Апелляционное определение № 33-3043/2026 от 9 марта 2026 г.

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 10.03.2026

УИД: 66RS0060-01-2025-000523-52

Дело № 33-3043/2026 (№ 2-396/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 25.02.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Зоновой А.Е.,

судей Редозубовой Т.Л., Хрущевой О.В.,

при ведении протокола помощником судьи Скачковой Е.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области о возложении обязанности по произведению перерасчета страховой пенсии, взыскании доплаты, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе истца на решение Шалинского районного суда Свердловской области от 24.11.2025

Заслушав доклад судьи Хрущевой О.В., объяснения представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области, в котором с учетом уточнений, просила возложить обязанность произвести перерасчет размера страховой части пенсии по старости, начиная с 22.03.2009 с учетом включения периода ухода за вторым ребенком, корректировки индивидуального пенсионного коэффициента с учетом его увеличения, применения валоризации, учитывая изменение индивидуального коэффициента произвести перерасчет размера страховой пенсии и взыскании невыплаченной суммы с даты перерасчета, то есть с 01.12.2009 за 60 месяцев в размере 258 190 руб. 00 коп., доплату за недополученные 8,904 балла по ИПК до 01.01.2015+0,804 балла по ИПК в размере 213 290 руб. 00 коп., доплату за невыплаченные суммы на 2-го ребенка – ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в размере 73 626 руб. 00 коп., компенсации морального вреда в размере 100000 руб.

В обоснование заявленных исковых требований указано, что с 22.03.2009 истец ФИО1 является получателем страховой пенсии по старости. При назначении пенсии Отделением СФР по Свердловской области были допущены ошибки, а именно:

- в расчет ИПК не был включен в стаж второй ребенок с даты назначения пенсии, что повлекло уменьшение ИПК и размера пенсии;

- индивидуальный пенсионный коэффициент за периоды до 2015 был определен занижено, без учета действующих норм законодательства. Согласно ответам прокуратуры сумма ИПК до 2015 составляет 71,754, а по данным ответчика – 68,635. Кроме того в материалах пенсионного дела ИПК указан 76,828, что не соответствует данным прокуратуры и СФР;

- при применении валоризации пенсии расчет был произведен неверно, что привело к уменьшению размера выплат.

В соответствии с материалами выплатного дела перерасчет пенсии, был произведен за 60 месяцев, что подтверждается ответом из прокуратуры от 29.11.2024, что соответствует более выгодному варианту для гражданина, однако в ответах Социального фонда России никаких данных о перерасчете за 60 месяцев не содержится, что нарушает права гражданина.

Вместе с тем, имеется отметка об обновлении за 24 месяца как более выгодном варианте, однако в самом выплатном деле и в ответах Социального фонда России никаких данных о перерасчете за 24 месяца, как по более выгодному и обновленному варианту не содержится.

Таким образом, возникает правовая неопределенность относительно периода, с которого должна начисляться доплата.

В результате размер назначенной пенсии оказался значительно занижен, и истец фактически лишена части пенсионных выплат, на которые имеет законное право.

На основании изложенного, просила удовлетворить заявленные исковые требования, возложить обязанность произвести перерасчет страховой пенсии по старости с даты ее назначения, взыскать с ответчика доплату невыплаченной суммы, а также компенсацию морального вреда.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования, с учетом уточнений, поддержала в полном объеме по изложенным в заявлениях основаниям. Суду пояснила, что при ознакомлении с материалами пенсионного дела, представленных в рамках рассмотрения Шалинским районным судом гражданского дела № 2-306/2025, было обнаружено, что специалистами Пенсионного фонда были допущены ошибки, а именно: ИПК до 2015 был существенно занижен в расчете пенсии, так как в ответах СФР г. Екатеринбурга он составил 67,924, а в выплатном деле указаны иные данные – 76,828. В связи с перерасчетом пенсии от 28.04.2025 по периоду стажа с 02.01.1991 по 31.07.1991, который ранее не был засчитан показатели по ИПК изменились на 0,711. Из ответов СФР г. Екатеринбурга ИПК до 2015 стал 68,635, а в выплатном деле 77, 539. Согласно ответу прокуратуры Шалинского района Свердловской области на обращение истца от 29.11.2024 ИПК до 2015 составил 71,754, а в выплатном деле этих данных нет. В страховой стаж не был включен второй ребенок истца ФИО1 – ( / / )3, <дата> года рождения.

01.09.2017 за двух детей ( / / )2, <дата> года рождения и ( / / )3, <дата> года рождения, был сделан перерасчет (замена периода работы не страховыми периодами). Справки о рождении детей в выплатном деле имеются, однако в ответах СФР г. Екатеринбурга в расчете пенсии данные по двум детям до 2017 отсутствуют, не произведен и перерасчет на второго ребенка до 2017, который не был включен в страховой стаж.

В выплатном деле документально произведен перерасчет пенсии по выгодному варианту за 5 лет (60 мес.), где отношение среднемесячной заработной платы составило 0,796 и размере пенсии стал выше на 1343 руб. 95 коп., с 01.12.2009 с перерасчетом – 4539 руб. 74 коп., без перерасчета – 3195 руб. 79 коп., на это и указывает ответ из прокуратуры Шалинского района Свердловской области, однако СФР г. Екатеринбурга не учел этот факт и в расчет пенсии включил вариант за 2000-2001 г. (24 мес.), как об осовремененном заработке за 2000-2001 гг.

На основании этих расхождений возникла необходимость перерасчета и по валоризации. Согласно ст. 53 ФЗ № 400 «О страховых пенсиях» расчет размера пенсии с даты ее назначения должен основываться на достоверных данных об ИПК. Выплатное (пенсионное) дело содержит достоверные данные и имеет первостепенное значение при расчете пенсии с даты ее назначения. Представленные документы – ответы из СФР г. Екатеринбурга на запросы из разных государственных органов подтверждают, что цифры разнятся на 5-8 тысяч рублей, что напрямую привело к неправильному расчету пенсии и доплаты по вине СФР. Разница по ИПК составила недополученные 8,904 балла до 2015 года.

Таким образом, недополученная сумма по выплате ежемесячной пенсии по ИПК составила 2594 руб. 44 коп., без учета на второго ребенка и перерасчета по валоризации, а также недоплаты за соответствующие выгодный вариант за 5 лет (60 месяцев) и недоплаты по валоризации по выплате ежемесячной пенсии.

Нарушение ответчиком прав истца, привело к невозможности поддерживать необходимый жизненный уровень, что отрицательно сказалось на эмоциональном состоянии и здоровье истца в целом. На основании изложенного просила возложить на ответчика обязанность произвести перерасчет размера страховой части пенсии по старости, начиная с 22.03.2009 с учетом включения периода ухода за вторым ребенком, корректировки индивидуального пенсионного коэффициента с учетом его увеличения, применения валоризации, учитывая изменение индивидуального коэффициента, произвести перерасчет размера страховой пенсии и взыскании доплаты невыплаченной суммы с даты перерасчета, то есть с 01.12.2009 за 60 месяцев в размере 258 190 руб. 00 коп., доплату за недополученные 8,904 балла по ИПК до 01.01.2015+0,804 балла по ИПК в размере 213 290 руб. 00 коп., доплату за невыплаченные суммы на 2-го ребенка – ( / / )3, <дата> года рождения в размере 73 626 руб. 00 коп.., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. 00 коп.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения иска, указывая, что размер пенсии ФИО1 определен в соответствии с действующим законодательством по наиболее выгодному варианту. Перерасчет пенсии истцу с <дата> производился неоднократно, с учетом заявления истца и представленных документов, с учетом ранее действующего законодательства, с учетом изменений в законодательстве, которые происходили в течение этого времени. Механизм расчета пенсии истца в течение этого времени менялся с учетом изменений в законодательстве, с учетом новых поступивших документов, выбирался наиболее выгодный вариант расчета пенсии, и при этом, никаких нарушений при расчете пенсии не было. Все перерасчеты пенсии производились с учетом имеющихся распоряжении пенсионного органа документов.

Решением Шалинского районного суда Свердловской области от 24.11.2025 в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

В апелляционной жалобе истец просит решение отменить, иск удовлетворить. Указывает, что одним из ключевых доводов иска являлось занижение ответчиком величины ИПК за периоды до 01.01.2015 года. Вывод суд о том, что величина ИПК на 01.01.2015 составила 68, 635 основан исключительно на расчетах ответчика. Однако этот вывод противоречит письменным доказательствам, а именно, ответу прокуратуры Свердловской области, в котором указано, что ИПК на 01.01.2015 составила 71, 754. Данное противоречие суд не устранил.

В соответствии с п.4 ст. 30 ФЗ №173-ФЗ расчетный размер трудовой пенсии определяется по выбору застрахованного лица исходя из среднемесячного заработка за 2000-2001 годы либо за любые 60 месяцев работы подряд до 01.01.2002. Обязанность пенсионного органа выбрать наиболее выгодный вариант для пенсионера.

Суд в решении утверждает, что расчет произведен по наиболее выгодному варианту, учтен осовремененный заработок за 2000-2001 г.г., стажевый коэффициент составляет 0, 63. Вместе с тем, вариант расчета за 60 месяцев 1973-1978 был рассмотрен пенсионным органом и принят, как более выгодный. При этом в материалах выплатного дела содержится расчет стажевого коэффициента в размере 0,66, ответчик в возражениях указывает на стажевый коэффициент 0,63, в ответе ОСФР стажевый коэффициент указан 0,62. Суд не установил, какой именно стажевый коэффициент является верным.

Истец, обращаясь в суд, указывала, что период ухода за вторым ребенком <дата> г.р. не был учтен при первоначальном назначении пенсии и в последующие периоды до 2017 года. Суд в решении ссылается на то, что замена периодов работы на периоды ухода произведена 01.09.2017 по заявлению истца. Однако суд не учел, что право на включение периода ухода за ребенком в страховой стаж (или замену работы на уход) не должно зависеть от произвольного усмотрения сотрудников пенсионного органа при первичном назначении пенсии. Располагая сведениями о рождении детей, ответчик обязан был при назначении пенсии в 2009 году рассчитать наиболее выгодный вариант: либо исключить период работы, либо период ухода. Суд не проверил, производился ли сравнительный расчет в 2009 году. Если вариант с учетом баллов за детей был выгоднее, то действия ответчика по невключению этих периодов до 2017 года являются незаконными и перерасчет должен был произведен не с даты заявления 2017 год, а с даты назначения пенсии 2009. В основу решения суд положил отзыв ответчика, который содержит противоречия и не стыкуется с ответом прокуратуры.

В заседании судебной коллегий представитель истца поддержала доводы апелляционной жалобы.

Представитель ответчика просила решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Истец в суд апелляционной инстанции не явилась, извещена надлежащим образом, в том числе путем размещения соответствующей информации о рассмотрении дела на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда (с учетом положений ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса РФ, разъяснений в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 года N 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов").

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ судебная коллегия определила о рассмотрении дела при данной явке.

Судебной коллегией для проверки доводов апелляционной жалобы и установления юридически значимых обстоятельств в порядке ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ запрошено и исследовано пенсионное дело ФИО1, копии которого имеются в материалах гражданского дела.

Заслушав стороны, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда исходя из этих доводов (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ), судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1, <дата> г.р. является получателем страховой пенсии по старости с 22 марта 2009 года на общих основаниях в соответствии с п.1 ст.7 Федерального закона от <дата> № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях и Российской Федерации».

Страховой стаж на дату назначения составил 37 лет 10 месяцев 26 дней (с учетом периода учебы, включенного по нормам ранее действовавшего законодательства).

Период работы в должности музыкального работника в детском саду № 26 с 01.12.1990 по 31.07.1991 не был включен в страховой стаж ФИО1 при назначении трудовой пенсии по старости, согласно доводам ответчика, так как запись в трудовой книжке истца была внесена с нарушением Инструкции по ведению трудовых книжек, утвержденной Государственным комитетом Совета Министров СССР по вопросам труда и заработной платы от 20.06.1974 № 162, а именно: наименование организации при приеме на работу («Детский сад № 28») не соответствует наименованию организации при увольнении с работы («Детские ясли-сад № 26»).

Справкой от 16.03.2009 № 21 Управления образования Сысертского городского округа был подтвержден период работы только с 01.08.1991.

Отделением СФР по Свердловской области в рамках оказания содействия в истребовании документов в соответствии с ч. 1 ст. 21 Федеральный закон № 400-ФЗ (статья вступила в действие с 01.01.2022) был направлен запрос на подтверждение периода работы с 01.12.1990 по 31.07.1991.

На основании поступившей справки Управления образования Администрации Сысертского муниципального округа от 15.04.2025 № 8 подтвердившей период работы 02.01.1991 по 31.07.1991, 28.04.2025 был сделан перерасчет размера пенсии ФИО1 с 01.01.2022 в беззаявительном порядке, в соответствии с ч.7.2 ст.22 Федеральный закон № 400-ФЗ, вступившей в силу с 01.01.2022. Продолжительность страхового стажа составила 38 лет 05 месяцев.

В настоящее время, период с 01.12.1990 по 31.07.1991 предметом спора не является и был рассмотрен в рамках гражданского дела № 2-306/2025 Шалинским районным судом Свердловской области по иску ЗыбуновойТатьяны Николаевны к Отделению пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области, в которым истец просила произвести перерасчет размера пенсии с 22.03.2009 года с учетом не учтенного при назначении пенсии периода работы.

Решением Шалинского районного суда Свердловской области от 02.09.2025 иск ФИО1 оставлен без удовлетворения. Апелляционным определением Свердловского областного суда от 23.12.2025 (дело № 33-15177/2025) решение оставлено без изменения.

Разрешая требования ФИО1, заявленные в рамках настоящего иска, руководствуясь положениями Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" Федерального закона № 400-ФЗ от 28.12.2013 «О страховых пенсиях», суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований о перерасчете размера пенсии и взыскании недоплаченной пенсии, поскольку при назначении пенсии ФИО1, а также последующих перерасчетах нарушений пенсионным органом допущено не было. При назначении пенсии учтены все периоды трудовой и иной страховой деятельности, а также имеющиеся в распоряжении пенсионного органа сведения о заработной плате.

Судебная коллегия оснований не согласиться с приведенными выводами суда первой инстанции не усматривает, поскольку эти выводы соответствуют материалам дела, нормам права, подлежащим применению к спорным отношениям, и доводами апелляционной жалобы не опровергаются.

Оценивая доводы жалобы истца относительно нарушения ей прав в части не включения в расчет ИПК периода ухода за вторым ребенком с даты назначения пенсии, судебная коллегия приходит к следующему.

На дату обращения ФИО1 в пенсионный орган с заявлением о назначении трудовой пенсии по старости основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на трудовые пенсии регламентировались положениями Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

При подаче заявления об установлении пенсии ФИО1 представила свидетельство о рождении на ребенка ( / / )2, <дата>.

Свидетельство о рождении второго ребенка - ( / / )3, <дата> года рождения при назначении пенсии ФИО1 не представила, что следует из расписки-уведомления, имеющейся в материалах пенсионного дела, оригинал которого представлен в судебную коллегию.

Оценивая пенсионные права заявителя в связи с указанным обстоятельством, пенсионный орган период осуществления ухода за ребенком ( / / )2 учел в общем трудовом стаже, продолжительность которого определяет такой параметр оценки как стажевый коэффициент, а с 01.01.2010 дополнительно влияет на определение параметра валоризации (повышения).

Несмотря на тот факт, что при подаче заявления об установлении пенсии ФИО1 не представила в материалы своего выплатного (пенсионного) дела свидетельство о рождении второго ребенка - ( / / )3, <дата> года рождения, это никоим образом не отразилось на оценке пенсионных прав заявителя, так как период до рождения второго ребенка и после учтен также в общем трудовом стаже на дату назначения пенсионного обеспечения по старости. Это означает, что такой период был учтен при определении стажевого коэффициента за периоды до 01.01.2002, а начиная с 01.01.2010 также при определении коэффициента валозизации (повышения). Данное обстоятельство подтверждается данными о стаже.

С 01 января 2015 года вступил в действие Федеральный закон от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», в соответствии с которым в Российской Федерации введен новый порядок формирования пенсионных прав граждан и назначения страховой пенсии по старости. Размер страховой пенсии по новым правилам определяется исходя из индивидуального пенсионного коэффициента (пенсионные баллы) и стоимости пенсионного коэффициента.

В соответствии со ст. 34 Федерального закона от <дата> № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» для лиц, которым по состоянию на 31 декабря 2014 года установлена трудовая пенсия по старости, трудовая пенсия по инвалидности, трудовая пенсия по случаю потери кормильца в соответствии с Федеральным законом от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", величина индивидуального пенсионного коэффициента за периоды до 1 января 2015 года определяется на основании документов выплатного дела исходя из размера установленной им трудовой пенсии по старости, трудовой пенсии по инвалидности, трудовой пенсии по случаю потери кормильца (без учета доли страховой части трудовой пенсии по старости (по инвалидности), фиксированного базового размера страховой части трудовой пенсии по старости, трудовой пенсии по инвалидности, трудовой пенсии по случаю потери кормильца и накопительной части трудовой пенсии), деленного на стоимость одного пенсионного коэффициента по состоянию на 1 января 2015 года, указанную в части 10 статьи 15 настоящего Федерального закона.

Стоимость одного пенсионного коэффициента по состоянию на 01.01.2015г. составила 64,10 руб.

Таким образом, только начиная с 01 января 2015 года, стало возможным оценивать пенсионные права граждан в виде величины индивидуального пенсионного коэффициента (ИПК), в так называемых пенсионных баллах.

В этой связи появилась возможность перерасчета размера страховой пенсии по старости в связи с установлением величины ИПК за периоды до 01.01.2015 в следующем порядке: ранее учтенный в страховом стаже период осуществления ухода за ребенком (детей) до достижения им возраста полутора лет заменить пенсионными баллами в стоимостном выражении.

В силу положений части 12 статьи 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" ИПК за полный календарный год иного засчитываемого в страховой стаж периода составляет 1,8 - в отношении периода ухода одного из родителей за первым ребенком до достижения им возраста полутора лет, 3,6 - в отношении периода ухода одного из родителей за вторым ребенком до достижения им возраста полутора лет.

В соответствии с частью 1 статьи 23 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" перерасчет размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии, за исключением случаев, предусмотренных частями 4 и 5 настоящей статьи, производится: 1) с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором наступили обстоятельства, влекущие за собой перерасчет размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии в сторону уменьшения; 2) с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором принято заявление пенсионера о перерасчете размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии в сторону увеличения.

Как следует из материалов дела, истец обратилась с заявлением о перерасчете размера пенсии в связи с заменой периодов работы и иной деятельности, совпадающими с ними по времени периодами ухода за детьми (<дата> г.р. и <дата> г.р.), в соответствии с пунктом 12 статьи 15 Федерального закона от <дата> N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" <дата><№>, перерасчет произведен с 1 сентября 2017 г., что соответствует положениям части 1 статьи 23 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Вопреки доводам истца, то обстоятельство, что документы о наличии у истца двух детей имелись у пенсионного органа на дату назначения пенсии, не свидетельствует об обязанности ответчика произвести перерасчет размера пенсии истца по указанному основанию, поскольку на дату назначения истцу пенсии правовой норм о возможности замены периодов работы и иной деятельности, совпадающими с ними по времени периодами ухода за детьми, с применением соответствующих индивидуальных пенсионных коэффициентов не существовало. Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" вступил в силу 1 января 2015 г.

Учитывая изложенное, с даты назначения истцу пенсионного обеспечения по старости не мог быть учтен ни первый, ни второй ребенок ФИО1 в виде определения величины ИПК в стоимостном выражении. Все расчеты истца по доплате к страховой пенсии по старости по этому основанию ошибочны, не основаны на нормах материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Оценивая доводы жалобы истца относительно нарушения её прав в части учета при назначении пенсии заработной платы за 2000-2001 годы, а не за 60 месяцев работы подряд судебная коллегия приходит к следующему.

Положения статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" предусматривают правовой механизм оценки приобретенных до 01 января 2002 года пенсионных прав застрахованных лиц и регулируют порядок исчисления размера трудовых пенсий.

Из пункта 2 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" следует, что расчетный размер трудовой пенсии при оценке пенсионных прав застрахованного лица может определяться по выбору застрахованного лица либо в порядке, установленном пунктом 3 настоящей статьи, либо в порядке, установленном пунктом 4 настоящей статьи, либо в порядке, установленном пунктом 6 настоящей статьи.

При этом варианты определения расчетного размера трудовой пенсии, предусмотренные пунктами 3 и 4 статьи 30 названного федерального закона, предполагают использование в соответствующих целях либо среднемесячного заработка застрахованного лица за 2000 - 2001 годы по сведениям индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования, либо среднемесячного заработка застрахованного лица за любые 60 месяцев работы подряд на основании документов, выдаваемых в установленном порядке работодателями или государственными (муниципальными) органами (абзац седьмой пункта 3 и абзац четвертый пункта 4 статьи 30 Федерального закона от <дата> N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации").

В соответствии с указанной нормой ФИО1 пенсия была назначена с учетом заработной платы за период с 01.01.2000 по 31.12.2001 по данным индивидуального (персонифицированного) учета на основании заявления истца на имя начальника Управления ПФР в Шалинском районе Свердловской области от 25.03.2009, которое имеется в пенсионном деле.

17.11.2009 ФИО1 обратилась с заявлением о перерасчете пенсии, приложив новые документы по заработной плате (справка о заработной плате от 26.08.2009 № 520, справка от 13.10.2009 № 513).

Отношение по заработной плате на дату назначения составило 0.690. При оценке новых документов по заработной плате пенсионным органом установлен более выгодный вариант, так как при учете заработной платы за 60 месяцев (выбран период с 01.08.1973 по 31.10.1978) отношение ЗП составило 0.796.

Оценка пенсионных прав по состоянию на 01.01.2002 путем их конвертации в расчетный пенсионный капитал будет произведена в соответствии с п.3 ст. 30 Федерального закона №173-ФЗ (как наиболее выгодный вариант).

В связи с этим с 01.12.2009, т.е. с первого числа месяца, следующего за месяцем подачи заявления о перерасчете пенсии, ФИО1 произведен перерасчет размера трудовой пенсии по старости. Доказательства ошибочности такого перерасчета истцом в материалы настоящего гражданского дела не представлены.

Также судебная коллегия находит несостоятельными доводы истца относительно неверного расчета размера ИПК и стажевого коэффициента, поскольку в ответах прокуратуры, СФР от различных дат, в пенсионном деле они различаются, а суд не устранил данные противоречия.

Из анализа пенсионного дела следует, что за периоды после назначения пенсионного обеспечения по старости в связи с осуществлением истцом трудовой деятельности в порядке исполнения пункта 5 статьи 17 Закона № 173-ФЗ, предусматривающего, что с 1 августа размеры пенсий подлежат корректировке по данным индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования на основании сведений о сумме страховых взносов, поступивших в бюджет Пенсионного фонда РФ, производилась корректировка в беззаявительном порядке. Кроме того, в установленном законодательством РФ в сфере пенсионного обеспечения граждан порядке ответчиком индексировалась истцу трудовая пенсия по старости.

Также величина ИПК ФИО5 за периоды до 01.01.2015 и стажевого коэффициента неоднократно изменялась после проведенных Отделением перерасчетов размера страховой пенсии по старости с 01.09.2017 в связи с заявлением о перерасчете размера пенсии в связи с заменой периодов работы и иной деятельности, совпадающими с ними по времени периодами ухода за детьми, с 01.01.2022 в беззаявительном порядке в связи с поступлением новых документов из архивного органа по периоду работы со 02.12.1990 по 31.07.1991.

Таким образом, в результате производимых перерасчетов размера пенсионного обеспечения по старости как по заявлениям ФИО1, так в беззаявительном порядке, после назначения пенсии истцу, а также индексации размера пенсии в ежегодном режиме, величина ИПК, которая сначала была определена на 31.12.2014 по материалам выплатного дела ФИО1, неоднократно изменялась и на разные даты составляла разную величину.

Поскольку в данном случае Пенсионным органом прав ФИО1 нарушено не было, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что оснований для удовлетворения его требований о взыскании компенсации морального вреда не имеется.

Доводы апелляционной жалобы об обратном, основаны на неверном толковании норм права, в связи с чем, также подлежат отклонению.

Фактически доводы апелляционной жалобы являются правовой позицией истца, изложенной в суде первой инстанции, которая основана на неверном толковании норм действующего законодательства, не содержат какой-либо дополнительной аргументации, сводятся к несогласию с выводами суда об обстоятельствах данного дела. Между тем, оснований к переоценке установленных судом обстоятельств и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального права судом применены верно.

Таким образом, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, поскольку оно не противоречит установленным по делу обстоятельствам, имеющимся по делу доказательствам, которым дана надлежащая правовая оценка в их совокупности, и соответствует требованиям действующего законодательства, регулирующего возникшие правоотношения, характер которых определен судом правильно.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения суда в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Шалинского районного суда Свердловской области от 24.11.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.

Председательствующий А.Е.Зонова

Т.Л.Редозубова

О.В.Хрущева