Решение № 2-5406/2018 2-7/2019 2-7/2019(2-5406/2018;)~М-4090/2018 М-4090/2018 от 13 января 2019 г. по делу № 2-5406/2018

Подлинник Дело № 2-5406/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 января 2019 года г. Казань РТ

Советский районный суд города Казани в составе председа тельствующего судьи Гиниятуллиной Л.Н., при секретаре Набиеве Р.К., рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО3 к ФИО2 о признании завещания недействительным,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании завещания недействительным, указав, что <дата изъята> умер племянник ФИО3, <дата изъята> года рождения. После его смерти открылось наследство в виде квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят>. Как единственный наследник по закону, истец обратилась к нотариусу за оформлением наследственных прав, и ей стало известно, что при жизни ФИО3 было составлено завещание на ФИО2, <дата изъята> года рождения, удостоверенное временно исполняющим обязанности нотариуса Махму товой ФИО4 не является родственником и приятелем умершего. В связи с тем, что состояние племянника ухудшалось, истец постоянно с ним созванивалась, приезжала к нему в больницу, ухаживала за ним в силу возможностей, периодически давала денег, приобретала необходимые медикаменты. Племянник страдал <данные изъяты> приведшими к кончине. В связи с указанными заболеваниями в последний год психическое состояние ФИО3 ухудшилось. Его поведение свидетельствовало о том, что <данные изъяты>. Период написания завещания совпадает с периодом его очередной госпитализации в медицинское учреждение. Истец считает завещание недействительным ввиду изложенных обстоятельств, просит признать завещание в пользу ФИО2 недействительным, признать за собой право собственности на квартиру <адрес изъят>.

В судебном заседании представитель истца ФИО5 исковые требования поддержал. Суду пояснил, что ФИО3 является племянником. После освобождения из мест лишения свободы ФИО3 в течение года проживал у истца ФИО1, впоследствии у представителя в <адрес изъят>. После смерти матери представитель раз в неделю приезжал к нему на квартиру по <адрес изъят>. При составлении завещания ФИО3 был неадекватным, <данные изъяты>, лежал в больнице. Постоянно просил деньги. Получив отказ, говорил: «Тогда я поеду к дяде Толе».

Представитель истца ФИО6 на исковых требованиях настаивала. Суду пояснила, что в момент составления завещания наследодатель не понимал значения своих действий в связи <данные изъяты>. ФИО3 также страдал <данные изъяты>.

Ответчик ФИО2 в суд не явился. В состоявшемся ранее судебном заседании пояснил, что ему известно, что до 2013 года ФИО3 употреблял <данные изъяты>. Ответчик безвозмездно оказывал ему материальную помощь. С 2014 года А. предлагал оформить квартиру на ответчика. К нотариусу ездили вместе, в течение получаса А. обсуждал завещание с нотариусом, после чего ответчик отвез его домой. В больнице он лежал около двух недель. Ответчик навещал его ежедневно. В присутствии ответчика ФИО7 <данные изъяты>, но в состоянии <данные изъяты> не находился. К родственникам относился негативно, т.к. они не уделяли ему должного внимания. О смерти сообщила его фактическая супруга, все затраты по похоронам ответчик оплатил сам. На похоронах не присутствовал. Родственники объявились после смерти ФИО3.

Представитель ответчика ФИО8 в суд не явился. В состоявшем ранее судебном заседании исковые требования не признал и пояснил, что от ФИО3 все отвернулись, и ФИО2 протянул ему руку помощи. ФИО2 был для ФИО3 другом и опорой, он ему покупал лекарства, обеспечивал его едой, постоянно навещал его.

Представитель ответчика ФИО9 исковые требования не признала. Пояснила, что заключение эксперта не является единственным доказательством по делу, его необходимо рассматривать совместно с другими доказательствами: показаниями свидетелей и обстоятельствами дела. Диагноз <данные изъяты> со слов эксперта выставляется при <данные изъяты>. В медицинских документах содержатся сведения <данные изъяты>, что не позволяет постановку диагноза: <данные изъяты>.

Третьи лица ФИО3 и ФИО3 в судебном заседании заявили иск о признании завещания ФИО3 в пользу ФИО2 недействительным, признании права на 1/3 доли в праве на наследственное имущество - <адрес изъят> по основаниям, указанным ФИО1

Протокольным определением от 23 июля 2018 года иски третьих лиц ФИО3 и ФИО3 приняты к производству суда.

В судебном заседании третьи лица ФИО3 и ФИО3 на исковых требованиях настаивали. Суду пояснили, что знают ФИО3 с детства.

ФИО3 показал, что ФИО3 употреблял <данные изъяты>, состоял на учете в <данные изъяты>, <данные изъяты>. С января 2017 года неоднократно обращался с просьбой одолжить деньги. В последний раз виделись в начале 2017 года. Лично видел ФИО3 в неадекватном состоянии в больнице.

ФИО3 суду пояснил, что с ФИО3 связь поддерживали по телефону. Лично видел, как ФИО3 употреблял <данные изъяты>. В начале и середине 2017 года общение с ФИО3 не поддерживал.

Представитель ответчика исковые требования третьих лиц не признал.

Нотариус Казанского нотариального округа ФИО10 суду пояснила, что завещание удостоверено временно исполняющим ее обязанности ФИО11 При составлении документов устанавливается дееспособность лица. Устанавливается фамилия, имя, отчество гражданина. Если в ходе беседы появляются сомнения, то завещание не удостоверяется.

Свидетель ФИО12 суду пояснил, что проживает по соседству с ФИО3 Общались почти каждый день, ходили друг к другу в гости. Когда встречались, ФИО3 был всегда в <данные изъяты> состоянии. Но был адекватен. Узнавал, называл по имени. Неоднократно свидетель привозил к нему врачей, которые ставили капельницу после <данные изъяты>. Со слов ФИО3 известно, что дядя Толя давал ему денег.

Свидетель ФИО13 суду пояснил, что был знаком с ФИО3 с 1997 года. До 2000 года ФИО3 уезжал работать в Санкт-Петербург, после чего начал употреблять <данные изъяты>. В течение 2017 года видел его один-два раза в неделю. Видел А. в состоянии <данные изъяты>. Летом 2017 года А. представил свою гражданскую супругу. Хорошо выглядел. Вел себя адекватно. Отклонений в поведении замечено не было.

Свидетель ФИО14 суду пояснил, что знаком с ФИО7 около 10 лет. Летом 2017 года встречались во дворе, в подъезде. ФИО7 при встречах вел себя адекватно. Нарушений в поведении не замечал. В 2017 году после появления сожительницы общаться с ФИО7 перестал.

Свидетель ФИО15 суду пояснила, что с марта 2017 года проживала совместно с ФИО3. ФИО2 помогал материально. Около двадцати раз безвозмездно как друг семьи передавал денежные средства ФИО3. Родственники помощи не оказывали. Впервые встретила их на похоронах. <данные изъяты> не часто около 1 раза в 10 дней в небольших количествах. <данные изъяты> не употреблял. В мае-начале июня ФИО3 проходил лечение в стационаре. Поведение его было адекватным, <данные изъяты> не наблюдалось. Жалоб со стороны соседей не было.

Свидетель ФИО16 суду пояснила, что ФИО2 ежеме сячно оказывал ФИО3 материальную помощь по 2-5 тыс. руб. ФИО3 <данные изъяты> в небольших количествах. В состоянии <данные изъяты> А. не видела. <данные изъяты> он не употреблял.

Свидетель ФИО17 суду пояснила, что была знакома с ФИО3 лично. В мае-июне 2017 года часто заходила к ФИО15, т.к. получает пенсию в банкомате по <адрес изъят>, а квартира ФИО7 расположена рядом. ФИО3 не всегда находился дома, т.к. проходил лечение из-за травмы ноги. В <данные изъяты> состоянии ФИО7 не видела, проявлений <данные изъяты> с его стороны не наблюдала.

Свидетель ФИО18 суду пояснила, что была знакома с ФИО3 лично, проживали в соседних домах. В июне 2017 года с А. не общалась. <данные изъяты> ФИО3 не видела. В последний раз видела его осенью 2017 года. ФИО7 вел себя адекватно, был опрятно одет.

Свидетель ФИО19 суду пояснил, что был знаком с ФИО3 лично. Работали вместе до осени 2014 года. В 2016-2017 годах виделись несколько раз. Свидетелю было известно, что ранее ФИО7 <данные изъяты>. <данные изъяты> он не злоупотреблял. <данные изъяты> в поведении не было.

Свидетель ФИО20 суду пояснил, что был знаком с ФИО3 с детства. ФИО7 часто обращался с просьбами дать ему денег. Примерно в апреле – мае 2017 года просил оценить его квартиру. За год до этого он продал акции своих родителей, полученные от продажи деньги за несколько месяцев были потрачены на неизвестные нужды. Узнав о намерении продать квартиру, свидетель поинтересовался, зачем ФИО7 были нужны деньги. Однако, ответа свидетель не получил. В конце лета А. сообщил, что не будет продавать квартиру. Встречался с ФИО7 раз в полгода. ФИО7 часто находился под <данные изъяты>, речь у него была невнятная. При личных встречах вел себя адекватно.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО80 суду пояснила, что психологическая экспертиза имеет свою специфику: при исследование выявляются особенности личности либо эмоциональное психологическое состояние подэкспертного. Исследование проводится по материалам дела. По представленным материалам было невозможно охарактеризовать эту личность в целостности. ФИО3 относится <данные изъяты> В тоже время в деле имеются сведения, что ранее он учился в техникуме, родители были служащими. Отец водил его к <данные изъяты> Сведений о трудовой деятельности не имеется. В лечебном учреждении ФИО3 заявлял, что женат, имеет дочь 18 лет. Из показаний свидетелей следует, что он жил с квартиранткой или сожительницей. Был болен <данные изъяты>. Предъявлял жалобы <данные изъяты>. Спустя какое-то время составил завещание. Указанных данных для характеристики личности было недостаточно. Вывод психолога не препятствует выводу, сделанному экспертами психиатрами. При составлении заключения анализу подвергаются все материалы дела.

Эксперт ФИО83 суду пояснила, что иногда индивидуально-психологические особенности могут влиять на способность понимать значение своих действий и руководить ими, когда человек здоровый. А когда выставляется психиатрический диагноз. То имеет значение психическое расстройство. Заключение по делу обусловлено <данные изъяты>. На возможность понимать свои действия и руководить ими влияло <данные изъяты>. Комиссия в данном случае может принимать решение без ответа эксперта-психолога, тем более она согласилась с заключением психиатров. ФИО3 ранее был поставлен <данные изъяты>; <данные изъяты>. В выписках указывается <данные изъяты>. Это является <данные изъяты>. У ФИО3 было <данные изъяты>. При данном диагнозе состояние человека может только ухудшаться. Теоретически при длительной ремиссии улучшения могут быть. Однако, в данном случае это не имело места. ФИО3 фактически заменил <данные изъяты>. По этой причине улучшения быть не может.

Выслушав мнение представителей сторон, свидетелей, экспертов, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Согласно пунктов 1, 2, 5 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 1 статьи 1141 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной статьями 1142 - 1145 и 1148 настоящего Кодекса.

Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (статья 1117), либо лишены наследства (пункт 1 статьи 1119), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства.

В силу статьи 1144 Гражданского кодекса Российской Федерации если нет наследников первой и второй очереди, наследниками третьей очереди по закону являются полнородные и неполнородные братья и сестры родителей наследодателя (дяди и тети наследодателя).

Двоюродные братья и сестры наследодателя наследуют по праву представления.

В силу пункта 1 статьи 1146 Гражданского кодекса Российской Федерации доля наследника по закону, умершего до открытия наследства или одновременно с наследодателем (пункт 2 статьи 1114), переходит по праву представления к его соответствующим потомкам в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 1142, пунктом 2 статьи 1143 и пунктом 2 статьи 1144 настоящего Кодекса, и делится между ними поровну.

Судом установлено, что <дата изъята> ФИО3 умер, что подтверждается свидетельством о смерти серии <данные изъяты>, выданным <дата изъята> Управлением ЗАГС ИКМО г. Казани Республики Татарстан (л.д. 12).

Наследников первой и второй очереди по закону у ФИО3 не имеется. Истец ФИО1 является наследником третьей очереди, третьи лица ФИО30 наследниками третьей очереди по праву представления, поскольку ФИО1 является родной сестрой отца ФИО3 - ФИО21. ФИО30 – двоюродные братья ФИО3 по отцу ФИО21.

Степень родства ФИО1 с ФИО3 подтвер ждается: свидетельством о рождении ФИО22 <данные изъяты> (л.д. 8), справкой о заключении брака с ФИО23 (л.д. 16), свидетельством о заключении брака с ФИО24 <данные изъяты> (л.д. 10), свидетельством о рождении ФИО21 <данные изъяты> (л.д. 15), свидетельством о смерти ФИО21 <данные изъяты> (л.д. 9), свидетельством о рождении ФИО3 <данные изъяты> (л.д. 11).

Родство третьих лиц с умершим ФИО3 подтверждается свидетельством о рождении ФИО3 <данные изъяты> (л.д. 107), свидетельством о рождении ФИО3 <данные изъяты> (л.д. 99), свидетельством о рождении ФИО21 <данные изъяты>, свидетельством о смерти ФИО21 <данные изъяты> ( л.д. 109).

24 апреля 2018 года от имени ФИО1 к нотариусу Казанского нотариального округа ФИО10 с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО3 обратился ФИО5 ( л.д. 31).

При этом истцу стало известно о том, что при жизни ФИО3 <дата изъята> составлено завещание, согласно которому ФИО3, завещал принадлежащую ему <адрес изъят> ФИО2, <дата изъята>. В тексте завещания указано, что природа, характер и правовые последствия совершения завещания ФИО3 нотариусом разъяснены и понятны. Текст завещания записан со слов ФИО3 верно, до подписания завещания оно полностью прочитано в присутствии нотариуса, о чем имеется подпись ФИО3 Завещание удостоверено ФИО11, временно исполняющей обязанности нотариуса Казанского нотариального округа Республики Татарстан ФИО10 Личность завещателя установлена, дееспособность проверена (л.д. 32).

ФИО1 считает данное завещание недействительным, в связи с тем, что оно составлено ФИО3 в состоянии, <данные изъяты>. Указывает, что ФИО3 <данные изъяты>

Согласно сведениям ИЦ МВД РТ ФИО3 был <данные изъяты> (л.д. 59 об.).

Согласно справки ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатри-ческая больница имени Ак. ФИО25 Министерства здравоохранения Республики Татарстан» ФИО3, <дата изъята>, на учете не состоял. Но находился на стационарном лечении с <данные изъяты> (л.д. 69).

Согласно справке ГАУЗ «Республиканский наркологический диспансер» № 039936 от 17 августа 2018 года ФИО3 состоял на диспансерном учете с диагнозом <данные изъяты> Снят с учете в связи с отсутствием сведений 11 марта 2017 года ( л.д. 64).

Согласно сведений, предоставленных ГАУЗ «Республиканский клини-ческий противотуберкулезный диспансер» ФИО3 состоял на диспансерном учете <данные изъяты>. Умер дома <дата изъята>. Причина смерти <данные изъяты>. Лечился в стационаре Казанской туберкулезной больницы многократно короткими курсам. Последняя госпитализация <дата изъята>. Ушел самовольно (л.д. 112).

Согласно справкам ГАУЗ «Республиканский клинический противоту беркулезный диспансер», «Казанская противотуберкулезная больница» ФИО3 находился на стационарном лечении <дата изъята> (л.д. 163, 171).

Согласно выписному эпикризу из истории болезни № 171 ФИО3 находился в стационарном лечении в ГАУЗ «РКПД» «Казанская тубер кулезная больница» с <дата изъята> с диагнозом <данные изъяты>. Был консультирован врачом психиатром –наркологом ФИО84 (л.д. 173).

Также ФИО3 проходил стационарное лечение в ГАУЗ «РКПД» «Казанская туберкулезная больница» <дата изъята>. с <дата изъята> с диагнозом <данные изъяты> (л.д. 174- 179).

При этом согласно выписным эпикризам № 171, 178, 251, 974, 589 лечение ФИО3 в стационаре <дата изъята> прекращено в связи с самовольным уходом. <дата изъята> ФИО3 выписан в связи с нарушением режима.

Согласно медицинской карте 1229 стационарного больного и выписке из истории болезни 1229/2017 ФИО3 проходил о лечение в ГАУЗ «РКПД». От перевода в КТБ отказался. Самовольно покинул отделение. <дата изъята> был рекомендован переход в КТБ для дальнейшего лечения, от которого больной отказался, самовольно покинул отделение ( л.д. 122).

Согласно записи акта о смерти ФИО3 <номер изъят> от <дата изъята> заявление о смерти сделано ФИО2. Причина смерти <данные изъяты> (л.д. 161).

Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия ФИО3 <номер изъят> от <дата изъята> поставлен патологоанатомический диагноз: <данные изъяты> ( л.д. 164-168).

Согласно письменному отзыву ФИО11 как временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО10 было удостове рено завещание ФИО3 На все поставленные вопросы ФИО3 отвечал адекватно, четко и правильно. Сомнений не вызывал. При разговоре была соблюдена конфиденциальность.

<дата изъята> между ФИО3 и ФИО15 был совершен религиозный обряд никах.

В связи с возникновением по делу вопросов, требующих специальный познаний, по ходатайству представителя истца, по делу была назначена посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза для установ ления дееспособности ФИО3 в момент составления завещания, т.е. <дата изъята>

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы из медицинской документации следует, <данные изъяты>

Согласно заключению эксперементально-психологического исследования эксперта психолога ФИО80 на основании материалов гражданского дела не представляется возможным охарактеризовать личность и индивидуально-психологические особенности ФИО3, оказывающие существенное влияние на <данные изъяты> при составлении им завещания от <дата изъята>.

Комиссия экспертов пришла к заключению, что при жизни ФИО3 в момент составления и подписания завещания <дата изъята> страдал <данные изъяты>, материалы гражданского дела, указывающие на то, что начиная <данные изъяты> Состоял на учете у нарколога. Далее он начал <данные изъяты> В <дата изъята> во время нахождения на стационарном лечении в Казанской туберкулезной больнице, <дата изъята> осматривался наркологом-психиатром, которым был выставлен диагноз - <данные изъяты>. Как следует из представленной судом медицинской документации, у него на юридически значимый для дела период обнаруживались вышеуказанные <данные изъяты>. Следовательно, ФИО3 <данные изъяты>

Экспертиза проведена комиссией экспертов в составе судебно-психиатрического эксперта психиатра в высшей категории, врача психиатра – нарколога ФИО85, эксперта первой категории ФИО86 психолога эксперта медицинского психолога высшей категории ФИО80 докладчик - психиатрии эксперт, психиатрии первой категории, врач психиатр – нарколог ФИО83 Эксперты имеют высшее медицинское образование, специальные познания в исследуемой области, предупреждены об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение. Само заключение экспертизы является четким, ясным и понятным.

По заключению экспертизы усматривается, что экспертами исследование ФИО3 проведено путем изучения его психологического статуса и психического состояния. В части заключения эксперементально-психологического исследования, эксперт психолог ФИО80 считает, что объективных данных по делу для характеристики личности и индивидуально - психологических особенностей ФИО3, которые могут влиять <данные изъяты>, не имеется. Эксперт исходит из того, что ФИО3 относится <данные изъяты>. В тоже время он воспитывался в полной семье, учился в техникуме, родители были служащими. В лечебном учреждении ФИО3 заявлял, что женат, имеет дочь 18 лет. Однако, эти данные материалами дела не подтверждаются.

Эксперты психиатры пришли к выводу на основании медицинских данных и материалов дела. Указали, на то, что ранее на фоне <данные изъяты> ФИО3 был поставлен диагноз <данные изъяты>. После этого изменений в жизни и поведении ФИО3 не произошли. ФИО3 фактически <данные изъяты> При данных обстоятельствах, когда выставлен психиатрический диагноз, индивидуально-психологические особенности, могущие влиять <данные изъяты>, не имеют значения. Более того, эксперт ФИО26 согласилась с мнением экспертов-психиатров.

В связи с изложенным суд приходит к выводу, что противоречия в заключении экспертизы отсутствуют, правовых оснований для проведения повторной экспертизы по делу не имеется.

Таким образом, по делу установлено, что ФИО3 <данные изъяты> Диагноз: <данные изъяты>, о чем имеются сведения из медицинских документов в 2011 году. В 2015 году в Казанской туберкулезной больнице ФИО3 наряду с иным <данные изъяты>. Записи <данные изъяты> составлены при консультации ФИО3 врачом психиатром ФИО84 <дата изъята> В <дата изъята> ФИО3 диагностирован <данные изъяты>. Врач ФИО84 также осматривал ФИО3 <дата изъята>, имеются записи: <данные изъяты>

С <дата изъята> согласно медицинской карты № 171 ФИО3 находился на стационарном лечении в ГАУЗ «РКПД». Казанская туберкулезная больница. <дата изъята> из истории болезни № 171 ФИО3 обнаружен <данные изъяты>.

Перечисленные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО3 в период составления завещания <данные изъяты>, что подтверждается показаниями свидетелей ФИО20, ФИО16 и ответчика ФИО2, представителя истца ФИО5, третьего лица ФИО3

Показания иных свидетелей, которые поясняют о кратковременных встречах с ФИО3 в период лета 2017 года для разрешения заявленных требований правового значения не имеют, поскольку на конкретную дату <дата изъята> не могут охарактеризовать поведение и состояние ФИО3

Показания свидетелей ФИО27. ФИО15, ФИО16, ФИО18, ФИО19 о том, что ФИО3 при жизни <данные изъяты> опровергаются медицинскими документами.

К показаниям ответчика ФИО2 суд относится критически, т.к. как ответчик заинтересован в исходе дела. Нотариус при составлении завещания также не мог оценить состояние ФИО3, поскольку для этого необходимы специальные медицинские познания, которыми нотариус не обладает.

В связи с изложенным суд принимает как допустимое и достоверное доказательство заключение экспертизы, подтвержденное медицинскими документами, представленному эксперту для исследований.

Религиозный обряд бракосочетания с ФИО15 совершен в <дата изъята> и не может быть свидетельством состояния ФИО3 <дата изъята>

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что по делу имеются правовые основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным. Следовательно, удовлетворению подлежат и аналогичные исковые требования, заявленные ФИО3 и ФИО3 к ФИО2

Неявка истца ФИО1 в судебное заседание не может влиять на разрешение настоящего дела по существу, поскольку ее по нотариально удостоверенным доверенностям представляют ФИО28 и ФИО29 Об отсутствии интереса по делу ФИО1 не заявлено.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 удовлетворить.

Исковые требования ФИО3 и ФИО3 к ФИО2 удовлетворить.

Признать составленное <дата изъята> ФИО3 в пользу ФИО2 завещание недействительным.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Верховный суд Республики Татарстан в течение месяца через Советский районный суд г. Казани.

Судья Гиниятуллина Л.Н.