и его защитник - адвокат Онищенко С.М. отказались от участия в прениях вынужденно, при этом с адвокатом Ковалевой О.В. осужденный ФИО1 согласовывать свою позицию отказался.

Кроме того, при назначении ФИО1 наказания в виде ограничения свободы суд допустил нарушения положений ст. 53 УК РФ установив безусловный запрет на выезд за пределы территории муниципального образования <адрес> края.

В апелляционных жалобах адвокаты Онищенко С.М., Ковалева О.В., осужденный ФИО1 и дополнительной адвоката Онищенко С.М. ставят вопрос об отмене приговора в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор, и постановления от ДД.ММ.ГГГГ принятого в ходе предварительного судебного заседания об отклонении ходатайства адвоката Онищенко С.М. об исключении из числа доказательств заключения экспертизы.

По доводам жалоб, нарушено право на защиту ФИО1, выводы суда о виновности ФИО1 основаны на предположениях и недопустимых доказательствах; в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления.

Утверждает, что суд в отсутствие соответствующих оснований незаконно произвел замену участвующего адвоката по соглашению, что впоследствии стало препятствием для осужденного и адвоката Онищенко С.М. выступить в прениях. О месте, дате и времени судебного заседания адвокат Онищенко С.М. уведомлена менее чем за пять суток, через адвокатскую палату <адрес>, участие принимала посредствам видеоконференц-связи, что препятствовало осужденному ФИО1 согласовать позицию по делу лично, на что требовалось не менее суток. Суд не предоставил возможность в нарушение ч. 6 ст. 292 УПК РФ выступить с репликой стороне защиты.

Кроме того, уголовно-процессуальный закон не предусматривает таких решений, в то время как оснований для отвода адвоката не имелось. Между тем отмечает, что решение о допуске адвоката по назначению не принималось, как и адвоката Онищенко С.М. по соглашению. Как и незаконно отвел адвоката УИА ДД.ММ.ГГГГ в отсутствие каких-либо оснований.

Ссылаясь на свидетелей ЧВИ, СВВ, считает, что не установлена субъективная сторона состава преступления, в частности, не установлено, в чем состояла заведомость, при этом отмечает, что свидетель – сотрудник ГИБДД показал, что все водители были спокойны, уверенны в подлинности спецразрешения на перевоз груза, были с сопровождением. Кроме того, свидетели ЛПО и ЗДВ подтвердили, что без специальных познаний подлинность спецразрешения определить не возможно, о чем фактически указал и сотрудник ГИБДД. В связи с чем ФИО1 не имел возможности в отсутствие специальных познаний самостоятельно установить либо опровергнуть подлинность специального разрешения.

Отмечает со ссылкой на показания свидетеля ЗКВ, что оформление и получение специального разрешения предусматривает в отсутствие водителя при наличии соответствующей доверенности в простой письменной форме, подлинность которой не проверяется, в связи с чем ФИО1 правомерно пользовался услугами организации и лиц, которые специализируются в данном виде деятельности.

Выражает несогласие с оценкой показаний свидетелей ЯНГ, ЯВН, которые не подтвердили ни дату остановки, ни место участия ее в качестве понятой, а также, которые ФИО1 в судебном заседании увидели впервые. В связи с чем положенный в основу приговора протокол об изъятии вещей и документов от ДД.ММ.ГГГГ подлежит исключению, в том числе и потому, что является недопустимым доказательством, поскольку данные о понятых внесены чернилами другого цвета и как следствие, изъятое специальное разрешение, как полученное с нарушением закона.

В связи с этим же выражает несогласие с выводом суда о том, что ЯВН принимала участие в качестве понятой при изъятии разрешения, об этом, по мнению стороны защиты не свидетельствует и ответ из УФНС России по <адрес>, поскольку не подтверждает, что ЯВН ДД.ММ.ГГГГ не работала, в связи с чем могла принимать участие в процессуальном действии.

Считает, что оснований для учета в качестве доказательств: заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ не имелось, поскольку с постановлением о ее назначении сторона защиты ознакомлена только после ее проведения, что исключало право на постановку вопросов, а также заявления отвода и предложений о выборе экспертов. На исследование эксперту был представлен образец разрешения, выданный ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог» по <адрес> с оттисками печатей <данные изъяты> УМВД России по <адрес>, а не по <адрес>. В связи с этим судом безосновательно отказано стороне защите о назначении дополнительной экспертизы; рапорт инспектора ДПС <данные изъяты> по <адрес> БНГ, поскольку не является доказательством в силу ст. 74 УПК РФ, так как является лишь поводом для возбуждения уголовного дела; оглашенные показания свидетелей МПД, СВВ, ЗДВ в соответствии с ч. 5 ст. 281 УПК РФ в отсутствие согласия стороны защиты, ФИО1 возможности оспорить показания указанных свидетелей не имел.

Обращает внимание на то, что стороной защиты дважды (ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ) заявлялось ходатайство о признании недопустимым доказательством -заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, однако судом было отказано ввиду его преждевременности, с указанием того, что оценка будет дана в совещательной комнате в соответствии со ст. 299 УПК РФ. Вместе с тем в приговоре не дано должной оценки заключению эксперта с учетом доводов стороны защиты о том, что были лишены возможности реализовать свои права, предусмотренные ст.ст. 46, 47, 53, 198 УПК РФ, в том числе ставить дополнительные вопросы эксперту до начала производства экспертизы.

Утверждает о неполноте предварительного и судебного следствия, поскольку не установлены и не допрошены все сотрудники ДПС останавливавшие транспортное средство под управлением ФИО1 на всем пути следования, которые по просьбе последнего и свидетелей СВВ, ЧВИ проверяли подлинность выданных специальных разрешений; не допрошены свидетели защиты <данные изъяты>, которые могли подтвердить отсутствие умысла у ФИО1 на совершение преступления, а также обстоятельства получения данного разрешения посредствам работника <данные изъяты> по имени <данные изъяты>, поскольку являлись очевидцами.

Обращает внимание на то, что предварительным следствием не установлено и лицо, выдавшее спорное разрешение, в связи с чем считает, что ФИО1 является потерпевшим от мошеннических действий неустановленного лица.

Считает, что допущены нарушения ч. 6 ст. 259 УПК РФ, поскольку представленная копия протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ для ознакомления осужденному ФИО1 была не подписана секретарем судебного заседания. Срок и порядок принесения замечаний на протокол судебного заседания не разъяснен, как в целом, так и отдельно в его частях.

Уголовное дело рассмотрено с обвинительным уклоном, поскольку судом исследовались материалы уголовного дела по своему усмотрению, в том числе те которые не приведены в обвинительном заключении; по ходатайству государственного обвинителя председательствующий сам огласил показания свидетелей обвинения в связи с наличием оснований предусмотренных ч. 3 ст. 281 УПК РФ, как и частично показания осужденного ФИО1 в ходе предварительного следствия; председательствующий задавал наводящие вопросу свидетелю обвинения БНГ, в связи с чем считает, что нарушен принцип равноправия и состязательности сторон.

Кроме того, сторона защиты не имела возможности представить доказательства и обеспечить явку заявленных свидетелей, поскольку не являются жителями <адрес> и во времени были ограничены.

В суде апелляционной инстанции адвокат Онищенко С.М. доводы апелляционных жалоб поддержала, доводы апелляционного представления поддержала частично, государственный обвинитель Ракова Н.С. доводы апелляционного представления поддержала, частично поддержала доводы апелляционных жалоб стороны защиты.

Выслушав участников судебного заседания по доводам апелляционных жалоб, апелляционного представления, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности осужденного ФИО1 в совершении преступления указанного в приговоре подтверждаются доказательствами, собранными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, проверенными в судебном заседании и оцененными судом в соответствии с требованиями статей 17, 88 УПК РФ.

Несогласие стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой в приговоре, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности ФИО1

Судом проверялась версия осужденного ФИО1 о его неосведомленности о поддельности специального разрешения № от ДД.ММ.ГГГГ, предоставляющего права на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства и как не нашедшая своего подтверждения, обоснованно отвергнута им, с приведением соответствующих мотивов, которые полностью основаны на материалах дела.

Так, в подтверждение виновности ФИО1 суд обоснованно учитывал:

показания осужденного ФИО1 о том, что автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, с полуприцепом марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион принадлежит его отцу- МПД Он осуществляет грузоперевозки различных грузов. С целью получения специального разрешения, предоставляющего права на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства он передал незнакомому мужчине по имени Иван документы на груз и автомобиль. Через несколько дней, когда он находился на стоянке для дальнобойщиков в близи <адрес>, Иван передал ему разрешение № дающее право перевозить крупногабаритный груз. В пути следования, ДД.ММ.ГГГГ он по требованию сотрудника ГИБДД предъявил указанное разрешение;

показания свидетелей ЛПО, ЗДВ (инспекторы <данные изъяты>) о том, что ДД.ММ.ГГГГ был остановлен автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион, с полуприцепом марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион, с крупногабаритным грузом – самосвал «<данные изъяты>» под управлением ФИО1, который представил, в том числе специальное разрешение № на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства. На устный запрос эксперт ЗКВ в ходе телефонного разговора сообщила, что такое разрешение не выдавалось, а также пояснила, что запрос о согласовании маршрута движения не поступал;

показания свидетеля ЗКВ (эксперт дорожного хозяйства <данные изъяты> о том, что подать документы для получения специального разрешения, а также его получить имеет право лично владелец транспортного средства или его представитель по доверенности.

ДД.ММ.ГГГГ на устный запрос, она сообщила сотруднику <данные изъяты> ЛПО о том, что специальное разрешение № от ДД.ММ.ГГГГ на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства, предоставляющее право на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства по маршруту <адрес> – <адрес>) ФКУ <данные изъяты>» не выдавалось;

показания свидетеля МПД, о том, что пять лет назад передал своему сыну - ФИО1 транспортное средство «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак <данные изъяты> с полуприцепом марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион и документы на автомобиль. На данном автомобиле ФИО1 осуществляет перевозку грузов на территории России. Обстоятельства получения ФИО1 специального разрешения № на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства ему не известны, в указанном разрешении он свои подписи не ставил;

выводы экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что бланк специального разрешения № на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства «<данные изъяты>)» изготовлен не предприятием, осуществляющим выпуск данного вида продукции;

протокол осмотра специального разрешения № на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства «<данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где имеются подписи владельца ТС с расшифровкой МПД;

ответ из ФКУ «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, специальное разрешение № на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства по маршруту <адрес> ) не выдавалось;

ответ из ФКУ «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, специальное разрешение № на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства по маршруту <адрес> ) не выдавалось;

ответ из ФКУ «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ о том, что специальное разрешение № от ДД.ММ.ГГГГ на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства по маршруту <адрес> ) не выдавалось;

ответ из ФКУ «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ о том, что специальное разрешение № на движение по автомобильным дорогам транспортных средств, осуществляющих перевозки тяжеловесных и (или) крупногабаритных грузов, было выдано перевозчику ИП «МВЕ», на совершение 10 поездок по маршруту пов. На <адрес>) – гр. <адрес>), на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ;

ответ из ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог «<данные изъяты>» Федеральное дорожное агентство» от ДД.ММ.ГГГГ специальные разрешения на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства выдаются заявителю или лицу на основании документа удостоверяющего личность при наличии соответствующей доверенности в здании учреждения;

ответ из УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о том, что специальное разрешение на движение по автомобильным дорогам транспортного средства, осуществляющего перевозки тяжеловесных и (или) крупногабаритных грузов, № от ДД.ММ.ГГГГ на согласование в УГИБДД УМВД России по <адрес> не поступало. В должности инспектора по особым поручениям УГИБДД УМВД России по <адрес> АСВ находился до ДД.ММ.ГГГГ;

ответ из ФКУ «Центр мониторинга безопасной эксплуатации автомобильных дорог федерального дорожного агентства» от ДД.ММ.ГГГГ, приложение: свидетельство о регистрации транспортного средства <адрес>, марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион, собственник МПД, свидетельство о регистрации транспортного средства <данные изъяты> полуприцеп марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион, собственник МПД.

На основании этих и других исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана надлежащая оценка, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему деянии.

Указанные и иные доказательства полно и объективно исследованы в судебном заседании, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре, не согласиться с которой оснований не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты, судом дана надлежащая оценка показаниям свидетелей ЯНГ, ЯВН, (понятые при изъятии специального разрешения № <данные изъяты>.), МПД, СВВ, ЧВИ, ЗДВ, БНГ, протоколу об изъятии вещей и документов от ДД.ММ.ГГГГ в совокупности с другими доказательствами по делу.

Каждый из них сообщил о тех обстоятельствах, очевидцем которых он являлся, которые позволяли суду проверить и установить обстоятельства имеющие существенное значение.

Все возникшие противоречия в показаниях свидетелей ЯНГ, ЯВН, ЧВИ судом устранены путем оглашения их же показаний в период предварительного следствия, выяснения отношения к расхождениям и сопоставления этих показаний с другими доказательствами по делу, а также с учетом давности произошедших событий.

Допустимость показаний свидетелей ЯНГ, ЯВН, МПД, СВВ, ЧВИ, ЗДВ сомнений не вызывает, поскольку указанные лица в ходе предварительного следствия были допрошены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Нарушений п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ при оглашении в ходе судебного следствия показаний свидетелей МПД, СВВ, ЗДВ судом не допущено, поскольку в результате принятых мер установить место нахождения данных свидетелей для вызова в судебное заседание не представилось возможным.

При таком положении суд вправе был сослаться в приговоре на показания свидетелей ЯНГ, ЯВН, МПД, СВВ, ЗДВ в ходе предварительного следствия.

Оснований считать показания указанных свидетелей недостоверными либо данными ими с целью оговора осужденного у суда не имелось.

Исполнение сотрудниками правоохранительных органов своих служебных обязанностей не свидетельствует о личной заинтересованности в исходе дела.

Обстоятельства составления протокола об изъятии вещей и документов от ДД.ММ.ГГГГ серии <адрес> проверены судом, протокол составлен уполномоченным должностным лицом с участием понятых и ФИО1, каких-либо заявлений и замечаний от участников процессуального действия не поступало, копия указанного протокола получена последним; в том числе путем допроса свидетеля БНГ (инспектор ДПС ОБ ДПС ГИБДД ГУ МВД России по <адрес>) показавшего, что все сведения в протокол внесены на месте его составления в присутствии ФИО1 и двух понятых. Изъятое специальное разрешение было упаковано и скреплено подписями понятых и ФИО1; свидетелей ЯНГ, ЯВН (понятые при изъятии специального разрешения на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства №), показавших в ходе предварительного следствия о том, что в их присутствии и присутствии ФИО1 у последнего было произведено изъятие специального разрешения на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства №, которое было упаковано, где каждый из присутствующих расписался, и составлен протокол, в котором каждый из них расписался.

Составление протокола об изъятии вещей и документов от ДД.ММ.ГГГГ серия <адрес> чернилами разного цвета не ставит под сомнение достоверность содержащихся в нем сведений и не влечет его недопустимость.

Вопреки доводам стороны защиты, суд правомерно использовал в качестве доказательства заключение проведенной по делу экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, проверив ее на предмет допустимости, достоверности и относимости, учитывал при этом полноту проведенного исследования и сделанных выводов, взаимосвязь с другими доказательствами по делу.

Указанная экспертиза назначена полномочным дознавателем в соответствии со ст. 195 УПК РФ, проведена квалифицированным экспертом, который располагал всеми необходимыми сведениями, на поставленные вопросы даны полные ответы, выводы эксперта мотивированы, научно обоснованы, объективно подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами, каких-либо противоречий и неясностей не содержит, оснований полагать о наличии у эксперта личной заинтересованности в исходе уголовного дела и необоснованности выводов экспертного заключения у суда не имелось. При проведении экспертизы эксперт был предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения непосредственно перед производством исследования, о чем имеется его подпись.

Тот факт, что с постановлением о назначении судебной экспертизы сторона защиты ознакомлена одновременно с экспертным заключением, не является основанием для признания заключения недопустимым доказательством, поскольку данное обстоятельство не являлось препятствием для заявления ими ходатайств о назначении дополнительных либо повторных экспертных исследований, а также для оспаривания изложенных в нем выводов.

Вместе с тем учитывая положения Федерального закона от 08.11.2007 N 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также показания свидетеля ЗКВ (эксперт дорожного хозяйства ФКУ «<данные изъяты>») о том, что бланки специальных разрешений на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства единого образца, каждый бланк имеет персональный номер. Каждому ФКУ на территории РФ бланки специальных разрешений на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства выдаются ФКУ «<данные изъяты>», который расположен в <адрес>, доводы о необъективности выводов экспертного заключения в связи с исследованием в качестве образца бланка специального разрешения на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства выданного ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог по <адрес>» несостоятельны.

В связи с чем оснований, предусмотренных ст. 207 УПК РФ для назначения повторных или дополнительных экспертных исследований не имелось.

Само по себе несогласие с выводами эксперта не является основанием для признания данного доказательства недопустимыми и недостоверными.

Учитывая Порядок выдачи специального разрешения на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства утвержденный приказом Минтранса России от 5 июня 2019 г. № 167 (заявление на получение специального разрешения на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства подается владельцем транспортного средства или его представителем), а также анализ фактических обстоятельств дела и приведенных выше доказательств, безусловно, вопреки доводам адвоката Онищенко С.М., свидетельствует о том, что ФИО1 приобретая у неустановленного лица специальное разрешение на движение по автомобильным дорогам транспортного средства, осуществляющего перевозки тяжеловесных и (или) крупногабаритных грузов № от ДД.ММ.ГГГГ заведомо знал о его поддельности.

Вопреки утверждению адвоката, показания свидетелей СВВ, ЗДВ, ЧВИ об обстоятельствах приобретения специального разрешения на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства не исключают вины ФИО1 в содеянном, и напротив подтверждают выводы суда о том, что ФИО1 приобрел, хранил в целях использования и использовал заведомо поддельное специальное разрешение № от ДД.ММ.ГГГГ, предоставляющего права на движение по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства.

При таких данных, суд обоснованно принял приведенные выше показания осужденного ФИО1, как доказательство совершения преступления, поводов ставить под сомнение достоверность таких показаний не имеется и отклонил версию стороны защиты об отсутствии в действиях осужденного состава преступления, а также его показания в подтверждение указанной версии, поскольку не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного следствия, являются надуманными, вызванными желанием избежать ответственности за содеянное.

Суд привел мотивы, по которым принял за основу перечисленные в приговоре в обоснование виновности осужденного доказательства в качестве достоверных и допустимых, и отверг другие доказательства.

Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, не может являться основанием для отмены приговора.

Все обстоятельства по делу установлены достаточно полно и объективно, в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ.

Довод о неполноте предварительного и судебного следствия является безосновательным и не основан на материалах уголовного дела, поскольку виновность осужденного установлена совокупностью исследованных судом и приведенных в приговоре доказательств.

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ следователь самостоятельно направляет ход расследования уголовного дела и сам принимает решения о производстве следственных и иных процессуальных действий.

В связи с этим довод стороны защиты о том, что о том, что ряд свидетелей не допрошен и не установлен, в том числе сотрудник <данные изъяты>, не влияет на обоснованность принятого решения.

Таким образом, правильно установив обстоятельства совершенного преступления, тщательно исследовав доказательства, верно оценив их в совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины осужденного ФИО1 в содеянном и верно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 327 УК РФ, как приобретение, хранение в целях использования и использование заведомо поддельного иного официального документа, предоставляющего право.

Выводы суда о доказанности вины и правильности квалификации действий осужденного ФИО1 в приговоре приведены полно, надлежащим образом обоснованы, мотивированы, а потому признаются судом апелляционной инстанции правильными.

Оснований для оправдания осужденного ФИО1 не имеется.

При назначении наказания ФИО1 судом учитывались характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, наличие смягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на его исправление, на условия жизни его семьи и всех конкретных обстоятельств дела.

При этом в полной мере учтены данные о личности осужденного ФИО1 перечисленные в приговоре и подтвержденные материалами уголовного дела.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 суд признал – привлечение к уголовной ответственности впервые, положительную характеристику по месту жительства, наличие малолетних детей.

Оснований для признания смягчающими наказание иных обстоятельств, чем установлено судом первой инстанции, не имеется.

Обстоятельств отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Вывод суда о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде ограничения свободы, с установлением ограничений и обязанностей, в соответствии с положениями ст. 53 УК РФ, надлежаще мотивирован и именно такое наказание следует признать справедливым, соразмерным содеянному, способствующим исправлению осужденного, отвечающим задачам предупреждения совершения последним новых преступлений.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и позволяющих применить к ФИО1 положения ст. 64 УК РФ суд обоснованно не усмотрел, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Таким образом, все обстоятельства имеющие отношение к вопросу о назначении наказания осужденному судом были надлежащим образом учтены. Мотивы решения всех вопросов, касающихся назначения вида наказания, в приговоре приведены.

Вместе с тем, как следует из резолютивной части приговора, суд, признав ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 327 УК РФ УК РФ назначил ему наказание в виде ограничения свободы на срок 7 месяцев.

Согласно ч. 1 ст. 52 УК РФ, ограничение свободы заключается в установлении судом осужденному следующих ограничений, в том числе не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Таким образом, устанавливая осужденному ФИО1 ограничение в виде – не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования не указал «без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации», то есть изложил не в том виде, как того требует уголовный закон, о чем справедливо указано в апелляционном представлении прокурора <адрес>.

Допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке путем внесения соответствующего дополнения резолютивной части приговора.

Вопреки доводам апелляционного представления и апелляционных жалоб стороны защиты, нарушений в ходе судебного разбирательства права осужденного ФИО1 на защиту, влекущих отмену приговора, не допущено.

Как следует из материалов уголовного дела, в ходе предварительного следствия и в суде первой инстанции защиту осужденного ФИО1 осуществляла адвокат Онищенко С.М. по соглашению, (<данные изъяты>).

Уголовное дело было рассмотрено с участием указанного адвоката, который надлежаще выполнял свои обязанности, занимал активную позицию по защите прав осужденного и в соответствии с его интересами; у осужденного ФИО1 не было каких-либо затруднений в получении квалифицированной юридической помощи и в формировании позиции защиты ввиду недостатка в общении с адвокатом Онищенко С.М. или из-за отсутствия возможности для обсуждения с ней вопросов, связанных с его защитой от предъявленного обвинения, в том числе конфиденциально. Он активно участвовал в судебном разбирательстве, доводя до сведения суда согласованную с защитником позицию по делу, исследованным доказательствам и по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам.

Не свидетельствует о допущенном нарушении права на защиту осужденного и принятое судом решение о замене адвоката Онищенко С.М. в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ, поскольку участие указанного адвоката в последующем судом обеспечено.

Как и то, что, по мнению адвоката Онищенко С.М. не имела возможности согласовать позицию с подзащитным ФИО1, поскольку, как следует из протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, судом был объявлен перерыв в судебном заседании для согласования позиции стороны защиты, который составил 18 минут, то есть достаточный, что подтверждается аудиозаписью судебного заседания. Согласно протоколу судебного заседания, жалоб на качество видеоконференц-связи не предъявлялось.

Кроме того, при рассмотрении уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ было удовлетворено ходатайство адвоката, сторонам было предоставлено время для подготовки к прениям, судебное заседание было отложено на ДД.ММ.ГГГГ год.

Каких-либо расхождений в позициях ФИО1 и его защитника Онищенко С.М. по существу предъявленного обвинения не было.

Участие адвоката Онищенко С.М. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ посредством системы видеоконференц-связи не привело к нарушению либо ограничению его процессуальных прав и прав осужденного ФИО1, которыми они воспользовались в полной мере.

При этом уголовно-процессуальным законом не предусмотрено соблюдение срока предусмотренного ч. 4 ст. 231 УПК РФ при отложении судебного заседания.

Кроме того, уголовное дело рассмотрено с участием и адвокатом Ковалевой О.В., (<данные изъяты>) по назначению суда, принимавшей непосредственное участие в судебном заседании наряду с адвокатом Онищенко С.М.

Адвокату Онищенко С.М. и осужденному ФИО1 судом первой инстанции была предоставлена возможность выступить в судебных прениях без каких-либо ограничений, которую они реализовали по своему усмотрению. Тот факт, что указанные не выразили свою позицию, не свидетельствует о нарушениях права на защиту осужденного и ограничения их прав.

Вместе с тем выступление с репликой является правом, в частности государственного обвинителя, защитника, подсудимого с обязательным условием предоставления права на реплику первым - государственному обвинителю, последними - защитнику и подсудимому, (ч. 1 ст. 337 УПК РФ). Тогда как при отсутствии реплики государственного обвинителя не возникает необходимость защитнику отвечать ему, при этом, как следует из протокола судебного заседания, адвокат Онищенко С.М. не ходатайствовала о предоставлении ей возможности выступить с репликой.

Нарушений при допуске адвокатов, как по назначению суда, так и по соглашению судом первой инстанции не допущено, вынесение кого-либо постановления не требовалось.

Судья апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что адвокат УИА ранее оказывал юридическую помощь свидетелям обвинения ЧВИ и СВВ, которые являлись обвиняемыми по уголовному делу, связанному с обстоятельствами настоящего дела, и установил наличие оснований предусмотренных п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ оснований для отвода данного адвоката.

Отвод адвоката УИА в ходе предварительного слушания проведен в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, данное решение судом мотивировано в постановлении, (<данные изъяты>), при этом право на защиту осужденного не нарушено, поскольку его интересы представлял адвокаты по соглашению Онищенко С.М. и по назначению суда Ковалева О.В.

Кроме того, как следует из материалов уголовного дела, адвокат УИА на основании постановления следователя от ДД.ММ.ГГГГ отведен от участия в производстве по данному уголовному делу в качестве защитника обвиняемого ФИО1, (<данные изъяты>).

В связи с этим судья апелляционной инстанции находит безосновательными утверждения стороны защиты и обвинения о нарушении права на защиту осужденного ФИО1

Все ходатайства, заявленные стороной защиты в ходе судебного следствия, разрешены председательствующим в соответствии со ст. 271 УПК РФ с вынесением мотивированного постановления.

Судом правильно указано, что заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ подлежало оценке в рамках рассматриваемого уголовного дела в совокупности с другими исследованными доказательствами, что в соответствии со ст. 299 УПК РФ возможно только в совещательной комнате при вынесении итогового процессуального решения, что и было сделано судом первой инстанции.

В связи с этим оснований для отмены постановления Колыванского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ не имеется.

Кроме того, учитывая, что постановления об отклонении ходатайств участников судебного разбирательства не подлежат самостоятельному апелляционному обжалованию, а обжалуются одновременно с итоговым судебным решением по делу, суд первой инстанции обоснованно возвратил апелляционную жалобу адвоката Онищенко С.М. на постановление от ДД.ММ.ГГГГ, (<данные изъяты>) о чем вынес соответствующее постановление ДД.ММ.ГГГГ.

Копия указанного постановления направлена адвокату Онищенко С.М. по адресу указанному в ее апелляционной жалобе ДД.ММ.ГГГГ и возвращена отправителю (<данные изъяты>) в связи с истечением срока хранения, (<данные изъяты>), поскольку адвокатом не обеспечено получение корреспонденции. Само по себе отсутствие конверта не ставит под сомнение достоверность сведений сформированных сайтом почты России об отслеживании почтовых отправлений.

Сведений о том, что судебное разбирательство проводилось с обвинительным уклоном, материалы дела не содержат.

Из уголовного дела следует, что оно рассмотрено судом с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон, при этом суд в силу ч. 3 ст. 15 УПК РФ создал необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, стороны не были ограничены в возможности предоставления доказательств и довести свою позицию по всем обсуждаемым вопросам.

Отказ в удовлетворении того или иного ходатайства не может быть признан ограничением стороны в возможности предоставления доказательств, влекущим нарушение права осужденного на защиту, и не свидетельствует о нарушении председательствующим судьей принципа объективности.

При этом в ходе судебного разбирательства исследованы все представленные сторонами доказательства, в том числе и показания свидетелей СВВ, ЗДВ о вызове которых дополнительно ходатайствовала сторона защиты.

Как следует из протокола судебного заседания государственный обвинитель в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 274 УПК РФ определил порядок исследования доказательств. В том числе указал на необходимость исследования письменных материалов дела.

В соответствии с ч. 2 ст. 285 УПК РФ протоколы следственных действий, заключение эксперта и иные документы оглашаются стороной, которая ходатайствовала об их оглашении либо судом.

Таким образом, оглашение показаний свидетелей в соответствии со ст. 281 УПК РФ, подсудимого в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, письменных доказательств в рамках ходатайства стороны обвинения об исследовании материалов уголовного дела председательствующим, соответствует требованиям уголовно-процессуального закона.

Кроме того, возражений и дополнений относительно способа оглашения и исследования доказательств в судебном заседании от участников процесса не поступило.

Допросы свидетелей произведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, оснований для вывода о том, что свидетелю БНГ задавались наводящие вопросы, не имеется. Стороне защиты была предоставлена возможность допросить каждого свидетеля и довести до сведения суда свою позицию относительно доказательного значения исследованных показаний.

Что касается протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, то указанный протокол судебного заседания был своевременно изготовлен, проверен председательствующим по делу судьей и им подписан, что не оспаривается стороной защиты. Поскольку секретарь судебного заседания ВЮС принимала участие в судебном процессе в указанный день, а точность, полнота и правильность протокола судебного заседания проверена председательствующим путем сопоставления текста протокола с его аудиозаписью, о чем вынесены соответствующие постановления ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ и не оспариваются стороной защиты, то само по себе подписание секретарем протокола судебного заседания позднее установленного ч. 6 ст. 259 УПК РФ срока, (в ходе проведения по данному факту служебной проверки, (<данные изъяты>), не свидетельствует о существенном нарушении уголовно-процессуального закона, влекущем безусловную отмену приговора.

Несмотря на то, что в протоколе судебного заседания отсутствуют сведения о разъяснении права на ознакомление с протоколом судебного заседания и его аудиозаписью, всем участникам судебного разбирательства, заявившим ходатайства об ознакомлении с протоколом судебного заседания и его аудиозаписью, судом была предоставлена такая возможность, и данные лица реализовали свое право, а также на подачу замечаний на протокол судебного заседания.

Вместе с тем приговор подлежит изменению и по следующим основаниям.

Так, в качестве доказательств по делу в приговоре приведены показания ФИО1 в качестве подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ, (<данные изъяты>), в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ, (<данные изъяты>), при этом судом первой инстанции не учтено, что участвующие при допросе ФИО1 адвокаты УИА и ХЕВ на основании постановления следователя от ДД.ММ.ГГГГ отведены от участия в производстве по уголовному делу в качестве защитника обвиняемого ФИО1, (<данные изъяты>). В связи с этим указанные протоколы следственных действий являются недопустимыми доказательствами и подлежат исключению.

Кроме того, в качестве доказательства виновности осужденного ФИО1 суд в приговоре сослался на рапорт инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД ГУ МВД России по <адрес> БНГ от ДД.ММ.ГГГГ, (<данные изъяты>), что противоречит требованиям ч. 2 ст. 74 УПК РФ, поскольку рапорт не является доказательством, это - внутренняя форма взаимоотношений органов полиции, а также мнение должностного лица о наличии признаков преступления, в связи с чем подлежит исключению.

Исключение из приговора указанных выше доказательств, с учетом совокупности иных исследованных, оцененных судом и приведенных в приговоре доказательств, не ставит под сомнение вывод суда о виновности ФИО1 в совершенном преступлении, и не влечет изменение наказания в сторону смягчения.

Каких-либо других нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов влекущих отмену судебного решения или другие изменения, судья апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, судья апелляционной инстанции,

постановил:

Приговор Колыванского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из числа доказательств показания ФИО1 в качестве подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ, (<данные изъяты>), в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>); рапорт инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД ГУ МВД России по <адрес> БНГ от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

Дополнить установленное ограничение в виде: не выезжать за пределы территории муниципального образования – <адрес> края указанием «без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы».

В остальной части этот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1, адвоката Ковалевой О.В., без удовлетворения.

Апелляционное представление прокурора <адрес> Детко П.П., апелляционную жалобу адвоката Онищенко С.М. удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья