Апелляционное определение № 33-869/2026 от 25 февраля 2026 г.

УИД 11RS0018-01-2025-000227-79

г. Сыктывкар Дело 2-192/2025 (№ 33-869/2026)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КОМИ

в составе председательствующего Тепляковой Е.Л.,

судей Пунегова П.Ф., Щелканова М.В.

при секретаре Микушевой А.И.

рассмотрела в судебном заседании 26 февраля 2026 года в г. Сыктывкаре Республики Коми гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование

по апелляционной жалобе МВД России и МВД по Республике Коми на решение Усть-Куломского районного суда Республики Коми от 10 июня 2025 года.

Заслушав доклад судьи Щелканова М.В., объяснения представителя ответчиков МВД России и МВД по Республике Коми – ФИО2, представителя третьего лица прокуратуры Республики Коми – ФИО3, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратился в суд с иском к Отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по Усть-Куломскому району Республики Коми, Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации через Управление Федерального казначейства Российской Федерации по Республике Коми, Министерству внутренних дел России, Министерству внутренних дел по Республике Коми о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование в сумме 300 000 рублей.

В обоснование иска указал, что постановлением следователя ОМВД Российской Федерации по Усть-Куломскому району на основании подпункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации было прекращено производство по возбужденному в отношении него по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, уголовному делу <Номер обезличен>. В связи с прекращением уголовного преследования в его адрес направлено уведомление о праве на реабилитацию, включающегося в себя право на получение компенсации морального вреда. Заявляя ко взысканию 300 000 рублей, истец учитывает, что в ходе производства предварительного расследования он неоднократно допрашивался в качестве подозреваемого, в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Все следственные действия проводились на значительном расстоянии от его постоянного места жительства. Незаконное и необоснованное уголовное преследование привело к тому, что с истцом перестали общаться коллеги по работе, знакомые и соседи, полагая, что он совершил преступление, посягающее на имущество предприятия. Все указанные лица выражали по отношению к нему осуждение и презрение. Период нахождения в статусе подозреваемого также сильно повлиял на психологическое состояние истца: он находился в постоянном напряжении и стрессе, так как боялся очередного вызова на допрос, проведения следственных действий, очных ставок, экспертиз и проведения других следственных действий.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 уточнил и дополнил основания заявленного иска, указав, что при его задержании на станции АЗС сотрудники полиции его не слушали. По месту работы его уволили, и он боялся устроиться на работу на новое место, поскольку думал, что все знают о его уголовном преследовании. От переживаний у него заболела спина, началась бессонница. Происходили конфликты в семье, он лишился запланированного отдыха.

Суд привлек к участию в деле в качестве соответчиков Министерство внутренних дел России и Министерство внутренних дел по Республике Коми, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, на стороне ответчика - прокуратуру Республики Коми.

Решением Усть-Куломского районного суда Республики Коми от 10 июня 2025 года исковые требования ФИО1 удовлетворены в части: с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО4 взыскана компенсация морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование по уголовному делу <Номер обезличен> в размере 30 000 рублей. В удовлетворении оставшейся части иска отказано.

Решение оспорено МВД России и МВД по Республике Коми, которые просят об изменении решения суда снижением размера взысканной ФИО1 компенсации.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Коми 21 августа 2025 года решение оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 22 декабря 2025 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Коми от 21 августа 2025 года отменено, дело направлено в суд апелляционной инстанции на новое рассмотрение.

В обоснование доводов в апелляционной жалобе заявители указывают, что факт противоправного слива истцом топлива на станции АЗС с причинением ущерба АО ТК «Мегаполис», который в начале предварительного следствия по уголовному делу признавал сам ФИО1, и который он не оспаривал в ходе проведения в декабре 2020 года служебной проверки АО ТК «Мегаполис», в ходе проведения следственных мероприятий нашел свое подтверждение. В октябре 2023 года ФИО1 подал в СО ОМВД России по Усть-Куломскому району заявление, в котором он согласился на прекращение уголовного дела по нереабилитирующему основанию – за истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. Причастность истца к совершению преступления подтверждалась совокупностью доказательств, полученных с соблюдением уголовно-процессуального законодательства. Признаки противоправности в действиях сотрудников полиции по задержанию ФИО1, возбуждению в отношении него уголовного дела и проведению следственных мероприятий отсутствуют. Срок предварительного следствия по уголовному делу, возбужденному в отношении ФИО1, являлся незначительным, в отношении истца было проведено всего два следственных действия (два допроса в качестве подозреваемого), обвинение ему не предъявлялось, меры пресечения не применялись.

Дело в суде апелляционной инстанции рассматривается в соответствии со статьями 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса РФ в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, извещенных о слушании.

Проверив законность и обоснованность оспариваемого решения, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 19 января 2023 года в адрес начальника ОМВД России по Усть-Куломскому району от оперуполномоченного ГЭБиПК ОМВД России по Усть-Куломскому району ФИО5 поступил рапорт, в котором доведено до сведения, что 19 января 2023 года в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий совместно с сотрудниками ОУР ОМВД России по Усть-Куломскому району выявлен факт слива бензина АИ-92 объемом 20 литров на АЗС «Лукойл» с. Усть-Кулом гражданином ФИО1, являющимся водителем АО «ТК «МЕГАПОЛИС», в пластиковую канистру синего цвета емкостью около 22 литров. ФИО1 был задержан и доставлен в ОМВД России по Усть-Куломскому району для дачи объяснений и проведения процессуальных мероприятий, где дал признательные показания.

Указанный рапорт зарегистрирован под <Номер обезличен> по книге учета сообщений и преступлений (л. д. 4 том 1 уголовного дела).

19 января 2023 года в присутствии понятых без участия ФИО1 проведен осмотр места происшествия, который начат в 14 час. 35 мин., и окончен в 14 час. 50 мин. (л. д. 10-13 том 1 уголовного дела), а затем в 16 час. 10 мин. начат осмотр места происшествия с участием ФИО1, который окончен в 16 час. 25 мин.

В ходе осмотра обнаружена пластиковая карта «Лукойл» - красного цвета с <Номер обезличен> с наклейками «<Номер обезличен>» и «<Номер обезличен>» и пластиковая канистра синего цвета объемом 20 литров, полная жидкости с запахом бензина. ФИО1 сообщил, что это - канистра, в которую он сливал бензин на АЗС «Лукойл» с. Усть-Кулом 19 января 2023 года (л. д. 14-18 том 1 уголовного дела).

19 января 2023 года проведен опрос ФИО1, в протоколе опроса зафиксировано, что истец вину признает, в содеянном раскаивается (л. д. 23-24 том 1 уголовного дела).

25 января 2023 года дознавателем ОД ОМВД России по Усть-Куломскому району в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации (присвоение или растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному).

Согласно данному постановлению в период времени с 1 ноября 2020 года по 19 января 2023 года (точное время в ходе предварительной проверки не установлено) водитель АО «ТК МЕГАПОЛИС» ФИО1, находясь в с. Усть-Кулом Усть-Куломского района Республики Коми, во время заправки автомашины <Номер обезличен>, за которой он закреплен, умышленно, тайно, из корыстных побуждений, осознавая противоправный характер своих действий, с целью дальнейшего использования в личных целях, путем присвоения, похищал вверенное ему дизельное топливо в общем объеме 140 литров, принадлежащее АО ТК «МЕГАПОЛИС», стоимостью 46 рублей 37 копеек за 1 литр и впоследствии использовал похищенное топливо в личных целях. Своими противоправными действиями ФИО1, причинил АО ТК «МЕГАПОЛИС» ущерб на общую сумму 6 491 руб. 80 коп. (л. д. 1 том 1 уголовного дела).

АО «ТК МЕГАПОЛИС» признано потерпевшим по уголовному делу <Номер обезличен> (л. д. 56 том 1 уголовного дела). В качестве законного представителя АО «ТК «МЕГАПОЛИС» допущен ФИО6 (л. д. 59 том 1 уголовного дела), который 11 февраля 2023 года допрошен в качестве потерпевшего (л. д. 60-62 том 1 уголовного дела). АО «ТК «МЕГАПОЛИС» в лице его представителя ФИО6 признан гражданским истцом по уголовному делу (л. д. 100 тома 1 уголовного дела).

При расследовании уголовного дела 21 февраля 2023 года к участию в деле допущен адвокат Пименова И.В., с которой ФИО1 заключил соглашение (л. д. 112 том 1 уголовно дела).

21 февраля 2023 года ФИО1 с участием защитника Пименовой И.В. допрошен в качестве подозреваемого (допрос начат в 11:30, окончен в 13:10), в тот же день в отношении него избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, разъяснено, что при нарушении данного обязательства к нему может быть применена мера пресечения.

В ходе допроса истец указал, что от ранее данных в ходе опроса объяснений от 19 января 2023 года он отказывается, так как они записаны не с его слов, а со слов механика ФИО12, который постоянно был на связи с сотрудником полиции, бравшим у него объяснения, и указал, что топливо АО «ТК «МЕГАПОЛИС» в личных целях он не использовал (л. д. 114-118 том 1 уголовного дела).

17 октября 2023 года старшим следователем СО ОМВД России по Усть-Куломскому району вынесено постановление об уточнении данных, согласно которому указано, что во всех материалах уголовного дела <Номер обезличен> периодом совершения преступления считать период времени с 1 ноября 2020 года по 19 января 2023 года (л. д. 2 том 2 уголовного дела).

24 октября 2023 года ФИО1 с участием защитника Пименовой И.В. в ОМВД России по Усть-Куломскому району повторно допрошен в качестве подозреваемого (допрос начат с 12:36, окончен в 13:10) (л. д. 5-6 том 2 уголовного дела).

1 ноября 2023 года постановлением старшего следователя СО ОМВД России по Усть-Куломскому району уголовное дело по обвинению ФИО1 прекращено на основании пунктов 2, 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с истечением сроков давности привлечения и отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации (л. д. 8-10 тома 2 уголовного дела).

ФИО1 дал письменное согласие на прекращение уголовного дела по указанному основанию (л. д. 7 тома 2 уголовного дела).

В заявлении ФИО1 (без даты) и постановлении старшего следователя СО ОМВД России по Усть-Куломскому району указано на события, имевшие место с 1 ноября 2020 года по 21 декабря 2020 года.

13 ноября 2023 года постановлением заместителя прокурора Усть-Куломского района Республики Коми постановление старшего следователя СО ОМВД России по Усть-Куломскому району от 1 ноября 2023 года отменено, уголовное дело в отношении ФИО1 направлено начальнику СО ОМВД России по Усть-Куломскому району для возобновления предварительного следствия и устранения выявленных нарушений (л. д. 13-14 тома 2 уголовного дела).

Основанием отмены постановления от 1 ноября 2023 года послужило невыполнение всех необходимых процессуальных действий по уголовному делу и неразъяснение ФИО1 последствий прекращения уголовного дела по указанному основанию.

22 ноября 2023 года предварительное следствие по уголовному делу в отношении ФИО1 возобновлено (л. д. 15-16 тома 2 уголовного дела).

22 декабря 2023 года постановлением старшего следователя СО ОМВД России по Усть-Куломскому району уголовное дело по обвинению ФИО1 по событию хищения топлива в период с 1 декабря 2022 года по 19 января 2023 года прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием признаков состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации. В постановлении указано, что в ходе дознания и предварительного следствия данных об использовании ФИО1 слитого топлива в личных целях добыто не было (л. д. 29 тома 2 уголовного дела).

22 декабря 2023 года постановлением старшего следователя СО ОМВД России по Усть-Куломскому району уголовное дело по обвинению ФИО1 по факту присвоения топлива АО ТК «Мегаполис» в период времени с 1 ноября 2020 года по 30 ноября 2020 года прекращено на основании пункта 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с истечением сроков давности привлечения и отсутствием признаков состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации (л. д. 30 тома 2 уголовного дела).

18 июня 2024 года постановлением заместителя прокурора Республики Коми постановление старшего следователя СО ОМВД России по Усть-Куломскому району ФИО7 от 22 декабря 2023 года отменено, уголовное дело в отношении ФИО1 направлено для организации дополнительного расследования начальнику СУ МВД по Республике Коми.

Из текста указанного постановления не усматривается, какое именно из постановлений, вынесенных старшим следователем СО ОМВД России по Усть-Куломскому району 22 декабря 2023 года, было признано незаконным и отменено, однако в установочной части имеется упоминание об обоих процессуальных документах, вынесенных в указанную дату.

10 июля 2024 года предварительное следствие по уголовному делу в отношении ФИО1 возобновлено.

10 августа 2024 года начальником СО ОМВД России по Усть-Куломскому району уголовное дело <Номер обезличен> в отношении ФИО1 прекращено по пункту 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием состава преступления. За ФИО4 в соответствии со статьёй 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации признано право на реабилитацию и разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

6 сентября 2024 года и.о. прокурора Усть-Куломского района Республики Коми в соответствии с требованиями статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации от имени государства принес истцу официальное извинение за вред, причиненный уголовным преследованием по уголовному делу <Номер обезличен>, по которому уголовное преследование в отношении ФИО1 было прекращено по пункту 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Установив приведенные обстоятельства, удовлетворяя требования истца о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием в рамках гражданского судопроизводства, суд исходил из положений пункта 34 статьи 5, статей 133 - 139, 397 и 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 1070, абзаца второго статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации и признал иск ФИО1 по своему существу правомерным и обоснованным.

Выводы суда об установленных обстоятельствах не оспариваются.

При определении размера компенсации морального вреда суд, приведя в решении разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данные в постановлении от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» и в постановлении от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», руководствовался положениями пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из признанного за истцом права на реабилитацию, включающего право на возмещение морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, характера причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, обстоятельств причинения вреда, индивидуальных особенностей истца, вида избранной в отношении него по уголовному делу меры процессуального принуждения, отсутствия доказанных необратимых вредных последствий уголовного преследования, а также то, что ФИО1 в ходе производства по уголовному делу не был ограничен в трудовых, жилищных и иных правах, не заключался под стражу, и определил, что в данном случае сумма заявленной ко взысканию компенсации в размере 300 000 руб. является явно завышенной.

Учитывая небольшую тяжесть преступления, в котором подозревался истец, продолжительность производства по уголовному делу (чуть более 1 года 7 месяцев (с 25 января 2023 года по 10 августа 2024 года), объем процессуальных действий по данному уголовному делу, которые проводились непосредственно с участием ФИО1 (два допроса в качестве подозреваемого продолжительность 1 час. 40 мин. и 34 мин.), избранную в отношении него меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке, а также степень и характер нравственных страданий, на которые ссылался ФИО1, и которые объективно нашли своё подтверждение в ходе судебного разбирательства, учитывая требования разумности и справедливости, суд определил ко взысканию с ответчика компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Судебная коллегия с такими выводами суда первой инстанции согласиться не может.

В силу пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с пунктами 34, 35, 55 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с данным Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Согласно статье 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование, в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование, в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 УПК РФ; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (пункт 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Из анализа законодательства, регулирующего вопросы компенсации морального вреда, следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Оснований для отказа во взыскании морального вреда в полном объеме не имеется, поскольку ФИО1 не признавал свою вину. Явка с повинной, на которую указывал представитель ОМВД России по Усть-Куломскому району, в материалах дела отсутствует. Ссылка заявителей на протокол опроса ФИО1 от 19 января 2023 года не может быть признана обоснованной, поскольку от данных им объяснений ФИО1 в последующем отказался с указанием на то, что они были оформлены сотрудником полиции не с его слов, а со слов механика ФИО12, который постоянно был на связи с сотрудником полиции, отбиравшим у истца объяснения. В ходе предварительного расследования ФИО1, не отрицая фактов слива излишков топлива при заправке на АЗС в канистру, последовательно утверждал, что использовал их для заправки служебного автомобиля. Об этом свидетельствуют объяснения ФИО1 от 24 февраля 2023 года (л. д. 114-118 тома 1 уголовного дела), а также аналогичные объяснения ФИО1 давал при проведении служебной проверки АО ТК «Мегаполис» в декабре 2020 года, которые подписал собственноручно (л. д. 9 тома 1 уголовного дела). Таким образом, ссылка в жалобе на то, что истец в 2020 году в ходе служебной проверки и в последующем в ходе предварительного следствия признавал факт присвоения (хищения) топлива работодателя, основанной на материалах уголовного дела быть признана не может. Кроме того, как следует из постановления о прекращении уголовного дела от 10 августа 2024 года, материалами служебной проверки АО ТК «Мегаполис», проведенной в декабре 2020 года, а также предварительного следствия был установлен факт слива ФИО1 излишков бензина в канистру в период с 1 ноября 2020 года по 30 ноября 2020 года в размере 70 литров, а также факт выплаты истцом денежных средств в размере стоимости слитого топлива АО ТК «Мегаполис» в качестве причиненного ущерба, что не образует состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации и само по себе не подтверждает наличие в действиях ФИО1 признаков совершения уголовно наказуемого деяния. Ссылку на согласие ФИО1 на прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям судебная коллегия также отклоняет, поскольку соответствующее заявление истца было дано относительно квалификации его действий, совершенных в период с 1 ноября 2020 года по 21 декабря 2020 года (л. д. 7 тома 2 уголовного дела) после вынесения старшим следователем постановления от 17 октября 2023 года об уточненных данных, согласно которому период совершения преступления признано считать с 1 ноября 2020 года по 19 января 2023 года (л. д. 2 тома 2 уголовного дела). Кроме того, данное заявление признано не имеющим юридической силы, поскольку ФИО1 при его оформлении не были разъяснены последствия прекращения уголовного дела по пункту 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, основанию, что послужило одним из поводов для отмены 13 ноября 2023 года постановления от 1 ноября 2023 года (л. д. 13-14 тома 2 уголовного дела). Довод жалобы об отсутствии признаков противоправности сотрудников полиции, проводивших следственные мероприятия по уголовному делу <Номер обезличен>, судебной коллегией отклоняется, поскольку денежная компенсация морального вреда взыскана истцу на основании положений статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не в связи с установлением судом обстоятельств, подпадающих под квалификацию статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. Как правильно определил суд первой инстанции, требование компенсации морального вреда в связи с реабилитацией основано на законе, предметом судебного разбирательства является лишь обоснованность размера компенсации морального вреда, заявленного реабилитированным гражданином и основанного на совокупности конкретных фактических обстоятельства.

Вместе с тем, определяя размер взысканной в пользу истца компенсации морального вреда, суд ограничился формальным приведением нормативных положений, регулирующих вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, и ссылкой на общие принципы определения размера компенсации морального вреда, закрепленные в названных нормативных положениях, однако не учел, что мера пресечения в отношении истца в виде заключения под стражу не применялась, доказательств ухудшения состояния здоровья, в результате возбуждения в отношении истца уголовного дела, не представлено. В решении не приведены достаточные доводы о соразмерности взысканной компенсации морального вреда с причиненными истцу страданиями. Ссылка на истца на осуждение со стороны коллег отклоняется, поскольку не подтверждается какими-либо доказательствами.

Определяя размер компенсации причиненного истцу незаконным уголовным преследованием морального вреда в сумме 30000 руб., суд первой инстанции, формально перечислил ряд обстоятельств общего характера, которые учитываются при определении размера компенсации морального вреда - обстоятельства привлечения истца к уголовной ответственности, длительность уголовного преследования, применение меры принуждения в виде обязательства о явке, но не привел каких-либо доказательств, свидетельствующих о степени и характере перенесенных истцом в связи с этими обстоятельствами физических и нравственных страданий, непосредственно обусловленных привлечением к уголовной ответственности, размер присужденной судом компенсации морального вреда не был индивидуализирован применительно к личности истца и обстоятельствам его уголовного преследования. Судом также оставлено без внимания, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости обеспечивает баланс частных и публичных интересов, с тем, чтобы реабилитированному лицу максимально возмещался причиненный моральный вред, и чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, не допускала неосновательного обогащения потерпевшего.

При повторном рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции истец также не привел доказательств, свидетельствующих о той степени и характере перенесенных истцом в связи с этими обстоятельствами физических и нравственных страданий, непосредственно обусловленных привлечением к уголовной ответственности (например, ограничение выезда, общения с близкими, изменение фактического образа жизни), которые бы возможно оценить на столь значительную сумму 30000 руб.

Фактически все уголовное преследование было заключено в двух допросах в качестве подозреваемого и применении меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке, которое согласно ч. 2 ст. 112 УПК РФ состоит в письменном обязательстве своевременно являться по вызовам дознавателя, следователя или в суд, а в случае перемены места жительства незамедлительно сообщать об этом. Доказательств невозможности реализации каких-либо своих прав в связи двумя допросами в качестве подозреваемого и подписании обязательства о явке не представлено.

С учетом приведенных выше обстоятельств, судебная коллегия полагает, что определенный судом размер компенсации морального вреда является завышенным.

Приведенным выше критериям с учетом фактически подтверждённых нравственных страданий исходя из фактического уголовного преследования соответствует размер компенсации морального вреда в размере 5 000 руб., в связи с чем решение суда подлежит изменению в указанной части.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Усть-Куломского районного суда Республики Коми от 10 июня 2025 года изменить в части размера компенсации морального вреда.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (ОГРН <Номер обезличен>) за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт гражданина РФ <Номер обезличен><Номер обезличен>) компенсацию морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование по уголовному делу <Номер обезличен> в размере 5 000 рублей.

В остальной части решение оставить без изменения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27.02.2026.

Председательствующий

Судьи