Приговор № 1-172/2018 от 8 октября 2018 г. по делу № 1-172/2018

П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

8 октября 2018 г. г. Владимир

Октябрьский районный суд г.Владимира в составе :

председательствующего судьи Назарова О.В.

при секретаре Травкиной А.А.

с участием государственных обвинителей - помощников прокурора г. Владимира Марковой Е.И., ФИО2,

подсудимой ФИО3,

защитника – адвоката Захаровой Н.В.,

потерпевшей Потерпевший №1,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении

ФИО3, <данные изъяты>

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,

установил:

ФИО3 умышленно причинила смерть другому человеку при следующих обстоятельствах.

В период с 17 часов по 18 часов 04 минуты 29 декабря 2017 г. в кухне квартиры <...> между ФИО3 и ее мужем ФИО7, находившимся в состоянии алкогольного опьянения, произошла ссора на бытовой почве, в ходе которой ФИО7 хватал ФИО3 рукой и несколько раз ударил ее руками по туловищу и правому плечу.

Из возникшей в связи с этим личной неприязни ФИО3 умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность причинения смерти ФИО7, не желая, но сознательно допуская ее наступление, взяла в руку кухонный нож и его клинком нанесла не менее двух ударов по телу ФИО7, в том числе удар в правое плечо, причинив колото-резаную рану кожи и мягких тканей правого плеча в верхней трети, и удар в область расположения жизненно-важных органов - левую половину грудной клетки, причинив проникающее слепое колото-резаное ранение левой половины грудной клетки с полным рассечением 4-го ребра и сквозным ранением передней стенки левого желудочка сердца, осложнившееся обильной внутренней кровопотерей, которое ввиду опасности для жизни причинило тяжкий вред здоровью ФИО7 и повлекло его смерть в 19 часов 45 минут того же дня по доставлении в отделение анестезиологии и реанимации ГБУЗ ВО «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» по адресу: <...>.

Подсудимая ФИО3 в судебном заседании вину в совершении преступления признала частично, указав, что, используя в отношении мужа нож, хотела лишь напугать его для прекращения агрессивного поведения и не желала наступления его смерти.

При этом подсудимая пояснила, что с мужем ФИО7, который часто употреблял спиртное, у нее часто происходили конфликты, сопровождавшиеся применением к ней насилия, в связи с чем она неоднократно вызывала сотрудников полиции, и муж, как правило, убегал из дома. Однако ФИО7 содержал семью, поскольку она не работала.

29.12.2017 г. в течение дня у мужа - ФИО7 было плохое настроение в связи с неполадками нового мобильного телефона, и он неоднократно с руганью срывался на нее (ФИО3), несмотря на ее попытки успокоить его.

В вечернее время, когда их сын ДД.ММ.ГГГГ г.р. гостил у ее сестры, муж стал в верхней одежде (олимпийке, свитере и куртке) на кухне их <...> распивать водку, около 50 г которой выпила и она(ФИО3). Муж стал ругаться на нее, хватать за руки, толкать руками в грудь, руки, плечи. На ее попытки успокоить мужа и предложения закусить тот потребовал отстать от него. Тогда она также стала кричать и ругаться на него, предлагая уйти из дома, поскольку такое его поведение невыносимо. Муж нецензурно предложил уйти ей самой, спросил, почему не помыта посуда, и в присутствии дочери ДД.ММ.ГГГГ года рождения стал нецензурно браниться. Около 18 часов в ответ на ее (ФИО3) требование о прекращении подобного поведения тот вскочил и, несмотря на ее попытки оттолкнуть его от себя, с нецензурной бранью стал в кухне хватать ее за руки, толкать, причинив синяк на правой руке, нанес ей 4 удара кулаком в грудь, испугав дочь, которая заплакала. Она (ФИО3) не вытерпела и, когда ФИО7 вновь стал приближаться к ней, с целью напугать и успокоить мужа, чтобы тот отошел от нее, ушел из дома и оставил их в покое, схватила кухонный нож с коричневой деревянной рукояткой, а после приближения ФИО7 на расстояние 40-50 см, не целясь, выкинула правую руку с ножом перед собой в сторону мужа на уровне своей груди, почувствовав, что нож вошел в тело мужа. Решив, что нож попал в руку, она(ФИО3) резко выдернула нож и бросила его на пол. Муж побледнел, облокотился на стол, с ее помощью сел на пол, но на ее вопрос не пояснил, что случилось, сказав, что все нормально. Малолетняя дочь при этом находилась в другой комнате.

Она (ФИО3) по телефону вызвала скорую помощь, сообщив, что ударила мужа ножом, пошла к соседям за помощью, Свидетель №6 из <...> спустился с ней в квартиру к лежащему на кухне мужу. Прибывшим сотрудникам скорой помощи, которые стали оказывать мужу медицинскую помощь и затем доставили того в БСП, муж пояснил, что сам «напоролся». Прибывшие сотрудники полиции при проведении осмотра в квартире изъяли на кухне нож, которым она ударила ФИО7

Приехавшая по ее звонку ФИО11 забрала ее дочь, а она(ФИО3) была доставлена в отдел полиции, где без принуждения после разъяснения прав написала явку с повинной, а в 24-м часу узнала о смерти мужа от нанесенного ею ранения.

Иных ударов ножом ФИО7 она(ФИО3) не помнит, допускает, что, вытаскивая из тела нож, могла нанести порез ладони мужу, схватившемуся на клинок.

Беря нож, она не понимала, что этим орудием можно нанести смертельные повреждения человеку.

Сама она покидать квартиру для прекращения конфликта не хотела, т.к. у нее не было денег, а муж мог не пустить ее обратно домой.

Представленная ею суду детализация соединений ее абонентского номера получена ею по запросу в салоне сотовой связи оператора связи Теле-2 03.08.2018 г. и подтверждает ее звонки в скорую помощь в 18 часов 04 минуты, 18 часов 09 минут, 18 часов 11 минут 29.12.2017 г. для оказания помощи мужу после нанесения ему ранения.

Вина ФИО1 в умышленном причинении смерти ФИО7 наряду с ее показаниями о причинении тому ножевого ранения в ходе возникшего конфликта подтверждается следующими доказательствами.

Потерпевшая Потерпевший №1 пояснила, что ее сын ФИО7 проживал с женой ФИО3 и 2 детьми по адресу: <...>. Ранее в школе и училище он учился плохо. При ней (Потерпевший №1) между сыном и его женой скандалов не было, однако может охарактеризовать их отношения как ненормальные, от соседей ей известно, что сын употреблял спиртное. Периодически в пьяном виде он предъявлял претензии и ей(Потерпевший №1), сообщал, что ФИО3 его пьяного не пускает домой, та, в свою очередь, тоже жаловалась на его буйство в пьяном виде. На ее(Потерпевший №1) уговоры и кодирование от алкоголизма сын не реагировал. Нервы у сына были не в порядке. В трезвом состоянии он был спокойный, но в состоянии опьянения становился раздражительным, придирался к словам. Детьми занималась в основном ФИО3,и те были всегда ухожены. Она же занималась домашним хозяйством. Некоторое время сын сожительствовал с другой женщиной, но вернулся к ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, когда она(Потерпевший №1) включила телефон, около 10 часов сосед сына – Свидетель №7 по телефону сообщил ей, что в пьяном виде ФИО7 и ФИО3 поругались, ФИО7 порезала сына, и тот скончался.

Свидетель Свидетель №6 на следствии пояснил, что ранее не видел ссор проживающего по соседству своего приятеля ФИО7 с его женой ФИО1, и жалоб на тех никогда не слышал. Те по праздникам выпивали. ДД.ММ.ГГГГ около 18 часов 16 минут к нему в <...> пришла ФИО3 и сказала, что зарезала своего мужа, а вызванная ею скорая помощь долго не едет. Спустившись по просьбе ФИО3 в <...>, он (Свидетель №6) увидел лежащего на боку на полу кухни ФИО7 в зимней куртке. Расстегнув на том одежду, он (Свидетель №6) обнаружил в районе ребер ФИО7 слева кровоточащую рану и приложил к ней футболку. Через 5 минут приехала скорая помощь, которая увезла ФИО7 ФИО3 о случившемся он не расспрашивал (т.1 л.д.136-138).

Свидетель Свидетель №1 пояснила, что, прибыв в составе бригады скорой медицинской помощи совместно с фельдшером Свидетель №3 около 18 часов в декабре 2017 г. по вызову в <...>-го подъезда <...>, она обнаружила на кухне квартиры около поваленной стиральной машины лежащего на полу мужчину в тяжелом состоянии с кровоточащим ножевым ранением грудной клетки слева, который сообщил, что упал. В кухне лежали окровавленные тряпки, свидетельствовавшие о попытках оказать пострадавшему первую помощь.

Находившаяся в квартире с маленькой девочкой жена пострадавшего ФИО3 также пыталась помочь бригаде в оказании медицинской помощи, просила спасти мужчину, однако сообщила, что не помнит произошедшее. В квартире также находился худощавый мужчина.

При транспортировке мужчины в машину скорой помощи ФИО3 сообщила, что порезала мужчину ножом, но как – не помнит. От пострадавшего пахло спиртным. Видимых признаков алкогольного опьянения у ФИО3 не было заметно. По доставлении в БСП г.Владимира пострадавший был передан врачам.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №3, данным на следствии и подтвержденным ею в суде, 29.12.2017 г. по поступившему в 18 часов 08 минут вызову она в составе бригады скорой помощи около 18 часов 13 минут прибыла по адресу: <...>, где на кухне со смещенными предметами обстановки обнаружили лежащего на полу мужчину, который назвался ФИО7 и пояснил, что упал на нож. При осмотре в верхней левой части грудной клетки у него было обнаружено ранение. На вопрос жена ФИО7 сообщила, что нанесла мужу удары ножом. ФИО7 был доставлен в больницу (т.1 л.д.119-123)

В судебном заседании свидетель Свидетель №3 уточнила, что по следам крови было видно, что до прибытия бригады скорой помощи с ФИО7 вытирали кровь. Находившаяся в квартире ФИО1 помогала бригаде, вытирая кровь тряпками. Прибывшие полицейские помогли вынести ФИО7, в машине тот пояснил, что упал на нож.

Свидетель Свидетель №4 подтвердил, что ДД.ММ.ГГГГ вечером в составе бригады с фельдшерами Свидетель №1 и Свидетель №3 он прибыл вызову по адресу: <...> в связи с сообщением о ножевом ранении. Он остался в машине, а фельдшеры пошли в квартиру и вернулись примерно через 10 минут, когда прибыли полицейские. Загрузив носилки с мужчиной в автомобиль, бригада доставила того в БСП г.Владимира.

Свидетель Свидетель №5 пояснил, что отношения между его соседями супругами ФИО22 были скверные. Между ними часто, в т.ч. в ночное время, происходили обоюдные ссоры, сопровождавшиеся криками ФИО3, из-за злоупотребления ФИО7 спиртными напитками. В ходе ссор тот, будучи физически сильным, вел себя агрессивно в отношении ФИО3, но детей никогда не трогал. В трезвом виде ФИО7 был спокойный. Воспитанием детей и уходом за ними занималась только ФИО3, которая не работала. ФИО3 в состоянии алкогольного опьянения он(Свидетель №5) не видел. ДД.ММ.ГГГГ после его возвращения около 18 часов домой к нему(Свидетель №5) пришли сотрудники полиции и сообщили, что ФИО3 ударила ФИО7 ножом. Затем, участвуя в осмотре места происшествия в квартире ФИО22, он(Свидетель №5) видел початую бутылку водки на столе кухни и ФИО22, которая находилась в шоковом состоянии, была бледна и пояснила сотрудникам полиции, что в ходе конфликта, когда муж налетал на нее и толкнул в грудь, а дочь находилась позади нее, она схватила нож и ткнула ФИО7 ножом, после чего вызвала скорую помощь. Внешних признаков алкогольного опьянения и телесных повреждений у ФИО3 он(Свидетель №5) не заметил. Около 22 часов от сотрудника полиции он(Свидетель №5) узнал, что ФИО22 скончался.

Свидетель Потерпевший №2 в суде пояснила, что ее соседка по подъезду ФИО1 – хорошая мать, дети той всегда опрятны, в состоянии опьянения ту она никогда не видела. Однако муж ФИО1-Максим часто употреблял спиртное, скандалил, ругался, иногда бил ФИО1. Причины конфликтов ей(Потерпевший №2) не известны. ДД.ММ.ГГГГ около 17 часов она(Потерпевший №2) видела ФИО26 выходящим из подъезда в состоянии опьянения с соседом из <...>. По ее возвращении домой в 20-м часу по предложению сотрудников полиции она(Потерпевший №2) приняла участие в качестве понятой в осмотре <...>.

ФИО3 при ней рассказала сотрудникам полиции, что у той с мужем произошел конфликт из-за не помытой кем-то из них посуды, и ФИО22 налетел на находившийся в ее руках нож. На кухне квартиры имелись признаки потасовки: был нарушен порядок вещей, которые сдвинуты со своих мест или валялись, на полу были пятна, там же находился кухонный нож, на который ФИО3 указала как на орудие нанесения ранения, его сотрудники упаковали в бумажный пакет. ФИО3 находилась в стрессовом состоянии.

Содержание составленного следователем протокола следственного действия соответствовало действительности, и она(Потерпевший №2) его подписала, впоследствии узнала о смерти ФИО7

При допросе следователем она(Потерпевший №2) неправильно выразилась, сказав, что, со слов ФИО3, та нанесла мужу удар ножом.

Свидетель Свидетель №7 пояснил, что является соседом ФИО22 по дому, знает, что ФИО7 выпивал спиртное. 29.12.2017 г. по просьбе соседки ФИО8 по телефону сообщил матери ФИО7 – Потерпевший №1 о госпитализации ФИО7, т.к. того ФИО1 ударила ножом. Позже он(Свидетель №7) узнал о смерти ФИО7

Свидетель Свидетель №2 пояснила, что между ее сестрой ФИО3 и мужем последней ФИО7, который выпивал спиртное, часто происходили ссоры, в ходе которых иногда тот применял и насилие, рукоприкладство. ФИО7 некоторое время сожительствовал с другой женщиной, но возвращался. В трезвом виде ФИО7 был спокойный. Он материально обеспечивал семью, т.к. сестра не работала в связи с состоянием здоровья дочери.

ДД.ММ.ГГГГ около 19 часов сестра по телефону сообщила ей (Свидетель №2), что ей плохо, т.к. она ударила ФИО7 и вызвала скорую помощь. Не поверив, она (Свидетель №2) ничего предпринимать не стала, а на следующее утро, узнав о смерти ФИО7, забрала себе дочь ФИО22, поскольку их сын уже гостил у нее. О том, что ФИО7 нанесен удар в сердце, она (Свидетель №2) узнала при звонке по телефону в больницу 30.12.2017 г. При встрече 31.12.2017 г. сестра, видимых повреждений у которой не было, рассказала, что они поругались с ФИО7, тот в нетрезвом виде буянил, налетал на ФИО1 и ее дочь, в связи с чем, загораживая дочь и требуя от мужа уйти, ФИО3 взяла нож, который при попытке ФИО7 приблизиться вошел тому в грудь.

Вина ФИО3 в совершении преступления также подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании:

- рапортом следователя от ДД.ММ.ГГГГ об обнаружении признаков преступления в связи со смертью ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ ВО «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» ФИО7 от полученного ранения (т.1 л.д.47);

- поступившим по телефону в 18 часов 14 минут ДД.ММ.ГГГГ в дежурную часть УМВД России по <...> сообщением женщины о том, что она зарезала мужа ФИО22 по адресу: <...>А-23 (т.1 л.д.14);

- сообщением ГБУЗ ВО «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» от ДД.ММ.ГГГГ о смерти ФИО7 во время операции в связи с диагнозом: проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева с повреждением сердца (т.1 л.д.15);

- поступившим в 19 часов 16 минут 29.12.2017 г. в дежурную часть УМВД России по г.Владимиру сообщением врача БСП ФИО4 об обращении за медицинской помощью ФИО7, проживающего по адресу: <...>, с диагнозом: проникающее ножевое ранение грудной клетки (т.1 л.д.17);

- картой вызова скорой медицинской помощи ###, согласно которой ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 08 минут поступил вызов по адресу: <...>, где жена зарезала мужа; по прибытии бригады в 18 часов 13 минут жена пациента ФИО7 пояснила, что она ударила его ножом в грудь, обороняясь, и самостоятельно вытащила нож; ФИО7 по проведении лечебных мероприятий доставлен в ГКБ СМП <...> с диагнозом проникающее ножевое ранение грудной клетки, геморрагический шок II-III степени и с кровотечением из раны (т.1 л.д.114-115);

- протоколом явки с повинной от 30.12.2017 г., согласно которому ФИО3 сообщила о нанесении 29.12.2017 г. около 18 часов своему мужу ножевого ранения в область грудной клетки случайно взятым ею в руку ножом, который воткнулся ему в грудь, когда муж на нее набросился (т.1 л.д.139-140);

- протоколом осмотра места происшествия - <...><...>, в ходе которого зафиксировано нарушение порядка вещей в кухне, на полу которой обнаружены остатки пищи, тряпки, детские вещи, пятна вещества бурого цвета, под столом-бутылка из-под водки, на столе кухни - кухонный нож со следами вещества бурого цвета и следом руки(т.1 л.д. 19-22);

- протоколом осмотра места происшествия в приемном отделении БСП г.Владимира, в процессе которого изъяты предметы одежды ФИО7 – куртка, джинсы, носки, ботинки, футболка, кофта, трусы, а также его личные документы, денежные средства в сумме 11068 рублей, 2 зажигалки(т.1 л.д. 23-25);

- протоколом осмотра места происшествия - <...>, в ходе которого изъят мобильный телефон, а ФИО3 пояснила, что 29.12.2017 г. на кухне указанной квартиры в ходе конфликта на бытовой почве после нанесенных ей мужем ФИО7 не менее 3 ударов, причинивших боль, нанесла последнему без цели убийства не менее 3 ударов ножом в область груди, после чего с использованием изъятого телефона вызвала мужу скорую помощь(т.1 л.д. 48-63);

- протоколом выемки у ФИО3 предметов ее одежды - футболки и колготок(т.2 л.д.3-5);

- протоколом получения у ФИО3 образца буккального эпителия(т.2 л.д.8);

- протоколом выемки у следователя 2 отдела СУ УМВД России по г. Владимиру ФИО9 объектов, изъятых ею при осмотрах мест происшествия(т.2 л.д.11-12);

- протоколом осмотра изъятых по делу предметов, в ходе которого на джинсах, майке, кофте и толстовке ФИО7 обнаружены пятна вещества красно-бурого цвета, а на передней левой части кофты и толстовки - резаное повреждение(т.2 л.д. 14-26);

- исследованными в судебном заседании вещественными доказательствами: кофтой и толстовкой ФИО7, в верхней левой передней части и в верхней части правого рукава каждой из которых обнаружены по одному сквозному повреждению линейной формы с ровными краями, материал вокруг которых пропитан бурым веществом. При этом повреждения на на толстовке расположены в проекции повреждений на кофте;

- протоколом осмотра признанного вещественным доказательством мобильного телефона, в памяти которого обнаружены сведения об исходящих вызовах на ### ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 04 минуты, 18 часов 09 минут и 18 часов 11 минут, об исходящем вызове на абонентский номер телефона 8 ### «ФИО27» 29.12.2017 г. в 18 часов 44 минуты (т.1 л.д. 182-188);

- заключением экспертизы, согласно которому след пальца руки, изъятый 29 декабря 2017 года при осмотре места происшествия по адресу: <...>, оставлен указательным пальцем правой руки ФИО3(т.1 л.д.33-35);

- заключением экспертизы, согласно которому на трупе ФИО7 обнаружены телесные повреждения: проникающее слепое колото-резанное ранение левой половины грудной клетки с полным рассечением 4-го ребра и сквозным ранением передней стенки левого желудочка сердца, с расположением входной раны на коже на уровне 4-го ребра по средней ключичной линии слева; колото-резаная рана кожи и мягких тканей правого плеча в верхней трети, резаная рана на коже ладонной поверхности кисти левой руки.

Смерть ФИО7 наступила 29.12.2017 г. в 19 часов 45 минут от проникающего колото-резаного ранения передней поверхности левой половины грудной клетки, сопровождающегося полным рассечением 4-го ребра, сквозным повреждением передней стенки левого желудочка сердца, осложнившегося обильной внутренней кровопотерей, относящегося по признаку опасности для жизни, к телесным повреждениям, причиняющим тяжкий вред здоровью и имеющего прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти ФИО7 Данное ранение образовалось от одного нанесенного с достаточной силой в область передней поверхности левой половины грудной клетки воздействия плоского колюще-режущего орудия типа клинка ножа, имевшего одностороннюю острую заточку, обушок прямоугольной формы толщиной около 1-2 мм, наибольшую ширину на уровне погружения около 24-26 мм, и длину не менее 40-45 мм.

После причинения ранения грудной клетки потерпевший мог совершать активные целенаправленные действия в течение короткого промежутка времени, исчисляемого десятком минут, до момента наступления общей функциональной недостаточности, наступающей от быстрой потери крови.

Колото-резаная рана кожи и мягких тканей правого плеча в верхней трети, резаная рана на коже ладонной поверхности кисти левой руки могли образоваться от двух воздействий кончика клинка ножа и его лезвия при скольжении, нанесенных в область наружной поверхности правого плеча и ладонной поверхности кисти левой руки, и относятся к телесным повреждениям, причиняющим легкий вред здоровью, не имея причинной связи с наступлением смерти ФИО7

В крови из трупа ФИО7 обнаружен этиловый алкоголь в концентрации 2,9 промилле, что при жизни могло соответствовать сильной степени алкогольного опьянения(т.1 л.д.98-100);

- показаниями судебно-медицинского эксперта ФИО10, согласно которым колото-резаное ранение передней поверхности левой половины грудной клетки, исходя из записей в истории болезни и результатов гистологического исследования, было получено ФИО7 около 18 часов 29.12.2017 г. Все обнаруженные у ФИО7 повреждения причинены в то же время и в результате 3 травмирующих воздействий, вероятно, одного орудия с колюще-режущими свойствами. Резаная рана на коже ладонной поверхности кисти левой руки свидетельствует о захвате клинка ножа рукой и характерна для самообороны, при этом рукоятка ножа могла находиться как со стороны мизинца, так и со стороны большого пальца. Опасный для жизни характер проникающего колото-резаного ранения передней поверхности левой половины грудной клетки исключал какие-либо гарантии сохранения жизни в случае оказания медицинской помощи;

- заключением экспертизы, согласно которому кровь на ноже, толстовке, кофте, майке, джинсах ФИО7 произошла от ФИО7 с расчетной вероятностью не менее 99,9%(т.2 л.д.38-48);

- заключением экспертизы, согласно которому на кофте и толстовке ФИО7 имеется по одному сквозному колото-резаному повреждению материала, которые могли быть образованы клинком ножа, изъятым при осмотре места происшествия (т.2 л.д. 65-67);

- заключением экспертизы, согласно которому у ФИО3 обнаружен заживающий кровоподтек в области правового плеча, не причинивший вреда здоровью как не повлекший кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, который мог быть получен от воздействия тупого твердого предмета в пределах 1,5-2 недель до осмотра в бюро СМЭ, в т.ч. 29.12.2017 г. (т.2 л.д.74);

- заключением экспертизы, согласно которому проникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева с полным рассечением 4-го ребра и сквозным ранением левого желудочка сердца, осложнившееся массивным наружным и внутренним кровотечением, могло быть причинено ФИО7 при обстоятельствах, указанных в протоколе допроса обвиняемой ФИО3 от 27.02.2018 г., то есть в результате направленного удара ножом в грудь потерпевшего, тогда как образование данного ранения от того, что ФИО7 сам наткнулся на нож, исключается(т.2 л.д.111-113).

Оценив собранные и исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, с точки зрения их допустимости, относимости, а также достаточности для разрешения дела, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимой в совершении преступления.

Действия подсудимой ФИО3 подлежат квалификации по ч.1 ст.105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Суд не может согласиться с доводами защиты об отсутствии у ФИО3 умысла на причинение смерти ФИО7

Поскольку при непосредственном исследовании в судебном заседании вещественных доказательств, хранившихся в опечатанной и неповрежденной упаковке, объективное наличие сквозных повреждений линейной формы с ровными краями, окруженных бурым веществом, выявлено как в верхней левой передней части, так и в верхней части правого рукава кофты и толстовки ФИО7, суд признает результаты осмотра тех же предметов, отраженные в соответствующем протоколе(т.2 л.д. 14-26) и заключении экспертизы (т.2 л.д. 65-67) и не зафиксировавшие повреждений на рукаве одежды, неполными ввиду невнимательности проводивших их лиц.

При этом, принимая во внимание непредставление суду доказательств обратного, руководствуясь положениями ч.2 ст.14 УПК РФ, суд не находит оснований для критической оценки показаний подсудимой о захвате ФИО7 клинка ножа рукой и получении резаной раны на коже ладонной поверхности кисти левой руки не в результате самообороны, а при извлечении ею ножа из его груди. При таких обстоятельствах, несмотря на показания подсудимой о том, что иных ударов ножом, кроме удара в грудь, она не помнит, надлежит признать бесспорно подтвержденным исследованными доказательствами нанесение ФИО3 потерпевшему не менее двух ударов ножом, исходя из объективных результатов исследования в суде предметов одежды ФИО7, имеющих неединичные повреждения, заключения судебно-медицинской экспертизы о наличии нескольких ран одинакового происхождения на трупе, пояснения ФИО3 в ходе осмотра места происшествия сразу после преступления о нанесении мужу нескольких ударов ножом (т.1 л.д. 48-63).

Вместе с тем, подтвержденные исследованными судом доказательствами использование ФИО3 в ходе ссоры ножа как орудия, заведомо усугубляющего тяжесть травмирующего воздействия и влекущего реальную угрозу жизни; нанесение на близком расстоянии направленного (как следует из заключения экспертизы) удара этим колюще-режущим орудием в жизненно важный орган – сердце; настойчивость подсудимой в использовании ножа, выраженная в нанесении им неединичных травмирующих воздействий, которые, как следует из показаний судебно-медицинского эксперта, с учетом различной локализации не могли быть результатом одного удара, объективно свидетельствуют об умышленности действий ФИО3, которая, исходя из изложенных обстоятельств, не могла не предвидеть возможность наступления общественно опасных последствий этих действий в виде причинения смертельного ранения ФИО7 и сознательно допускала их независимо от наличия у нее цели лишить последнего жизни.

Довод подсудимой о том, что, беря нож, она не осознавала возможность нанесения этим орудием смертельных повреждений человеку, нельзя признать состоятельным как противоречащий здравому смыслу и жизненному опыту взрослого человека, не лишенного согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы в период совершения инкриминируемого деяния способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Изложенное, указывая на наличие косвенного умысла, исключает неосторожное отношение ФИО3 к наступлению смерти ФИО7 и возможность квалификации ее действий по ч. 4 ст. 111 УК РФ, несмотря на последующее принятие ею мер к оказанию медицинской помощи потерпевшему.

С учетом этого пояснение обвиняемой ФИО3 в ходе проверки показаний на месте о том, что в ходе ссоры муж, приближаясь к ней, сам наткнулся на находившийся в ее руке нож(т.1 л.д.170-181), суд также оценивает критически как недостоверное и являющееся способом защиты, поскольку это пояснение опровергаются как неединичным количеством и различной локализацией травмирующих воздействий колюще-режущего орудия, отраженными в заключении судебно-медицинской экспертизы трупа и показаниях судебно-медицинского эксперта, так и выводом экспертизы, согласно которому проникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева с полным рассечением 4-го ребра и сквозным ранением левого желудочка сердца, осложнившееся массивным наружным и внутренним кровотечением, могло быть причинено ФИО7 в результате направленного удара ножом в грудь потерпевшего, тогда как образование данного ранения от того, что ФИО7 сам наткнулся на нож, исключается(т.2 л.д.111-113).

При этом, как следует из исследованных судом доказательств, на момент применения ФИО3 ножа имело место не одностороннее внезапное посягательство на нее со стороны ФИО7, а продолжение ранее начавшейся обоюдной семейной ссоры, подобной, со слов подсудимой, неоднократно происходившим и ранее, т.е. ФИО3 после совместного употребления спиртного применила нож в ответ на действия мужа в процессе ранее начавшегося конфликта, уже сопровождавшегося обоюдными насильственными действиями – борьбой и нанесением ударов, что подтверждено в судебном заседании как самой подсудимой, указавшей на произошедшую потасовку, так и заключением экспертизы о наличии у ФИО3 в области правового плеча кровоподтека, не причинившего какого-либо вреда здоровью.

Изложенное, принимая во внимание повторяющийся, длительный и обоюдный характер семейной ссоры в отсутствие одностороннего неожиданного посягательства на ФИО3, а также указание подсудимой мотива собственных действий с использованием ножа – не защита собственных жизни или здоровья, а желание напугать мужа, чтобы тот отстал от нее, освободил ее от своих претензий и покинул квартиру, с учетом явной несоразмерности характера и последствий действий ФИО7 характеру и последствиям действий ФИО3, наличия у последней возможности завершения конфликта без применения ножа иными способами, не позволяет констатировать возникновение у подсудимой состояния необходимой обороны от общественно опасного посягательства иного лица и, соответственно, возможность превышения ее пределов, а указывает на действия под влиянием личной неприязни, развившейся в ходе конфликта.

При таких обстоятельствах квалификация действий подсудимой по ч.1 ст.105 УК РФ как умышленного причинения смерти другому человеку является обоснованной.

Допрошенная по инициативе защиты свидетель ФИО11 пояснила, что муж ее подруги ФИО3 был любитель выпить спиртного, поскандалить, поднимал руку на ФИО3, на что та неоднократно жаловалась ей, оставалась у нее (ФИО5) ночевать, однако потом все прощала мужу. Вечером 29.12.2017 г. ФИО3 по телефону сообщила ей (ФИО5), что разругалась с мужем, попросив забрать дочь, что она(ФИО5) и сделала, приехав домой к ФИО3 около 20 часов. При этом в квартире ФИО3 уже находились сотрудники полиции, сосед, ФИО7 не было, а ФИО3, у которой повреждений она(ФИО5) не заметила, плакала. Около 22 часов ФИО3 по телефону, плача, сообщила ей (ФИО5), что находится в полиции, а мужа забрала «скорая». Позвонив в БСП в 24-м часу, она(ФИО5) узнала от работников больницы о смерти ФИО7 на операционном столе около 19 часов 20 минут. В ту же ночь ФИО3 по телефону сказала ей (ФИО5), что ФИО7 наткнулся на находившийся у нее нож. 02.10.2018 г. ФИО3 по телефону сообщила, что муж толкнул ее в грудь, и на руке у нее синяк.

При этом показания свидетеля ФИО11 не противоречат иным исследованным судом доказательствам.

Показания ФИО11, как и аналогичные показания ряда иных свидетелей об известных им от подсудимой обстоятельствах травмирования ФИО7, нельзя признать опровергающими обвинение, принимая во внимание их производный характер от критически оцененных судом пояснений ФИО3 о самостоятельном травмировании ФИО7 о находившийся в ее руках нож.

Представленная суду стороной защиты детализация телефонных соединений абонента ФИО3 подтверждает ее звонки по телефону скорой помощи 003 в 18 часов 04 минуты, 18 часов 09 минут, 18 часов 11 минут ДД.ММ.ГГГГ, что согласуется с иными доказательствами по делу, подтверждая время совершения преступления и принятие ФИО3 мер к оказанию медицинской помощи потерпевшему.

В то же время исследованный по инициативе стороны обвинения протокол осмотра колготок и футболки ФИО3 (т.2 л.д. 29-32), не сопровождавшегося обнаружением каких-либо следов, не имеет существенного значения для установления обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ.

Нарушений требований УПК РФ, влекущих недопустимость доказательств, в судебном заседании не установлено.

Нормальное психическое состояние подсудимой ФИО3 не вызвало сомнений у суда в процессе рассмотрения дела, на вопросы суда и участников процесса подсудимая отвечала правильно, соответственно их смыслу и содержанию, понимала значение для нее судебного процесса, занимала последовательную линию защиты. Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы у ФИО3 обнаружено расстройство личности, осложненное синдромом зависимости от алкоголя, которое в период совершения инкриминируемого деяния не лишало ФИО1 способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в настоящее время она также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, в принудительных мерах медицинского характера не нуждается. С учетом изложенного оснований сомневаться в психической полноценности подсудимой у суда не имеется, и в отношении содеянного суд признает ее вменяемой.

Меру наказания суд назначает с учетом общественной опасности совершенного деяния, личности подсудимой, обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, влияния наказания на исправление подсудимой.

ФИО3 судимости не имеет, к административной ответственности не привлекалась, на учете в наркологическом и психиатрическом диспансерах не состоит; имеет малолетнего и несовершеннолетнего детей, постоянное место жительства, по которому характеризуется удовлетворительно.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3, не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3, суд признает наличие у виновной малолетнего и несовершеннолетнего детей; явку с повинной в нанесении ножевого ранения ФИО7 до возбуждения уголовного дела; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, указанное следователем в обвинительном заключении, оснований сомневаться в котором суд не находит; аморальность поведения потерпевшего, который согласно показаниям подсудимой, не опровергнутым стороной обвинения, устроил в состоянии сильного алкогольного опьянения сопровождавшуюся насилием ссору с нею, что явилось поводом для преступления; оказание ФИО3 помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, подтвержденное показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №3, детализацией телефонных соединений ФИО3, содержащей сведения о вызове 29.12.2017 г. скорой помощи по номеру 003.

Вместе с тем, ФИО3 совершила умышленное особо тяжкое преступление против жизни человека, представляющее повышенную общественную опасность, имеет согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы синдром зависимости от алкоголя, ввиду чего суд приходит к выводу о том, что исправление ФИО3 возможно только в условиях изоляции от общества и считает необходимым назначить ей наказание в виде лишения свободы, которое будет способствовать достижению целей наказания и исправлению подсудимой, без назначения дополнительного наказания.

При изложенных обстоятельствах, исходя из фактических обстоятельств совершения преступления и отмечая, что перед преступлением ФИО3 также употребляла алкоголь, суд не находит исключительных обстоятельств, дающих основания для применения ст.64 УК РФ и назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, а также оснований для применения ст.73 УК РФ и для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняется подсудимая, на менее тяжкую в соответствии с частью шестой статьи 15 УК РФ, однако, принимая во внимание отсутствие у ФИО3 судимости, наличие смягчающих обстоятельств при отсутствии отягчающих, требования ч.1 ст.62 УК РФ, полагает отвечающим целям наказания и справедливым назначение наказания в минимальном размере, предусмотренном ч.1 ст.105 УК РФ.

Предусмотренных статьей 53.1 УК РФ оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами не имеется.

С учетом размера назначаемого наказания оснований для отсрочки его отбывания в соответствии со ст.82 УК РФ не имеется.

Согласно п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ наказание подлежит отбыванию ФИО3, совершившей особо тяжкое преступление, в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в виде домашнего ареста ФИО3 надлежит изменить на заключение под стражу до вступления приговора в законную силу.

С учетом изменений, внесенных Федеральным законом от 03.07.2018 г. N 186-ФЗ, вступившим в силу 14.07.2018 г., в соответствии со ст.72 УК РФ период нахождения ФИО3 под домашним арестом с 1 января по 13 июля 2018 года включительно подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, время нахождения ФИО3 под домашним арестом с 14 июля по 7 октября 2018 года включительно подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, время задержания с 30 по 31 декабря 2017 года включительно, а также время содержания под стражей со дня заключения под стражу до дня вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск не заявлен.

В соответствии с ч.3 ст.81 УПК РФ вещественные доказательства:

- отрезок дактилопленки со следом пальца руки, дактилокарту – надлежит хранить при уголовном деле;

- мобильный телефон, возвращенный обвиняемой в ходе предварительного следствия, - надлежит оставить по принадлежности у осужденной ФИО3;

- кофту, толстовку, майку, джинсы ФИО7, ватный тампон с веществом бурого цвета, не представляющие ценности и не истребованные сторонами, а также нож, являющийся орудием преступления,– надлежит уничтожить.

Руководствуясь ст.307-309 УПК РФ, суд

приговорил :

ФИО3 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, за которое назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет в исправительной колонии общего режима.

Изменить ФИО3 меру пресечения в виде домашнего ареста на заключение под стражу до вступления приговора в законную силу, взяв ФИО3 под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислять с ДД.ММ.ГГГГ с зачетом в срок лишения свободы периода нахождения ФИО3 под домашним арестом с 1 января по ДД.ММ.ГГГГ включительно из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, времени нахождения ФИО3 под домашним арестом с 14 июля по ДД.ММ.ГГГГ включительно - из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, а также времени задержания с 30 по ДД.ММ.ГГГГ включительно и времени содержания ФИО3 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу - из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Вещественные доказательства:

- отрезок дактилопленки со следом пальца руки, дактилокарту – хранить при уголовном деле;

- мобильный телефон - оставить у осужденной ФИО3;

- кофту, толстовку, майку, джинсы ФИО7, ватный тампон с веществом бурого цвета, нож - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Октябрьский районный суд г.Владимира в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Судья О.В.Назаров